Давай приколемся

А иначе в дурдом упрячут — смирительную рубаху напялят и никак иначе. А пока люди воюют и делают детей, давай приколемся! Флешбек. Два года назад. Ноябрь.       Ивану плевать. И всегда было плевать, когда дело касалось его любимых людей, будь то сёстры или возлюбленный/ая. И в этот раз, когда дело касалось его семьи, он действовал очень неосторожно, но правильно с точки зрения самосуда.       В голове буквально отбивали ритм какие-то барабаны. Брагинский уже не понимал, что это так остро пульсирует кровь в висках. Первобытная ярость захватила его разум. Этот ублюдок домогался до его сестры и предпринимал попытки изнасилования. Плевать было, что ей уже несколько сотен лет и что она гораздо старше его самого. Защитить её честь было необходимостью. Россия выследил парня. Абсолютно непримечательная личность. Хотя, тьфу, личностью и не пахло. «Кретин обыкновенный, болезнь неизлечима», — Иван мысленно так прозвал этого недонасильника. Как по закону жанра, это должно было случиться в безлюдном проулке. Но русский решил, что это уж будет слишком заезжено.       Он убьёт парня в его съёмной квартире. Перед смертью жертва будет жестоко избита обрезком водопроводной трубы, найденным недалеко от трупа. Повреждений будет масса. Парень скончался лишь от полученных травм. Хотя, впрочем, к концу мести от него останется лишь мешок кожи, полностью изувеченный. Никто не слышал ни криков, ни стонов боли. Нет даже каких-то банальных зацепок. Нет ничего. Лишь труп ублюдка, который очень неудачно перешёл дорогу нечеловеку, для которого безопасность его близких была очень важна.       Убийцу в газетах назовут «психом» и «безумцем» из-за проявленной жестокости. Но, как ни странно, об этом случае очень скоро забудут. Жертва не была знаменита или что-то в этом духе. У этого почти безымянного парня было лишь несколько приводов в полицию. Его даже некому было хоронить. Всё за казённый счёт. Но, повторюсь, и хоронить там особо было нечего.       А душа Ивана осталась спокойна. Потому что одним кретином стало меньше.