Ships in the Night (Корабли в ночи)

Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними. Лотарь I, король франков

- Так ты придешь? – Бен переминался с ноги на ногу, разговаривая с Лиз по телефону. На том конце трубки воцарилось молчание. - Понимаешь, Бен, мы с девчонками собирались пройтись по магазинам… У нашей Миссис скоро День Рождения, и мы… - послышался усталый голос девочки. Двенадцатилетний Бен вздохнул. - Значит, моральной поддержки у меня не будет? - Бен, - растягивая звуки, просяще произнесла Лиз. - Ты можешь и не участвовать в выборе подарка для Миссис, - Камбербэтч не хотел уступать. – Пожалуйста! Я сейчас встану на колени! Лиз рассмеялась. - Я все равно этого не увижу. Телефоны с камерами не изобрели, - голос Лиз был радостным, и мальчик подумал, что еще не все потеряно. - Я встаю на колени! – Бен с готовностью плюхнулся на пол, перед этим оглянувшись, чтобы его никто не видел. - Бен, не нужно… - Я уже на коленях! Ну, кто еще, кроме моей дорогой подруги Элизабет, сможет поддержать меня, когда я буду на сцене играть фею Титанию? Меня же все друзья засмеют и загрызут за это! - Бен, ты сам согласился ее играть, - сказала Лиз. - Знаю, - Бен тряхнул челкой, сдувая ее с глаз. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… Это могло продолжаться бесконечно. Бен был упрям и всегда получал, что хотел. - Хорошо, хорошо, хорошо! – перекрикивая умоляющие стенания друга, произнесла Лиз. – Посмотрю на тебя в юбочке с удовольствием! – она ехидно усмехнулась и бросила трубку. «И она туда же…» - хмуро подумал мальчик. Он положил трубку и направился на урок алгебры. Мистер Лайн был мужчиной средних лет с густой черной бородкой и пышными усами. Когда он смеялся, его усы постоянно лезли ему в рот, поэтому он сердито сдувал их с губ. На макушке у него уже была небольшая проплешина, которая служила причиной насмешек над учителем. Еще он носил очки-половинки с толстыми стеклами и без них все время близоруко щурился на учеников с дальних парт. У мальчишек была игра – умыкнуть у строгого мистера Лайна очки и спрятать их где-нибудь в классе, причем почти что на его же глазах. Когда он отворачивался к доске или смотрел на часы, мальчики, сидящие на первых партах, быстро юркали к его столу, хватали футляр с очками или же просто очки и передавали их на задние парты. Чаще всего очки находились в горшках из-под растений или в старом комоде, который уже лет сто никто не открывал. Один старшеклассник на расспросы мальчиков об этом комоде зловещим шепотом сказал, что в нижнем его ящике лежат кости жены второго директора Харроу, который убил Хелену (а именно так из достоверных источников звали жену директора) и закопал ее в школьном саду. Но потом подумал, что для нее это слишком добродушно и переложил ее тело в большой ящик комода, который стоял в ее спальне. Причиной убийства оказывались традиционные – «она была дурна собой и не умела готовить». Однажды Бен с Питером пытались открыть нижний ящик, но он не поддался. Был заперт на ключ. Тогда Питер, который всегда был добр к мисс Лили, в отличие от остальных мальчиков, которые постоянно подтрунивали над ней и прятали ее повседневную одежду, достал у нее тот самый ключ. Открыв ящик после отбоя поздно ночью, ребята в старом комоде при свете карманного фонарика увидели несколько костей. Оттуда они убежали, с трудом подавляя крики, а потом они три дня не спали, потому что им снилась страшная миссис Хелена с пустыми глазницами и костлявыми руками. Бен как-то тоже попытался украсть очки у мистера Лайна, но учитель, наученный горьким опытом, поймал его за руку, больно зажав кожу, и поставил неуд по поведению. С тех пор у Бена и учителя началась взаимная неприязнь. Бен никогда не попадался с невыученными уроками, и поэтому мистер Лайн оставался с носом. В ту пятницу Бену было не до математики. Он безумно боялся выступать в субботу на их школьной сцене. Страх о том, что его стошнит или он забудет слова, гложил его уже второй день. Мистер Расс – учитель литературы – всячески ободрял его и говорил, что он все прекрасно сделает. Постыдная девичья роль не угнетала Бенедикта. Он боялся, что испортит спектакль – совместный труд учеников и учителя в течение целого месяца. А тут еще Лиз не хочет прийти и поддержать друга. Бен только со второго раза услышал, что его зовут к доске. Вся поза мистера Лайна выражала торжество над учеником. - Мистер Камб… - он запнулся. Бена больше всего раздражало, что он делает это специально, уж мог бы запомнить фамилию ученика за шесть лет. – Как-вас-там, выходите к доске! Бен глубоко вдохнул и выдохнул два раза. Если он вскипит, то все годы войны пойдут коту под хвост. Он прошел к доске, и Питер ободряюще посмотрел на друга. - Перед вами это замечательнейшее уравнение, мистер, - сказал учитель. – Потрудитесь решить его. Бен посмотрел на доску и с ужасом замер. Это должны проходить только в следующем году! Мальчик посмотрел на мистера Лайна, но ничего не сказал. Он распрямил плечи и представил себя профессором