V. (В.)

Я устал до такой степени, что подкашивались ноги. Болело все тело, казалось, что даже волосы и ногти ноют и просят об отдыхе. Но зато я мог гордиться собой - доколол все дрова, а карман джинсов грела проспоренная десятка Клариссы. Сестренка не верила, что я справлюсь, за что и поплатилась своими карманными деньгами. Скоренько приняв душ, я завалился на кровать. Вот черт, вспомнил я, обещал же Скотту позвонить. Вставать не хотелось, вместо этого я юркнул под одеяло и натянул его до подбородка. Завтра поговорю с ним, все равно рассказывать особо нечего. Я поворочался немного, свернулся клубочком и закрыл глаза. Уставшее тело, почуяв тепло, мгновенно расслабилось. Стояла полная тишина, с кухни даже доносилось ритмичное тиканье часов. Оно усыпляло не хуже считания коров или овец. Тик-так, тик-так, тик-так... Сначала я подумал, что это мне снится, но шум повторился. Теперь явственно слышались крики и выстрелы. Я открыл глаза, просыпаясь окончательно. Часы светились ядовито-зелеными цифрами - 3.35. В комнате было темно, но очертания предметов я различал. Раздался еще один выстрел, совсем рядом, на улице, кажется. Я подскочил в кровати и, путаясь в одеяле, кинулся к приоткрытому окну. Залез на подоконник, коленом чудом не уронил ноутбук, распахнул створку и высунулся на улицу, чуть не вываливаясь наружу. Ветер тут же подхватил мои волосы и швырнул мне их в лицо. Я поежился - колени в таком положении быстро затекали, голым плечам было холодно, одни трусы не грели уж никак. Практически полная луна освещала местность, в ее свете можно было разглядеть если не все, то очень многое. Я увидел, как от дома Миллеров к лесу стрелой метнулась белая тень и скрылась среди деревьев. Вслед за ней из открытой входной двери выскочил Эндрю и, гневно потрясая явно заряженным ружьем, кинулся в погоню. Кажется, он был босиком. - Эндрю! - крикнул я, но меня, конечно же, не услышали. А если и услышали, то не обратили внимания. Тем временем в доме по соседству на первом этаже стал поочередно в комнатах загораться свет. На третьей все застыло, и до моих ушей донесся полный ужаса женский истошный крик. Я чуть было не кувыркнулся со второго этажа. Что там происходит? Из леса слышались редкие выстрелы. Я быстро сполз со стола и заметался по комнате, натягивая первые попавшиеся вещи. Затем выбежал в коридор, громко хлопнув дверью. На пороге своей комнаты терла глаза сонная встрепанная Кларисса, одетая в теплую пижаму бледно-розового цвета. - Что за фигня? - Не знаю. Сиди дома! - рявкнул я в ответ и, перепрыгивая через три ступеньки, сбежал по лестнице. Мамина комната была на первом этаже, но ее самой в коридоре не наблюдалось. Либо спала и не слышала, либо побоялась выходить. Я что-то обул и как был выбежал на улицу. Ветер, дующий мне прямо в лицо, все еще доносил отголоски выстрелов в лесу. Мимоходом подумав, что зря не взял какое-нибудь оружие, я помчался к призывно открытой входной двери дома Миллеров. Я беспокоился за оставшихся там Сару и детей. Надеюсь, шум был слышен и на другом берегу, иначе, в случае нападения кого-либо, я не то что их, даже себя защитить не смогу. Я на полном ходу влетел в дверной проем, запнулся о порог, запутался в своих ногах и чуть было не врезался в стоящую в коридоре как столб Сару. Дом у Миллеров был до ужаса похож на наш, по строению, плану и расположению помещений. На втором этаже у них находились три жилые комнаты, а на первом - здоровые кухня и гостиная. Свет в коридоре горел, Сара стояла ко мне спиной, ее плечи мелко тряслись. Я повертел головой, убеждаясь, что в коридоре кроме нас никого больше нет, и тихо позвал: - Сара. Женщина повернулась ко мне. Она плакала, и это выглядело некрасиво. Из покрасневших, опухших глаз градом лились слезы, искусанные губы подрагивали. Я в два шага преодолел разделяющее нас