Kill or be Killed

Юрай зовет меня гулять, у нас впереди целый свободный день, этакие выходные перед финальным тестом. Я не хочу никуда идти, мне кажется, что проще просто лежать в кровати, не двигаться, не говорить ни с кем и даже не дышать. Когда я лежу в тишине с закрытыми глазами, очень легко представить, что я дома, в Эрудиции. Что проснувшись с утра, увижу родных, и все будет как раньше. Выбрала бы я Бесстрашие, если бы мне дали пережить инициацию заново? Выбрала бы я другую фракцию, зная, что в Бесстрашии есть Эрик? Мысли об Эрике прочно засели у меня в голове. Они колебались от злых до тех моментов, когда он показывал себя с другой стороны, пусть даже на короткое время, но мне этого хватало. Я сослала все это на то, что он просто слишком часто появляется в моей жизни, я слишком часто его вижу… Нет. Это все не правда. Меня тянуло к Эрику так сильно, что я даже боялась этих порывов. Я чувствовала к нему то, что не испытывала раньше к мужчинам. Я была уверена в нем, хоть он и был опасным и непредсказуемым, я была уверена в его силе, я была уверена в его решениях. Мне даже хотелось слушать его, подчиняться, что ли. Я всегда хотела иметь мужчину, рядом с которым мне не нужно будет быть Бесстрашной. И Эрик был таким. Он был тем самым мужчиной. Я все-таки пошла гулять с Юрайем, Зиком, Линн и всей этой компанией. Мы поднялись наверх, к освежающему ветру, к солнцу, которого я не видела уже очень давно. Я жадно вдыхала воздух, будто боясь, что он закончится и мне не хватит. Зик держал свою руку на моей талии и мне это не нравилось, я скидывала ее несколько раз, но он упрямо делал вид, что не замечает, и обнимал снова. Мы снова курили и я отметила про себя, что ждала и хотела этого, мне нравится саднящее ощущение в горле и запах дыма при выдохе. Я с наслаждением втягивала его в себя и с каждой новой затяжкой расслаблялась. Мы сели у большого дерева, чья крона была огромной, а листья удивительно зелеными. Это такая мелочь, но мне не хватало этого; я улыбнулась, думая, что в садах Дружелюбия таких деревьев много. Я облокотилась спиной на ствол, он был такой большой, что места хватило еще и для Линн и Марлен. Мы говорили о всякой ерунде, а Марлен жаловалась на своих кавалеров. Я даже не заметила, как речь зашла о Четыре, а где Четыре, там обычно и Эрик. - Четыре хорошенький, - протянула Линн, – У него красивое лицо и тело. – Мы засмеялись. - А Эрик? – игриво спросила Марлен, – Жаль, что он такой неприступный. - Мне так не показалось, - грубо говорю я. - Ты про девушек на вечеринке? – уточняет Линн и подвигается ближе, – Это все ерунда, Зик тебе правду сказал, - они с Марлен начинают смеяться, – Эти девушки, - на слове «девушки» Линн делает акцент, - для поддержания функций организма. - Мне кажется, или я слышу ревность? – шепчет Марлен и я отмахиваюсь. - У Эрика вообще были отношения? - Нормальные? – прищурившись, спрашивает Марлен, – Нет. Она валит меня на траву и нависает сверху, мы продолжаем смеяться и мне просто не хватает воздуха, живот колит, а на глаза выступают слезы. Девушка передает мне сигарету, более игриво, чем это требуется. Я затягиваюсь и откидываю голову назад. Марлен ставит руки по обе стороны от меня, делает пустое, злое лицо. - Я была бы отличным Эриком, - кричит она. Проводит рукой по моей шее и ключицам. Рычит и делает вид, что срывает с себя одежду, – