Ты говоришь, я демон?! Так и есть!

Добравшись до выхода, ведущего на лестницу, по которой можно было подняться на второй этаж, Чени решил обратиться в тень. Все равно по запаху никого искать не надо было, а в своей потрепанной после скитаний по лесу одежде, лохматый, он явно будет выделяться среди прилизанных чиновников, закованных в железные латы стражей и облаченных в свободные форменные костюмчики уборщиков Совета. Там, в ярко освещенном коридоре, среди прячущих за собой богато обставленные кабинеты пронумерованных дверей, конечно, сложнее будет проскользнуть сгустком тьмы и остаться никем не замеченным, Роуг это понимал. Но… в конце концов, даже на чистом свету многое отбрасывает тень. Так что он использует любую возможность обворовать или отделать этого… как там его… ах да, Аквариуса, вспомнил теневой. Но ключ от камеры Отмороженного он раздобудет, чего бы ему это ни стоило! Роуг приоткрыл оказавшуюся даже не запертой дверь и присмотрелся к коридору, выискивая местечко, в котором будет хотя бы небольшая тень, на фоне которой получится ненадолго притаиться и выждать появления… черт, да как же его зовут-то, наморщился в попытке вспомнить теневой… да кулак Зерефа ему в печень, Аквариуса! Вот сволочи, разозлился теневой, обласкав еще не одним ругательством тех, кто отвечал за освещение коридоров той части Совета, где сидели тюремные чиновники и начальство темницы. Такое ощущение было, что, оставляя заключенных сходить с ума в камерах в подземелье без малейшего намека на свет, здесь недостаток освещения в подземелье восполняли с лихвой, заполонив сиянием лампочек в потолке, светильников на стенах, люстр, декоративных фонарей и прочих призванных освещать помещения приспособлений каждый угол этих чертовых коридоров… Островков тени здесь было крайне мало, и Прохиндей тяжко вздохнул — прятаться здесь будет невероятно тяжело. Хотя, метнулась по стене темным сгустком стремительная тень, есть же прикрытое наполовину раздвинутыми жалюзи окно. Окно самое что ни на есть обычное, прозрачное, стеклянное, пропускающее солнечный свет днем и сгущающуюся тьму ночью. И вот, прыгнув между замаранными пылью пластинками из похожего на пластик материала, Тень уютненько расположился на оконном стекле, уставился на наглухо запертую дверь кабинета… как же этого типа… Аквариуса, когда же он запомнит! И только растворившись с той тенью, что пропускало оконное стекло, Роуг внезапно кое-что, из-за осознания чего он чуть облик человека не принял и не свалился с узкого подоконника. Он что же, совсем идиот?! Пошел среди ночи вылавливать начальника?! Да, он припоминал что-то из разговоров стражников, что этот Аквариус непосредственно принимал участие в пытках Грея Фуллбастера. Но, вспомнив состояние, в котором Роуг увидел ледяного, сложновато было сказать, насколько давно прошли эти пытки. Его так измордовали, что он вряд ли через пару часов смог бы подняться. Хотя… припомнился ползающему туда-обратно по периметру темного стекла Чени целый ряд интересных деталей. Лужицы рвоты на полу камеры и островки крови на теле искалеченного пленника еще блестели явной свежестью на тот миг, когда он увидел Грея. Да и затхлая вода на полу не высохла, и тряпка, которой завязали рот пленника, была не просто сырой или влажной, а еще сочилась жидкостью. Значит, пришел к выводу Прохиндей, на момент его появления возле камеры ледяного того не так давно закончили пытать. Чени аж поначалу воодушевился, у него помимо склонности забывать и путать некоторые имена была еще одна интересная особенность — логическое мышление и способность подмечать помогающие ему прийти к определенному выводу детали. И, когда он выстраиваил логические цепочки, у него аж настроение подниматься начинало. Но потом приподнятый настрой Прохиндея резко улетучился, он аж по темному стеклу заметался. Ну и что дальше с того, что по всем признакам Грея пытали недавно, раздраженно размышлял дракон. Этот, как его, ах да, Аквариус запросто мог закончить пытки, запереть заключенного, ключик спрятать да домой уйти. И все, и плакали все его попытки вытащить ледяного, а ну как назначат на завтра ему суд, и до свиданья — увезут на каменоломни, и все. В одиночку у целого конвоя Роуг даже в облике Тени вряд ли Отмороженного отвоюет. И вообще, грустно размышлял дракон, чувствуя, что ему аж нутро от тоски скрутило от таких невеселых мыслей, надо спасать Грея Фуллбастера как можно скорее, потому что он и так едва жив. И никаких гарантий даже на то, что он в таком состоянии без медицинской помощи до завтра дотянет, нет. Так, еще