Девушка-волк.

       - Но, Ваше Величество!..        - Увести, - твердо приказал Король Магнолии.        - Нет, Ваше Величество, прошу, послушайте!.. Не смейте, нет!        Королева, поджав губы и нахмурившись, смотрела на удаляющегося мужчину, у которого одним словом отняли все: семью, дом и работу. Ей была чужда бессердечность, но таков закон: равноценный обмен, взял - дал. Этот человек совершил преступление и должен быть наказан за свой проступок. И все же, постигая и вливаясь в жизнь простого люда, не можешь оставаться таким беспринципным правителем, ведь всегда есть какое-либо жалкое "но". "Я помилую его, НО мне тогда придется прощать всех преступников; я казню его, НО навсегда его лицо останется в моей памяти". Игнил помнил каждого: Люк Тортон, казненный за измену, но пытавшийся прекратить переворот; Верна Боттс, казненная за убийство иностранного посла, который домогался до её несовершеннолетней дочери. И еще сотни имен незаслуженно наказанных...        - Ваше Величество, - обратилась к правителю Королева, - Вы не знаете, приедут ли на свадьбу нашего сына Хартфилии?        Король глубоко вздохнул, обдумывая этот вопрос: что-что, а они до сих пор скорбят о потерянной дочери.        - Не уверен, но отказа от них я не получал. Скорее всего, они смогут помочь в подготовке к свадьбе. Но она назначена на осень, еще полгода до торжества - все может измениться.        - Хорошо... А дочь, - внезапно вспомнила женщина, - помнишь ли ты их дочь? Прекрасная девочка была, не правда ли?        - Да, Рейна, она была очень мила.        - Мы тогда с Лейлой очень хотели этой женитьбы, - ностальгировала королева, глядя вперед себя.        - Ты знаешь: хотели мы все.        Женщина глубоко вздохнула и прикрыла глаза.        - Наш сын должен скоро приехать. Как думаешь, привезет он что-то диковинное?        - А как же, - по-простому ответил король, улыбнувшись, - ты же знаешь Нацу... Он никогда не пройдет мимо чего-то дикого и неизвестного.        - Он и Лисанна в этом похожи, - произнесла Рейна неожиданно после долгого молчания.        - Возможно.        Вновь воцарилась тишина. Оба супруга обдумывали свои слова, политику, женитьбу и еще кучу проблем, которые им надо решить сегодня же. Король отдал приказ начать подготовку к суду еще над пятью преступниками, а после подготовить эшафот для казни на рассвете.        - Мой принц, на горизонте видн...        Грей, постучавшись, зашел в каюту к Драгнилу-младшему, намереваясь доложить о прибытии в Магнолию, как остолбенел: в кровати миловались жених и невеста. Лисанна испуганно прикрылась и отскочила от Нацу, который, в свою очередь, нисколько не смутился, а даже еще настойчивее прижал девушку к себе. Желваки на скулах Фуллбастера начали играться от нарастающей злости советника принца, ибо он никак не ожидал такого от своего друга: опорочить одну девушку перед свадьбой, а в душу другой наплевать самым бесстыдным образом.        - Грей, ты что-то хотел?        Нацу спросил таким тоном, словно ничего не произошло и все идет своим чередом. Это еще больше напрягло брюнета, но он понимал, что не сможет ничего сделать. Это уже выбор Нацу, который он сделал не совсем продуманно, но ничего уже не изменить... И Грей решил, что раз так, то он сможет без зазрения совести сделать то, что хотел в отношении Люсьены. Нацу сам это допустил.        - Лишь сообщить, что Магнолия уже на горизонте, мой принц. Пойду, уведомлю Люсьену об этом. Вы не против?        - Нет, ступай. Лис, мне пора, - розоволосый улыбнулся принцессе, поцеловав румяную от смущения девушку в губы. Она, кажется, хотела провалиться сквозь землю, словно думала, что то, что она делает - запрещено и незаконно, грешно.        Грей поспешно вышел из каюты принца, направляясь в библиотеку. Там, спозаранку, всегда находилась "волчица".        "Так значит, ты, скотина, пока Люси в читательном зале, развлекаешься с Лисанной? Придурошная головешка, совсем не хочет бороться за свои чувства! Дитя, видите ли, обидели и оскорбили: обнимали его принцессу на его глазах! Тьфу, противно!" - ругался Фуллбастер, пока быстрым шагом направлялся в библиотеку.        - ...значительные изменения в последнее время, и это хорошо сказалось на подданных!        - Это же хорошо? Почему тогда народ бунтует?        - Стадо, - фыркнула Леви. - Им нужно лишь постоянно выражать свое недовольство. Порой, мне кажется, если бы даже каждому начислялось при рождении по гектару земли и паре золотых ежегодно, все всё равно бы возмущались: "А почему так мало?", "Король - животное!", "Власть - убийцы и грабители!". Народ надо уметь держать в узде, ведь необразованное общество - то же самое, что и стадо перепуганных овец. Есть только одно отличие: люди могут и будут убивать.        - Неужели всё настолько плохо?        - Именно.        - Разрешите прервать ваш диалог, дамы, но, похоже... мы почти в Магнолии. Собирайтесь, готовьтесь: скоро вы предстанете пред королем.        - Что? Уже? - Леви, не дослушав, убежала на палубу, чтобы посмотреть виднеющуюся издалека родную страну.        Люси же осталась сидеть, взволнованная прибытием в мир людей. Девушка забыла всё, чему её учили, словно и не знала никаких правил этикета. Её стало волновать всё: то, как она выглядит, как она стоит, дышит и смотрит. Кажется, каждый вдох будет облачен сотней взглядов там, на земле её людей. Её сородичей. Семьи.        - Неужели тебе настолько страшно, что ты не выйдешь взглянуть на эти прекрасные виды? - прервал тишину Грей.        - Мне очень хочется выйти, но... Неуютно. Там же будет Нацу?        Грей вздрогнул, не ожидая такого вопроса. С каких пор Люси испытывает неудобство при своем... бывшем женихе? Так его можно назвать?        - Да, думаю, он будет там. В чем дело?        - Ну, - девушка замешкалась и покраснела, - понимаешь, мне кажется, что ему как-то неуютно со мной.        - Иди, милый, - Штраус улыбнулась, поправляя выбившийся локон за ухо.        Драгнил, облизнувшись, поцеловал девушку и скрылся за дверью. А Лисанна, мгновенно расслабилась. Все-таки, это так сложно... быть кому-то заменой. Вроде бы и целуют тебя, сладко шепчут твое имя, но в голове у человека явно не ты. Возможно, то же чувствовал бы и Нацу, знай он о Крюке.        - Цирк какой-то...        Девушка присела на кровать. Мех приятно окутал ладонь, сначала охлаждая кожу, а после отдавая тепло. Девушка чувствовала себя одним из тех шутов, что веселят люд на праздниках: готов сделать всё для услады человеческой души. Вот и они с Нацу "шутили": один представляет на её месте бывшую невесту-волчицу, а она своего возлюбленного.        - Магнолия! Мы почти дома, Леви!        Голоса разрывались от счастья. Штраус понимала их, ведь путешествие было очень долгим, и каждый на палубе соскучился по дому и семье. Каждый, но не она. Как только Лис ступит на землю - её свобода закончится. Свадьба, правление, ежедневные проблемы, войны... Так сложно быть королём и королевой. Сложно для Лисанны. Ей хочется плавать, путешествовать по миру и узнавать новые и новые земли! Знакомится с жителями разных стран, петь их песни, пробовать местную кухню. А больше всего хочется быть рядом с тем, кто заполнит её сердце любовью. Кто приласкает, когда на душе будет грустно, и кто поможет с любыми проблемами, защитит ценой своей жизни. А именно - тот самый человек, с которым она знакома с самого детства.        