Плакса

Новый день обещает быть унылым. Впервые(!) за одиннадцать лет вкалывания на эту фирму я пришёл на работу в ужаснейшем настроении. И конечно, мой внешний вид полностью идентичен с моим же сегодняшним расположением духа: волосы растрёпаны, одежда помятая, а запах пота, скопившегося за прошедший день, еле-еле перебивает аромат моего повседневного одеколона. Но, учитывая мой не очень хороший настрой, то я бы даже сказал, что вонь пота смешалась с вонью духов, образуя нечто среднее между серой и дерьмом. Хотя, в этом безобразии явно будет преобладать перегар от вчерашнего литра водки, которой я успел закупиться по дороге домой, прежде чем винный магазин закрылся. Да, изначально я заскочил туда за бутылкой красного вина, но добродушный продавец-алкоголик, видя моё убитое состояние, всё же поделился своим запасом нелегальной выпивки. Сначала я был удивлён, что этот мужчина так спокойно сообщил о незаконности проданого мне алкоголя, а потом мой рассудок помутнел, стоило жгучей жидкости разлиться по моему организму. В тот момент я даже не задумывался о противном похмелье, с которым мне непременно придётся встретить очередное утро. И вот как раз поэтому, я продолжаю корить себя за тупой вчерашний поступок, при этом не переставая как умалишённый заедать головную боль осточертевшими болеутоляющими таблетками, что всё равно не приносят никакой пользы. — Фрэнк? Ты в порядке? — взволнованно спросила миссис Смит, настойчиво заглядывая в мои чуть помутневшие глаза. Голос этой женщины всегда был для меня каким-то приятным и ласкающим слух, но сейчас он похож на отвратительный скрип несмазанных качелей, что не перестают качаться из стороны в сторону, тем самым насилуя мой заторможенный мозг с нереальной мощностью. — Я в порядке, мне нужно работать. — Похоже, эту фразу мне придётся хорошенько зазубрить, ибо за сегодня я буду произносить её неоднократно. Мне так стыдно. *** Первое, что бросилось мне в глаза, как только я зашёл в свой офис — это небольшой треугольник белоснежной бумаги, что скромно ютился рядом с огроменным букетом, который состоял из множества светло-красных тюльпанов с ярко-жёлтыми серединками. Несомненно да, цветы очень красивы и пахли по-настоящему великолепно (в отличие от меня), но миниатюрная записка распалила во мне больше всего любопытства, нежели сладкопахнующий букет. Поэтому, поддавшись своей всемогущей любознательности, я поспешил прочитать содержимое небольшого «послания». «Франклин, посетите, пожалуйста, мой кабинет. Мне необходимо разъясниться по поводу недоразумения, произошедшего прошлым днём. Я буду вам очень признателен, если вы откликнетесь на мою просьбу. P.S. я надеюсь вам по нраву тюльпаны» Мы снова перешли на «вы»? Пускай, но, тем не менее, я всё равно не вижу поводов для объяснений или чего-то в этом духе. Мистера Уэя просто стошнило от нашего поцелуя и ничего сверхъестественного. Хотя, вероятно, он хочет сказать, что съел что-то не то, перед тем как меня целовать? Ох, не знаю и гадать не хочу. Но всё же мне самому интересно, как это "недоразумение" он объяснит. Однако день только начался и на моих плечах ещё непочатый край работы, которую (по моим же меркам) я должен завершить ещё до обеда. *** Вот теперь мне стало страшно. То, чего я так сильно опасался, наконец, произошло: работа больше не приносит мне удовольствия и наслаждения от её выполнения. Я делал всё, словно через «не хочу» и, надо признать, это настолько отвратительное чувство, что такого я даже злейшему врагу не пожелал бы. Принуждённо делать то, чего ты не хочешь, сидеть запертым в четырёх стенах, быть, в конце концов, унылым офисным планктоном — жуть, да и только. Но то, что я чувствую себя не очень хорошо, вовсе не значит, что я хочу уволиться и искать новую работу. Ведь во мне теплится вера, что это пройдёт, и как только настроение вернётся на свой привычный лад, работа вновь будет приносить радость. — Боже, ты чего такой хмурый?! О чёрт, я так давно не видела тебя в таком