с минут двадцать повисев прилипшим к темному стеклу сгустком энергии, пришел к выводу Роуг, надо обнюхать как следует дверь кабинета этого Аквариуса как следует для того, чтобы попробовать понять, каков его запах. Дальше всего-то нужно будет вцепиться своим драконьим обонянием именно в его след и по нему отправиться туда, куда этот начальник стражи или чего он начальник там решил пойти после работы. Сложновато придется, если принять во внимание то, что за день в кабинет входила и выходила из него целая толпа человек, а в городе, пусть даже и полупустом ночью, тяжело будет выловить именно его след. А потом всего-то догнать его, напасть на него там, куда его понесет, и ключ отобрать. Не факт, что он после работы домой пойдет. Вот понесут его черти в бар какой-нибудь, и как, спрашивается, Прохиндею придется изгаляться, чтобы либо своровать, либо отнять ключ от камеры?.. И да… если у него машина, то затея загнется еще в зародыше. След оборвется там, где покрышки на шинах изотрут дорогу во время отъезда, и все. Как бы то ни было, Роуг все-таки принял облик человека и начал, словно борзая во время охоты, старательно обнюхивать ручку двери кабинета Аркадиуса. И до того увлекся, что даже слух перестал напрягать, весь превратившись в сплошное обоняние. И очень зря, как оказалось. На плечо молодому убийце драконов легла тяжеленная ручища, и тот аж лицом позеленел от неожиданности. В тот момент, когда его так неудачно застукали, Прохиндей стоял на коленях и вылавливал запах хозяина кабинета, даже не сообразив, почему он вдруг так резко ощутил его усиление за своей спиной. Черт, нервно сжал кулаки Роуг, даже не обернувшись сначала, это надо же было так бездарно попасться…  — Ну и какого мы тут вынюхиваем? И вообще, кто ты такой? — услышал Чени вкрадчивый голос за своей спиной, чувствуя, как внутри аж холодом все от страха свело. Но долго черноволосый убийца драконов стоять на коленях не стал, развернулся рывком, сбрасывая с себя тяжелую руку и вскочил, встав со сжатыми кулаками лицом к явившемуся. Так, здоровый мужик с фигурно выстриженной бородкой и торчащими в разные стороны прядями цвета каштана, не при форме, одет в кожаную куртку и самые что ни на есть обычные футболку и джинсы, заправленные в высокие черные ботинки. Видимого оружия при нем нет, не волшебник, быстро соображал Прохиндей, значит, сладить с ним будет не так сложно, ежели, подкрепление, конечно, не прибудет. И запах его таков же, как тот, что сильнее всего выделялся среди прочих на этой двери. Да даже не это окончательно заставило Роуга понять, кто перед ним. А кожаная ключница, пристегнутая на защелку к ремню, опоясывающему его джинсы.  — Ты Аквариус? — отступив на шаг, вжавшись спиной в дверь и уже в открытую прожигая взглядом кроваво-красных драконьих очей кожаную ключницу, ответил Роуг вопросом на вопрос.  — Во-первых, не ты, а вы, — презрительно хмыкнув, посмотрел начальник стражи на взъерошенного волшебника перед ним. — Во-вторых, не Аквариус, а Аркадиус, придурок. А, в-третьих, кретин, тебя что, не научили по жизни, что вопросом на вопрос отвечать неприлично? Я тебя, кажется, спросил — кто ты такой, и что ты здесь вынюхиваешь? Отвечай же, недоумок! С этими словами Аркадиус выхватил из-за пазухи пистолет и навел его, целясь прямо в тяжело вздымавшуюся от беготни грудь Прохиндея. Спасло еще, что до убийцы драконов дошло — наверняка, пистолет начинен дрянью, которая призвана калечить волшебников сильнее, чем простое оружие, — и он тут же обратился в тень, быстро увиливая от наставленной на него пушки. Аркадиус расхохотался, глядя на то, как мечась по потолку, полу и стенам освещенного коридора, сгусток тени кружит около него, явно пытаясь напасть. Ничего себе вернулся за забытым кошельком, думалось мужчине. После того, как измордовав до полусмерти Фуллбастера, он так и не получил ответа на вопрос, где же Нацу Драгнил, он, откровенно раздраженный таким результатом пыток, точнее, отсутствием этого самого результата, решил снять свое расстройство с помощью нескольких бутылочек столь обожаемого им темного пива в баре, уже доехал туда… и обнаружил, что кошелек он забыл в кабинете, и расплачиваться с барменом ему решительно нечем. Вот и вернулся обратно на работу, а тут и застал такую презанятную картину — незнакомый ему парень с лохматыми черными волосами, глубоким шрамом на переносице, бледным лицом и красными глазами, обнюхивает дверь и порог его кабинета, словно ищейка какая… Кстати, подумал Аркадиус, старательно ведя руку с зажатым в ней пистолетом, пули