Малышка не припомнит, с каких лет она услышала легенду о "Черной Вдове". Корабль из тёмного дерева с черными парусами, на которых виднелся потрепанный временем герб древнего клана - Черная Вдова. Пираты знамениты на всю страну - поговаривают, их боятся даже королевские рыцари. Но что с того Лисанне, когда единственная мысль - это увидеть этот корабль воочию? Девчушку всегда влек океан: такой, кажется, безграничный, прекрасный, свободный. А пираты наслаждаются путешествиями в океане всю жизнь! Их судьба - вода да парус.        И вот однажды, когда легенды о Черной Вдове поутихли, корабль сам дал о себе знать. Он только начал виднеться издали, как народ побежал к королю с просьбой разбомбить это судно, пока его обитатели не унесли жизнь тысяч горожан. Однако, король был непреклонен: он был убежден, что только переговоры смогут помочь добиться неприкасаемости его страны со стороны пиратов. Лисанну тогда заперли в башне, но девчушка поручила своей лучшей нянечке тогда проследить за пиратами - пусть все запомнит, да расскажет в подробностях! Как прошли переговоры, какая была обстановка в городе - Лисанна не знает. Она все время сидела в башне дворца, видя только королевский двор. Но вот чудо - девчушка заметила какого-то незнакомого мальчугана. Он был порядком старше - наверное, ему было лет шестнадцать. Куда уж ей, двенадцатилетней королевишне докричаться до такого паренька? Но она попыталась. А парень её услышал и заинтересовался тем, почему её не видел ранее. И, не взирая на высоту, он вскарабкался по старой стене. Штраус не припомнит, как они познакомились. Она не помнит, когда он стал приходить все чаще и чаще, но она хорошо запомнила лишь его отъезд: тогда девчушка плакала всю ночь. Он сказал, что на рассвете они оплывают, а после отправятся далеко, очень далеко. И, возможно, не вернуться никогда. Ни нянечка, ни матушка не смогли поумерить её грусть - было очень и очень обидно. Тогда они решили отправить её вместе со служанкой посмотреть на отплывающий корабль.        Лисанна видела его ухмылку, когда парень заметил её в толпе. Он прошептал что-то ей, но малышка не поняла его: она была чересчур неопытна. Они отплыли, а Штраус-младшую взяла такая тоска! Около недели она была очень подавлена, но ни родители, ни няни не могли понять, что случилось. И тогда король получил весточку из Магнолии, Лисанна напросилась с ним в плавание. Мать была против: она настаивала, чтобы король сам поплыл устраивать помолвку дочери, но малышка совсем осмелела и пробралась на судно в одиночку. Король хватался за голову, но позволил дочери отправится в плавание. Именно с этих пор у юной Штраус началась любовь к плаванию.        Бороздить просторы необъятного океана - что же может быть лучше? Вот и Лисанна думала, что ничего лучше этого быть и не может. После того, как была устроена помолвка между Штраус и Драгнилом, Лисанна уговорила отца разрешить ей путешествовать по миру. Сколько же она повидала чудных мест! Сколько же разношерстных и необычных людей она узнала, сколько пряностей и блюд было распробовано впервые! Все эти пять лет Лисанна не была дома дольше недели. Но лучшее путешествие было тогда, когда она встретила Крюка вновь: парень возмужал, окреп и вырос. Теперь он был действительно похож на настоящего пирата из слухов: молод, красив, умен и до чертиков сексуален. Штраус была уже не маленькой девчушкой, поэтому между ними и вспыхнул роман. Но свадьба не заставляла себя ждать, и король напомнил девушке её место.        Прознав про отношения между дочерью государя и жалким пиратом, король немедля велел привести свою непутевую дочь обратно к нему вместе с пиратом. Когда их схватили, Крюк отбился и спас девушку. Он предложил ей сбежать вместе с ним, быть рядом отныне и навсегда. Но то ли страх перед отцом, то ли страх неизвестности или беспокойство за жизнь молодого пирата, но девушка отказалась. Она испугалась чего-то, а чего - не знает и сама. Лисанна сбежала от своего возлюбленного, сказав, что он должен отказаться от неё: молодая принцесса помолвлена с наследником могущественного государства, и вряд ли морского разбойника пощадят за роман с невестой будущего короля. Но Крюк действительно оказался влюблен в девушку так сильно, что пообещал: "Я никогда не откажусь от тебя. Беги, сколько сможешь, но при следующей нашей встрече я украду тебя. Не важно у кого: у принца, жениха или хоть у самого короля. Ты будешь моя!"        