Не отомстить, не значит все простить

- Не поделишься планом действий? - спросил я у отца, когда мы возвращались обратно в деревню. Я, как прежде, шел позади, иногда оглядываясь по сторонам, чтобы не забыть дороги, как добраться до камня Беззубика. Если моя судьба сложится удачно, то я буду ходить туда довольно часто. Отец бросил на меня короткий взгляд, не сбавляя шага. - Мне же нужно знать, что делать, когда все начнется, - пояснил я. - Все викинги будут разделены на четыре группы, - ответил вождь. - Каждая из которых будет оборонять отведенный ей участок. Те, у кого есть драконы, будут сражаться в полете и прикрывать тех, кто останется на земле. Тех, кто владеет магией, было решено распределить между четырьмя основными отрядами. - То есть ты сразу же брал меня в расчет? Я злорадно улыбнулся, вспоминая его слова о том, что я могу не участвовать в бою. - Я действую в зависимости от того, что думают мои советники и народ. Самое важное для всех - это избежать больших потерь. Поэтому я выбрал более надежную расстановку с участием всех, кто находится на Олухе. - А если бы я действительно не стал сражаться? - Тогда мы бы точно проиграли эту войну, - сказал отец. - Не могу сказать, что с тобой мы точно победим, но - ты можешь спасти не одну жизнь. И я очень благодарен, что ты не отказал мне в помощи. - Он остановился и развернулся ко мне в пол оборота, протягивая раскрытую ладонь. - Спасибо, сын. Я кинул на руку хмурый взгляд, но все-равно пожал, отведя глаза в сторону. Отец улыбнулся и продолжил идти дальше. Когда он отвернулся, я посмотрел на висящие на запястье чешуйки и сжал руку в кулак. Прошлое не изменить. Почему я не могу с этим смириться? Почему не могу стать сильнее, чтобы все забыть? Что должно случиться, чтобы я перестал питать ко всем злобу? Отец всем своим видом показывает, как раскаивается, а я даже посмотреть ему в глаза нормально не могу. - Иккинг, - я резко поднял голову и расслабил руку. - Иду-иду, - буркнул я и пошел дальше. Когда мы вернулись, отец сразу же ушел доделывать оставшиеся дела. По торопливым шагам я предположил, что он планировал провести со мной меньше времени. Хотя может он всегда так ходит. Наступал вечер. Я вздохнул и решил отправится к дому, потому что больше заняться было нечем. Но эта идея быстро была смыта голубым потоком воды, который попался мне на глаза со стороны арены. Я остановился. Астрид решила остаться жить в тех стенах? Придя к воротам и остановившись у порога, я стал наблюдать, как Хофферсон, направляя потоки воды на ворота клеток, пыталась оставить на них хоть какой-нибудь след. Первая пара дверей уже была повреждена достаточно сильно. Сил у девушки осталось немного, но она упорно продолжала калечить бедное сооружение, хотя с каждым напором все слабее и слабее. - Не напрягайся ты так, - прервал я ее. Астрид, тяжело дыша, обернулась на меня. - Помереть захотела. - С каких пор ты стал обо мне беспокоиться? - спросила она, отворачиваясь и снова собирая воду. Маленькими струйками прозрачная жидкость собиралась в несколько небольших шаров. Завораживающее зрелище. - Можешь считать, что с этих самых, - ответил я и нахмурился. Что за упрямица? В момент, когда она бросила свои силы на атаку, а водяные ядра полетели вперед, я вытянул руку вперед и перед дверью, куда они летели, появилась стена огня. Вода, врезавшись в пламя, мгновенно испарилась, бесшумно. Астрид тихо выдохнула и, выпрямившись, запрокинула голову. Через минуту с неба закапал дождь. Сначала маленький, а потом все сильнее и сильнее. Очень скоро я начал чувствовать себя, как промокший котенок. А ей, кажется, хоть бы что. - Это твои проделки? - спросил я, подойдя к ней ближе. Она не ответила. Вода заливала глаза. - Чего ты боишься? - С чего ты взял, что я чего-то боюсь? - Астрид опустила голову. - Не знаю. Полное выматывание на тренировках, замкнутость, сейчас этот дождь - когда тебе грустно, ты не показываешь свои чувства. Разве, что только себе. Выходит здесь что-то другое. - Как будто ты ничего не боишься. Я усмехнулся. - Я живу в прошлом, - девушка посмотрела на меня. - Если бы я мог это изменить, то возможно, пугался бы и грядущего. Но сейчас мне кажется, что страшнее того дня уже не будет. - Хофферсон нахмурилась и отвела взгляд в сторону. - Так, ты ответишь на мой вопрос? Может тогда я отстану. Дождь сталь мельче и тише. Я даже посмотрел на небо и подставил руку под капли, чтобы убедится, что не показалось. - Боюсь умереть раньше времени, - наконец, призналась Астрид. Я задумался. А поподробней? Она боится умереть молодой или умереть, не получив того, чего так желает? С моей стороны слишком самонадеянно думать о втором варианте (даже после случившегося), но и первый не кажется мне смешным. Но я все равно улыбнулся. Подняв руку и положив ладонь ей на затылок, я наклонился к ней и прислонился лбом к ее лбу, не переставая улыбаться. - Ты не погибнешь, - сказал я, прикрыв глаза. - Если уж тебя смогут победить, Астрид Хофферсон, то мне на поле боя и десяти минут не продержаться. Девушка несколько секунд не шевелилась, а потом тихо хмыкнула, и я почувствовал, как она взялась за мое запястье. Дождь прекратился совсем. Кажется сегодня был лучший день за последние несколько лет.