Кощею Кощеево

      Когда на тебя выливают тонну ледяной воды, сложно не проснуться. Закашлявшись, я распахнул глаза.       "Опять..." - мелькнула полная тоски мысль при взгляде на каменный потолок.       - Очухался. - Довольно собщил хриплый мужской голос. Свист разрезаемого кнутом воздуха - и я, не в силах кричать, шиплю от боли. За что?!       И чувство осознании того, что это уже было.       Я уже лежал вот так, на полу камеры, в луже собственной крови, с разодранной рубахой, под свист кнута и смех... Этот голос, это смех, как же знакомы они были, но не здесь... Не в этом мире.       Голова разрывается от боли, а я вдруг понимаю, что моё сознание, до этого бывшее каким-то ущербным, словно неполноценным, разделенным, со странным щелчком становится вновь целым.       И вот я уже захожусь в крике, скребя связанными руками по полу, задыхаясь, давясь воздухом и слезами, всё тело выгибает от того, что сознание хочет вырваться, покинуть, вернуться на свободу.       Первый Князь. Кощей. Костя. Князь. Хранитель. Тень.       И всё это - я. Все эти сущности наконец-то обретают во мне своё единство, не вмещаясь в это тело, пытаясь задавить, уничтожить друг друга.       - Алазар, - я выдыхаю это имя, чувствуя, как грудь пробивают острым штырём, пригвождая меня к полу, чтобы я перестал дергаться. Его глаза смотрят на меня как всегда - с ненавистью, страхом, отвращением. Дыхание застывает на губах, когда я улыбаюсь, чувствуя, как смерть приходит ко мне.       Снова.       Моя собственная сила убьет меня. Только она. А до того раны будут зарастать снова и снова.       Считается, что в человеке пять литров крови. Сколько же я оставил тогда на этом полу, сжавшись от боли? Сломанные пальцы, глубокие раны от кнута с металлическим когтем, хруст ломаемых костей... Я орал в голос, пока не охрип. Круто молча выдерживать пытки, но абсолютно бесполезно - никто не восхитится выдержкой и не выпустит меня отсюда.       Лёжа на животе и в очередной раз переводя дыхание, я услышал вой демона из соседней камеры. Не от боли, нет. От невозможности защитить Хранителя. Из угла этой - плач. Повернув голову, я успокаивающе улыбнулся девочке.       Мага, до ужаса похожего на Азалара (ненавижу двойников!), позвали куда-то, и мы ненадолго остались одни.       Вздохнув, я закрыл глаза на секунду, пытаясь собраться с силами и мыслями. Я смогу. Я уже однажды смог пережить это, смогу и сейчас. Только...       - Тень, - Вильена всхлипнула, пытаясь придвинуться ко мне, а я, открыв глаза, заметил, что её запястья тоже скованы цепью, прикрепленной к стене. Так вот, что звенело, пока меня мучали.       - Виль, - хрипло откликнулся я, с трудом поднимаясь на четвереньки, чтобы подползти к ней. Вся кожа чесалась и саднила от заживающих ран и крови. Вильена выглядела ужасно. Зареванная, напуганная, с руками, испачкавшимися в крови. Лента с её волос оказалась разорвана и валялась в стороне, так же испачканная кровью.       - Виль, - повторил я, бессильно падая на пол и утыкаясь лбом ей в колени. Тело снова свела судорога, распрямляющая последние переломы. Виль разревелась, пытаясь вырвать цепи из стены, чтобы обнять меня.       - Тень... Тень, убей меня, пожалуйста, - прошептала она, поняв, что всё бесполезно.       - Ты...       - Я прошу тебя,Тень... Я боюсь пыток! Боюсь того, что со мной могут сделать! - По её лицу снова потекли слезы.       - Хорошо. Ты спрашивала, как меня зовут, помнишь? Для другого мира я Кощей. А как человек - Костя. - Кости встали на места, и я сел рядом, взяв её ладони в свои.       - Костя... Исполни мою просьбу. Ты можешь, я знаю.       В задумчивости коснувшись пальцев губами, затем я положил ладони девочке на щеки, приближая её лицо к себе. Прикоснуться губами, ощущить тепло и соль... И забрать последнее дыхание, аккуратно разрывая связь между душой и телом.       - Прощай, Виль... - По моей коже скользнули искорки - всё, что осталось от маленькой девочки, отправленной на заведомо провальную и смертельную миссию.       Распахнулась дверь, громко хлопнув о стену. Мой мучитель вернулся. Я сидел, даже не пытаясь повернуться, просто смотрел прямо перед собой, надеясь на то, что всё закончилось, что меня сейчас убьют каким-то неведомым способом, что моя сила сжалится...       