состоянии и, честно сказать, больше не надеялась увидеть снова. Что случилось? Естественно, Бетси отреагировала более бурно на меня и мой внешний вид, нежели остальные работники. И мне, конечно же, приятна такая забота со стороны подруги, если бы не одно «но». Я просто хочу помолчать. — Джерарда вырвало, когда мы поцеловались. — Однако за столько лет дружбы с этой девушкой я прекрасно осведомлён о её настырности и о том, что она не успокоится, пока не получит своё. Проще сразу сдаться. — Кхм… не на тебя, надеюсь? — Не волнуйся, он вовремя убежал, — с нотками язвительности ответил я, за что мне стало потом совестно. — Извини. — Не извиняйся, я ведь понимаю, что ты сейчас очень расстроен. — Бетси положила голову на моё плечо. — Он хотя бы пытался попросить про… чем от тебя, чёрт возьми, воняет?! — Бетси, я всё объясню… — Вспомнив, насколько сильно подруга ненавидит пьяниц, я почувствовал зарождающийся страх в груди и приближающуюся панику. Даже похмелье не такое страшное, как гнев подруги, узнай она о моих жалких попыток "утопить горе". — Скажи, что ты просто подрался с алкашом, а не то, о чём я подумала. — Её голос оставался спокойным, однако едва сдерживаемую ярость просто, ну, никак нельзя было не заметить. — Эм, если тебе от этого легче, то… — Не нужны мне никакие «легче». Говори, как есть. Я молчу, боясь сделать лишнее движение, а Бет тем временем начала тщательно обнюхивать меня на подтверждение наличия перегара. — То, что мы в столовой комнате и вокруг полно свидетелей, абсолютно не смущает меня, знаешь это? — Её ладонь сжала моё плечо чуть ли не до хруста, и я осознал, что нужно как-то выкручиваться, пока не стало слишком поздно. — Да, я пил. Но мне было плохо! Вот поставь себя на моё место: твоего любимого стошнило от вашего первого поцелуя. — Лучше сказать правду. Тем более в таком состоянии я всё равно вряд ли придумаю что-нибудь подобающее для нормального ответа. Но, кажется, смесь из остатка моих мозгов всё-таки может ещё быть полезной. Ведь сначала между мной и Бести повисло минутное молчание, но потом пальцы на моём плече медленно разжались, и я ощутил на пострадавшем участке лёгкие поглаживания. — Ты прав, это очень обидно. Но как бы тебе плохо не было, не стоит топить себя в алкоголе. А тем более, судя по запаху, в дешёвой водке. — Да, я уже осознал свою ошибку, — произнёс я, грустно вздохнув. — Ну… так он попросил прощения или нет? — поинтересовалась девушка, не переставая меня гладить, отчего я слегка расслабился и позволил себе облегчённый вздох. — Он оставил на моём столе записку, где попросил зайти к нему в кабинет и дать объясниться. И ещё большой букет тюльпанов. Оставил. — Я так полагаю, ты к нему ещё не заходил? — спросила Бетси, вставая из-за стола. — Нет, но… что ты делаешь? Однако Бет посчитала правильным решением оставить меня без ответа. Вместо этого она вытянула меня с моего же стула и также молча потащила куда-то за руку, перед этим схватив поднос. — Тебе нужно поесть, — поясняет она, не глядя накладывая какой-то салат, — а то пойдёшь к начальнику с распростёртыми объятиями, а он будет нос воротить от твоего перегара. — И ты предлагаешь мне перебить его едой? — слегка удивлённо отвечаю я, взглядом проследив за бургером, который Бетси положила на поднос, и который мне, по-видимому, придётся съесть. — Почему бы и нет? Но, в основном, тебе нужна еда для поддержания энергии, а то совсем расклеился. — Но тогда я буду вонять фастфудом! — воскликнул я, садясь обратно за столик с уже наполненным подносом. Бетси присела рядом, держа в двух руках стаканчики с кофе. — Я дам тебе жвачку. — Но почему бы сразу не… — Заткнись и ешь. *** Сытый и с двумя пластинками жвачки во рту, я стою перед дверью в кабинет начальника и почему-то боюсь постучаться (не то, что войти). Хотя, у меня даже есть приглашение в письменном виде, но я всё продолжаю топтаться на пороге, словно какой-нибудь стеснительный новичок. Как же это глупо! А если я так и буду стоять на месте, пока