Кощею Кощеево

      Мы провели на берегу почти весь день. В какой-то момент Руан сел поближе, делясь теплом, Виль задремала у меня на руках, а я - положив голову демону на плечо. И медленно вернулись на постоялый двор, только когда солнце почти село.       За ужином разговор не клеился, но было решено собраться внизу, за столом, на рассвете. Передышка окончена, больше времени на горе нет.        Все разошлись по своим комнатам, а я, завернувшись в плащ, улегся на кровать, пытаясь уснуть. Сон не шел совсем. Кажется, в голове был миллион мыслей, но в то же время ни одной. Я просто лежал и смотрел в потолок, слушая, как за окном тихо стонет ветер.       Наконец, поняв, что просто не могу дольше лежать здесь, в темноте и тишине, я поднялся на ноги, взял полотенце, достал сменную одежду и мыло из сумки и пошел на улицу. Трактир был очень маленьким, так что внутри здания не было места, где можно вымыться. Зато за конюшней был небольшой сарайчик, отведенный специально для омовения. Вода наверняка уже остыла, но мне и чуть теплой хватит.       Я уже зашел в сарай, положил мыло и одежду на лавку у стены и взялся за пуговицы на рубашке, когда с улицы послышались приближающиеся голоса. Не знаю, почему мне не хотелось ни с кем столкнуться, но я предпочел вскарабкаться по лесенке на чердак и подождать: вдруг и вовсе не войдут?       Вошли.       Николас прижал эльфа к стене, целуя и забираясь ладонями под рубашку. Тот отвечал ему с не меньшей страстью, цепляясь за плечи.       Зажав рот рукой, я отполз подальше от лесенки и распластался на полу из плохо обработанных досок, пялясь в потолок и стараясь вообще не слышать, что происходит внизу. Надеюсь, до утра они тут не останутся...       На чердаке было маленькое окошко, в которое заглянула луна, на миг загороженная черным силуэтом ворона, приземлившимся рядом. Оглядев меня, он подошел к дыре в полу, глянул на парочку, которой, судя по звукам, уже ни до кого не было дела, и вернулся, чтобы через мгновение в человеческом облике нависнуть надо мной.       - Руан, что ты здесь делаешь? - прошипел я на грани слышимости, невольно прислушиваясь к шороху внизу. Кажется, любовники замерли. Я слышал, как тяжело дышит Николас, явно нависнув на Амивиэлем.       - Ами... Если что-то с тобой случится, - хрипло прошептал принц, - Я умру сразу же. Запомни это, слышишь?       Не знаю, что там произошло дальше, но длинный, протяжный стон эльфа заставил меня зажмуриться, закрывая уши руками.       - Тень... Тень, - Руан нависал надо мной, склоняясь все ниже и ниже, и вдруг уткнулся носом мне в шею, тяжело дыша. - Тень, прости меня... Я сейчас сорвусь. Твоя сила...       Я распахнул глаза, пытаясь руками оттолкнуть демона, пока тот, сжав мои плечи и дрожа всем телом, пытался сдержать животные порывы. Волнами от него прошли заклинания: Полог молчания и Отвлечение внимания - любовники внизу ничего не услышат из того, что произойдет прямо над их головами.       Мои руки резко дернули вверх, и запястья оплели крепкие ленты.       - Руан, не надо... - Я почти всхлипнул, по-настоящему испугавшись, когда оставшиеся застегнутыми пуговицы покатились по доскам. Горячие губы демона коснулись груди, заставив меня подавиться воздухом.       - Тень... Прости меня, прошу... - Из его глаз исчез ставший уже привычный блеск. - Прошу, не сопротивляйся...       Я снова дернулся, пытаясь оттолкнуть Руана, но тот даже не обратил внимания на мои жалкие попытки. Его пальцы легко расстегнули пряжку на штанах.       - Нет!       Он приблизил свое лицо к моему, чтобы впиться в губы таким же жестким поцелуем, что и тогда, в его замке. Дернувшись, я сжал зубы, кусая его за губу и пытаясь отрезвить его сознание, но Руан лишь, кажется, еще больше озверел. Черная пелена напрочь застила его глаза, когда я почувствовал привкус крови на губах. Его крови.       - Руан, ты же пожалеешь об этом... - прошипел я, изо всех сил пытаясь выдернуть руки из пут лент. В ответ он схватил меня за волосы, заставляя поднять голову, и вновь смял мои губы, кусая их, лаская, сталкиваясь зубами о зубы.       Его рука резко дернула мою рубаху, разрывая ткань, отчего я вскрикнул, засучив ногами по полу. Ткань одежды Руана терлась о мою кожу, раздражая, заставляя меня бояться еще больше.       - Нет-нет-нет, Руан! - Твердил я, пока демон, удерживая мои руки над головой, спускался губами вниз, жадно касаясь моей кожи на шее, плечах, ключицах.       - Тень... Я так хочу тебя...       - Нет, пожалуйста! Руан, это не ты сейчас...       Вместо ответа он прикусил кожу на животе, заставив меня сжаться еще сильнее. Совсем немного - и я просто разревусь от страха и беспомощности...       Его путы позволили демону легко перевернуть меня на живот, и теперь уже он целовал кожу на лопатках, прикусывал выступающие позвонки, одну руку оставив на моем животе и ею теперь спускаясь все ниже. Когда Руан добрался до штанов, то просто дернул их вниз, отвлекшись ненадолго, и сорвал совсем, чтобы откинуть куда-то в сторону.       - Н-нет... - уткнувшись носом в грязный пыльный пол, я смог только беспомощно дернуться - до того, как он шепнул что-то, от чего конечности почти потеряли чувствительность.       - Я никогда не прощу тебя... - прошептал я, зажмурившись и чувствуя, как слёзы бегут по лицу. Прижав связанные руки к лицу, я закрыл глаза, кусая кожу на ладонях, чтобы заглушить всхлипы.       Руан замер, но человеческая сущность уже не могла одержать верх над демонической натурой и оказалась беспощадно загнана вглубь сознания. Демон с легкостью выискивал чувствительные места на теле, заставляя меня сгорать от ужаса и желания. Вопреки крикам разума, тело откликалось на прикосновения, заставляя меня еще сильнее ненавидеть себя и все происходящее вокруг. Он, спустившись поцелуями-засосами до поясницы, рукой приподнял меня, придерживая под животом, и скользнул языком между ягодиц.       - Н-нет... - охнул я, чувствуя нежные, но настойчивые прикосновения. Кажется, одним из заклятий было ещё и очищающее...       Он сжал ягодицу свободной рукой, и прикусил кожу, показывая, что деваться мне некуда, и проще расслабиться, чем уговорить его остановиться. Зажмурившись, я позволил ему творить с телом все, что он хочет. Шрамом больше, шрамом меньше... Только вот жгучая обида где-то внутри не покинет меня.       Нажимая на стенки, он уже пальцами растягивал мышцы, пока не добрался до точки, от прикосновения к которой я выгнулся, вскрикнув.       - Так нравится, верно?       Хотелось сбежать, спрятаться, но тело желало совсем другого, от чего становилось только хуже. Закрывая лицо руками, я чувствовал, как сбивается дыхание, как внутри всё сжимается в тугой узел, как желание заполняет меня, доставляя одновременно и дискомфорт, когда Руан двигал пальцами. Хотелось и расслабиться, и напрячься еще больше, чтобы избежать этих прикосновений. Перед глазами все плыло от жара, недостатка кислорода, пыли подо мной и прикосновений.       Резко дернув меня за ноги, демон перевернул мое тело на спину, резко наклоняясь и заставляя меня выгнуться, закричав, когда его губы сомкнулись на моей плоти.       - Нет, Руан, прошу, хватит! Я же не смогу простить... - вскрикнул я, хватаясь руками за волосы в попытке оттолкнуть, но он лишь шевельнул пальцами и ленты, уже окрашенные в алый моей кровью с запястий, рванули вверх, удерживая руки.       - Больно... - не столько рукам, сколько изнутри от его предательства.       Как горячо... Двинув бедрами, пытаясь отстраниться, я только больше распалил его: пальцы до синяков вцепились в бедра, а губы сжали член особенно сильно, от чего я вскрикнул и выгнулся, кончая.       Перед глазами потемнело на несколько мгновений, но, стоило открыть их, как я вновь увидел темноту под потолком и лунный свет из окна. И ощутил вновь скользнувшие по простате и вытащенные пальцы.       Руан развел мои ноги в стороны, сгибая в коленях, и пошло облизнулся, разглядывая открывшуюся ему картину. Из-за слез я почти не видел выражение его лица, но и смотреть на него мне сейчас не хотелось. Внутри словно оборвалось что-то важное, что-то, что могло спасти меня, но сейчас, чувствуя, как сжимают его руки мои бедра, как пальцы разводят ягодицы в стороны, я хотел умереть прямо здесь. Лишь бы никогда не помнить об этом кошмаре.       - Не надо, - последний раз попросил я, и в следующее мгновение словно весь мир взорвался болью.       Руан вошел одном движением, замерев, тихо рыча. Я видел, как горят его глаза, как удлинившиеся клыки вспарывают кожу на нижней губе. Черты лица заострились еще больше, превращая лицо в демоническую маску. Задрожав, я заколотил ногами по полу, брыкаясь, выгибаясь, но от этого становилось только больнее. Закричав, когда Руан, подавшись назад, вновь резко вошел в меня, я запрокинул голову назад, руками царапая доски пола, сдирая ногти.       