расстояние и притянул ее к себе, обнимая, гладя по светлым волосам, наспех собранным в конский хвост, и шепча что-то успокаивающее. Сара, уткнувшись лицом мне в грудь, шмыгала носом и пыталась выдавить из себя что-то связное. - Джош... он в гостиной... - хлюп, - ранен... - всхлип, - оно его... Я похолодел. Услышанное и понятое меня никак не радовало. Я, придерживая женщину за плечи, отодвинул ее от себя и вгляделся в искаженное рыданиями лицо. - А Сьюзи, где Сьюзи? Ее глаза округлились, стали похожи на два блюдца. Она вырвалась из моих рук и отступила. - Сьюзи? - неверяще повторила Сара, словно только вспомнив о существовании младшего ребенка. Потом в ужасе на мгновение прижала руки ко рту, опомнилась, отняла их и заорала во всю мощь своих легких: - Сьюзи? Сьюзи! Где ты? Ответь мамочке! Женщина резко развернулась и, громко крича на разный лад, побежала на кухню. Я же решил проверить гостиную, где по ее словам находился раненый Джош. Большая, некогда чистенькая и аккуратненькая комната была полностью разгромлена. Стояло впечатление, что здесь дня три подряд гуляла шумная компания, а в последний день ее участники рассорились между собой и устроили кровавые бои без правил. Мебель была раскидана по углам, столик - сломан напополам, словно на него упал человек. Я посмотрел на разбитое окно, через пустую раму которого тоскливо завывал ветер. Видимо, нападавший, кто бы это ни был, именно так и проник в комнату. Разгромил все, а потом тем же путем убежал обратно. В лес. Я понял, что это была за тень. Животное? На полу виднелись пятна крови, кое-где до ужаса большие. Они вели от окна по направлению к дивану, сдвинутому практически к самой стене. Я осторожно пошел к нему. Под ногами хрустели осколки стекла, разбросанные по всей комнате. В душе теплилась надежда, что кровь принадлежит животному, которое поранилось при бегстве. Громко дыша, я заглянул за спинку дивана и чуть не заскрежетал зубами в приступе начавшейся паники. Джош, бледный как мел, лежал на боку, прижимая руки к животу. Когда-то белую, разодранную сейчас футболку, будет теперь уже не отстирать от крови. Сами руки и предплечья покрывали множественные следы укусов. Парень, не открывая зажмуренных глаз, шумно с присвистом втянул в себя воздух. Я опомнился. В больницу, нужно в больницу - настойчиво пробилась в мою голову необыкновенно ясная мысль. И побыстрее! Я нагнулся и, стараясь быть как можно более осторожным, подхватил мальчика на руки, как невесту. Он еле слышно застонал и дернулся, как от испуга. - Все хорошо, Джош, это я. Все будет хорошо, - бессвязно зашептал я в русоволосую макушку. Джош затих. Я понес его к выходу под аккомпанемент криков Сары. Сьюзи все еще не нашлась, а Эндрю не вернулся домой. К моему удивлению, Джош оказался легче, чем я думал. Или же это страх придал мне дополнительных сил. Я вырулил в коридор и увидел вбегающего в дом Кайла. В руках он сжимал матово поблескивающее ружье. Темные глаза рассмотревшего мою ношу индейца сузились, и он попытался что-то сказать, но у меня не было времени это выслушивать. - Пропусти, - я двинулся вперед, Кайл преградил мне дорогу, замерев прямо в проему двери. - Нельзя. Мы должны его убить. Я даже не удивился. Я просто охренел. Выпучил глаза и открыл рот. Картину всеобщего помешательства гармонично дополняли женские крики. - Совсем с ума сошел? - зло процедил я и начал протискиваться в дверь, стараясь не навредить Джошу. Орлиный Глаз опасливо отодвинулся от меня, словно я нес на руках не истекавшего кровью парня, а разлагающийся труп, и вскоре оказался на улице. Я, недолго думая, поспешил прочь от опасного субъекта с ружьем и явно сбрендившей крышей. Обратно к дому, к машине, а потом в больницу. Навстречу мне бежала наспех одетая, встрепанная мама. Глаза ее расширились от ужаса, когда она увидела Джоша. - Помоги