Проблемка из пробирки

      Утро. Всё как обычно: Урахара и не спал, блудный синий кот вернулся домой, Йоруичи с утра пораньше с лейтенантами треплется, Тоширо ещё отсыпается — в общем, все обитатели скопились в гостиной — она же столовая и зал переговоров — он же «коридор» в лабораторию Киске и подземную тренировочную площадку. «Мамаша» критически пробежалась взглядом по всем домочадцам.       — Ребят, — до этого момента вполне шумная компания резко заткнулась, — вам не кажется, что кого-то не хватает?       Все беспокойно начали оглядываться. Пофигу было только Гриммджо — он впихивал в себя только что принесённый завтрак и опять возвёл матерную многоэтажку после того, как Йоруичи зарядила ему по затылку. Не выпуская куска из пасти, парень попытался высказать мысль и вякнул своим басом невнятную фразу:       — Вопропру.       — Чё?       — Вопропру!       — Да не понимаю я твоего шифра, алкоголик! — Шихоин резко выдернула ништяк из зубов арранкара.       — Бля! Санпуру! — за мат Джагержжак опять получил по мозгам от старшей кошки. От боли матернулся ещё раз и опять огрёб по пустой черепной коробке. Второй раз Йоруичи била, не отрываясь от раздумий.       — Вы все ешьте, а я пойду ушастика позову, — женщина уже было встала и приложила руку к двери.       — МАМ! Сколько раз я просил?!       Все присутствующие резко повернули головы в один из углов комнаты. Там как ни в чём не бывало сидел красноволосый мальчик и хлебал тёплый чай из своей чашки, заедая его данго. Сказать, что мать была в шоке — ничего не сказать. Санпуру благополучно завтракал, но удивила пара деталей: на обеих руках ушастой бестии были какие-то татуировки. На правой — чёрные, а на левой — белые; конечности были словно обвиты корнями каких-то неизвестных науке деревьев.       — Что? Чего вы все на меня так смотрите? Я что-то не так сделал?.. — не понял он удивлённых взглядов в свою сторону.       — Как ты там оказался, чёрт возьми? — Йоруичи подошла и села прямо напротив «сына». Тот непонимающе уставился в глаза богине скорости.       — Через дверь вошёл, — ответил он, тыкая пальцем в сторону прохода.       — Нет, ты не совсем понял. КАК ТЕБЯ УМУДРИЛИСЬ НЕ ЗАСЕЧЬ СЕМЕРО ШИНИГАМИ?!       — Мам, мам, не кричи, — немного опустив ушки, ребёнок жалобно глянул на родителя и заулыбался, увидев на её лице то самое его любимое выражение. — Просто попробовал скрыть всю свою реацу и тихо зашёл.       — А что у тебя с руками? Я жду детального описания того, откуда у тебя татуировки, — Шихоин смотрела на красноволосого полукровку ярко-жёлтыми глазами, разъедающими кого угодно, но на него этот взгляд, по-видимому, не действовал. Мальчик развёл руками. Пауза.       — Если бы я знал!       — Что?       — Они появились, когда я проснулся. Фиг его знает, что произошло, пока я спал, но вот факт, — дитя природы (хотя можно ли его так называть?) вытянуло вперёд руки и продемонстрировало всем поразительные узоры на обеих передних конечностях. — Они источают реацу. Она моя, так что всё в порядке, и не болят и вообще себя никак не проявляют.       Экс-капитан задумалась и долго рассматривала татуировки сына. Они начинались на указательных пальцах, плелись по всей руке и заканчивались где-то под одеждой полукровки. Рисунок был идеально симметричным, красивым, хоть и неизвестного происхождения. Все остальные со своих мест пытались рассмотреть руки Санпуру — ну, почти все: Гримму и Тоширо было плевать, они ели и внимания не обращали на очередную прокачку и странности этого ушастого придурка. У Шихон появилась пара умных мыслей, и они были тут же озвучены, но не ею самой:       — Сан-сан, а не думаешь ли ты, что начала в тебе просыпаться ещё одна сила? — голос подал «папаша», сидевший и по примеру «сына» пивший тёплый чай. Учёный говорил в своей привычной манере, с совершенно идиотским выражением лица и спрятанными в тени от полей панамы глазами. — Я, честно признаюсь, не имею ни малейшего понятия, что за сила может быть в тебе скрыта. Не бойся этого, ты пробовал как-то экспериментировать с этими рисунками?..       — Нет, — паренёк и сам уставился на свои руки. — А что я могу попробовать?       — Направь туда ещё немного реацу, например.       Духовная сила Санпуру не была похожа ни на что. Ну, точнее, была похожа на всё разом, так что как только «эксперимент» начался, все сразу же ощутили её. Мальчик вытянул вперёд обе руки, и реацу потекла по обеим, отчего рисунки на них сначала стали пульсировать, а потом — вовсе оторвались от кожи и взвились небольшими потоками в воздух, всё ещё будучи прикрепленными концами к своему хозяину. Они принимали различные формы по воле мальчика, завораживали зрителей, причём так, что даже юный капитан и клыкастый матершинник с интересом наблюдали за этим необычным явлением. Потоки вились, как тонкие молодые змеи, но не смешивались между собой — словно избегали соприкосновения, но в то же время гонялись друг за другом. «Рапунцелю» очень нравилось смотреть на то, как его друзья заворожённо наблюдают за этими потоками, но он поспешил свернуть сеанс гипноза.       — Так, поел — и к папе на опыты в лабораторию! Мы должны знать, что это такое и как оно у тебя появилось! — воинственно произнесла Йоруичи, первой оправившись от впечатления, произведённого способностью отпрыска.       После того, как подросток проснулся ночью, он долго думал над своим внутренним миром, этими двумя лисами, которых окрестил одним именем, что банально делится надвое — Куро и Широ. Он обнаружил на себе эти татуировки и сразу понял, что это и есть те близнецы, и уже пытался как-то связаться с ними, и у него даже получилось, но, кроме матов от Широ относительно такого позднего беспокойства его персоны, Санпуро ничего не услышал. Он решил не меняться для окружающих — пускай никто, кроме братьев Кицуне и его самого, не знает о том его приступе и вообще об этой его стороне и лисах. Сан-сан совсем забыл, что в первый раз его звало три голоса.