Ты говоришь, я демон?! Так и есть!

Очередная порция атак оказалась до такой степени сокрушительной, что Кане только и оставалось, что, отлетая в сторону, падая, кувыркаясь и чувствуя, как и лицо, и тело ее обагряются жуткими и болезненными ранами, с ужасом понимать - даже с учетом силушки пока еще держащихся Нацу и Гажела такими темпами просто однажды настанет миг, когда драконы не смогут в очередной раз восстать против усмехающихся над их упрямством демонов. Да, огонь того, что обстреливал волшебников пламенем, Нацу пожирал, посмеиваясь, но особого перевеса в бою это отчаянным магам, осмелившимся вступить в схватку с теми, кто заведомо сильнее них, не давало. Единственное - лишь благодаря этому он мог с большей легкостью, чем ничуть не менее израненный Гажел, заставить себя подняться после очередного шквала из непрекращающихся взрывов из рук седовласого, благообразно выглядящего и похожего на графа или лорда какого демона, потоков бушующей энергии из рук того, что постоянно извинялся перед Каной за свои атаки, и постоянно пытающихся схватить и связать их растительными плетей, которые по взмаху своих на удивление тонких и жилистых ладоней выпускал на волю облаченный в темный камзол, брюки и рубашку с жабо высокий брюнет с длинными вьющимися волосами, забранными в хвост на затылке. Шатенка содрогнулась, вспоминая тот страшный миг, когда, вступив в такую же заведомо неравную схватку, ей пришлось причинить Грею невыносимую боль, вот точно так же использовав карту с его изображением и заставив того, карточного Фуллбастера использовать запретное заклятие под названием Ледяной Гроб... Случилось это еще в те времена, когда она ходила кругами, не готовая признаться Гилдартсу Клайву в том, что она его дочь, и не одну пьяную ночь провела, рыдая из-за этого на крепком плече всегда готового ее выслушать и поддержать Отмороженного. И да, вздрогнула сиганувшая от едва не растянувших ее в воздухе за запястья и лодыжки лиан из рук черноволосого демона Кана, тогда Греич еще был при двух своих ногах... Сложилось так, что в тот день Нацу оказался не в состоянии выйти на неожиданно присланное в ”Хвост Феи” задание - был слишком потрепан после их с Греем предыдущей миссии, и потому Фуллбастер счел нужным не тревожить раненого друга и на моментом перехваченный заказ отправиться в одиночку. Все казалось слишком просто, до неприличия - банда волшебников-конокрадов, которые, прикрываясь воровством лошадок, также занимались похищением детей у богатых родителей, но, получив выкуп, отпрысков родителям не возвращали, обращая их в своих рабов. Задача, как всегда, предельно ясна - отыскать похищенных детей, вызволить их, а тем гадам, которые всячески их эксплуатировали, задать такого жару (ну или, если уж точнее, в случае Грея, лютого мороза), чтобы раз и навсегда от своих мерзопакостных дел отреклись и впредь даже не помышляли. Примерно в таких мыслях Грей в тот день брел через весь бар гильдии ”Хвост Феи“ к выходу, сжимая лист с заказом в руке, перечитывая суть взятого им задания и ничего вокруг себя не замечая. Ледяной аж от неожиданности подпрыгнул, когда на его обнаженное (елки-моталки, да когда он футболку-то сорвать успел, взвился Грей) плечо легла крепко прижавшая его к месту, но, несмотря на силу хватки, явно девичья ладонь. Сделав глубокий вдох, Грей тут же расслабился - не надо было обладать чутьем, как у Нацу, чтобы по устойчивому духу спиртного понять, кто перед ним... - Грей, во-первых, оденься, - заулыбалась подвыпившая картежница. Смущенно выругавшись, Отмороженный невольно прыснул в ответ и залез было наполовину в протянутую ему девушкой футболку, да так и застрял с торчащими наружу локтями и обмотанной черной