Early Sunsets over Monroeville

В свой двадцатый день рождения Фрэнк предпочёл остаться дома. Честно говоря, я бы даже не узнал об этом, если бы не Рэй, который за пару недель до этого спросил о подарке. Айеро действительно не любил свой день рождения. Когда я спросил его, как он будет праздновать, он ответил, что собирается закрыться в комнате от всех. Мне такой расклад не понравился, и я решил устроить тихие посиделки. Кроме того, ко мне должен приехать брат, и я подумал, что было бы неплохо их познакомить. Ко всему прочему, он умеет играть на бас-гитаре, а у меня довольно серьёзные мысли насчёт группы. А что? Рэй прекрасный соло-гитарист; Фрэнк - ритм-гитарист. Майкл на басу, я пою. Барабанщика отыскать не так сложно, да и клавишника и сессионного можно найти. Майкл приехал к восьми вечера, как раз тогда, когда стол был накрыт. Я несказанно рад увидеть его, и мы сразу же пали в объятья друг друга. Улыбка скользнула по губам обычно безэмоционального парня, так что я не мог устоять, сильнее вжимаясь в его тело, однако, не забывая об аккуратности. Майкл прошёл за стол, а мы все следом за ним. Чудесное настроение витало в воздухе. Я разрезал утку, отложив всем по кусочку, а затем разлил по бокалам вино. После тоста я решил, что пришло время всех познакомить с Майклом. - Вот это Рэй Торо, мой лучший друг. А это Фрэнк, мой... в общем мы... - Джерард. Не говори, что вляпался в это дерьмо, - я качнул головой. - О нет, - заключил брат. - Я всё понимаю! Ты думаешь, я ничего не знаю об этом дерьме?! Когда ты ещё наслаждался жизнью, я ходил по грёбанным улицам, пытаясь держаться подальше от людей. Так что я знаю, что это такое. И знаю, что люблю его! В комнате повисла тишина. Но всё дело в том, что я и сам был в шоке от своего заявления. Слова просто сорвались с моих уст. Это не было неправдой или типа того, но я никогда не хотел говорить это при всех. Фрэнк знал, и этого достаточно. И теперь, когда это знают все, я не чувствую облегчения, а только дополнительную нагрузку. Словно всё давление мира вдруг свалилось на плечи. И мне вдруг захотелось оправдаться, словно моя любовь - шалость или преступление, а теперь меня поймали с поличным, и я должен оправдаться. Одна часть меня понимала, что я накручиваю, но эмоции всегда брали верх. Смущённый покрасневший Фрэнк и вовсе, извинившись, бросился в ванную комнату, а я следом за ним, оставляя всех сидеть в недоумении. Прибежав, я наткнулся на запертую дверь и сел перед ней. - Фрэнк. - Ты не имел права делать это! - Я не хотел, честно, - мой голос звучал приглушённо, - но он говорил вещи, о которых ничего не знал. Потому что это не отстой. И если бы мы могли вернуться назад, я бы не изменил нашу встречу. Потому что это великое счастье - влюбиться в тебя. - Я молчал некоторое время, - Ты бы что-то изменил? - Многие вещи. - Например? - Не был бы таким жирным для начала, - эти слова так сильно расстроили меня, что я не захотел продолжить разговор. - Ты выйдешь? Я собираюсь говорить о группе. - Дай мне минуту. И он вышел. Айеро был осторожен и выглядел как любопытный кот, зашедший на кухню. Фрэнк как по мгновению волшебной палочки становился таким, стоило мне упомянуть о группе. Это было так очевидно, что ему нравилась (больше, чем нравилась!) эта идея. В общем, через пару мгновений парень уже сидел за столом. Все сделали вид, что некоторое время назад ничего не произошло. Рэй мыл посуду, напевая что-то забавное себе под нос, а Майкл и вовсе увлёкся чтением книги. Мне пришлось прокашляться, чтобы завладеть всеобщим вниманием. К счастью, мне это удалось. - Полагаю, в этой комнате собрались одни из самых талантливых людей на этой чёртовой планете. В общем, мы просто должны спасти этот мир подобно супергероям, и я предлагаю