Кощею Кощеево

Васька вёл меня довольно долго - час мы точно шагали по широкой дороге. Иногда встречались повозки, запряженные чахлыми кобылками. Мужики, управлявшие ими, всё пытались предложить подкинуть меня до города, но я хотел прогуляться.  Воздух этого мира ещё в первый раз, когда я только-только попал сюда, начал пьянить меня. Он кружил голову и благоухал то яблоками, то цветами... Иногда мне казалось, что весь этот мир словно создан для меня - чтобы я наслаждался всем им, даже воздухом. Вот только вновь становиться ответственным за мир я боялся.  - Когда Ольх и Свят приедут? - Спросил я, поднимая уставшего Ваську на руки. Хотя, думаю, кот скорее вредничал, нежели действительно утомился от ходьбы. Тот недовольно дёрнул ухом: как я тебе скажу, глупый Хранитель? - Ну и ладно... Город встретил нас шумом и стражой на воротах, проверявшей повозки. За семь лет он значительно разросся, напитавшись новыми красками и создав собственную мелодию. Стражник окинул нас с Васькой внимательным взглядом, нахмурился, приглядываясь к моему странноватому для этих мест наряду, а потом вдруг вполне добродушно улыбнулся: - Госпожи Ягиры котик? По её поручению? - Именно так, - кивнул я, поудобнее перехватывая соскальзывающего на землю кота. - Проходи тогда, малец, - хмыкнул мужчина, пропуская меня в город. - Спасибо, - кивнул я, мысленно усмехаясь тому, что меня назвали "мальцом". Неожиданно и приятно - словно я действительно обычный подросток, никогда не бывший кем-то другим. Это расслабляло. - Усы-лапы-хвост, вот твои документы, да? - Хмыкнул я, когда мы с Васькой уже шли по улице. Кот лишь довольно мурлыкнул, потерся о моё плечо лбом и снова улегся на руки. Город встретил меня шумными улицами, жизнью - искрящейся, кипящей. Кажется, скоро должна была быть ярмарка - жители сновали туда-сюда, дома были украшены цветами и пучками трав, тут и там виднелись разноцветные ленты, развевающиеся на ветру. Я бродил по дорогам, любуясь этим зрелищем, пока не наткнулся на небольшую забегаловку, от которой очень вкусно пахло выпечкой. Присев на лавочку за стол, возле самого окна, я жестом подозвал девушку-помощницу хозяина и попросил стакан молока, несколько плюшек с ягодами и травяного чая. Молоко было отдано коту на распитие, а сам я с наслаждением вгрызся в плюшку, когда двери вновь распахнулись, впуская еще двух новых посетителей. Слишком поглощенный едой, я не заметил, как они оказались у занятого мной стола. - У вас свободно? Какой знакомый голос... Проглотив чуть не вставший поперек горла кусочек, я медленно положил остальное на тарелку, во все глаза разглядывая повзрослевших Царевича и Лешего. Что тут сказать - природа к обоим явно благосклонна: оба парня ещё чуть раздались в плечах и выглядели куда более мужественно, чем в нашу последнюю встречу. Свят ещё и волосы отрастил, так что теперь на его плече лежал золотистый хвост. - Свободно... Ольх, до этого смотревший куда-то на улицу, перевёл взгляд на меня и вдруг тихо спросил-выдохнул: - Ты... - Да, - просто ответил я, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в улыбке, - не ждали? Вместо ответа Ольх одним шагом подошел ко мне, схватил за плечи и крепко прижал к себе. Я, подобно беспомощному червячку, трепыхался в его объятиях, сначала пытаясь вырваться, но потом просто расслабился, улыбаясь и глядя через плечо парня на терпеливо стоящего в стороне Свята. Тот сдержанно улыбнулся мне, отсалютовав рукой. - Ну, Ольх, ну что ты... - пробормотал я, почувствовав, как содрогается тело внука Яги, как тот тяжело вздыхает, продолжая обнимать меня. - Я не думал... Не знал, как быть, винил этот мир... Я рад, что ты жив. Что вернулся, друг, - говорил Ольх, продолжая сминать меня в объятиях, а я лишь улыбался, чувствуяя тёплый отклик сердца на слова парня. - Я никуда не денусь, пока демиург не захочет, - признался я, отступая на шаг и садясь обратно, когда он отпустил меня. - Рад