тканью головой, услышав следом из уст Каны: - И это... возьми меня с собой. - Ты чего это удумала вдруг? - сдавленно пробурчал Отмороженный, лишь потом сообразив после недолгой паузы, что стоять с наполовину надетой футболкой, как минимум, невероятно глупо. - Чего тебе не сидится дома да в тепле? - Да тошно мне, - горько вздохнула картежница. - Хочу доказать отцу, что я хоть на что-то способна... Грей быстро натянул майку и нервно выдохнул. Ох уж эти любители доказывать родителям и наставникам, что они достойны звания волшебника, что они могут очень и очень многое... Тот же Нацу, лелея в своей лохматой голове мечту о встрече с неожиданно покинувшим его огненным драконом по имени Игнил, который воспитал его и обучил его всему, многие свои подвиги посвящал своему бате, как называл Саламандр своего пропавшего учителя. Родителей своих Драгнил не помнил, и посему дракон стал для него всем, обучив его и волшебству, и грамоте... и неожиданно исчезнув однажды. Да ладно, тряхнул головой Фуллбастер, одергивая футболку, а сам-то он чем лучше?.. Постоянно заставляет себя тренироваться и совершенствоваться, вперемешку с пивом глотает запоем все книги в библиотеке, в которых хотя бы отдаленно упоминается о демонах, в поисках намека на Делиору, тварь, прикончившую его родителей и наставницу. Если его друзьями хотя бы движет желание доказать своим близким, что они из себя уже многое как волшебники представляют, то с ним все куда хуже. Им движет месть. - Грей... - окликнула его Альберона, расценив его молчание как согласие на совместный поход на задание. - Ну так идем, что ли? Я вон, помимо прочего, и выпивки нам с тобой прихватила... Девушка повела чуть согнутым плечом, и лишь тогда Отмороженный увидел, что все это время картежница стояла с огромной сумкой наперевес, до отказа забитой запасом спиртного, которого не то что на один дальний поход - на неделю беспробудной пьянки могло хватить. Чертыхнувшись, Грей выхватил у нее эту сумку и водрузил на себя прямо поверх болтавшегося за его спиной полупустого рюкзака. - Еще ты тяжести не таскала, - пробурчал он, двинув к выходу. - Пошли, чего уж... Ладно, рассудил ледяной, ничего такого, что Кана прогуляется с ним, не будет. Вроде никакой особой сложностью задание не пахнет, срочность его выполнения обусловлена лишь паникой, которая охватила родителей похищенных детей, и вполне сама по себе естественна... Мысленно пойдя в такой расчет, что основу боя он возьмет на себя, дав подруге чисто размяться да помочь ему потом доставить похищенных детей по домам, Грей улыбнулся воодушевившейся долгожданным приключением шатенке, протянув ей сворованный при помощи Ледяной Руки с барной стойки кусок тортика, да простит его Эльза. - Ты хоть закусывай, - прыснул он, глядя, как Кана с аппетитом налегла на шедевр кулинарного искусства приготовления Мираджейн. - А то до места назначения точно придется тебя тащить... Кана рассмеялась в ответ и перехватила из сумки у Грея бутылку красного вина, решив, что к тортику это будет достойнейшим дополнением. Так и ушли эти двое под покровом ночи, еще не зная того, как очнувшийся в госпитале и пришедший в себя Нацу будет рвать и метать в обиде на ледяного из-за того, что тот не вытряхнул его из койки и не взял его с собой. Добрались пьяно и весело, правда, дорогой Грея чуть в местное отделение полиции не забрали за то, что он, перебрав со спиртным, в очередной раз сорвал с себя майку и начал выплясывать прямо в городском фонтане под игравшую на площади музыку перед ухахатывающейся в голос Альбероной и всем честным народом, сверкая, надо сказать, очень ладно сложенным торсом, и ловя возмущенные взгляды пожилых горожан и преисполненные похотливого