Джерард не выйдет сам, то получится ещё глупее. Так дело не пойдёт. Несмело постучавшись, я приоткрыл дверь и заглянул внутрь. — Мистер Уэй? Джерард что-то писал до этого, сосредоточенно всматриваясь в документ перед собой, но, услышав меня, тут же вздёрнул голову вверх, будто не веря, что я всё-таки откликнулся на его "просьбу". — Ох, Франклин, вы здесь… — неверяще выдохнул мистер Уэй. И когда тишина затянулась дольше, чем на полминуты, мужчина резко встал со своего места, чуть не перевернув стол со всем его содержимом, и, немного прокашлявшись, произнёс чуть хрипловатым голосом: — Проходите. — Почему ты так удивлён моим приходом? — поинтересовался я, войдя внутрь и закрыв за собой дверь. Разве он не знает, что я люблю его и долго сердиться не могу? Но меня переполняет не так много злости, как обиды. Можно даже сказать, что обида полностью затмевает остальные чувства (за исключением любви, конечно же). — Мой разум и сердце окутал страх, что Вы, Франклин, будете испытывать отвращение при виде моей физиономии после… — Почему ты обращаешься ко мне на «вы»? — Возможно, не стоило перебивать его так грубо, ведь это, как минимум, невежливо. Но, так или иначе, Джерард не рвётся предъявить мне претензии на этот счёт. По-видимому, начальнику сейчас просто нет дела до таких мелочей. Ведь его лохматая голова, что виновато опустилась после моих слов, ясно даёт понять, что мужчина в данный момент расстроен просто донельзя, а спокойно смотреть на это мне просто не хватает сил и бездушности. — Я… мне почудилось, что ты не пожелаешь иметь со мной более близкие связи после произошедшего, кхм, конфуза. Поэтому решил возвратить официальность. На такой ответ я лишь вздохнул и прикрыл ладонью глаза. Неужели он действительно не понимает? — Джерард, я прощу тебе всё что угодно. Даже если бы ты убил человека, мои объятия всегда раскрыты для тебя. А знаешь, почему? Потому что я люблю тебя. Я говорил об этом уже не раз, но ты словно пропускаешь мои слова мимо ушей, продолжая вести себя так, будто за малейшую оплошность я уволюсь, чтобы только не видеть тебя. Если ты действительно так думаешь, то прими мои соболезнования, ибо ты доверился своим ложным предположениям. Мистер Уэй промолчал в ответ на мои слова, но его глаза, пристально смотрящие на меня, уже сказали о многом, чего я, к сожалению, не смог понять. — Франклин, — несмело начал он, подходя ко мне ближе, — я желаю признаться тебе в одной… ситуации. Вернее, в нескольких. Это было странно, но всё же было. Когда в наш дружный и сплочённый коллектив влилась та вульгарная девица, я был, в буквальном смысле этого слова, взбудоражен. А данное чувство во мне побуждал именно ты и то, как мисс Литтл строила тебе глазки изо дня в день. Такое неизведанное мною явление было шокирующим открытием, но я предпочёл проигнорировать такую, кхм, аномалию. Но это было лишним и напрасным. Тяжело вздохнув, Джерард подошёл ко мне ещё ближе и, покраснев на несколько оттенков, продолжил говорить, но чуть тише: — Однажды, в те поздние часы, когда ты погрузился в дремоту на рабочем месте, меня одолело нечеловеческое любопытство, и я… меня привлёк твой сон. Вернее, ты, находящийся в царстве сновидений. Я… для меня такое "варварское наблюдение" казалось сходным с нечто необычайным, но более всего меня испугали эмоции, что в то же мгновение зародились глубоко в моём сердце. Мой разгорячённый ум потряс шок, когда я осознал, что желание видеть тебя спящим как можно чаще принялось прогрессировать с невероятной мощью. Мне ещё никогда не было так боязно, Франклин… Джерард говорил тихо, чуть ли не бормотал, в его словах не было даже и намёка на твёрдость и уверенность, а ещё он же и запинался в них. Но! Его небольшая исповедь только лишний раз доказала, насколько сильно я люблю этого человека, в то время, как сам он выглядел пристыженным просто до невозможности. — Джерард. — Я даже не пытался скрыть нежность в своём голосе, которая в тот момент сочилась из меня со всех