создать группу. - Прямо... прямо с музыкальными инструментами, песнями, и всё такое? - Да, Рэй, и всё такое, - я засмеялся, - что скажете? Их даже не нужно было спрашивать, потому что все трое разом замотали головами в знак согласия. Торо поднял вопрос о названии. Это реально важно. - Что насчёт "Chemical Romance"? - Майкл кивнул на обложку своей книги. - "My", - добавил Фрэнк. - О да, ребята, - Майкл закатил глаза при виде затуманено-влюблённого взгляда Айеро, направленного на меня, хотя я знаю, что он рад за меня всё равно, - Я уже вижу здесь один такой "Химический Романс", и он уж точно принадлежит этому парню, - брат кивнул головой, указывая на Фрэнка, а мы все засмеялись. И в тот момент мне стало так чудовищно тоскливо. Как бы я хотел сейчас подразнить Майкла нашими с Фрэнком горячими поцелуями. Побесить брата тем, что залезть к своему бойфрэнку на колени и кормить его фруктами, разделяя их в поцелуе. Что там говорить, я бы хотел просто прикоснуться к нему. Узнать, какая его кожа на ощупь, сделать ему массаж. Целовать каждую маленькую клеточку его тела, отдаться ему. Я тоскую по тому, кто находится в полуметре от меня. Так хрупкий и привлекательный. Такой сводящий с ума. Этот так чертовски несправедливо, что я не могу дотронуться до него. "You'll never get to heaven With a love like yours." *** Июнь шестьдесят седьмого. Население Земли около четырёх с половиной миллиардов. Мы дохнем как мухи, да? Если дальше всё будет в таком духе, то они начнут колотить нам гробы в два раза быстрее. К чёрту, мы всё равно все попадём в ад, так к чему же эти слёзы? Так трудно выживать, мы голодаем время от времени. Но в нас типа есть командный дух, я думаю. К тому же, у нас пополнение! Боб Брайар. Да, наш барабанщик. Вообще-то он пришёл к нам ещё в шестьдесят третьем. Парень действительно влился в коллектив. Кучка подростков почти сшибает меня с ног, но, к счастью, я приземляюсь на рядом стоящую лавочку. Да, Джерард, стареешь. Белые волосы к месту, будто бы старость стучится в двери. Эй, мне всего лишь тридцать три... не пятьдесят! Просто чёртовы дети ничего не знают об этом мире. Конечно, они ведь родились с этим. Не удивлюсь, если они хранят оружие под своими кроватями. Хотя сейчас то время, когда это не будет лишним. Но в них нет духа бунта. Современные подростки просто... знают схему, как им жить и что делать, чтобы выжить. Но они не пытаются этого изменить. Они просто винтики в смертоносной машине всей планеты. Людей, которые стоят за этим. Погоня за вечной жизнью, а что тут привлекательного? Усталые от жизни туши, скитающиеся по Земле в поисках интересного. Каждодневная рутина или каждодневные развлечения - всё одно и тоже. Может, мы и правда присоединимся к Чёрному параду? С Майклом что-то не то в последнее время. Он... ходит к психологу. Жалуется на головные боли и посторонние звуки. Я беспокоюсь за него. Его мысли порой сводятся к тому, что он хочет уйти из группы. Мне не нравится это, я не хочу что-то разрушать, тем более сейчас, когда мы так нуждаемся в том, чтобы быть рядом. Я не верю, что это желание моего брата, это всё посторонние звуки в его голове. С Фрэнком всё труднее справляться. Мы все катимся вниз по наклонной, прямиком в ад. Физическое напряжение между мной и парнем настолько ощутимо, что порой нам трудно находиться вместе. Не всегда, но такое бывает. Айеро смотрит на меня таким жалостливым взглядом, в нём столько отчаянья. Иногда мне кажется, что он хочет, чтобы я убил его. Эта мысль странная, но отчего-то мне кажется, что она правдивая. Сколько раз я придавался наслаждению, созерцая голого Фрэнка, представляя, что это он трогает меня. Я думаю, что психика моего брата более здоровая, чем моя. Я действительно схожу с ума и ничего не могу поделать