Узы Предназначения

Часть 4. Жизнь в деревне шла своим чередом, большую часть дня племя лесных эльфов проводило в лесу, строя дома в кронах деревьев, желая как можно быстрее перебраться в свои собственные жилища, покинув холодные и чуждые им пещеры. Артура постоянно тянуло к Мерлину, предназначение давалось ему нелегко. Он похудел, губы, казалось, забыли, каково это, растягиваться в улыбке. Печаль легла на красивое лицо. Все попытки поговорить с Мерлином заканчивались одинаково: целитель не хотел вступать в диалог с Артуром, продолжал избегать или попросту молчаливо уходить, не желая слушать вновь и вновь старую песню «о предназначении». А Артур не собирался унижаться, поэтому перестал искать встреч с Мерлином, хотя дни в разлуке казались вечностью. Жители деревни совершенно не понимали Мерлина, считая, что тот ведет себя глупо, так как, по их мнению, Артур идеально подходил в мужья. К тому же он был не только храбрым воином, с силой которого нельзя не считаться, но еще и обладал вещанием - непостижимой магией Древних, приводившей эльфов в состояние благоговейного трепета. А лесные эльфы беспокоились за своего вождя. - Сколько эта пытка еще будет продолжаться? – недовольно ворчал Леон, присаживаясь возле очага. – Не могу смотреть на то, как Артур страдает. Это все неправильно! Мерлин ведет себя отвратительно! - Думаю, целителю нужно время, чтобы понять, что быть с Артуром – смысл его жизни,- Персиваль пил горячий отвар из диких ягод. – Только эм… Откуда нам знать силу предназначения? Не всем так везет, как например, Лансу и Гавейну. Ведь они предназначены и еще любят друг друга… - Да… Но если Мерлин будет слишком долго колебаться, клянусь, я это все так не оставлю! Персиваль покачал головой: - Доверься нашему вождю, Леон. Я разделяю твой гнев, и все же… Мы должны быть в стороне и не вмешиваться. Эльф промолчал, понимая правоту слов Персиваля, и все же его так и подмывало пойти и высказать Мерлину все, что он думал. Сны, больше кошмары, наполненные странными образами, преследовали Мерлина теперь каждую ночь. Не помогала с ними справиться ни одна из успокоительных настоек. Проснувшись в холодном поту, Мерлин обвел глазами свою комнату. Защитные камни-обереги, расставленные на полу, светились в темноте розовым сиянием, но и они не могли изгнать видения, снившиеся эльфу. Огромные глаза золотого дракона преследовали его, чужие голоса наперебой кричали: «Прими свою судьбу… Время… Его ничтожно мало! Эмрис!!! Эмрис….» Затем Мерлин видел белого волка, который превращался в Артура и все твердил о предназначении, крепко сжимал в объятьях, не давая Мерлину вырваться и сказать что-либо в ответ. И вновь это отчетливое: «ДРЭГО!» Целитель все еще противился и боялся признаться себе, что понимал, что значило это таинственное слово, и Мерлину так просто не свернуть с выбранного ему мирозданием пути. В эту ночь его разбудил вой, протяжный и несущий в себе какую-то скорбь… Волки… Они раньше не вели себя так. Мерлина подтолкнула невидимая сила, заставив быстро одеться и, завернувшись в меховую шкуру, отправиться на зов. Он шел по сугробам в сторону леса, где возле большого костра собрались все соплеменники Артура, волки окружили эльфов, а вождь стоял в самом центре и рассказывал уверенным голосом какую-то историю. Мерлин надеялся, что его не заметят, поэтому не стал подходить слишком близко, оставшись наблюдать. Артур не обращал внимания на мороз, на нем были лишь красная туника, подчеркивающая рельефные мышцы, и коричневые кожаные штаны, обтягивающие длинные прямые ноги. Светлые волосы, забранные в хвост на затылке, в пламени костра отливали золотым. У ног вождя лежал Судьбоносный. Сейчас Артур выглядел настолько прекрасным и внушающим трепет, что Мерлин словно впервые увидел его мужскую красоту, пробирающую до мурашек, и не понимал, отчего раньше был так слеп. - Артур, раз сегодня день памяти наших предков, прошу, расскажи нам историю про встречу твоих родителей, - София обнимала младшего брата, который проснулся от звука ее голоса. - Охотно, - Артур тепло улыбнулся, отчего