восторга взоры молодых девиц. Кана показала себя молодцом - смогла отвоевать своего друга у полицейских, пустив в ход все свои женские чары и умение кого угодно убедить в том, что ей было нужно. И вот раскрасневшийся от выдуманных на ходу и явно попахивающих пьяной лестью комплиментов картежницы молодой полицейский расстегнул наручники на запястьях захмелевшего до безобразия нарушителя общественного порядка. - Спасибо тебе, - пролепетал ледяной, чувствуя, до чего же безбожно заплетается его язык. - И это... извини. - Да хватит, что ли, - рассмеялась Альберона, потрепав друга по вечно всклокоченной смоляной шевелюре. - Зато отжигал ты просто отпад, стриптизер из тебя точно вышел бы что надо! Смеясь, девушка приложилась к очередной бутылке с выпивкой и пошла вперед, а густо покрасневший ледяной поплелся за ней, вспоминая, как во время своих жарких плясок в фонтане, раздевшись сначала сверху, порывался до кучи и штаны с себя сорвать. Это еще повезло, что парень был настолько пьян, что запутался в собственном ремне, и оставил свои попытки дать всему честному люду лицезреть его труселя... Поначалу битва шла явно в пользу Каны и Грея. Точнее, Кане даже не приходилось с начала боя вмешиваться в его ход, похитители детей оказались на удивление никудышными бойцами, и Грей раскидал их в одиночку под восторженные выкрики хлопающей в ладоши, как болельщица на стадионе, картежницы. Но вот, стоило Фуллбастеру, отшвырнув поверженного им противника, двинуться в сторону здания, где удерживали маленьких пленников, как побитый маг, задрожав всем своим искалеченным телом, захрипев и начав плеваться кровью направо и налево, заговорил: - Спору нет, нас вы одолели... Но посмотрим, чертовы хвостатые феечки, как вы будете справляться со стражем нашей гильдии, который выходит в тот миг, когда наши бойцы сражены! - Да что ты мелешь, какой, к чертовой матери, страж?! - рявкнул Отмороженный, перешагивая через поползшего за ним мага... и следом же попятившись обратно и даже на своего врага ненароком несколько раз наступив. Перед ними материализовался прямо из воздуха, распространяя клубы черно-фиолетового дыма, монстр нереально огромных размеров, похожий на помесь ящера и акулы, и с ног до головы покрытый темно-розовой чешуей. - Защити нас, Торафузар... - просипел поверженный волшебник, кашляющий кровью и щедро нашпигованный изранившим его льдом с подачи Фуллбастера. - Тора... чего? - ошалело вытаращился Грей на образину, медленно ступавшую в сторону Каны, и ростом превышавшую его на две головы, как минимум. - Торафузар, - остановившись на расстоянии удара напротив сжавшего кулаки ледяного, произнес монстр. - Этериас, высший из демонов, родом из самых страшных глубин ада. - Демон, говоришь? - склонив голову, прорычал Фуллбастер. Решение пришло моментально. Он понимал - если он не применит магию Ледяного Гроба, они с Каной тут могут хоть из кожи вон вылезти, они его не одолеют. Но ему нечего дрейфить, у него, как сказала бы сейчас его готовая броситься в атаку на демона подруга, в кармане был козырь, благодаря которому любого демона он мог уничтожить с одного удара. И плевать, что ценой собственной жизни. Детей надо освободить, и не дать этой ящероподобной твари добраться до Каны тоже надо. Ну, правда, уничтожив этого упыря при помощи Ледяного Гроба, он и сам будет мертв, и освобождать детишек и развозить их по домам придется уже его подруге. Это, впрочем, уже готового использовать магию, которая должна была загубить и его вместе с демоном, парня совсем не останавливало. В вопросах, где на кону стояло спасение других, Грей склонен раздумывать не был, и собственная жизнь в такие моменты ценности для него никакой не