вновь увидеть тебя, - произнес Царевич, усаживаясь напротив. - Ты изменился. Шрамов нет и... Как тебя теперь называть? Вот над последним вопросом я и подзавис. Яга называла меня Костей, хотя кажется, у меня не так уж много прав на это имя. Тень? Гадкое прозвище... Кощей? Но я уже не он... - Наверное, я всё же остался Костей, хотя здесь, - пальцами я коснулся виска, - теперь как в библиотеке отсортирована память о разных жизнях. И о кусочке души, из которого Демиург когда-то создал Хранителя одного своего мира. - Значит, Костя, - решил Ольх, пока Свят подзывал к нам девушку. - Два травяных отвара, пирог с дичью и пирог с ягодами, - сказал царевич, поворачиваясь к Ольху. - Всё? - Именно, - кивнул тот, даже не послушав, что заказал его избранник. Я невольно улыбнулся, отводя взгляд, когда Свят закатил глаза и сказал, что это точно всё.  - Рассказывай, куда же ты от нас попал? Вернулся ли домой? И почему сейчас здесь? Встретился с Демиургом? - Ольх буквально завалил меня вопросами. Сдержанно улыбаясь, я смотрел в сторону, на улицу, где всё так же на ветру развевались ленты из разноцветной ткани. Как когда-то у озера... - Кость? - А? Прости, отвлекся. Давай, я расскажу обо всем, когда вернёмся к Яге? Не думаю, что здесь хорошее место, - я осмотрелся, отмечая, что, за время, пока я был тут, закусочная успела наполниться посетителями, собравшимися в группки вокруг столов и просто отдыхающими перед окончанием рабочего дня. И впрямь пора - скоро закроются лавки, и я могу не успеть купить себе одежды... Монеты в мешочке, который был в моем кармане с момента выхода из портала, чуть звякнули, когда я побарабанил по ним пальцами. - Я только вчера пришёл и собирался ещё за одеждой. Подождете меня тут? - Может, лучше с тобой? - предложил царевич. - Не обязательно. Поешьте и подождите меня возле того фонтана, ладно? Я быстро. Васька уже успел куда-то сбежать, но я подумал, что этот кот достаточно самостоятелен, чтобы не искать его сейчас, и покинул помещение, оставляя принца и Ольха вдвоем. Хорошо, что Леший не стал усложнять ничего и разобрался в себе. Это был правильный путь.  Я шел и думал о том, как гармонично они смотрелись рядом. Кажется, такими же были Первый Кощей и Художник... Проведя по лицу рукой, я невольно вспомнил о тарелке с яблоком, которые про себя именовал "телевизором в другой мир". Захотелось достать и посмотреть, но что-то не давало. Еще рано, я ещё не готов, всё ещё не могу... Я зашел к портному и объяснил, что мне надо. Походный костюм - три штуки. Штаны - три штуки. Рубаха - штук пять, не меньше. Плащ с теплой подкладкой, плащ водонепроницаемый. Белье - естественно. И две куртки из плотной материи. Экипироваться, так экипироваться. Оставив у портного большую часть денег, я сказал, чтобы он прислал одежду с посыльным к Ягире. Её-то тут все знают, а значит, одежда будет лучшего качества. Следующим на очереди был сапожник. Две пары мягких кожаных ботинок никогда не будут лишними, особенно для человека, который не знает, когда и куда его потащит нелегкая. Уже по дороге к фонтану меня привлек прилавок со множеством гребней, украшений для волос и заколок. Правда, стояли у него только девушки. Скромно пристроившись сбоку, я взглядом зацепился за деревянный гребень с выжженным узором в виде дерева. Потом внимание привлекла ящерка из незнакомого зеленоватого металла с мерцающими янтарным глазками. К тому же от нее исходила магия - вещица явно была зачарована. - Вот этот гребень и ящерку, - попросил я продавца, как раз глянувшего в мою сторону. - Девочки, вы только гляньте на него! - Ах, какой миленький... Наверное, девушке покупает, - услышал я звонкий голосок и почувствовал, как краска заливает щеки. - Упаковать в коробочку? - тем временем спросил продавец, и я, не знаю, зачем, кивнул. - Да ты на его патлы посмотри, глупая! Небось себе покупает! - полный желчи и яда голос. - Сама глупая, это не