у Мерлина прошла приятная волна дрожи по телу. – Мой отец был не таким, как я. Он всегда шел напролом и решал все жестко, не слушая чужого мнения, и все же он был великим вождем, за которым шли, доверяли и отдавали свои жизни. Утеру пришлось драться за право возглавить племя. А моя мать – Игрейн – была дочкой вождя, она с первого взгляда поняла, что отец – ее мужчина, предназначение ворвалось в ее сознание сразу. Отец же не осознавал, что связан с ней… Он видел перед собой лишь одну цель – возглавить племя. Он победил троих, был тяжело ранен, но моя мать исцелила его… И все это время пока он метался в лихорадке, Игрейн не отходила от него ни на шаг. Утер женился на ней, но все еще не принял ее как часть своей души, он был с ней телом, но сердце запер на тысячи замков… – Артур тяжело вздохнул, было видно, как нелегко давался ему рассказ. София прикусила губу, уже ругая себя, что заставила вождя коснуться темы предназначения. – Отец рассказывал мне, как долго не мог понять истинного пути предназначения… И только после смерти матери осознал, что оно значит на самом деле. Суть его в единении тел и душ. - А любовь обязательно связана с предназначением? – задал вопрос Уилл, он давно уже поглядывал на юную Софию, но все не решался рассказать ей о своих чувствах. Вождь молчал, он вновь вспомнил о Мерлине. За него ответил Ланс, который все еще чувствовал слабость и не до конца оправился после болезни. - Не всегда, - обнадежил он эльфа. – Зачастую любовь безответна. Но отвергнутый, не связанный узами предназначения, может найти себе другого и быть с ним до конца жизни, если захочет. А сила предназначения в том, что двое тянутся друг к другу и не могут существовать порознь. Либо они вместе, либо никто из них не будет счастлив. Здесь все намного сложнее, чем там, где есть лишь только любовь. - А предназначение может быть без любви? – уточнила София, которая заметила, как на нее смотрит Уилл, и смутилась. - Единение без любви? – Ланс задумался. Тут зазвучал сильный голос Артура: - Я думаю, что предназначение – это и есть любовь. Сначала откликается тело, затем сердце… Мой отец понял это слишком поздно, а мать жила любовью к отцу. Утер после ее кончины так и не смог прийти в себя, угасал день за днем. А потому… - вождь стиснул зубы. – Потому и пошел на Зверя Тьмы в одиночку, найдя свою гибель. Я не остановил его, хотя мог… - Артур, не вини себя, - с подстилки поднялся Гаюс. – Я помню ту ночь, и никогда не сотрутся из моей памяти последние слова Утера: «Береги моего сына, как своего. Жизнь отдай, но не дай ему умереть». Я тоже тогда не понял, что он говорил мне это на прощание. Я всегда подчинялся воле вождя и как следовал за твоим отцом, теперь следую за тобой. Да, все правильно, ты отличаешься от Утера, но твое племя любит тебя. Ты привел нас сюда, нашел нам второй дом. Спасибо тебе… - эльф обвел взглядом собравшихся. – Так давайте споем песнь в честь Артура, нашего вождя, потомка Древних, в чьих жилах течет кровь предводителей лесных эльфов! - Йееее!!! – раздались громкие крики. Вороны, притаившиеся в деревьях, взлетели в звездное небо, хлопая огромными черными крыльями. – Песнь в честь нашего вождя! Эльфы затянули песню, волки присоединились, подвывая слегка приглушенно, заполняя пространство невидимой вибрацией. Эльфов и волков словно связало что-то между собой. Вещание окутало их, понял Мерлин и почувствовал себя здесь лишним, осознание этого отозвалось болью в груди. Он с тоской посмотрел на Артура, который уселся рядом с волком, запустив пальцы в белую шерсть, и целителю вдруг захотелось, чтобы Артур вот так же сделал с его волосами, как тогда в пустыне, когда впервые обнял. Отвернувшись, совершенно запутавшись в себе, эльф пошел прочь от леса, надеясь, что утром все переживания останутся во мраке ночи. Но лучи солнца не принесли долгожданного облегчения, Мерлин не находил себе места, не зная, как ему действовать дальше. Он отвлекался на дела деревни, лечил больных, проводил время в медитациях, только все бесполезно. Артур жил в его мыслях, и целитель порывался