Нет.       Перед камерой на колени поставили двоих. Николаса и Амивиэля.       - Где девка?! - Маг-двойник Алазара взревел, ударяя прутом по решетке клетки, но я лишь улыбнулся, даже не повернувшись к нему. - Где эта девка, я тебя спрашиваю?       Ворвался в камеру, замахнулся, ударил тем же прутом. Я закричал, падая на бок и зажимая рукой сломанное плечо. Кость встала углом, вспарывая кожу, и я увидел белый осколок, окрашенный кровью.        - Нет, хватит! Хватит его мучить, стойте! - Демон заходился в крике, бросаясь на замагиченную решетку, ревя, подобно раненному зверю, и раз за разом его отбрасывало назад.        Магия, пропитавшая это место, была такой силы, что даже я, Хранитель этого мира, чувствовал себя ребенком, которого решили обидеть профессиональные военные. Беспомощным и бесполезным. что уж говорить о Демоне, чья сила была связана с миром неразрывно.        - Выбирай, - тяжело дыша сказал Алазар. - Выбирай, кто из них умрет.       - А не пойти ли тебе... Однажды я уже убил тебя. И сделаю это снова.       Он отшатнулся, когда я перевел взгляд на него, но справился с собой и выхватил кинжал, наклоняясь и задерживая его перед моим лицом.       - Разрезать кожу? Выколоть глаз? Ты скучный, - сообщил я, загоняя боль в плече подальше.       - Маленькая надоедливая дрянь! - сплюнул маг.       - Какой есть. К чему тебе мучить этих детей? - кивнул я на двух пленников.       - Да, ты прав... - что значила его широкая улыбка, я понял слишком поздно. Тогда, когда принц и эльф выгнулись от боли, а на их одеждах расцвели красные пятна.       Я не кричал. Не имел права. Сам же дал ему стимул, толчок к действиям, поэтому молча лежал и смотрел, как двое корчатся от боли. Маг стоял чуть в стороне, делая странные пасы рукой, словно то сжимая, то разжимая кулак.       Эти двое старались не кричать. Чуть слышные стоны сквозь зубы, шипение, тяжелое дыхание. Они боялись кричать, зная, что этим сделают только больнее друг другу. А я не мог спасти их. Вспомнились слова Вильены о том, что спасти одного из них - еще большая жестокость, чем убить обоих сразу. Только как это могло мне сейчас помочь, я не знал.       Демон, выбившись из сил, просто сидел перед прутьями клетки, сжимая их, несмотря на то, что кожа на его руках покрывалась волдырями и язвами от чужеродной магии.       - Ты такой скучный, - тихо сказал я, подтягивая колени к груди и глядя на корчившихся на полу принца и эльфа. - Подумаешь, корчатся эти двое тут, что поделать... Может, меня тогда отпустишь, раз ими так увлекся?       - Хотелось бы отрезать тебе язык, да очень уж музыкальные крики... Что ты такое, что все повреждения заживают? - Азалар отвлекся от пленников, и те затихли, пытаясь перевести дыхание. Он же вернулся ко мне, пристально разглядывая. Потом рванул рубашку на моей груди и попытался коснуться кулона, но зашипел от боли и затряс обожженной кистью. - Артефакт?       Он не знает, что я Хранитель? Странно. Но мне же лучше - маг пытает меня, но не пытается добиться подчинения.       - Возможно.       Вот только теперь появилась другая проблема... Раньше, в мире Яги и Свята, я разбил кулон Азалара, чтобы погибнуть. Здесь я точно знал, кулона у него нет. Видел в разрезе рубашки, что на шее нет ни цепочки, ни даже простого шнурка, да и мой кулон он видел впервые.       Что делать?       - Выбирай, кто умрет первым? - Со смехом предложил он, подходя и наступая мне на пальцы руки, медленно перенося вес на ногу, отчего я почувствовал боль, буквально расплющивающую мою руку. Хочется кричать, но горло уже сорвано. Раны заживают все быстрее и быстрее.       Я чувствовал боль, ужас, страх, но вместе с тем моё сознание работало, как счетчик, выдавая мне всё новые и новые знания, появившиеся из двух сложившихся личностей. Однако я знал, что в другом мире Я-Костя еще не умер. Близок, но не умер. Жив, пока я живу здесь.        Маг замахивается ногой и бьет в грудь, заставляя сжаться еще сильнее. Сил нет, чтобы сопротивляться. Повернув голову, смотрю на принца и эльфа. Они-то не могут возродиться. Лежа на полу, они молча сжимали руки друг друга, закрыв глаза и, кажется, что-то шепча. Не слышно, беззвучно, но от этого мне стало еще больнее.       - Убивай меня. Не трогай их обоих, не смей! - говорю, зная, что не послушает. Пусть лучше убивает двоих... Пусть лучше... Лучше...       Слёзы льются по вискам, когда я смотрю, как маг смеется, отворачиваясь и выходя из камеры.       Мои молитвы были услышаны - и два тихих вскрика прозвучали будто гром. Улыбнувшись, я откинулся на спину, глядя в потолок. Остались только я и Руан.       Со стороны Руана, кстати, не доносилось ни звука. Покосившись на соседнюю камеру, я увидел его, сидящего у решетки и цепляющегося за прутья. Растрепавшиеся волосы совсем скрыли лицо.       - А вот и наш предатель, - нараспев произнес между тем маг, повернувшись к демону. Тот не ответил, но я отчетливо расслышал скрип зубов.       - Аззи, и на кого ты меня покинул? - Насмехаться, балансируя на грани собственных страха и безумия - что еще надо для особенно необычной, нескучной, болезненной и очень короткой жизни?       - Я не надолго, не расстраивайся... Кажется мне, что тебе будет куда больнее смотреть в глаза Демону, который посмел так предать тебя... - Азалар присел на корточки перед прутьями клетки. Руан молча поднял голову, глядя ему в глаза. Хотелось закричать, но я сдержался, зная, что любое проявление эмоций с моей стороны будет катализатором кошмара. Я не хочу этого. Не хочу сейчас.       - Демон, скажи мне, каково это было - чувствовать под собой вырывающееся, кричащее тело? Столь желанное, обожаемое, а в тот момент даже ненавидимое тобой? Скажи, ты остался доволен его криками?       Я закрыл глаза, чтобы не видеть бледного лица Руана, когда тот зарычал, со всей силы бросаясь на решетку, пытаясь дотянуться до мага. Тот лишь рассмеялся, поднимаясь и направляясь ко мне. Я слышал его шаги, а потому открыл глаза как раз, чтобы увидеть, как он навис надо мной.       - Раз ты не говоришь, я должен сам почувствовать это, не так ли?       И без того скованные руки вздергивают над моей головой и фиксируют появившимися из камня путами. Лучше бы дальше избивал...       - Молчишь? - Ехидно вздернутая бровь. - Неужели не против? Так понравилось быть шлюшкой демона?       Я сжимаю зубы и закрываю глаза, чтобы не видеть этой насмешки. Сила внутри клокочет, грозя вырваться на свободу и не оставить камня на камне от этого места.       - Не молчи! - Маг дергает остатки рубашки и проводит неожиданно острыми ногтями по груди, очерчивает линию шрама и давит на светлую полоску. - Какая хорошая работа... А от моих стараний не осталось и следа. Ничего, мальчишка, сейчас ты будешь кричать и умолять продолжать! - Пряжка на моих штанах по желанию мага попросту расплавилась, обжигая кожу на животе. Когда же я рефлекторно втянул его, по напряженным мышцам прошлась холодная рука, оставляя болезненные царапины.       - Отпусти его!!! - Крик был подобен раскату грома. Я не выдержал, распахивая глаза и поворачивая голову. Демон бился в клетке, ударяя кулаками по прутьям, врезаясь в них плечом. Магия клубилась, дымилась, отталкивая Руана, обжигая его кожу, покрывая тело ожогами,но тот все равно хватался за прутья, воя, рыча.       - Ух ты, какая у тебя зверушка. Каково это - слушать теперь его крики? - шептал Азалар, а я лежал молча, даже не пытаясь пошевелиться. Глядя на Демона и чувствуя, как внутри становится больно-больно от его вида.        - Руан, хватит... Не смотри, - прошептал я, смаргивая слёзы, а в следующий миг маг содрал с меня штаны, разорвал остатки рубахи. Ноги рефлекторно согнулись в коленях, сжались, противясь рукам мага, пытающимся облапать тело.       Магия внутри просто сходит с ума, раздирая внутренности болью. На губах, во рту - привкус крови, маг, нависший надо мной, смеется, наклоняясь, кусая кожу, прокусывая до крови. Демон уже не мечется, просто рычит, воет, не отрывая глаз от моего лица, а хочу только спрятаться, сбежать...       - Кх... - маг сплюнул и, высунув кончик языка, с недоверием провел по нему пальцами. - Ты!..        От пощечины голова мотнулась в сторону, а колени сжали, оставляя синяки и разводя в стороны.       - Сам Хранитель - моя игрушка на сегодня... - В его глазах - настоящее безумие.        Когда рука мага скользит вниз, нащупывая сфинктер, и он пытается проникнуть туда пальцами, остатки моей выдержки тают, и я бьюсь в его руках, пытаясь освободиться, прося магию помочь мне в последний раз.       Запястья взрезает боль - наручники попросту лопнули, повредив кожу осколками. А мага волна чистой силы отбросило на стену, вжало, ломая кости и заставляя исторгнуть вопль смертельно раненого зверя. Но я не слышу этого, захожусь криком, не хуже этого урода, хватаюсь за голову, чувствую, как мозг разрывает от боли, но еще рано... Рано умирать.       - Руан, - хриплый, какой-то потусторонний голос вырывается из груди, когда я поворачиваюсь на бок, подтягивая колени к груди, чтобы потом с трудом встать на четвереньки.       Магия клубится вокруг, бьет по стенам, потолку, куски камня падают на пол, расшибаясь в крошку, а я знаю, что должен освободить Демона. Тьма завивается вокруг тела, скрывая моё тело от всего мира, пока я шагаю мимо кровавого месива, бывшего когда-то моим мучителем.       Терпи, Тень-Костя-Кощей. Еще немного. Хотя бы Руан, но выживет.       - Руан, - повторяю, глядя в полные боли глаза, он тянет ко мне руку, когда я прохожу через выломанные магией прутья своей клетки. Я готов уже подойти к нему, когда за Демоном открывается портал и оттуда выбегают три мага. Не то стража Азалара, не то ученики.       Крик застывает в горле, когда я вижу, как длинное копье с силой вонзается в его тело.       Магия оставляет от них лишь пепел, но до него мне уж точно нет никакого дела.       Упасть на колени, заглянуть в кроваво-красные глаза, в которых пелена боли вдруг сменилась облегчением.       - С тобой все хорошо, Тень... - прошептал он, улыбаясь.       - И с тобой будет! - В отчаянии опускаю ладони на сквозную рану, но их накрывают теплые пальцы.       - Не надо. Твоя сила и так убивает тебя. Прости. Люблю тебя...       От тоскливого воя вздрогнули стены замка, а оставшийся в одиночестве Хранитель разрыдался, глядя в потускневшие глаза, из которых ушла жизнь.       - "Хранитель"! Да какой из меня Хранитель, когда вокруг все мертвы?! - Спросил я, не надеясь на ответ. Поднялся на пошатывающихся ногах и сделал пару шагов, падая между камер, совсем рядом с мертвыми возлюбленными, даже в посмертии державшимися за руки. - Почему?!       Хранитель...       - Этих смертей не должно было быть. Гном все таки признался бы девушке оборотню в своих чувствах. Воин ушел бы в отставку, отстроил дом, в котором его бы ждали жена, дети и несколько кошек. Виль бы стала могущественной колдуньей, к которой не боялись обратиться за помощью. Принц и эльф смогли бы найти свое место и жить вместе... Но они мертвы - оказались всего лишь пешками. Обычная плата - жизнь за жизнь, но всем ведь нужен был Хранитель? Чего я стою? Жизнь за жизни - равноценно? - Тьма, что все еще прячет мое тело, создает кусок остро заточенной стали в ладонях, а кулон-капля попросту стекает по этой Тьме в клинок. - Жизнь за жизни.       Так странно... Не больно. Только пустота на месте только что бившегося комочка мышц...       А в другом мире девушка, сидевшая около дивана, на котором лежал её друг, замерла, поднимая голову и недоверчиво сильнее сжимая запястье седого парня.       - Кость... Кость, нет. Кость, не надо, - пробормотала она, садясь на колени, тормоша парня, тряся того. Его бледное, исхудавшее лицо сейчас не было похоже на лицо мальчишки. Кажется, что Косте уже давно не девятнадцать.        - Руслан! Руслан, где ты?! - закричала Женя, хватая Костю за плечи, пытаясь усадить его. Сознание, кажется, готовившееся к такому, не может угомонить разрывающееся от боли и неверия сердце.       - Руслан, чтоб тебя! - взвыла она, сжимая в объятиях безвольное тело, пытаясь расшевелить парня. Но тот не отзывется.       - Женя, он ушел, - Демон появился перед ними, сверху вниз глядя на девушку и юношу. В его руках были часы, чьи стрелки замерли на цифре 12.       Евгения молчит, глядя в красные глаза демона, а затем закрывает глаза, позволяя слезам катиться по лицу, и молча утыкается лбом в холодеющий лоб друга...