патлы! Ну и что, если себе? По-твоему, парни должны ходить, как медведи - могуч, пахуч и волосат? - ответил ей первый голосок. Еще сильнее покраснев, я отвернулся, пряча лицо и, выхватив из рук продавца покупку, сунул ему деньги, стремясь быстрее бежать оттуда. А у прилавка уже почти разразилась бойня. Девицы-красавицы решали, каким должен быть идеальный мужчина... Свят и Ольх уже дожидались меня у фонтана. Ну, как дожидались... Отошли в тень беседки и самозабвенно целовались. Вздохнув, я уселся на бортик в полоборота к воде, вытянув руку и касаясь ею поверхности. Похоже, под землёй магический источник пересекался с водным, и от этого магия едва ощутимо покалывала пальцы.  Открыв коробочку из бересты, я вновь полюбовался приобретениями. Да, ради такого стоило и от девушек всякого выслушать. Расчесаться потом самому или попросить кого-нибудь? В чьих только руках не побывали мои волосы, а мне все ещё интересно сравнивать прикосновения. Опустив руку с зажатой в ней заколкой, я поднял голову, рассматривая площадь, которая располагалась прямо перед фонтаном. Думаю, можно позволить Святу и Ольху еще немного побыть в обществе друг друга, прежде чем отправиться домой.  Я просто сидел, чувствуя, как холод металла постепенно отступает, прогреваемый теплом моих рук. Магия ящерки была столь невесомой и мягкой, что я почти не чувствовал её, за исключением некоторого тепла, касавшегося моего сознания. Интересно, могут ли вещи иметь душу? Ответ пришел сам и сразу - конечно. Весь этот мир имел душу, сознание. Он был живым, а я должен был чувствать это. И не был готов. Я смотрел на людей, идущих домой. Они останавливались, здоровались друг с другом, перебрасывались парой слов. Молодежь спешила небольшими группками куда-то, парочки неторопливо прогуливались по площади. На город постепенно опускался вечер, позволяя отдохнуть от дневных хлопот. Интересно, когда же наступит мой вечер? - Кость, мог бы и позвать нас! - раздался сбоку смущенный и чуть раздосадованный голос Ольха. Судя по довольному лицу Свята, тот был ни чуть не расстроен тем, что я их не потревожил. - И вы бы позволили помешать? Ну-ну. Я достаточно раз умирал, чтобы вновь дразнить судьбу. Идём? - спрятав заколку в коробочку, а ту - в карман, я поднялся с бортика. - Не возражаешь, если порталом? Иначе затемно придем.  - Ну точно смерти моей хочешь, Свят... Давай уже свой портал. Стоя уже на поляне перед домом Яги, я понял, что зря ворчал: да, не слишком-то приятно осознавпть себя набором расцепившихся и вновь собравшихся молекул, но перекус не пытается покинуть желудок. Парни зашли в дом, а я заозирался в поисках Васьки. Свят и Ольх не могли оставить кота в трактире, но и с ними он не пришёл... - Мяу? - Из-под лавочки. - И как ты это сделал? - поинтересовался я, усевшись рядом с котом прямо на траву. - Научишь? Кот насмешливо фыркнул. - Вредина, - ответил я, протягивая руку и почесывая довольного мурлыку за ухом. Тот благосклонно позволял мне делать это, но совсем скоро словно опомнился, отстраняясь и принимая величественный вид. Тут же из избы вышла Яга, оглядела нас с котом и, улыбнувшись, скомандовала: - А ну марш мыть руки и за стол! - Но я же недавно ел... - Там не так вкусно, я уверена, - ответила она, даже не моргнув глазом. Усмехнувшись, я поднялся с места и отправился к умывальнику, заодно прихватив протянутое мне полотенце. За столом уже сидели Ольх и Свят, Васька устроился около печи, свернувшись в клубок. Яга расставила чашки для чая, пироги, блины и несколько видов варенья. - Я точно растолстею, - проворчал я скорее для порядка, нежели действительно был недоволен. Да и как можно быть недовольным, когда тебя кормят вкусно, много и регулярно? Вот и я не знаю.. После ужина, с Васькой на руках, оставив Ягу возиться с травами, мы ушли в сарай, где я улегся на одеяла,глядя в потолок. Кот устроился прямо на животе, ощутимо придавив немаленькой тушкой. Друзья