Саре в доме, - бросил я, не останавливаясь. Прошло всего минут десять с того момента, как я вошел в дом Миллеров, но мне казалось, что я пробыл там несколько часов. Родной Фольксваген ждал на своем месте. Чистый, красивый, новый, готовый послужить правому делу. Я осторожно прислонил к его боку тяжело дышащего Джоша и, бормоча какие-то успокаивающие слова, зашарил руками над колесом, где в специальном углублении хранил запасный ключи. Знаю, глупо, но основной комплект я часто терял. Первым делом я усадил парня на заднее сидение. Тот сразу же завалился на бок. Сердце сжалось от жалости - настолько беспомощно он сейчас выглядел. Я не знал, серьезной ли была рана на животе, к которой он прижимал руки. Но радовала одно - он был жив, и внутренности по дороге из него не вываливались. Я захлопнул дверь и запрыгнул на водительское место. Трясущимися руками с третьего раза смог попасть ключам в зажигание. Завел машину, включая фары, мигом прорезавшие темноту впереди. Но не успел двинуться с места, как передняя дверь открылась, и в салон влез Кайл. Ружье было при нем, он сел в соседнее кресло и аккуратненько уместил его на коленях. Я с опаской покосился на него, не зная, что еще ожидать от индейца, который мне в принципе раньше даже нравился. - Мы должны, - тихо проговорил он, слова практически заглушил звук мотора. Я решил проигнорировать его и вжал практически до отказа педаль газа. Машина, вильнув, сорвалась с места и, подпрыгивая на чуть неровном асфальте, понеслась через мглу. Я, не сбавляя скорости и нарушая все возможные правила движения, лишь чудом вписался в крутой поворот на мост. Кайл тревожно поглядывал то на меня, то на лежащего бесформенной кучей Джоша. - Ты не понимаешь, мы должны его убить. Я от злости чуть не надавил на педаль тормоза. - Если ты сейчас же не заткнешься, я скину тебя в речку, - я резко вывернул руль в сторону, чуть ли не прижимаясь правым боком к хлипкому ограждению на мосту. Индеец вздрогнул и замолчал. То ли воспринял всерьез мое глупое предостережение, то ли просто решил забить на упрямого меня. Теперь мы в полном молчании с ветерком летели по ночной пустой деревне. Не было ни единого человека. Я уже и забыл, что здесь все и правда предпочитали спать ночью, а не гулять. В Фарго, казалось, с наступлением этого времени суток жизнь лишь начинает зарождаться. Я резко затормозил у дверей больницы - небольшой, но она хотя бы вообще была. А то пришлось бы вести бедного парня в город. Я быстро выскочил из машины, открыл заднюю дверь и принялся осторожно вытаскивать свою драгоценную ношу. Кайл все так же индейским истуканом сидел в переднем кресле. Я, здраво, как мне тогда показалось, рассудил, что лучше о помощи мне его не просить, сам справлюсь. Джош потерял сознание, так что мне пришлось снова поднимать его на руки. Внутри больница выглядела совсем новой - ремонт, наверное. Немолодая женщина, старшая медсестра, миссис Салливан, увидав меня, выпустила из рук журнал, который плавно спланировал на пол, и громко заговорила в интерком, вызывая дежурного врача. Потом, резво для своих лет, подскочила ко мне и указала на одну из двух каталок у стены. - Сюда его, Фрэнк. Что случилось? Аккуратно. Вдвоем мы уложили паренька, но ответить я не успел - из глубины помещения через двойные двери показался молодой доктор. Мигом, профессионально оценив ситуацию, он начал раздавать указания. - Грета, увозите его и разбудите Келли, - затем повернулся ко мне: - Что случилось? - повторил он недавний вопрос миссис Салливан. Я тупо смотрел, как каталка с Джошем скрывается за дверьми. - Не знаю, к Миллерам кто-то проник, напал на детей, - как-то безэмоционально выдал я. - Понятно, - не стал вдаваться в подробности доктор. Я все никак не мог вспомнить его имя. Он развернулся и, кинув мне: - Ждите, - быстро зашагал за медсестрой. Я