/r9k/ Эльза страдает

      – Смотри! Вон там одно!       Анна ткнула пальцем в единственное на парковке свободное место. Эльза резко вырулила влево.       – Ну наконец-то, блин, – пробормотала она, тормозя, и повернула ключ в замке зажигания. Младшая уже успела расстегнуть ремень безопасности и вылезала из машины, зовя компанию девчонок, что шагали через парковку. Эльза наблюдала, как девушка бежит к ним навстречу, пытаясь поравняться, и вздохнула. Будто ей хочется зависать с такой жалкой неудачницей, как ты. Да она дружит здесь почти с каждым, даже с командой соперников!       Эльза нехотя выползла из авто. Вот бы просидеть здесь всю ночь без присмотра, воображая, будто ты наркодилер и толкаешь крэк дурачкам-первокурсникам! Что бы вы предпочли: провести ночь в отделении, или смириться к чертям со злой судьбой и целых три часа смотреть школьный футбол? Можете не отвечать, вопрос чисто риторический. Старшая побрела к полю, борясь с искушением вернуться обратно и забаррикадироваться в машине – ведь обещала маме не спускать с Анны глаз.       И к врачу не ходи за неутешительным диагнозом сестры: трудный период после разрыва, который Эльза звала попросту «крышеснос». Только что брошенный пытается заполнить зияющую пустоту внутри вечеринками, играми, общением и прочей ерундой. В чем смысл всего этого, для старшей всегда оставалось загадкой.       Учитывая, что Анна отшила Ганса (Эльза отказывалась верить, что это мальчик-мажор её бросил, потому что не дала), она искала человеческого тепла с другими. Эльза всей душой хотела ей это самое тепло дать, но Анна, откровенно говоря, совсем не фанатела от StarCraft или комиксов, и просиживать в комнате старшей не стала бы.       И, как бы не хотелось признавать правду, небольшая частичка Эльзы даже обрадовалась просьбе матери, иначе она с извинениями в голосе отмазалась бы и так и сидела у компьютера. Теперь же у нее была возможность наблюдать прелестнейшую картину: Анна подпрыгивала от волнения и ослепительно улыбалась подругам, а тоненькие фиолетовые и зеленые ленточки, вплетенные по дороге в две косички, блестели в свете прожекторов. Какая же она миленькая! Девушка помахала ей, и по лицу старшей расползлась глупая улыбка.       Но улыбку очень быстро как ветром сдуло – ей ведь предстоит разговаривать с многочисленными подружками. Отношения с теми были не ахти: от легкой неприязни до стойкой вражды, а все из-за нелепой случайности. Тогда Эльза облила розовой газировкой новенькое платье одной из подруг, не нарочно, разумеется. На заикающиеся объяснения старшей, что, мол, руки вспотели ответом был пронзительный ор, и окружающие в радиусе километра узнали о дорогущей цене несчастной одежки.       Эльза уставилась на компанию, а они – на неё, но с опаской. Чёрт, чёрт, чёрт… Давай же! Не запори хоть на этот раз. Ради бога, делай вид, что ты самая что ни на есть нормальная и обычная.       – Девчонки, все знают мою сестру? – Анна притянула старшую к себе. Эльза подняла руку в знак приветствия.       – Привет, Эльза, – ответила одна из девушек и коротко кивнула. – Готова к игре?       Нет, блин.       – Типа того, – старшая в ответ пожала плечами. Повисла неловкая тишина. Нет, что-то не так! – А… а ты?       Подружка глянула немного озадаченно и указала на наряд: кроссовки, один зеленый, другой – фиолетовый, изумрудный свитер и фиолетовую кепку с большой буквой «А».       – Разве не видно? – Прозвучало с сарказмом. Умница, браво!       Младшая живо сориентировалась и схватила сестру за руку.       – Супер! Ну что, пойдем, пока все хорошие места не заняли.       