щелей. Мне тоже нужно многое сказать, однако мистер Уэй не спешил замолкать так скоро, как я ожидал. — Когда ты находился в офисе Элизабет… — С каждой секундой этот тридцатилетний мужчина краснел всё больше и насыщенней. — В тот момент ты ещё… ну… эм… я искренне надеюсь, что ты поймёшь мой бессмысленный лепет. — На самом деле я абсолютно ничего не понимаю, но прерывать Джерарда ни в коем случае не стану. — Выражаясь более кратко, я… ненароком загляделся на… — Он сделал неопределённый взмах кистью руки. — На твоё мягкое место, вот… Ох, кажется я понял, о чём речь. Скорее всего, он просто имел в виду, что засмотрелся на мою задницу, когда я облокотился о стол в офисе Бетси. Я ещё помню, как опасался, чтобы кто-нибудь не шлёпнул. Хотя, если бы это сделал Джерард, то я вряд ли бы расстроился, но сейчас не об этом. — Джерард? — Он вопросительно взглянул на меня. — Где у тебя мусорное ведро? Мне жвачку сплюнуть нужно. Брови мистера Уэя удивлённо поползли вверх, в то время, как мне действительно срочно необходимо сплюнуть противный комок жевательной резинки. Очевидно, Джерард подумал, что я сейчас скажу что-нибудь важное, но чёрт возьми! Эта жвачка потеряла свой вкус и уже начала горчить, а я ненавижу так! Выглядя по-прежнему удивлённым, начальник неуверенно кивнул в сторону своего стола, что находился позади нас, а я, вытащив невкусный комок изо рта, прицелился и ловко запульнул его в мусорное ведро. Наконец-то. — Что? Зато у меня дыхание свежее. Чувствуешь? — Я слабо дыхнул на Джерарда, от чего небольшие пряди его волос, что настырно лезли прямо в глаза, немного отлетели назад, открывая мне обзор на бледное лицо возлюбленного. Он же отреагировал на это, по моему мнению, как-то странно. А именно, улыбнувшись уголком губ, мужчина слегка покачал головой и, нежно положив свою ладонь на мою шею, медленно притянул к себе, и… и поцеловал. Так просто. Меньше, чем через минуту, он принялся осторожно оглаживать мою щёку другой рукой и слабо двигать губами, создавая лёгкое трение. Возможно, он от меня ожидает каких-то ответных действий, но максимум на что меня сейчас хватает, это заставлять себя продолжать вдыхать воздух и оставаться в сознании. Но, как только я вышел из ступора, во мне мощным фейерверком вспыхнули все возможные эмоции и мысли. И первое, за что я ухватился — это моя рубашка. Она белоснежная и совершенно новая, между прочим. Будет очень обидно, если Джерарда повторно вырвет, но в этот раз прямо на неё, так как может не успеть добежать до туалета. Скорее всего, именно поэтому я начал так сильно вырываться из рук мистера Уэя, мысленно прося остановиться, пока содержимое его желудка остаётся на своём месте. Но стоило мужчине прижать меня к себе ещё крепче, обняв мою талию одной рукой и запустив в волосы другую, как чистота рубашки тут же вылетела из головы, оставляя место лишь приятному удивлению и, конечно же, любви, которая не покидала меня ни на секунду. Джерард медленно взлохмачивал мои патлы своими изящными пальцами, пытаясь притянуть мою голову ещё ближе, даже невзирая на то, что я и так уже прижался носом к его щеке настолько плотно, что кислород практически остаётся нетронутым моими лёгкими. Я честно пытаюсь отвечать, но Джерард продолжает мять мои губы по какому-то своему плану, даже не думая давать мне хотя бы немного возможности посодействовать в таком крышесносящем поцелуе. Но, Боже! Я просто не могу жаловаться на это. Начальник целует меня так нежно, немного боязливо, будто пробуя на вкус, каковы мужские губы. Очевидно, ему понравилось, если судить по тому, как он пытается прочувствовать меня всем своим телом, притягивая за талию всё ближе и ближе. Я млею и хватаюсь за шею мистера Уэя, как за спасательный круг, но в своей "голубой" любви я утонул уже безвозвратно. — Фруктовое… — прошептал Джерард, на секунду отстранившись от моих губ. Но после, заметив мой не совсем понимающий взгляд, широко улыбнулся, немного обнажив свои передние зубки, — у тебя дыхание… фруктовое…