улеглись по бокам (боятся, что сбегу?) и царевич потребовал: - Рассказывай. Воспоминания уже почти не вызывали чувств, вот только почему судорожно сжатые пальцы вновь на плечах, а глаза на мокром месте?.. Стоило мне закончить на прибытии в этот мир, как Ольх притянул меня к себе в объятия. А потом теплее стало и с другой стороны. Друзья молчали, а я положил ладони на их руки и прикрыл глаза, улыбаясь и принимая тепло. Я не открывал глаз, только сильнее сжимал их руки и чувствовал, как Ольх осторожно вытирает слёзы, которые против моей воли все же текли по носу и по вискам. Я чуть повел плечами, утыкаясь носом в его плечо и тихо, долго выдохнул, чувствуя, как тот осторожно перебирает мои волосы, глядя поверх моей головы на Свята. Они хотели мне помочь, но что они могли сделать, если даже я сам был пока не способен ни на что. - Кость... Кость, послушай меня, - тихо позвал меня Ольх, отстраняясь и заглядывая в глаза. - Слушаешь? Я кивнул, проморгавшись и сосредоточившись на лице друга. - Тебе надо разобраться сначала вот здесь, - его рука легла мне на грудь, где сильно и ровно билось мое сердце. - А уже потом думать о том, что тебе делать вот этим, - ладонь переместилась мне на лоб, даря ощущение прохлады и спокойствия. Из-за того, что я гулял весь день, а теперь еще и наревелся вволю, хотелось спать, а ощущение тепла и спокойствия, которое окружало меня, только усиливало это желание. - Но как я могу... Я же не знаю, что чувствую. - Это не так, Кость. Ты прекрасно всё знаешь, - терпеливо улыбнулся Свят за моей спиной, но я упрямо сжал зубы, выпутываясь из их рук и садясь. - Я не хочу больше. Не хочу снова зависеть от кого-то... Быть ведомым. Я не нуждаюсь в этом, так что... Не надо убеждать меня. - Ты просто боишься, - они сказали это одновременно, мягко, но уверенно, заставляя меня сжать кулаки и уставиться перед собой в темноту. - Да, боюсь. Да, бегу от боли. Почему у меня нет права на это? Почему чуть что, крайний именно Кощей? - опять истерика подступает? Невесомая ладонь одной руки накрыла глаза, в то время как другой я оказался притянут к груди. - Создание моё, ну не минуты покоя с тобой! И не надо смотреть на меня так, мальчики. Костя же рассказал вам, как пытался придушить меня? - Рассказал, - голос у Свята был обманчиво спокойным. - Но это не значит, что мы вот так просто простим вам изломанную жизнь друга. - Сколько агрессии... Не к лицу вам, царевич, не к лицу! А теперь давайте поговорим серьёзно. - Может, ты меня уже отпустишь?.. Вместо того, чтобы убрать руки, Демиург потянул меня на себя, практически укладывая спиной на свой живот. - Отдыхай и слушай, Кощей, но молча.  Я брыкнулся для порядка, но всё-таки расслабился, позволяя Демиургу перебирать мои волосы. Он осторожно поглаживал меня по голове одной рукой, иногда задевая шею, и рисовал пальчиком другой узор у меня на щеках. Я сложил руки на груди, напоминая себе, что Демиург у меня тот еще крендель, и надо постараться как можно меньше его провоцировать. - И зачем ты приперся? - буркнул я, косясь на севших сбоку царевича и Ольха. - Какое грубое творение... Своевольное, от того и столь прекрасное... - мечтательно прикрыл глаза мой Создатель, чуть склоняя голову, - Ах, да... Зачем я, собственно, тут... Вижу, самому тебе тяжко приходится. Никак с собой не примиришься, а от того и мир это нестабилен. Надо исправлять, Костик, понимаешь? - Нет, - буркнул я, косясь на насторожившегося Ольха. Царевич словно невзначай положил руку на рукоять меча, покоившегося сбоку. - Ручку убери, - нежно пропел Демиург, внимательно посмотрев на Святослава. - А ты не смотри таким волком. Можно подумать, я со зла так с ним поступал. Голос Демиурга впервые на моей памяти был таким жестким. Напрягшись, я поднял руку, кладя её на ладонь своего создателя. - Кость, один их них будет твоим помощником и поддержкой. Кто - выбирай сам. Наденешь тому на руку вот эту безделушку. А