представляла. Окровавленные руки Фуллбастера скрестились, он сосредоточил всю свою силу, готовясь выбросить ее в свой последний удар, заклятие уже начало было срываться с его покрывшихся коркой льда и разбитых губ, а все тело парализовала просто сжигающая дотла каждый нерв невыносимая боль... И в следующий же миг ледяной оказался отброшен назад, даже дальше, чем в тот миг стояла Кана, руки и ноги его оказались намертво связаны магическими путами, которые Альберона вызвала из своих карт, а только начавший свое смертоносное зарождение Ледяной Гроб разлетелся на сотни осыпавших поле битвы холодных осколков. - Какого черта?! - взревел Фуллбастер, напрягаясь всем телом в попытке заморозить чертовы веревки и лишь в тот момент обнаружив, что он, оказывается, схлопотал жуткую рану на шее еще во время битвы с валявшимися теперь и там, и сям без сознания волшебниками. - Ты дура, что ли?! Если я не использую Ледяной Гроб, нам обоим конец, и никого мы отсюда не вызволим! - Никогда не смей умирать ради каких-то там высших целей и думать, что этим ты сделаешь всем лучше! - выкрикнула Кана, тяжело дыша и глядя на то, как пытающий проморозить свои оковы Отмороженный катается по земле, обагряя её кровью из рваной раны на шее, озлобленно рыча и миллион раз уже назвав подругу девушкой далеко не самого высокого уровня умственных способностей. - Говоришь, чтобы убить демона, нужен Ледяной Гроб?! - снова крикнула шатенка, чувствуя, что нервы её взвинчены до предела, потому что пришлось только что отбить первую атаку в виде толщи чёрной и явно ядовитой воды из когтистых лап акулоящера. Получилось не очень хорошо - задело и её, и Грея, и теперь по их телам в тех местах, куда угодила отравленная водица, зазмеились гниющие и разлагающиеся прямо на них, ещё живых, как на мертвецах, язвы. Достав колоду, девушка отчеканила: - Так будет тебе Ледяной Гроб, смотри, запоминай... Внезапно развернувшись к всё-таки начавшему промораживать верёвки другу она снова сорвалась на крик: - И больше никогда, слышишь, НИКОГДА не смей при мне умирать! Карта Грея Фуллбастера! Когда перед снова попытавшимся окатить друзей потоками ядовитой воды, но снова словившим за это от Каны Торафузаром появился второй Грей Отмороженный, даже видавший всякое в своей жизни демон заинтересованно хмыкнул, словно говоря: ну вот и чем ты меня заинтересуешь, глупая волшебница с картишками? А Кана, не слушая уже матюков усердно промораживающего крепко державшие его верёвки Грея, выкрикнула: - Заклинаю тебя, Грей Отмороженный - раскрой Ледяной Гроб! Настоящий Грей аж на миг материться перестал и катания по земле свои прекратил, выпрямляясь настолько, насколько это вообще получалось сделать связанным по рукам и ногам, и обалдело уставился на то, как точная копия его самого, посмотрев на Альберону, коротко кивнула без единой эмоции на лице и приступила к исполнению страшного заклятия. Подивившись тому, с какой точностью этот карточный Грей повторял все его манёвры, настоящий Фуллбастер вслух лишь выдал: - А что, у меня тоже такая харя обычно тупая и как будто неживая? - Ну... не совсем, но иногда бывает, - ответила Кана, продолжая стоять спиной к товарищу и всеми силами пытаясь спрятать слёзы от того, что ей, честно признаться, было страшно смотреть даже на то, как умирает копия её друга. Вроде бы понимала всё девушка умом, что это не настоящий Грей, что взаправдашний живее всех живых, хоть и ранен... а всё равно страшно ей было до дрожи, когда руки того, вызванного из карты ледяного скрестились, а потом резко разошлись, разверзая этим манёвром для шарахнувшегося в ужасе ящера ледяную могилу. И внезапно за своей спиной картёжница услышала истошный крик. Вздрогнув, она обернулась, и