математики, сделав задумчивое лицо и встав в любимую позу мистера Лайна. Мел уже коснулся доски, когда в дверь постучали. В кабинет зашел мистер Честер, и мальчики сразу встали. Он жестом попросил их садиться и улыбнулся Бену. - Как проходит урок, мистер Лайн? – спросил директор. - Замечательно, сэр, - мистер Лайн постарался стереть с доски уравнение или закрыть его собой, но Чарльз уже все заметил. - М-да, интересное уравнение, - пробормотал он. – Только непонятно, почему мистер Камбербэтч решает его в шестом классе, а не в восьмом, - директор сурово посмотрел на учителя и стер уравнение с доски. - Я просто хотел привести наглядный пример того, что мальчики будут изучать в следующем году, мистер Честер, не более того, - промямлил мистер Лайн. - Почему же Бенедикт стоит перед ним у доски? – грозным тоном сказал директор. Учитель замолчал, а Чарльз обратился к Бену: - Я слышал, что ты принимаешь участие в постановке «Сон в летнюю ночь» Шекспира под руководством мистера Расса? - Да, сэр, - Бен улыбнулся. Больше всего в школе он любил мистера Честера, а потом – мистера Расса. - И кого же ты будешь играть? Со стороны парт послышались подавляемые смешки. Бен потупил голову. - Фею Титанию, сэр. Чарльз оглянулся на мальчишек и улыбнулся, положив свою руку Бену на плечо. - Не обращай внимания, джентльмен, - он посмотрел на мальчишек. – Надо мной тоже смеялись, когда эту роль в свое время исполнял я. Мистер Честер вышел из класса, а роль Бена в секунду стала самой завидной. Над ним больше не смеялись. Лиз стояла у ворот Харроу, не решаясь зайти внутрь. На нее уже подозрительно поглядывали мальчики, гуляющие по двору школы. Когда она увидела Бена, радостно помахала ему рукой, привлекая внимание. - Привет, - Бен взял подругу за руку и потянул внутрь двора. Она опустила голову и не решалась взглянуть на мальчиков, которые с интересом вглядывались в нее. - Не бойся, - прошептал ей на ухо Бен и потянул в сторону главного корпуса. Сначала Лиз помогла Бену надеть смешную юбку, напоминавшую балетную пачку, а также белокурый парик с завитками волос. Посмотрев на результат, друзья хватались за животики и смеялись в голос. - Ты и впрямь как девочка! – Элизабет коснулась выбившейся из-под парика пряди рыжих волос Бена и заправила ее внутрь. - Да помолчи ты, - Бен пыхтел, стараясь хоть как-то придать себе мужественный вид. С париком и в юбке это получалось довольно проблематично. - Все нормально, - девочка еще раз поправила парик и разгладила на «талии» друга юбку. – Тебе идет. Лиз поспешила убежать по небольшой комнатке от разбушевавшегося Бена. Мальчик повалил Лиз на пол и рассмеялся. - Дурачок, - со вздохом сказала девочка, - теперь опять парик одевать придется. Парик белой волосатой мочалкой валялся на полу в метре от места столкновения и паденья. Софиты били по глазам ярким светом, погружая во тьму зрительный зал. Но Бен знал, что где-то там, на первом ряду, сидит Лиз и держит за него кулачки. Спектакль прошел на ура. Мистер Расс в порыве вдохновения и энтузиазма бегал по гримерке и целовал мальчиков в лоб. Все дело было в том, что мистеру Рассу еще ни разу не доверяли ставить спектакли. И каково же было учителю, когда все в зале встали с кресел и громко аплодировали. Бен стягивал с себя ненавистный парик. Юбка, кстати, оказалась даже удобнее брюк. В ней двигаться было свободнее. Лиз постучалась и сразу же зашла, через секунду поспешно вылетев из комнаты. Бен оказался в одних трусах и прыгал по комнате, стараясь снять парик. - Лиз, помоги! – Бенедикт опустился на стул, сердито дергая себя за приклеенные девичьи локоны. - Я не могу! – донеслось с той стороны двери. - А в чем дело? – Бен посмотрел на себя в зеркало и скривился. Длинные белые волосы ему явно не шли. - Ты голый! – Лиз фыркнула и отвернулась. Бен услышал звук подошвы ее туфлей. Мальчик слез со стула и подошел к двери, распахивая ее настежь. - И что из этого? – он смотрел девочке в затылок. - Что, что? Ничего, - пробормотала Лиз, поворачиваясь и толкая Бена внутрь комнаты. Она усадила его на стул и аккуратно сняла парик, взъерошив ему волосы. Бен через зеркало заметил, что, кидая взгляд на его тело, Лиз беспрестанно краснела. Это у нее получалось смешно – только ушами. Она снова отвернулась, а Бен нацепил форму. - Пошли в сад! – он потянул подругу за руку из школы. Они устроились на своей скамейке. - Ну, и как ты? – спросила Лиз. - Ты про что? Девочка всмотрелась в глаза другу. - А ты не знаешь? – прищурив глаза, произнесла она. - Нет, - Бен рассматривал маленьких уток, плававших по поверхности пруда. - Как ты после сцены? Бен серьезно посмотрел на подругу: - Замечательно, - он нагнулся и сорвал травинку. – Никогда не чувствовал себя лучше. А потом аплодисменты и горящие глаза зрителей… - Действительно классно, - Лиз тоже сорвала травинку и стала сгибать ее и завязывать, создавая неизвестное науке животное. - Лиз, - позвал Бен. - Что? – промычала девочка, откусывая ненужный кусок травинки. - Мне кажется, я хочу быть актером.