сам... Прекращай хандрить, я тебя не таким создавал, ясно? А то я скоро взвою, пока ты тут плесенью покрываешься, а Руан там с ума сходит... - Что? - встрепенулся я, хмурясь. - Упс, проболтался... - хихикнул Демиург, почесывая затылок. - При чем тут вообще Руан? - не заботясь уже о возможных последствиях, я повернулся и навис над собственным создателем, внимательно глядя ему в глаза, не отражающие ни единой мысли. - Ты все давно уже понял сам, - от холода в голосе по коже поползли мурашки. - Снимай эту глупую маску и приступай к своим обязанностям. Горячий комок в груди сбился с ритма, холодея. - Почему ты не можешь отпустить меня? Развеять, раз уж я приношу одни неприятности? - поинтересовался я тихо-тихо. В ответ демиург поднял руки, одну клядя мне на затылок и надавливая ею ,а другую - на талию, чтобы притянуть к себе, впиваясь в губы теперь уже далеко не нежно. Уперевшись руками в его грудь, я сжал зубы, яростно глядя ему в глаза. В ответ он смотрел на меня своими непроницаемыми "зеркалами души", но, могу поклясться, что в этот момент он смеялся надо мной. Его губы - холодные, мягкие, - касались моих, хотя Демиург знал, что я не отвечу на этот странный жест, не то ставивший на мне хозяйскую метку, не то призванный заставить меня как-то по особенному отреагировать. Я просто ждал, понимая, что, пока Демиург не захочет, я не вырвусь. Наконец, он прикрыл глаза, чуть сильнее надавливая мне на затылок и кусая мою нижнюю губу, до боли прокусывая кожу и заставляя меня вскрикнуть. После этого он отпустил меня, улыбаясь и слизывая капли крови с губ. - Потому что я люблю тебя чуть ли не сильнее всех остальных своих творений. А может, и правда сильнее. Только ты, глупый мой, никак этого не поймешь. Поторопись и разберись со всем, иначе я просто избавлюсь от ненужных персонажей, Костя... - демиург улыбнулся мне, но глаза оставались холодными. В последний раз на сегодня он провел рукой мне по щеке, стирая большим пальцем кровь с губы, и исчез, словно его тут и не было.  - От... От кого он избавится? - тихо спросил Ольх, хватая меня за плечо и встряхивая. - Явно не от меня, скорее... от него, - тихо сказал я, глядя в пустоту и всё еще ощущая тупую пульсацию боли в губе. - Идите отдыхать, пожалуйста. Мне надо подумать. Одарив меня напоследок задумчивыми взглядами, парни вышли, а я, поднявшись, разделся, чтобы затем укутаться в одеяло. Почему все так сложно?! Сколько раз мне ещё нужно переступить через себя, бросить душу на жертвенный алтарь, чтобы этот чертов демиург подарил мне покой?! И при чем здесь вообще демон? Я-то думал, что он и забыл уже Тень. Жаль, я не понял тогда, что он говорил взглядом. А теперь уже поздно. В кулаке все еще было зажато кольцо для моего "помощника". В озере его утопить или в болоте? Не хочу больше доставлять неприятности! Естественно, я мог бы попросить Ольха о помощи, но ни за что не сделаю этого - не прощу себе разрушенного их со Святом счастья. Может выжечь из сердца все ненужное и стать идеальным хранителем, одинаково справедливым для всех? Нет, такого демиург уж точно не простит. При всей его любви к "творению", а может, и из-за неё. Что же делать?.. Подумав, я пока надел кольцо себе на палец. Оно сидело так, словно в любой момент могло слететь, но, когда я тряхнул рукой, осталось на месте. Чудесно, значит, я его не потеряю. Подарки демиурга явно не то, что вообще теряется.  Я лежал, глядя в потолок, скрытый ночной тьмой, и старался ни о чем не думать. Только нет-нет, да порывался протянуть руку и достать заколку в виде ящерицы, но всё равно останавливал себя, одергивая, не давая проявить слабину. Последней мыслью, которая все же пробилась в моё сознание из-за завесы напускного безразличия, была та, что где-то там, в другом мире, может быть, из-за меня, всё же страдает существо, доверившее мне свою жизнь. "Руан с ума сходит..." - нашептывал мне голос Демиурга, пока я засыпал.