Эти слова настолько воодушевили юную принцессу, что она до сих пор верила, что он найдет её и, как обещал, украдет из-под носа у Драгнила. Но сейчас, когда на горизонте виднеется Магнолия, Лисанна начала бояться...        - А что, если он уже не ищет меня?        - Люси! Кажется, вскоре мы будем дома! Ур-ра! - кричала маленькая девчушка, то и дело размахивая руками по сторонам. - Ух, тебе же еще перед самим королем предстать надобно! Это же так волнительно: я бы не смогла!        Блондинка лишь сдержанно улыбалась на все слова о предстоящем разговоре с королем Игнилом. Все же, ей было нечего сказать ему. Она чужда для высшего общества, да и общества в целом: все же, её воспитали не люди, а волки. Она жила бок о бок с существами, которых принято считать хищниками. Да и те люди, которых она встречала ранее - не люди. Это дикари, племена каннибалов и язычников, которым чужд разум. Они - эпицентр братоубийства и растления собственных детей. То, что она наблюдала в свои семь лет - не для чужих глаз и ушей. Даже Волк... Как он там? Жив ли? Жива ли Нэнси? Щенята? Они уже наверняка подросли, скоро будут больше родителей! Как же Люси не хватает этих ежедневных хлопот на острове. Она очень скучает по волкам.        Все это время, пока она находилась в плавании, волчица пыталась понять, что происходит. Вся эта ситуация с Роугом выбивала из колеи, а раздражительность Нацу сбивала с толку. Он очень изменился после того подарка от Грея, максимально отдалился от Люси. Если раньше он был очень приятным и общительным, то сейчас словно ёж: свернулся в колючий комок и не хочет открываться. Совсем. И однажды Люси даже подумала, что зря она согласилась на это всё: в моменты неловкости перед Нацу волчице хотелось назад особенно сильно. Так, что была мысль даже добраться вплавь: либо девушка выживет, либо утонет в пучине морских волн. Но останавливала лишь одна мысль: Роуг рядом. Он видит всё. Пусть Люси и не знала наверняка, но она будто чувствовала его каждой клеточкой своего тела. Однажды ей даже почудилось, что вот он: машет ей, стоя на обломках старого торгового судна, когда-то причалившего к небольшому островку. Грей тогда рассказал, что об этом корабле много легенд ходило, но никто до сих пор не знает, что произошло с кучкой купцов, решивших пойти против закона. То ли король настиг их раньше закона, то ли сам Бог велел вернуться на Небеса - никто толком и не знает.        - Люси, а что ты хочешь попробовать, когда мы причалим? Помнишь ту кулинарную книгу Магнолии?        - Помню, - кивнула девушка, - но и представить не могу, что хочу съесть. Наверное, оставлю это на тебя, если не возражаешь.        - У-у-у, тебе придется кушать только рядом со мной, потому что планов у меня очень много!        Синевласка звонко рассмеялась, широко улыбаясь. Что-что, а МакГарден действительно очень веселая и жизнерадостная девушка. Такая маленькая, что волчице кажется, что она сама бы её защищала, если бы не большой бугай, являющийся её возлюбленным. Который, кстати, только что вошел в библиотеку.        - Леви, Люсьена, мы через несколько минут причалим. Будьте готовы. И да, - он сурово глянул на блондинку, - вам лучше быть рядом с Его Величеством. Всюду будут сновать простолюдины, они не самые воспитанные люди, честно сказать.        - Хорошо, Гажил, я её отведу к Нацу, - МакГарден повернулась к Люси. - Пошли?        Девушка кивнула. И в животе мгновенно образовался тягучий ком волнения. Это чувство не нравилось Люси совсем: оно дает понять, что впереди случится что-то непредсказуемое, что все может выйти из-под контроля, а ты боишься этой неизвестности и паникуешь с вопросами "А что? А если?".        Девушка встала с насиженного стула, закрывая недочитанную книгу, после чего поправила платье, хотя это было ни к чему: оно сидело идеально. Спасибо Лисанне, которая смастерила это прекрасное одеяние - оно поистине нравилось Люси. Было в нем что-то, что выражало сущность девушки: дикое, необузданное и свободное. Порой, от своих мыслей об этом подарке волчица смущенно краснела. Как платье может быть диким, необузданным и свободным? Люси сама не знала, почему проводит подобную аналогию, но упрямо была уверенна: это именно то, что оно и значит. По крайней мере, для самой Люси. Хартфилия закрыла за собой дверь в читальню, после чего резко зажмурилась, поворачиваясь к солнцу: оно было таким светлым в этот день. Пекло несчадно: вскоре по вискам потечет пот, если немедленно не охладиться. Две девушки прошли по палубе, улыбаясь всем прохожим мимо матросам: они выглядели измученными, но счастливыми. Ведь они плавали очень долго, а сейчас причаливают к дому - это ли не прекрасно?        Люси уже привыкла к солнцу и взглянула на верхнюю палубу: там и находился Нацу. Он был непривычно спокоен, но улыбчив. Хартфилия подошла к нему ближе, немного смущаясь. Закусывая губу, девушка вглядывалась в его глаза. Они были направлены прямиком в сторону собравшейся толпы. Сейчас девушка тоже её заметила. Их так много!        - Нравится вид? - неожиданно спросил принц.        - Очень, - кивнула блондинка, - все так... необычно.        - Почему же ты не помнишь?.. - произнес Нацу, задумчиво вглядываясь в лицо собеседницы.        - Сама не знаю.        Люси понимала, что отвечать было необязательно, ведь вопрос был адресован, скорее всего, самому Драгнилу. Но и не ответить она не могла: хотелось услышать его голос еще раз. Девушка перевела взгляд на толпу. Людей действительно очень много. Наверное, каждый хочет увидеть прибытие своего будущего короля и его королевы. Как говорила Леви, еще с неделю люд будет обсуждать, каков был красавец их принц, когда его нога коснулась земли Магнолии, что на нем было одето и как он прошел до кареты вместе со своей невестой. Насколько знала Люси, это плавание было неожиданностью для народа: все же, молодые не так хорошо знакомы, да и отец Штраус-младшей славился строгостью и любовью к своим дочерям.        Люси почувствовала запах: это было нечто прекрасное, что ей еще не доводилось чувствовать ранее. Что-то пряное, насыщенное и очень аппетитное. Корабль пришвартовался, моряки уже бегали по палубе, занимаясь приготовлениями к схождению принца и принцессы на сушу. А люди кричали: они выкрикивали имя принца, имя принцессы, имя своих родных и друзей. Все встречали кого-то своего. Люси закусила губу, немного хмуря брови. Ей показалось, что эта толпа очень опасна. Очень. Инстинкты было трудно сдерживать даже сейчас, когда разум твердил бежать, но, смотря на Нацу, блондинка напоминала себе держать спину прямо, а подбородок поднять выше. Вот они уже стоят у моста. Лисанна стоит по левую руку Нацу, а Люси - по правую. На волчицу тут же устремились сотни взглядов. Резко наступила тишина, нарушаемая лишь шумом волн. Сейчас волчица слышала их особенно хорошо: среди тишины их шепот приятно ласкал уши. Нацу сделал шаг вперед, а вместе с ним и Штраус-младшая. Люси будто остолбенела. Она знала, что должна придерживаться принца, но ноги совсем не слушались её, а уже отошедшая от шока толпа вновь принялась встречать своего будущего правителя. Тут же Нацу мягко взял блондинку за руку и посмотрел на неё, будто приглашая в свой мир. На секунду Люси была готова сбежать - но лишь на секунду. Она улыбнулась, покрепче скрепила замок их рук и сделала шаг вперёд.        - Люсьена Хартфилия I, пропавшая принцесса королевства...        Сильнее, быстрее, выше... Торак уже не припомнит, сколько он рыскал по острову в поисках хоть какого-нибудь следа Люси или Роуга. Он до сих пор надеялся, что сможет найти хоть что-то, что привело бы его к его малышке... Но он не забывал и о своих обязанностях, как вожака. Сейчас настали не самые лучшие времена, каких не припомнят и деды нынешних старых волков. Абсолютно все животные на острове пытаются как-то обезопасить свои стаи и стада: кто-то спрятался в пещерах, кто-то забрел глубоко в лес, а другие напротив - ближе к берегу. Никто не понимал, что нужно делать, когда начинается война. Никто не знал, куда идти, чтобы спасти своих детей от смерти.        - "Отец, что нам еще сделать? Стадо лошадей отказывается выдать Май, но они заодно с нами".        - "Мне нужно лишь поговорить с этой кобылой, не более. Она должна знать, куда увела Люси: неспроста же она предпочла людей нам, верно?"        - "Отец, ты... правда считаешь, что она еще жива?"        - "Я это чувствую, Гаан, она жива. Но, кажется, совсем далеко. В отличие от Роуга..."        - "Что это значит?"        - "Он рядом, Гаан, - прерывисто сообщил Торак, - он скоро настигнет нас и наши стада. Скоро начнется война".        - "Тогда, нам стоит быть готовыми дать бой".        Волк твердо взглянул на своего сына. Все же, он вырост так быстро. Не успел Торак оглянуться, как этот волчонок превратился в отличного вожака, который будет направлять свою стаю к величию после Волка. А то, что стая будет продолжать существовать, Торак чувствовал. Он знал, что не выживет, но был уверен в том, что Гаан останется в этом мире еще надолго. Как и Люси. Лишь одно останавливало Волка от сражения: его малышка была далеко, очень далеко. Прошло много времени с тех пор, как её отдали тем незваным гостям.        - "Передай стаду, что я загляну к Май лично. С ней ничего не случиться, просто мне нужно убедиться кое в чем".        - Казнь была отложена по причине н...        - Ваше Величество!..        В зал ворвался советник, по лицу которого обильно тек пот: он бежал очень быстро и без остановки. Король нахмурился, но поднял руку в знак неотложности информации, которую желает доставить его правая рука. Королеве резко стало плохо: ей все казалось, что сейчас этот взволнованный мужичок скажет, что её сын пропал или, еще хуже, утонул в море! Ни одна мать не выдержит потери своего любимого ребёнка...        - Ваше... Величество!.. - пытаясь одновременно что-то сказать, мужчина задыхался и кашлял.        - Отдышись и говори спокойно: что случилось? С чего такая важность?        - К нам... Ваше Величество... Принц в этот раз привез не просто какую-нибудь зверушку или что-то подобное... он...        - Говори внятно! Что с Нацу? Что-то стряслось?        - Он... он привез нечто похуже некой диковинки... или сувенира...        - Конкретнее, Герольд, конкретнее.        - Вместе со всеми сувенирами принц привез девушку.        - Девушку? - охнула королева. - Какую еще девицу он мог приволочь?        - Дело в том, королева, что это не просто девица...        - Кто она?        Советник неровно сглотнул, потирая лоб от выступивших вновь капель пота. Король выглядел устрашающе: новость о том, что его сын привез некую девчонку не радовала правителя. Никто не знает, как он отреагирует на подробную информацию.        - Принц Нацу Драгнил привез с собой пропавшую десять лет назад принцессу Люсьену Хартфилию Первую...        В тронном зале воцарилась тишина, прерываемая лишь охами слуг.