Чувствуя небольшое напряжение, Анна склонилась и тихо прошептала старшей на ухо: «Сядешь со мной, ладно?», и тем самым дала понять – какое бы нехорошее впечатление та на друзей не производила, никто не бросит её на трибунах в толпе незнакомцев. Ты же в курсе, что и пальца её не стоишь?       Тут позади раздался отвратительный высокомерный голос.       – Эй, Анна! Давно не трахались!       Эльзе захотелось обернуться и посмотреть, кто тут разбрасывается неприличными комментариями, но сестра, вспыхнув, только сильнее потянула её за руку.       – Не обращай внимания.       Старшая нахмурилась.       – Что это за…       – Да ладно тебе, крошка! Шутка! – Перебил её тот же голос. – Хотя нет – ты же меня бортанула, помнишь? Но отнесемся к прошлому с юмором!       Эльза посмотрела сестре в лицо и заметила собирающиеся в глазах слёзы, а рука до боли сжимала её руку.       – Заткнись, придурок! – Крикнула одна из подруг. – Соси себе сам!       Вот бы и у Эльзы хватило мужества вступиться за сестру, но от всей этой перепалки нервы взбушевались, а ладонь в руке Анны покрылась липким потом.       – Отвали, шлюха! Не с тобой разговариваю, – Н-да… Парень явно намеков не понимает, – а с той фригидной рыжей сучкой.       По щеке младшей скатилась слеза, глаза крепко зажмурились. Эльзу будто бы перемкнуло. Она резко обернулась, вырвала руку из крепкой хватки сестры и пронзила выпендрежника испепеляющим взглядом.       Ганс! Вечер становится всё интереснее…       – Тебе чего надо, педик? – Заорала она. Компания от неожиданности замерла в шоке, как и сама Эльза. Парень тупо уставился и заморгал. – Да, я с тобой разговариваю! Оставь сестру в покое! Не видишь – ей сейчас не до ушлёпков вроде тебя!       Ганс загоготал.       – Так ты её сестра? Та самая странная тёлка, что вечно сидит дома и ни с кем не дружит? Господи! По слухам ты громадный жирнозавр, а вот в реальности очень даже ничего…       Эльза пыталась проигнорировать поднявшуюся в груди волну неуверенности, что вызвали его слова. Она мучительно искала подходящий ответ, чтобы не усугубить и так далеко не красочное мнение окружающих, но на ум шли такие ругательства, что разумнее было бы просто смолчать. Однако язык уже жил своей жизнью.       – А ну-ка повтори, что ты только что сказал, сучёныш! – Выпалила старшая. – Клянусь: с лица земли тебя сотру, и мокрого места не останется!        Полный звездец… Ненормальная! Зачем ты вообще об этом заикнулась? Надейся теперь, что он хоть немного нормалфаг! (1)       На парковке повисла звенящая тишина. Где-то вдали, на трибунах, раздавались голоса зрителей, а из громкоговорителей орала музыка. Подружки Анны в шоке качали головами, а лицо Ганса выражало не то подозрение, не то изумление.       Эльза, вся красная, едва сдерживалась, чтобы не сбежать в самый дальний и темный угол стоянки. Справа донесся дрожащий голосок Анны.       – Ребята, может… может, уже поднимемся на трибуны?       Компания понемногу вышла из ступора и не спеша побрела в сторону девушек. Все пялились на старшую, бормоча кто «больная», кто «истеричка». У той голова пошла кругом.       Мне срочно нужно отсюда свалить. Не могу больше.       Эльза рванула к машине, но тут почувствовала руку младшей. Пришлось обернуться и посмотреть сестре в лицо.       – Ты куда? – Глаза её умоляли остаться.       Старшая только отрицательно качнула головой, выдернула руку и отвернулась к манящему уединению припаркованных автомобилей.       – Домой. Обратно тебя подвезут друзья.       Видеть реакцию Анны было совсем необязательно – тихий всхлип стал немым свидетелем, как сильно она её ранила.