Мекка

Платформа мягко покачивалась на воде, волны плескали о борт, и кроме этого звука не было слышно абсолютно ничего, хотя, судя по тому, как часто Логан подносил дудку к губам, дельфины вели с ним оживленную беседу. Сгущались сумерки, а в желудке – да и в голове - было пусто со вчерашнего утра. Тело казалось невесомым, особенно сейчас, когда отступила тошнота. Шевелиться не хотелось. Думать тоже. Кид лежал на спине и смотрел на темнеющие облака. Иногда он поворачивал голову и смотрел на волны. В ста милях от берега времени, казалось, не существовало. Первые дни в океане его всегда мучила морская болезнь. Несмотря на то, что Кид знал, что пару суток его будет регулярно рвать за борт, за предложение Логана Мак-Кинли, старого друга Ангела, провести неделю на платформе он ухватился с радостью, к которой, правда, когда он узнал все обстоятельства, прибавилось иррациональное чувство вины. Логан всегда ходил в океан со своим сыном, Мартином, но сейчас тот лежал в клинике «Аркивс» - в тот же день, когда Кид забрал груз, в здании корпорации взорвалась бомба, подложенная фанатиками из Мехико, и Мартин стал случайной жертвой. Логан мог бы справиться с вахтой и в одиночку, однако по технике безопасности в океан должно выходить как минимум два человека. Кид умом понимал, что никакого отношения к взрыву не имеет, но после разговора с Уэйном Расселом, он не мог не сравнивать себя с ревнителями веры. От Ла до Мехико – или Города Бога, как называли его местные – было целых два дня пути, и все равно исследования северных корпораций не давали им покоя. В небе проплыл альбатрос. - Кид! – голос Логана после разговоров с дельфинами был хриплее обычного. – Проверь локатор. «Альбатрос – айсберг», - лениво родилось в голове. Кид поднялся, ожидая, что желудок снова начнет возмущаться. Ничего. Он медленно пошел к рубке, неуверенно ступая по убегающей из-под ног палубе. Локатор показывал ярко-зеленую точку в верхнем левом углу. Далековато, обойдет скорее всего. - Пять миль к северо-западу! – крикнул он Логану. - Тыкни правой кнопкой по нему и выбери рассчитать маршрут! Бортовой компьютер выдал линию в полмили от платформы. Так и есть, обойдет. - Какого цвета маршрут? – выкрикнул вопрос Логан, не дожидаясь ответа Кида. - Желтый! Раздались ругательства, потом – тяжелые шаги, и вскоре в рубке появился Логан. Кид вопросительно посмотрел на него. - Эта собака нам температуру испортит, уступи-ка мне место, подвину нас. - Можно я? – Киду никогда раньше не выпадало случая поуправлять чем-нибудь плавающим. Логан фыркнул. - Тебе только порулить дай. – Он упер руки в бока и смерил Кида взглядом. - Ладно, райдер, ничего тут эдакого нет. Смотри, - ткнул Логан пальцем в экран. - Правой кнопкой по платформе. – Кид сделал, как велено. – Потом рассчитать точку. Теперь тыкай чуть левей от нас. Красная точка платформы на экране раздвоилась, и рядом с уже рассчитанной траекторией айсберга появилась пунктирная линия - белая. - Вот. Белая – значит нет значимых температурных… - Логан сделал паузу, шевельнул губами и выговорил по слогам: - флюк-ту-а-ций. Понял? Кид кивнул. - Теперь тыкаем опять по платформе и выбираем произвести маневр. И это все? Как-то даже обидно. Он постарался скрыть разочарование, но, должно быть, не слишком удачно, потому что Логан рассмеялся: - Это тебе не на байке виражи закладывать. Кид смущенно улыбнулся. - И что, всегда автоматика? Не скучно? – спросил он. - Почти всегда. – Логан провел ладонью по ежику седых волос. – В шторм разве что приходится самому. Но скажу я тебе, Кид, по мне так лучше пусть оно само все делает, чем такие развлечения. Я лучше Серую послушаю, про ее нового детеныша. Мамаши все одинаковы, что человеческие, что дельфиньи. Часами готовы свистеть про детей. Кид пожал плечами. - Наверное. - Ох, ты ж, прости Кид. У меня оно просто в голове не укладывается, вот и запомнить не могу. Киду хотелось бы сказать, что это его давно не расстраивает, но на самом деле детские обиды все никак не забывались. - Мне Ангел за родителей был. – Он хлопнул Логана по худому плечу. – Пошли наружу? По периметру загона зажглись прожектора, и в воде отраженным светом загорелись рачки. Серая и Половинчик высунулись на палубу из океана, при приближении Логана с Кидом они зашлепали плавниками по пандусу. Логан немедленно достал дудку и что-то неслышно для Кида просвистел. - Что они говорят? – поинтересовался Кид. - Серая говорит, тебе надо поесть, а то ты грустный. Кид невольно улыбнулся. - У них, наверное, и понятия такого как «морская болезнь» нет. - Я все пытался вчера объяснить, - рассмеялся Логан и снова повернулся к дельфинам, прислушиваясь. – Половинчик говорит, тебе нужно завести такое ухо, как у меня, он бы тебе спел, чтобы развеселить. – Логан постукал указательным пальцем по прибору за ухом, который позволял ему слышать ультразвук. – А еще лучше, чтобы все люди рождались как Мартин. Они сели на пандус, Кид повыше – там, где еще было относительно сухо, Логан – рядом с дельфинами. Половинчик тут же перевернулся, подставляя бок под его пальцы, и Логан принялся почесывать кожу у рассеченного надвое правого плавника. - Даа, - протянул Логан, снова коснувшись прибора дудкой, - полезная это штука в нашем деле. Вот раньше, еще до моего деда, рыбу от планктонных полей звуком гоняли, только помогало мало, да и больше рачков пугало. А вот дельфины – дело верное. У нас это, как его… симбиоз. Рыба же дурная все на свет, да на планктон плывет, так что им тут, - он мотнул головой в сторону едва видных в сумерках треугольных плавников, - раздолье. - Если бы еще они платформу умели толкать, вообще бы цены не было, - подначил его Кид. Логан фыркнул. - Это уж точно. Они немного помолчали. За кругом прожекторов опустилась непроницаемая тьма. - Пойду я спать, - зевнул Логан и поднялся, хлопнув напоследок Половинчика по гладкому боку. – Ты посматривай на локатор, если что буди, – кинул он Киду уже через плечо и, раскачиваясь, зашагал к жилой надстройке. Уже у люка остановился и обернулся: - Если что про Мартина пришлют, тоже буди. Кид кивнул. В груди снова кольнуло виной. Половинчик с Серой распахнули зубастые вытянутые рты, наверное, говоря что-то, однако без Логана и его прибора Кид не мог ни услышать, ни ответить. Он осторожно приблизился к ним, стараясь не намокнуть, но плеснувшая волна все равно облила его сапоги и брюки, и он, махнув на все рукой, сел прямо у самого края. На ощупь кожа Серой напоминала шины байка, если их намочить, только была намного более гладкой и теплой. - Хотел бы я вас слышать, - сказал Кид вслух, потом, немного подумав, добавил. – Вот на юге, в горах, приручают собак, чтобы пасти коз, так они хоть лают, так что без приборов слышно. – Он сделал паузу, вспоминая огромных лохматых зверюг, их страшные зубы и когти, и неожиданно добрый нрав. – Но они зато не такие умные. Серая, словно понимая его, фыркнула – или как это у них называется – выпустив воду через клапан на спине. Какое-то время Кид молча чесал ее бок, но мысли его наконец стали облачаться в слова, а слова рвались наружу. - Жалко, что Мартина ранило, но иначе я бы сюда не попал. Ты знаешь, Серая, есть такие люди, которые не думают, а только верят в то, что им говорят. Они Мартина взорвали. Вернее они не его взорвали, а здание «Аркивс», но Мартина тоже. Я и не знал. Он, наверное, потому был такой злой. – Кид понимал, что его слова не имели бы смысла, даже если бы дельфины его слышали, но ему почему-то всегда лучше думалось, когда он проговаривал то, что взбредало в голову вслух. – И ведь он прав, хоть и обидно, тем более от него. Я ведь никогда не думал, просто принимал все, что Ангел говорил. Мне кажется, я даже стал говорить его словами, его фразами. А этот… он пять минут меня послушал, и как диагноз поставил. Причем, я бы ведь и не понял сам, я бы с ним, наверное, спорил. Вот только он вопрос задал. «Что такое свобода?» Кид замолчал, переводя дыхание, и терпеливо ожидавший своей очереди Половинчик ткнул мордой его ладонь, но он даже не заметил. Тут, на платформе, в милях от берега, думалось легче, чем в городе, хотя и не так хорошо, как в дороге. Если бы не заказ для Райли, он бы рванул на юг. Может быть, доехал бы в этот раз до самого края, а может быть, поднялся бы на самую высокую гору. - И знаете, что я сделал? – продолжил Кид. – Я сбежал. – Рука его невольно сжалась в кулак, и теперь уже и Серая нежно ткнула его носом. – Потому что не знаю. Представляете. Я, райдер, и не знаю, что такое свобода. Хотя, может и весь смысл в том, чтобы не знать и искать всю жизнь. Но тогда, понимаете, я сколького не пробовал, потому что это, как Ангел говорил, может сделать меня рабом. Нет, я не про наркотики и не про поселиться на одном месте, а вот может, полюбить можно. – Он наконец обратил внимание на дельфинов, положил ладони на лобастые головы. – Вот мне кажется, вы – свободные, но у вас и дети, и семья, и стая. Или, может, так только со стороны кажется. – Он вздохнул. – Сложно все так. Серая с Половинчиком, видимо, поняв, что ласки от него больше не дождешься, с плеском соскользнули в воду, и Кид остался совсем один. До конца вахты оставалось целых пять дней. Пять дней, чтобы понять, что такое свобода, и зачем она ему вообще. Как же просто было, когда он твердо знал, как надо.