остался один в пустом помещении. Неуютно. Очевидным плюсом маленького Хелгена было то, что его жители считали себя одной большой семьей. Все знали друг друга, помогали при первой возможности и переживали за соседей. Завтра вся деревня будет знать о произошедшем и, провалиться мне на этом месте, если это оставит кого-то равнодушным. Я прислонился спиной к стене и сполз по ней вниз, садясь на корточки. Я не знал, что мне сейчас делать. Формально, не являясь родственником, я не должен был здесь находиться, но Джош мне очень нравился, и бросить его вот так я не мог. Я посмотрел на свои красные и липкие от крови ладони. Серая футболка, надетая второпях еще и наизнанку, на животе, где ко мне прижимался парень, окрасилась в бурый. Я поднял взгляд - напротив меня по счастливой случайности красовалась табличка «MEN». Пришлось встать и толкнуть дверь в туалет. Холодная вода немного освежила, прояснила мысли. Хотя мысль и так была одна - кто же напал? Я критично посмотрел в зеркало - в нем отразился молодой мужчина со светлыми лохматыми волосами и трехдневной щетиной, которая ему жутко не шла. Футболка с кровавым пятном придавала мне безумный вид - будто я маньяк, сбежавший из психушки. Я стянул одежду м принялся застирывать ее ту же в раковине, щедро разбрызгивая жидкое мыло. По стенкам белоснежного фаянса забежали кровавые струйки, быстро смываемые водой. На стене висел сушитель для рук вместо бумажных полотенец, я им с радостью и воспользовался. Весь процесс занял не более десяти минут. Из туалета я вышел во все еще влажной, но хотя бы относительно чистой футболке. В коридоре все так же было светло и пусто. Я с тревогой покосился на двойные двери, где скрылись доктор, медсестра и Джош. Как он там? Меня так и подмывало ворваться туда и убедиться, что парень в порядке. Господи, прошу, пусть все будет хорошо. И со Сьюзи тоже. Надеюсь, она нашлась. Шаркая ногами, чтобы хоть как-то разогнать гнетущую тишины, я подошел к одиноко стоящему кофейному автомату. Обут я был, кстати, в клетчатые тапочки, которые раньше стояли у нас в коридоре и которые я, наверное, перепутал впопыхах с нормальной обувью. А я все гадал, с чего это мне так неудобно. От кофе я бы сейчас не отказался, но денег у меня не было. Как и карманов, куда их вообще можно было бы положить - пижамные штаны не предусматривали наличие этой детали одежды. Входная дверь неожиданно распахнулась, словно ее кто-то пнул. Я вздрогнул. В приемную влетел, бешено вращая глазами, Эндрю Миллер, облаченный в теплый халат. Слава Богу, без ружья. Заметив меня, он чуть ли не бегом кинулся в мою сторону. Крепко обнял. Мужчина мелко дрожал и бормотал слова благодарности. Я сконфужено похлопал его по широкой спине. - Спасибо, Фрэнк, спасибо тебе. Я как только узнал, что это ты Джоша увез, сразу же сюда кинулся, - Эндрю отодвинулся. - Догнал? - коротко спросил я. - Нет. - А Сьюзи нашли? - Да. Она в порядке, только напугана сильно, плачет непрерывно. Катрин осталось с ней и Сарой. Я кивнул. Хорошо, мама молодец, да и хоть одна новость хорошая за сегодняшнюю ночь. - Джош решил покрасить свою комнату и сегодня должен был ночевать в гостиной, - смотря в сторону, начал словно оправдываться мужчина. - А Сьюзи захотела спать с братом. Если бы не это... - он со злостью двинул кулаком по стене. Я сглотнул. Выдержка у мужчины была что надо - он не громил тут все подряд, хотя было видно, что ему этого хотелось. - А кто это был? - задал я вполне закономерный вопрос, который мучил меня все это время. Миллер запустил руку в свои рыжие волосы и почесал затылок. - Какое-то животное, не знаю. Мы на крики Джоша спустились. Спугнули, видимо - оно из окна выпрыгивало. Быстрая, зараза, - он посмотрел на меня. На дне глаз плескалась беспомощность. Я открыл было рот, что бы упокоить соседа, но нас прервала распахнувшаяся