пойти и увидеть эльфа, только он не находил подходящего предлога да и боялся: Артур мог прогнать его, ведь Мерлин уже причинил ему столько неприятностей. Теперь каждую ночь кошмары становились все более жуткими, пугали своей чернотой, которая засасывала… Снился Артур с перерезанным горлом и кровь… Кровь повсюду… На снегу… на руках Мерлина. Кроваво-красное зарево нависало над ними. Мерлин передвигался по селению бледный как призрак и часто натыкался на предметы. Моргана заметила, что с братом что-то происходит. Ранним утром зайдя в комнату к Мерлину, эльфийка присела на постель и взяла его за руку. - Как ты? Поговори со мной, я же вижу, ты сам не свой… Больно смотреть. - Моргана…- прошептал Мерлин, открыв глаза и сев в кровати. – Тебе часто снятся странные сны, расскажи мне, как избежать их, прогнать тьму? - Если кошмары не прекращаются, а наоборот набирают силу, значит, ты наяву делаешь что-то не то, - Верховная жрица сжала ладонь Мерлина. – Только ты можешь понять, что именно. - Я… Я думаю, все дело в том, что я не принял Артура… Но Моргана, мы с ним такие разные, он моя противоположность… Он считает, что предназначение и есть любовь, а я не знаю, не могу понять, так ли это… - Но тебя тянет к Артуру, я права? – Моргана подбодрила брата улыбкой. – Вождь лесных эльфов красив собой, к тому же он не тащит тебя силой в постель… Артур дал тебе время, хотя это для него и мучительно. Значит, ты дорог ему, я уверена. Отбрось свои страхи, поговори с ним. Пока ты не решишься, кошмары будут преследовать тебя… - То есть я должен быть с Артуром из-за безысходности, только чтобы избавиться от ужасов ночи? – Мерлин совсем запутался, на лице отражалась борьба. - Ты говоришь так, будто тебя бросают в пропасть, - повысила голос Моргана, эльфийка не это хотела услышать. – Я пришла, потому что думала, ты нуждаешься в поддержке, а что я вижу: лежишь здесь и мучаешься из-за того, что предназначение якобы мешает тебе жить. Очнись, Мерлин! Я не вижу причин, мешающих тебе быть с Артуром. К тому же вчерашней ночью я снова видела тот сон про тебя с вождем. - Моргана… - застонал целитель. – Прости меня, слышишь? Я совсем не хотел, чтобы ты подумала так обо мне. Мне, правда, нужен твой совет. Я слишком зациклился на себе, знаю... Но что мне делать? - Что? – голос Морганы смягчился. – Приглядись к Артуру, подпусти его ближе, я уверена, кошмары уйдут, и ты сможешь спокойно разобраться в своих чувствах. Только вот… - жрица запнулась, словно колебалась, говорить ли дальше. - Что такое? – встрепенулся Мерлин, подозревая неладное. – Почему ты молчишь? - Мерлин, Артур приходил ко мне и советовался по поводу предназначения… И… - эльфийка встала и подошла к окну, отодвинув полупрозрачную ткань. - И… Моргана, что он сказал тебе?! - И Артур узнавал, нельзя ли как-то разрушить связи между душами. Целителя словно окатили ледяной водой из горного источника. Горло сдавило. Мерлин совсем не думал, что Артур решит отказаться от него. Настоящее оглушило его, кошмары показались сущим пустяком по сравнению с тем, что сказала ему сестра. - Ты неправильно все понял, Мерлин, - Моргана посмотрела на брата, словно прочитав его мысли. - Артур не отказывается от тебя, он хочет быть с тобой, но понимает: насильно заставить тебя любить не в его власти. И видит единственный выход - отпустить тебя. Поэтому он и задал мне подобный вопрос. - Что… ты ответила? - А ты как думаешь? Ничто не может разорвать подобные узы. Они сильнее магии. Предназначение в крови эльфов, и если судьбой суждено, мы следуем его зову. Тебе ли не знать, Мерлин. Да, ты решил сделать все по-своему, ну и к чему это привело? Понимаешь хоть, как был не прав? – Моргана сцепила руки в замок и присела на стул. – У тебя два пути: изображать из себя жертву, страдать и плакать в своей комнате, тем самым делая и Артура несчастным, либо стать его спутником жизни, открыть сердце, впустив в него любовь. - Любовь? – Мерлин поднялся с кровати, сомнения всё ещё терзали его. – О, Моргана, неужели это она? - Еще скажи, что ты до сих пор не услышал тайное