с этим. Сколько это будет продолжаться? Я потерял счёт попыткам что-то изменить. В конечном счёте, я хоть немного меняю мир и людей в нём. Они говорят, что я им помогаю, так почему же не могу помочь себе? Разумом всё более часто владеют мысли об "отдыхе". Алкоголь, травка... иногда мне кажется, что я готов на всё, лишь бы не чувствовать эту чёртову боль в сердце. Ничто не может сравниться с этой чёртовой болью в сердце. Give me a shot to remember And you can take all the pain away from me A kiss and I will surrender *** Две тысячи шестьдесят девятый год. Население Земли около четырёх миллиардов людей. Стволы в книгах и яд в кулонах на шее девушек. Сколькие ещё так умрут? Только мы виноваты в смерти друг друга. Теперь, когда вышние миллионами потравили людей. Что стало с миром? Мы устраиваем прогулки по кладбищу, чтобы найти себе собеседников. Друзей и невест. Они получили то, что заслужили. - Джерард... Джерард! Ты как? - Я не в порядке. - Фух, - Рэй присел на край моей кровати, - знаешь, я тоже, если честно. Всё происходит так быстро, что у меня голова кружится. - У тебя кружится голова потому, что ты не ел три дня. В холодильнике есть немного продуктов. Серьёзно. Не хочу, чтобы ты свалился посреди концерта. Ко всему прочему ты же знаешь, что в больницах творится. - Ты прав. Ну... что у вас с Фрэнком там? Оба какие-то дёрганые, озлобленные. Что не так? - Я с ума схожу. Сколько лет мы вместе, я даже поцеловать его не могу. Понимаю, что это неправильно. Но я боюсь навредить ему. Боюсь за него, за нас, за себя. Он может умереть от одного прикосновения, но моя крыша реально едет на этой почве. Иногда мне хочется покончить с собой, или пристрелить его, понимаешь? Я никогда не хотел для нас такой жизни, но у меня никогда не было выбора. Каждую минуту я боролся. Все эти годы. Но я просто так чертовски устал. Не могу так больше. Смерть, смерть, смерть! Я помешан на смерти. Я хочу сохранить его сердце, но не его жизнь. Я хочу убить всех! Эти взгляды, полные невидимых слёз и обвинений... ты понимаешь, о чём я? Господи, я не в порядке. - Это просто звёзды, которые падают. Пока и спокойной ночи, Джерард. И я провалился в беспокойный сон связанный с Фрэнком. Я понимал, что нахожусь во сне, что всё нереально.Что-то мутное, неопределённое и тёмное извивалось вокруг меня, пугало, угрожало. Я никак не мог понять, что это и почему такое происходит. Сон держит меня в жадных лапах, не желая отпускать к реальности, которая, в прочем, была не на много светлее его. Тьма начала постепенно рассеиваться, затем я чувствую облегчение, а через пару секунд разлепляю глаза. По крайней мере, мне показалось, что прошло мало времени. Открыв глаза, я увидел Фрэнка, сидящего в позе лотоса и читающего какую-то книгу. Я потрогал свой лоб и понял, что Айеро наложил прохладный компресс. - Ты достал лёд из морозилки? Ну зачем?! Сейчас такой дефицит. - Плевать. Тебе снился кошмар? Постель влажная, ты вспотел. Я наложил компресс. Для этого мы лёд и держим. Эй, ты как? - Вроде уже лучше. Давно ты тут? - С полчаса. Ты ел? Я видел, как Рэй что-то доставал из холодильника. Мы можем разделить тарелку супа, Майки вчера сварил. - Было бы неплохо, - и на лице парня появилась слабая улыбка. Я видел эту улыбку недолго, пока парень не отошёл на кухню. И эта улыбка словно отпечаталась на сердце. Измученная, полная отчаянья... но я знаю, что пока мы вместе, в этой улыбке всегда будет искра надежды на что-то лучшее. Это потрясающе, полагаю. Людям нужна надежда, вера. Что-то, что заставляет их жить. Фрэнк - моя вера. Я мечтаю, что когда-то всё закончится, и мы сможем быть вместе. К сожалению, не всем нашим мечтам дано сбыться. A condition and it's terminal In this water-cooler romance And it's coming to a close