"От любви до ненависти... и наоборот"

Сравнять счёт? Звучит гораздо проще, чем выглядит на деле. И как бы печально не было это признавать, но этот гад гораздо искуснее меня. Блин, какой удар по самолюбию! Все на что меня хватило, это поглаживающие прикосновения к его члену. Нет у меня конечно есть оправдание в виде увечий по всему телу, но нужно глядеть правде в лицо: будь я полон сил, все равно ничего нового сделать бы не смог. Черт и о чем я думаю? Это уже паранойя или как там он зовется? А, точно - стокгольмский синдром. Стоило Шики меня поцеловать, и я начал задумываться о том, как доставить этому ублюдку удовольствие. Не бывать этому, а с мужским самолюбием не проблема. Я не обязан обладать навыками ублажения мужиков, я не гей! Наверное... Что-то сейчас это звучит уже не так уверенно, как раньше. Наверное потому, что я до одури завелся от того, что сейчас происходит. Тихие влажные хлюпающие звуки наполняют комнату. Шики... ты кажется там стал еще больше чем раньше, теперь я могу хоть мерки снимать. Поднимаю взгляд своих глаз вверх, чтобы в очередной раз убедиться, как он... черт, прекрасен. В полумраке с полу-прикрытыми веками, обрамленными густыми черными, словно у сына ночи, ресницами. Если не брать во внимание его гадкий характер, он мог бы походить на рок-звезду или актера популярного фильма. В нормальном мире, конечно, в Тошиме это просто невозможно. Хотя, смотря с какой стороны посмотреть. Тошима - стихия Шики. Он маньяк, он бы не смог ужиться с нормальными людьми, и если бы его, будь он актером, заставили переснимать сцену, он бы покрошил режиссёра на миллион маленьких кусочков. Я вновь отвлекся от наших "игр", что явно не нравится моему "хозяину". Уже несколько минут он меряет меня холодным до ужаса взглядом. Меня снова пробивает дрожь, когда он так на меня смотрит, и я нахожу выход из этой ситуации. Поднимаю руки выше его паха и, схватив за безрукавку, тяну на себя. Не долго думая, он поддается на такой смелый жест с моей стороны, но не падает сплошняком на меня, он едва-едва наклоняется вперед, чтобы удобно расположиться между моих ног. На минуту прикрываю глаза, и так отчетливо ощущаю, как его рука грубым и властным движением хватает меня за коленку, после чего с силой и до боли резко отводит ее влево. В моем теле вновь отзывается, словно на провокацию, боль. Интересно ему самому не мерзко сейчас думать о проникновении в меня? Он сидит передо мной весь такой чистенький и тут я, обладатель усеянного гематомами тела, перепачканного не только в сперме, но и в крови. Уверен, не самый привлекательный объект. Странно, что он все еще намерен делать Это со мной. Сейчас, когда он так сидит между моих ног, он напоминает древнегреческое божество для поклонения фанатиков, и если бы только не эта его одежда... черт как же хочется хоть разочек коснуться не этого черного материала, а его кожи. Интересно, она, наверное, еще бледнее, чем его лицо, ведь вряд ли она знала лучи палящего солнца. А на ощупь? Такая же холодная и неприступная, как и его характер в целом? Я так сильно одержим идей посмотреть на его обнаженное тело, что прихожу в себя только от острой боли в области локтя. Перевожу свой взгляд на руку и понимаю, в чем дело. Видимо, я потянул, пытаясь приподнять его безрукавку, за что он и пресек эту попытку. Странно, мог и позволить. Все равно остался на ночь, да и спим мы в одной постели, что такого в его теле? Почему он так категорично отказывается раздеваться, или это очередной способ унизить меня? Показывая превосходство, словно я шлюха, не достойная созерцать его стан. - Почему ты не раздеваешься? - неожиданно для себя, я произношу это вслух, но, как ни странно, Шики даже бровью не ведёт, будто ничуть не удивлен такому вопросу. - Не вижу в этом необходимости. Для того, чтобы поиметь тебя, Акира, мне всего-то нужно расстегнуть ширинку. Этого достаточно. - Проговорив это, его губы вновь складываются в тонкую линию. Широкая ладонь вновь ложится мне на грудь, чуть сильнее надавливая, чтобы снова вызвать боль в моем теле. Я едва морщусь в ответ. Этого мало, Шики. Если ты хочешь сделать мне больно, как несколько часов назад, тебе придется предпринять что-то более извращенное. Резкий рывок в твою сторону оказывается неожиданностью. Держишь меня в кольце своих рук. Мне больно... от такой позы все тело ноет от боли, но я не подаю вида. Глаза в глаза. Твоя жажда плещется холодной страстью в лукавом взгляде алых глаз. Нет. Сегодня она другая... не та что раньше. Не знаю, как объяснить, но это что-то другое. Одна твоя рука ползет вдоль спины, вверх по позвоночнику, запутывается в копне моих волос на затылке. Прижимаешь меня ближе к себе. Это будоражит кровь... Крепче сжимаешь в объятьях. И без предупреждения сажаешь на себя верхом. Я испускаю едва слышный стон. Да, проникновение все еще болезненное, даже не смотря на ту порцию смазки, что сейчас находится во мне. Твои руки так удобно обхватывают меня, и ты задаёшь нам темп. Мне сложно следовать ему, но я покорно подчиняюсь. Нет не обольщайся, это мнимая, минутная покорность. Не больше. Я все еще ненавижу тебя. Но почему-то мне это не нравится. То, что сейчас происходит. Если сейчас не прервать это, потом я уже не смогу... одних томных искр твоих глаз вполне хватает, чтобы вскипела моя кровь... тягуче-медленный момент сближения... смешение дыхания, поцелуй... Невозможно!

***

Мои глаза распахиваются в удивлении. Сон? Нет. Я отчетливо помню этот момент, он въелся в мою память и засел так глубоко, что я никак не могу выдрать его оттуда. Что это было? Сонно осматриваю комнату. Тебя уже нет. Мое тело выглядит ужасно: бока припухли, и сильно ноют все места, которых ты вчера касался. Сейчас моя стальная решимость в легкой, пьяной дымке. Я не смогу тебя убить Шики. Не знаю почему я был так наивен, но я не смогу. Единственное, что мне остается - это бежать. Но куда я сейчас в таком состоянии? Я же едва могу шевелиться. Кровать противно скрипит когда мое израненное тело пытается приподняться. Только с пятой попытки мне удается встать на ноги, которые категорически отказываются подчиняться мне. Едва передвигая их, я пытаюсь пройти в ванную комнату, мне нужно... Как же сейчас я рад, что мы не живем в огромном особняке, и мне приходится сделать не так много шагов, чтобы добраться до ванной. Хотя и этот путь мне кажется невероятно длинным. Проходит около двух часов, прежде чем я заканчиваю с водными процедурами. Остается всего ничего: осмотреть свои раны и проделать очередной путь, теперь уже до кухни.