имя Артура? – усмехнулась эльфийка. - Откуда… ты… знаешь? – изумился Мерлин. - Глупый, - засмеялась Моргана, вставая и подходя ближе к брату. – Ты забыл, кто я? - Если я знаю его тайное имя, то это значит… - Это значит, Артур именно тот, кто тебе нужен. И если твой разум еще сопротивляется, то душа давно приняла этот факт. Мерлин замолчал, переваривая сказанное сестрой. А действительно, ведь он понял еще в ту ночь, когда подслушивал в лесу, что Дрэго – это тайное имя души Артура, только не хотел воспринимать всерьез. - Вижу твои колебания, я оставлю тебя. Верю, что все образуется, - Моргана поцеловала брата в щеку и скрылась за дверью. На улице ее ждал Мордред. В руках он держал корзинку, накрытую плотной тканью. - Привет, составишь мне компанию? Позавтракаем на природе? - Хорошо, - Моргану удивило предложение возлюбленного, и все же она очень обрадовалась шансу побыть с ним наедине. – Я только прихвачу теплые пледы. Они расположились за холмом, неподалеку от деревни, устроившись на больших валунах, торчащих из-под снега. Никто не знал, как камни туда попали, или быть может, кто-то специально перенес их, в любом случае, необычное место никак не использовалось. Моргана удобно устроилась на пледах и, взяв из корзинки свежеиспеченный пирожок с мясом, с наслаждением откусила кусочек. Мордред же не притрагивался к провизии, а лишь бросал на эльфийку тайные взгляды, боясь встретиться с ней глазами. Моргана заметила его странное поведение. - Что случилось? – спросила она. - Ты явно что-то хочешь сказать мне… - Ты права, - начал Мордред, все еще раздумывая, а стоит ли начинать этот разговор. – Знаешь, у меня было много времени подумать. И я хотел сказать тебе спасибо, ну… за то, что ты уговорила меня остаться. - Мордред, ты ведь понимаешь, почему, - Моргана отложила пирожок в сторону и серьезно посмотрела на спутника. – И если ты сомневаешься в том, что слышал… - Нет, - покачал головой Мордред. – Я все помню, каждое твое слово. И не заставляю тебя повторять сказанное мне. Я не знаю, как тебе сказать… Но последние два дня я чувствую себя несколько скованно. Сначала я думал, что это из-за того, что я не общаюсь с лесными эльфами как остальные и теперь в родной деревне словно чужой… - Не говори глупости. Никто тебя не считает изгоем! – воскликнула Моргана. - Хорошо, если так… Впрочем, дело не в этом. Меня больше волнуют мои сны. А я знаю, что ты знаток в этой области, и можешь правильно истолковать их значение. - Сны? – интересно, что же такое вдруг увидел в сновидениях Мордред. Моргана внимательно слушала. – А что именно тебя тревожит? - Они повторяются. Каждую ночь. Я помню, что ты говорила о вещих снах. Мои сны такие четкие и яркие, словно врастают в душу, и каждый раз, когда я просыпаюсь, я будто оказываюсь не на своем месте! Мне сложно принять окружающую реальность, – на лице эльфа отразилось непонимание и отчаянье, он выглядел таким потерянным, что Моргане захотелось обнять его и успокоить. - Тебе снятся вещи сны, - кивнула жрица. – И тебя пугает то, что в них? Ты видишь будущее? - В том-то и дело, что я вижу в одном сне две развилки своей судьбы, - Мордред встал и прошелся перед эльфийкой, нервозно сжимая руки в кулаки. - Будто мне предлагают сделать выбор, а я мечусь между ними. Моргана, помоги, как мне определиться? Чувствую, что пока я этого не сделаю, один и тот же сон будет приходить ко мне постоянно. Он не отпустит. И я сойду с ума! Моргана размышляла недолго, она слезла с валуна и подошла к любимому. - После состязания ты разговаривал с Мерлином? - С Мерлином? – Мордред явно не ожидал подобного вопроса. - Нет. Зачем? - Потому что ты резко разорвал контакт с тем, кого хотел видеть своим, и возникла стена, перекрывшая поток эмоций и надежд. Все это мешает тебе двигаться дальше. Отпусти Мерлина. Стань свободным. И тогда ты найдешь правильный путь в своем сне. Поверь мне, - Моргана коснулась теплой ладонью щеки Мордреда, подул легкий ветер, развевая ее синее платье и длинные волосы. И эльф понял, о чем говорила жрица, она всегда была мудрее всех в деревне. А