в котором были начинены изготовленным алхимиками Совета составом, причиняющего волшебникам урон более серьезный, чем делало это обычное оружие, похоже, этот сопляк, по годам недалеко от одноногого Фуллбастера ушедший — убийца драконов. Просто, припомнив свой богатый по роду работы опыт общения с волшебниками, начальник стражи короля сообразил, что на его памяти на нюх так полагались именно драгонслееры. Ну что ж, подумал Аркадиус, улавливая момент, когда обратившийся в тень парень на миг завис под потолком, готовясь нанести ему сокрушительный теневой удар, держись, убийца драконов, сейчас-то ты и попляшешь… С увешанного лампочками потолка сорвалась стремительная тень, а начальник королевской стражи спустил курок, который так долго изнывал под его пальцем, пока он целился. Все произошло так быстро, что до Роуга не сразу дошло, что пуля Аркадиуса прошила ему плечо, основательно разнеся сустав, отчего рука его, обагрившаяся кровью, сразу повисла безвольной плетью, а упал он после ее попадания на начальника стражи уже не Тенью, а убийцей драконов в облике человека. Завязалась жестокая, рьяная, полная озлобленной ругани и просто звериного неистовства борьба. Убийца драконов и работник Совета катались по полу, нещадно избивая и душа друг друга, но ни один, ни второй отпускать противника намерен не был. Бедного Прохиндея, конечно, здорово испугало то, что после ранения он растерял внезапно всю свою магию, лупить начальника стражников приходилось одной рукой, но он не сдавался, изворачиваясь и вырываясь, то с ноги обозлившегося мужчину огрев, то с головы в не единожды, судя по его кривизне, сломанный нос саданув. И не укрылось от Чени то, как этот Аквариус терялся от ударов его уже угрожающе посиневшего лба, видать, каждый болезненный тумак в нос бередил старые травмы. Каким-то чудом оголтело избивающие друг друга противники вскочили на ноги и на миг отступили на шаг друг от друга, словно примериваясь и рассчитывая силы для удара. И только, тяжело дыша и не понимая, почему же от вроде бы простой пули рука его совсем отказала, и магия его покинула, Роуг взвился в прыжке, как Аркадиус снова навел на него свой пистолет, готовясь спустить курок. Еще оттолкнувшись перед прыжком, Прохиндей уловил, что к месту их схватки уже движутся солдаты, которые, хвала небу, пока еще далеко, и действовать нужно по принципу «сейчас, или никогда». Понимая, что сейчас ему придется принять на себя еще одну пулю (спасибо, если не пару-тройку, и не в голову, поежился теневой) ради получения призывно звякающей стальной застежкой у него на поясе ключницы, где и было запрятано освобождение для Грея Фуллбастера. Плевать, вскинулся Чени, уже в прыжке увидев то, как дуло заряженного пистолета снова смотрит ему прямо в грудь, как до этого у двери, главное — в носопырку этому садюге хорошенько шарахнуть, чтобы он поплыл, ключницу цапнуть, да в окно наутек, пока его прыткие подчиненные сюда не добрались. Уже посиневшая лбом от сильных ударов голова Прохиндея снова впечаталась в нос начальника королевской стражи, отчего этот самый начальнический нос издал невообразимо громкий хруст, а сам начальник громко закричал, жмурясь от боли и на короткий промежуток времени потерявшись в пространстве и не глядя уже, куда там выстрелил его пистолет. Зарычав от боли сквозь стиснутые зубы, которые он сжал настолько сильно, что, казалось, вот-вот — и острые драконьи клыки смогут распороть нижнюю десну, Роуг велел себе плюнуть на то, что поганая пуля угодила прямо в сгиб левой руки, уже пораженной предыдущей пулей в левое плечо, и порадоваться хотя бы тому, что ему грудную клетку не прострелили, и хватать, хватать скорее здоровой рукой ключницу с пояса этого бешеного мужичары. Это лишь казалось бедолаге Прохиндею, что вся эта кутерьма происходит жутко медленно, словно на кадрах кинопленки, которую специально замедляют для пущего эффекта, чтобы зрителя, наслаждающегося побоищем со стороны, пробрало до дрожи. На самом деле схватка его с Аркадиусом по своей стремительности даже некоторые его бои с волшебниками превосходила. Р-раз! — нога убийцы драконов до хруста в кости вдавливает запястье вскрикнувшего от боли Аркадиуса и выбивает пистолет из его рефлекторно разжавшихся пальцев. Два! — здоровая рука изо всей силы дергает за пристегнутый к ремню кожаный мешочек с ключом, и он отрывается вместе с куском ремня, породив рваную дыру на джинсах зло зарычавшего начальника стражи от слишком резкого рывка. Три! — услышав, что нога бежавшего впереди солдата вот-вот переступит порог этого чертова коридора, уже забрызганного кровью дерущихся, Роуг заставил себя подняться, спрятав ключ в карман своих штанов, разбежался и, выбив раненым плечом распоровшее кожу новыми ранами стекло, сиганул в то самое окно, за которым он не так давно прятался в облике тени.  — Фуллбастера освободить вздумал, гаденыш?! — услышал Роуг себе вслед, неуклюже прокатившись кувырком после не очень-то удачного приземления по запыленному асфальту, все себе в кровь разодрав и до кучи болезненно ткнувшись головой в декоративный камень, которым была выложена какая-то черт бы его знал зачем вообще тут стоявшая цветочная клумба. Тяжело дыша, Прохиндей заставил себя встать, и, на ходу утирая кровь с головы, разбитой еще после попытки попасть с разбегу в облике тени в камеру Грея, побрел вокруг величественного здания темницы. Черт, надо бы ускориться, затравленно покосился на выбитое им же и замаранное его же кровью окно черноволосый убийца драконов, и перешел на передвижение перебежками, прячась то за кустами декоративной живой изгороди, то за мусорными контейнерами, то еще за всякой дребеденью, что попадалась ему на пути и могла стать мало-мальски годным укрытием. А раны в плече и локте доставляли немало неудобств, жутко болели… Двигать левой рукой Чени теперь не мог, даже залитые кровью с простреленных плеча и локтя пальцы шевелиться перестали. Мать твою, зло ругнулся Чени себе под нос, притаившись в днем служившей курилкой, а ночью пустовавшей без дела беседке, да что же теперь делать-то?.. Да, ключ он стащил, точнее, отобрал у этого… как же его… ах да, Аквариуса, вырвал в открытом бою, на что, признаться честно, изначально планировавший провернуть вызволение ледяного совсем по-другому Прохиндей вовсе не рассчитывал. Только теперь он ранен, полноценно драться не может, еще и магии до кучи лишен. А после того, что он натворил в подземелье, упустил одного из рядовых стражников, убежавшего за подмогой, да еще и осмелился на самого начальника стражи короля напасть, защиту подступов к камере Грея точно усилят… Он уже слышал, как по территории темницы рыщут солдаты, пытаясь его разыскать, из-за чего ему и приходилось метаться с места на место, не имея теперь возможности даже в тень превратиться, и Чени уже начал испытывать откровенную панику, понимая, что положение его незавидно. Черт, обессиленно опустился на колени прямо на пол беседки Роуг, сжимая здоровую руку в кулак и испытывая начавшее овладевать им отчаяние, вот и что ему теперь делать?! До чего же сейчас ему не хватало поддержки и совета его старшего брата, Железного Гажела… Да только вот не было Гажела рядом, никого не было. Он один, против него толпа чуть ли не землю штыками рывших в его поисках стражей, Грей Фуллбастер до сих пор в камере, и как его оттуда вытащить раненым и без магии, Чени понятия не имел. Поначалу бедному дракону стало невероятно грустно и паршиво, но внезапно, вспомнив про то, как Гажел частенько подбадривал его в трудных ситуациях, он заставил себя собраться. Чени даже смешно стало, когда он воскресил в памяти эти Гажеловы: «Хорош сопли жевать, принцесса! Встал, отряхнулся и иди делай свое дело!», «Соберись, нытик! Если ты не отрежешь башку этому уроду, он отрежет башку тебе!», «Слушай сюда, черная жопка! Если ты не пошевелишься и не продолжишь бой, я заставлю тебя петь хвалебные песни в честь меня каждое утро!»… И правда, встрепенулся теневой, какого черта он раскис? Пусть ранен, пусть магии лишен… Но в ногах сила есть, одна рука здорова, ключ от камеры у него. Пусть план действий пришлось немного изменить — ничего, импровизация даже веселее. Так что собрался, сжал волю в кулак, а яйца в комок — и снова в бой! Дракон он, в конце концов, или кто?.. Тем более, судьба только что подкинула ему подарок, которым грех было не воспользоваться… Прямо к той самой беседке, где притаился преследуемый охранниками, как гончий пес борзыми, волшебник, шел тот самый молодой солдат, у которого он и выведал, что ключ от камеры Грея Фуллбастера у Аквариуса… Так же зовут этого вооруженного страшной антиволшебной пушкой садюгу, правильно ведь?.. Видать, судьба даже после встречи с убийцей драконов молодого рассеянного шалопая ничему не научила — от товарищей он отбился, остался один, по сторонам не смотрел, оружие держал не наготове, а спрятанным за спину на специальном ремне… Красные драконьи глаза торжествующе блеснули во тьме, а здоровая рука сжала большой камень заостренной формы, который убийца драконов, еще после приземления головой в клумбу с собой на всякий случай прихватил.