дверь. Молодой доктор прошел через нее. Его шаги гулким эхом отдавались в пустом помещении. Мы замерли в ожидании, я даже затаил дыхание. - Как он, Чак? - сдавленным голосом, будто слова давались ему с трудом, поинтересовался Эндрю. Доктор одобряюще улыбнулся ему. - В порядке. Его жизни ничего не угрожает. Плечи Миллера расслабились, он облегчено вздохнул. Было видно, что мужчина старается сдерживаться, чтобы не заплакать. - Я могу, ну... к нему? - Да, да, конечно, - доктор Чак в замешательстве покусал нижнюю губу. Он был чем-то озадачен, но словно не знал, стоит ли спрашивать об этом или нет. - Слушай, Эндрю, эмм, а у Джоша роман с Вики Харрис, да? Я в изумлении выгнул бровь. Чего? Это-то тут при чем? Не менее недоуменно на доктора уставился изредка все же тихо хлюпающий носом Эндрю. - Ну да, - голосом ничего не понимающего человека протянул он. Чак потеребил снятую с одной руки стерильную перчатку. - У них была половая связь? - он смущался. - Сегодня или вчера, к примеру? - Да наверное. Джош про подобное никогда не рассказывал. А тебе это зачем? С моим сыном что-то не так? Он что-то подхватил от этой шлюхи? Слово больно резануло по ушам. Кажется, Вики очень не нравится Эндрю. - Нет-нет, - молодой мужчина поспешно замотал головой. На его лице отразилось еще большее непонимание ситуации. - Просто... На теле Джоша имеются множественные укусы. - Ну ясень пень - на него же сегодня напали, - Миллеру надоели вопросы, и он шагнул вперед, намереваясь пройти к сыну. Доктор мгновенно перегородил ему дорогу. - Пропусти, - с тихой угрозой прошипел мужчина. - Подожди, Эндрю. Послушай меня. Это может быть важно. Понимаешь, это укусы не животного, - я живо навострил уши. Чак поколебался, но все выдал одним махом: - Эти укусы оставил человек. Последнее слово раза три эхом отдалось у меня в голове, ударяясь о стенки голого сейчас черепа. Я уставился на двух мужчин, словно ожидая, что они повернуться и хором объявят, что это все розыгрыш и меня снимает скрытая камера. Но ничего подобного не произошло. Происходившее начинало напоминать сцену из дешевого романа ужасов. - Что? - тупо переспросил Эндрю. Он даже замер от неожиданности и перестал пробивать себе дорогу к дверям. - Я понимаю, звучит глупо. Но я все же профессионал, и укусы человека и животного отличить могу. Вот только, - Чак который раз за это время снова замялся, - у этого человека сильно выступают клыки. Очень острые. Мощные резцы. Ну, как у вампиров, знаете... - он смущенно глянул на меня, как на специалиста по немертвым. Эндрю громко расхохотался. Я поежился - смех выглядел неестественным, наигранным. Он был не к месту в этой ситуации. - Понятно все. Его книжек начитался, - Миллер ткнул в меня пальцем, я чуток отшатнулся. Мне стало почему-то страшно. Он вытер выступившие слезы. - Еще скажи, что из моего Джоша высосали всю кровь. - Эндрю... - заикнулся было Чак, но грозный взгляд быстро разозлившегося Миллера заставил его замолчать. - Хватит этого бреда. Я могу забрать сына? - чеканя слова, произнес мужчина. Я почему-то подумал, что он мог бы служить в армии. Доктор сдался. - Да, конечно. Завтра я приеду его осмотреть. И Сару со Сьюзен заодно. - Хорошо, - мужчины отступили друг от друга, но обстановка не стала менее напряженной. Из- за нее, казалось, воздух вокруг нас сгустился так, что его можно было потрогать. - Давайте я помогу? - рискнул пискнуть я. - Нет, - лающе отрезал Миллер, потом опомнился и, как бы извиняясь, продолжил: - Ты и так много для нашей семьи сегодня сделал, Фрэнк. Иди домой. Переоденься, - он скептически оглядел меня с головы до ног. На себя посмотри, сам одет не лучше, чуть было не огрызнулся я на невысказанное ехидное замечание по поводу клетчатых тапочек. - Поспи. Я думаю, Джош будет очень рад, если его кумир придет навестить его завтра. Хорошо?