сегодня он впервые на себе испытал помощь прекрасной эльфийки. Ее зеленые глаза, глаза кошки, словно смотрели в душу, и плевать хотелось на эти сны и весь остальной мир, надоело отгадывать, что правильно, а что нет. Не важно, решил Мордред, все пустяк. Ведь если такая как Моргана нашла в нем что-то особенное, то неизвестное, что заставило ее подарить другому всю себя и уже давно, принимая участь безответной любви, а значит, Мордред справится со всем. И стоило хорошенько подумать, а любил ли он на самом деле Мерлина? Возможно, он придумал чувство, которого на самом деле никогда и не было в душе. Мордред вырос на этой негостеприимной земле, где лето длилось от силы два месяца, а зима лишь на время уступала свои права теплу. Поэтому с детства хотелось любви и ласки, из-за этого он видимо и решил, что Мерлин, друг детских игр, идеально подходит ему во всем. Глупые иллюзии. Пора с ними прощаться. Прямо сейчас. - Я поговорю с ним, как будет возможность, - произнес он, решительно притянув к себе Моргану. Он обнял ее и еще долго не отпускал, понимая, что ему уже не обязательно общаться с Мерлином, ведь он уже все для себя понял. Ошарашенная подобным жестом девушка даже и не пыталась что-то сказать или пошевелиться, чтобы не разрушить магию момента. Кажется, ей все же удалось найти и поднять со дна тот самый ключик к сердцу Мордреда. Все будет хорошо, теперь уж точно. Мерлин не сразу решился поговорить с Артуром. И выйдя из теплого дома на мороз, снова засомневался, к тому же лесные эльфы в последнее время избегали целителя деревни. И он понимал, почему. Они все любили своего вождя и не могли спокойно относиться к происходящей ситуации. А где сейчас искать Артура Мерлин не знал. - Мерлин, как ты? – Гавейн приблизился к эльфу и по-дружески обнял его. – Я давно не видел тебя. - Все в порядке, - кивнул Мерлин, он не хотел волновать единственного друга из лесного племени. И все же само провидение послало его именно в эту минуту. – А ты почему здесь, а не с остальными? - Эм… Ланс попросил меня кое-что забрать из его вещей, которые он оставил в доме семьи, приютившей его на время лечения… - Я рад, что с ним все хорошо. - Только благодаря тебе, до конца жизни не устану говорить тебе спасибо. - Перестань, я ведь целитель и не мог оставаться в стороне тогда… - Послушай, Мерлин, не все бы поступили так же, ты мог отказаться помогать чужаку. Поэтому запомни, что бы ни случилось, я всегда тебе помогу, можешь на меня рассчитывать! - серьезно произнес Гавейн. - Я ценю твои слова… Ты не знаешь, где мне найти Артура? - Артура? – вопрос целителя удивил лесного воина. – Ммм? Мерлин, это не мое дело, знаю, но зачем тебе он нужен? - Поговорить, - опустил глаза Мерлин, комкая в руках край плаща. – Я должен с ним поговорить! – добавил он уже более твердо. - Хорошенько подумай, стоит ли тебе сейчас вновь мельтешить перед его глазами. Я ведь его лучший друг, и видеть, как он страдает, невыносимо. Ему нужно время, чтобы тебя забыть. Или по крайне мере до конца принять то, что на него внезапно свалилось. И жить дальше… Без тебя, - Гавейн колебался, не желая становиться крайним. - Прошу, не делай поспешных выводов, я не собираюсь причинять ему еще больше боли, чем уже причинил. Но… Мне… Нет, нам обоим необходимо поговорить и наедине. - Ладно, - кивнул эльф, смотря в глаза целителя, в них застыла такая же печаль, которую он видел в глазах Артура. – Думаю, что вам действительно есть, что обсудить. Мерлин, я, как и все, очень хочу, чтобы вы были вместе… Тебе повезло - наши сейчас ушли в пещеры обедать и отдыхать, а Артур отказался и остался в лесу вместе с Судьбоносным. Он в последнее время предпочитает общаться лишь со своим волком, - поделился Гавейн и с грустью покачал головой. - Я постараюсь все исправить, - улыбнулся Мерлин, в порыве радости обнял эльфа и поцеловал в щеку. – Иди к Артуру… И удачи. Я в тебя верю. - Я тогда потороплюсь. Еще раз спасибо! – Мерлин почти бежал по дорожке, ведущей в лес. Гавейн проводил его долгим взглядом. - Что ж, надеюсь, эти двое наконец-то договорятся.