Демон больше не реагировал на мои крики и попытки выбраться, просто наслаждаясь процессом. В какой-то момент пришло осознание того, что все бесполезно и, закрыв глаза, я обмяк в руках демона, позволяя тому творить всё, что вздумается. Лишь бы это скорее закончилось.       Порыкивая от удовольствия, он толкался в тело, а затем замер, чтобы войти особенно резко и сильно, и кончить, заполняя меня горячим семенем.       Отвернувшись, я просто ронял слезы на грязный пол, ожидая, когда он придет в себя.       Отстранившись, демон глядел на меня - и я чувствовал, как похоть и удовлетворение сменяются шоком, пониманием и паникой.       - Хранитель, я...       - Развяжи.       Ленты осыпались трухой, а руки так и остались лежать. На плечах наверняка синяки...       - Тень...       Я не реагировал, глядя перед собой. С трудом подтянул к груди ноги, ладонями закрыл лицо, чувствуя, как внутри всё горит от боли, обиды, шока.       - Тень...       Схватившись за голову, я закрыл руками уши, лишь бы не слышать его голоса, лишь бы исчезнуть из этого мира, умереть.       - Хранитель, я... - Демон задыхался, не смея ни подойти ко мне, ни сбежать. Сидел на коленях, не зная, куда деть взгляд.       - Прочь, - только и произнёс я, медленно садясь и чувствуя, как любое движение отдаётся адской болью. - Прочь.       Он не шелохнулся. Тогда я молча подтянул к себе штаны, дрожащими руками натягивая их на себя. Любовники внизу уже ушли. Вот и хорошо, даже не придется убивать свидетелей.       Кое-как молча спустившись с лестницы, я попытался идти дальше, но боль и шок не давали нормально шевелиться, от чего я прислонился к стене и замер так, переводя дыхание.       - Тень, я помо...       - Забудь, - я поднял взгляд и увидел свое отражение в глазах Демона. Бледный, с искусанными губами, в крови, с покрасневшими глазами. Но внутри бушевала буря. Ледяная буря, заставляющая говорить совершенно спокойным голосом.       - Прочь!       Сила, где же ты была раньше?! Почему только сейчас оттолкнула качнувшегося в мою сторону мужчину?!       Склонив голову, тот выскользнул из сарая, а я дошел до бочки с водой и, снова раздевшись и испепелив одежду одним лишь взглядом, долго поливал себя водой из ковша, морщась и вздрагивая, пока густая белая жидкость текла по ногам.       Хотелось содрать с себя кожу, чтобы избавиться от ощущения прикосновений, но даже это не было мне дано. Сидя на коленях посреди деревянного сарайчика, упираясь руками и лбом в пол, глотая слезы, я чувствовал себя грязным, беспомощным и бесполезным. Мелькнувшая мысль о суициде была со смешком отметена - помня, как быстро всегда заживают ссадины, я подозревал бесполезность такого начинания.       Однако, чем дольше я сидел, глядя на свои руки с содранными ногтями и кожей, тем сильнее чувствовал то омерзительное ощущение грязи на мне. Кажется, никто не будет плакать, если такая бесполезная, грязная, теперь уже просто кукла для игры исчезнет из этого мира. Надеюсь, получится.       Слёзы снова полились из глаз, когда я в порыве безумства, охватившего меня, носился по сараю, ища хоть что-то, что могло бы послужить лезвием или ножом. Ничего, совсем ничего, как назло! Взвыв от безысходности, я вновь упал на колени, хватая себя за запястье и, зажмурившись, со всей силы вонзил зубы в кожу. Кровь ровной струей начала вытекать из раны. Я словно завороженный наблюдал за тем, как эта жидкость, несущая мою жизнь, покидает меня. Неужели получится?       Но нет. На моих глазах рана начала покрываться пленкой, зарастая, восстанавливая разорванные сосуды.       - Н-нет...       Смыв кровь, я переоделся в чистое. Синяки уже почти не болят, но держаться будут долго. Саднящие мышцы? Боль уйдет. Кожа на запястьях тоже постепенно нарастет. Ничего непоправимого, правда? Кроме ран на душе.       Остановившись на пороге, я беспомощно оглянулся - а надо ли идти куда-то? Зачем меня вообще понесло в этот поход?       Сделав пару шагов в сторону, на траву, я согнулся, избавляясь от остатков когда-то принятой пищи. И даже когда желудок опустел, тело еще сотрясали судороги.       Прополоскав рот, я кое-как дошел до своей комнаты, чтобы без сил упасть на кровать, сжимая в кулаках одеяло и заглушая им крики, которые против воли вырывались из груди, когда я понимал, что ничего не вернуть, ничего не поправить.        Только спустя час я, совсем обессилев, сорвав голос, лежал, просто глядя в потолок, и не думал ни о чем. Наконец-то мой исстрадавшийся разум был пуст.