тут же схватилась за голову, чувствуя, что слёзы из её карих глаз уже полились рекой, и истерику отчаяния она остановить не в силах. Как, почему так вышло - она до сих пор не знала. Но оказалось, что Грей очень тесно был связан со своей копией из карт Каны Альбероны, и теперь, хоть и не грозила ему смерть, муки он испытывал ничуть не меньшие, чем его заживо запечатывающий себя вместе с гортанно завывающим демоном двойник. Кричал умирающий демон, рычал от боли умирающий в ледяном гробу Грей из карты, орал во всю глотку, колотясь головой о землю и катаясь связанным по земле, настоящий ледяной... Бедный Фуллбастер сейчас выглядел просто ужасно - лицо и тело его словно кромсал чей-то невидимый клинок, щедро покрывая их разного размера порезами, следом же ледяная корка стягивала эти расходящиеся под ней дальше и дальше раны, и тут же словно невидимая наждачка растирала всё это, заставляя Отмороженного изгибаться всем и без того искалеченным телом, и потом будто белое пламя охватывало каждую его рану, превращая её в уродливый ожог, и раздирая его на части мелькающими то тут, то там белоснежными всполохами... смотреть было страшно. Ледяной аж додумался в попытке заглушить самого себя и свои рвущиеся против воли наружу и дравшие глотку чуть ли не до срыва голоса вопли уткнуться головой прямо в землю во время своего очередного кувырка и начав эту землю жрать, давясь ею и уже глухо рыча. От этой какофонии всеобщего крика испытываемой тремя сразу общей на всех боли, от горького осознания того, что, не дав Грею пожертвовать собой, она своими руками умудрилась учинить ему жестокую пытку, Кана и сама поддалась жуткой панике, упав на колени и разрыдавшись в голос. Не сразу тогда догадалась она его развязать. А когда дошло до неё, что не мешало бы и освободить товарища, всё уже кончилось. Перед ней и тяжело дышащим Греем образовалась огромная ледяная могила, в которой оказался запечатан раскрывший пасть в предсмертном крике демон. Едва после произнесённого Альбероной заклятия путы с едва живого Грея спали, тот неуклюже поднялся на колени, выплёвывая землю, и, с досадой обнаружив, что встать пока не выходит, прямо так на коленях и пополз в сторону Ледяного Гроба. - Грей, что ты делаешь? - бросилась к нему плачущая Альберона. - Хочу взорвать этот Ледяной Гроб и демона вместе с ним разнести в мелкие кусочки, - чуть не подавившись застрявшим в горле комком земли, откашлялся ледяной. - Долго объяснять, но, сдаётся мне, раз это моя копия, то, если я сейчас не разнесу эту тварь в щепки, она оттает спустя какое-то время. - Грей... - сев неподалёку и с ужасом наблюдая за тем, как, упираясь собственным лбом в холодный до паралича, по её мнению, Ледяной Гроб, Отмороженный пускает в него свою собственную кровь и что-то бормочет себе под нос, готовясь, похоже, всё это до самого основания пропитать своею кровушкой да взорвать, Кана поняла, что ей совсем паршиво на душе становится. Она помнила, она видела, как то, во что вкладывал её отбитый на всю голову товарищ свою собственную кровь, становилось настоящим оружием массового поражения, взамен отбирая у него последние силы... И уже осознавала, что он вознамерился сотворить сейчас. Понимая, что в этом самоубийственном деле Грея ей уже не остановить, Кана лишь выдохнула: - Прости меня, я не знала, что ты так тесно связан со своей картой. - Ты всё правильно сделала, - улыбнулся ей Отмороженный, держа окровавленную руку на холодной поверхности и отведя взгляд от разукрасивших лёд багровых разводов, похожих на витиеватые узоры. - Это ты меня прости с этим Ледяным Гробом, это не ты дура, а я конченый кретин. - Не дождавшись ответа от всхлипывающей подруги, он негромко произнёс: - Ледяной Взрыв! Брызнула кровь, полетел в разные стороны взорвавшийся лёд, раскололись на сотни обломков останки замороженного заживо демона, само пространство словно дрогнуло, стало холодно и невыносимо светло, всё словно потонуло в режущем глаза голубоватом свечении... А потом Кана увидела лишь разметавшуюся по всему полю битвы гору окровавленного льда и лежавшего посреди всего этого Грея, который, похоже, получил по черепушке своим же собственным льдом, и отключился от и без того ужасающей кровопотери. В итоге детей Кане пришлось освобождать в одиночку, а вот забирали и её, и Грея уже Эвергрин с Эльфманом, потому что не умевшая водить авто картёжница поняла, что пешком с раненым Фуллбастером на плечах до вокзала топать - перспектива явно не из самых радужных, - и позвонила волшебнику перевоплощения с просьбой забрать их из этого проклятого места. В общем и целом, история закончилась, как всегда, победой хвостатых. Пусть и досталась им эта победа потом, кровью, адской болью, жуткими мучениями, неизбывным страхом и даже готовностью положить собственную голову на плаху возвышенных идей и общего блага... Но с той поры Кана поклялась самой себе, что больше никогда она не заставит Грея Фуллбастера, что жил в её карте, использовать Ледяной Гроб. Только вот сегодня, когда судьба свела её, Нацу и Гажела в заведомо проигрышном бою с четырьмя демонами, в который раз уходя от удара бритоголового телепата лишь благодаря тому, что её прикрыл собой Гажел, приняв атаку этого разящего до боли эфира на себя, шатенка начала приходить лишь к одному выводу. Да простит её Грей, неизвестно, что там с ним сейчас в тюрьме творят, но, кажется ей придётся посыпать щепотку ледяной соли на его и без того мучавшие его раны. Что поделать, горестно вздохнула девушка, отвлекая пытавшегося взорвать землю под ногами Нацу седовласого демона выбросом карты Плю и лишь благодаря этому сумев спасти Саламандра от неминуемой смерти и незавидной участи быть разорванным заживо, они не могут больше так падать, получать тяжёлые ранения, вставать и понимать, что сейчас они получат ещё хуже. Да простит её Грей... - Ребята, прикройте меня последний разок, - шепнула девушка так, чтобы её услышали лишь её обладающие острым слухом друзья. - Сейчас я закончу эту битву! Не вдаваясь в подробности, что же задумала шатенка, железный и огненный убийцы драконов кинулись, отхаркивая кровь, на своих противников в атаку, которая, они изначально это знали, окажется провальной, но сможет отвлечь внимание этих порождений самой Тьмы. Ничего, думал Гажел, большего, кроме как отвлечь противников, им сейчас не надо... да и не смогут они большего. Так что если Альберона сейчас что-то дельное не провернёт, осознавал израненный стальной, чувствуя, как земля под его ногами вздыбилась, готовая взорваться, и успев ускользнуть лишь благодаря своему драконьему чутью - им точно конец. - Карта Грея Фуллбастера! - выкрикнула девушка с той стороны, откуда демоны никак не ожидали её увидеть. Понимая, что медлить нельзя, она заставила себя произнести сквозь начавшие раздирать её против её воли слёзы: - Заклинаю тебя, Грей Отмороженный - раскрой Ледяной Гроб и упокой там этих демонов! - Ты с ума сошла?! - черноволосый демон аж своими идеальными кудрями тряхнул и про то, что почти попал своим ядовитым плющом в Нацу, позабыл. Началось ледяное безумие, настигающее каждого из пытавшихся сбежать демонов, холод и холодное голубоватое сияние в своей кровавой пляске поглотили всё и всех, Кана даже с трудом видела своих отползающих в сторону товарищей. Но пыталась себя успокоить, снова проклиная себя и разрыдавшись от понимания того, что она только что сотворила. Да простит её Грей...