Охота на зверя

      Лёгкий галоп сменился на тряскую рысь, спина взмокла от напряжённой посадки, а небольшие перевалы не приносили долгожданного отдыха. Было чувство, что весь поход был изначально обречён на провал. Отрезвляющая пощёчина собственной рукой принесла ясность в мысли.       "Не могу же я вечно думать о плохом, что всё это лишь период перед смертью..." – в голове хаотично метались мысли.       Ржание жеребца заставило девушку отвлечься. Перед глазами предстала развилка без каких-либо обозначений, а взгляд на карту дал понять, что пятьдесят лет назад этого здесь просто не было.       Местность вокруг была точно такой же, какая была десять миль назад и это вводило в лёгкое заблуждение. Айлин хотелось верить, что это не злая шутка, но именно так всё и было. Тяжело скатившись с седла, она провела рукой по плечу коня и уставшей, измученной походкой приблизилась к центральной дороге. Всё говорило о том, что всеми тремя дорогами очень часто пользовались и сложно было понять, какая из них верная. На карте было совсем всё иначе. Пространство на две мили вокруг должен занимать густой участок леса. Но его не было.       Видимо, земли на много миль вокруг потерпели колоссальные изменения за относительно небольшой отрезок времени. Но что могло это вызвать? Война? Возможно, смена климата? Но в истории этого не было, девушка была в этом точно уверена, что же могло произойти? Наверное, никто никогда не узнает об этом, тайну этих мест безмолвно хранит сама земля.       Тяжело вздохнув, наугад ткнув пальцем на одну из дорог, Айлин кивнула сама себе и, взобравшись в седло, поехала по правой дороге, которая казалась более часто проходимой. Что на самом деле толкает людей на выбор? Удача, интуиция, обыкновенная считалка, кто знает?       Также нельзя точно утверждать, что толкнуло девушку на выбор именно правой дороги, её путь лежал отнюдь не тем направлением, не интуиция вела ее. И без какого-либо колебания она шла выбранной дорогой, совершенно позабыв об отчаянии и страхе. Медленно, они преодолевали милю за милей, и пейзаж вокруг совершенно продолжал не меняться. Лишь через несколько часов, когда солнце уже садилось, вдалеке показались первые кроны могучих деревьев, что вызывало искренний смех у девушки.       Могучие деревья на опушке леса стояли порознь друг от друга, давая большое пространство на вход в лес, но с каждым шагом вглубь лес густел, стволы деревьев всё ближе и ближе становились друг к другу. Тьма заполнила лес и была осязаема, словно живая. В глубине сердца зарождался страх, подпитываемый пространством вокруг. Лошади послушно шагали, изредка нервно всхрапывали. Уверенность в правильности выбора дороги таяла с каждой минутой, будто её и не было.       Сколько раз за несколько дней отчаянье овладевало её хрупкой душой. Оно то покидало девушку, то сразу возвращалось, отягощая и без того взволнованное сердце. Издалека слышался вой волков, что не предвещало ничего хорошего. Айлин лишь усилием воли не поддалась бегству, а просто ускорила темп, уже не надеясь на привал.       Солнце редко пробивалось через густые кроны, зверьё вокруг громко копошилось, живя по собственном ритму. Настораживало то, что ещё никто до сих пор не напал на лёгкую добычу. Дикое желание захлестывало девушку, ей поскорее хотелось выйти из леса и больше никогда не заходить под могучие ветви деревьев. Никогда в жизни она не поселится рядом даже с маленькой рощей. Сейчас, после всех последних приключений, которых она так неистово желала, девушке как никогда хотелось покоя и мира. А лес внушал неистовый страх и дышал опасностью.       Спустя несколько часов кони совсем выбились из сил и Айлин пришлось устроить привал. Разжигать костёр девушка не решилась, боясь привлечь ненужное внимание каких-либо монстров или хищников. До носа замотавшись в теплое одеяло, она настороженно замерла, прислушиваясь к окружающей тишине, силясь выявить хоть что-то подозрительное. Но ничего не было. Абсолютная нездоровая тишина. Айлин удалось заснуть тревожным сном всего на несколько часов, да и то она часто резко просыпалась и крутила головой, напряжённо вглядывалась в темноту, прислушивалась к ночным шорохам.       Дальнейшая дорога прошла для неё в тумане, и осознание всего пришло только когда ноги лошадей ступили на тракт, освещенный ослепительными лучами солнца. Всё вокруг пело, переливалось. Кони заржали и поскакали резвым галопом.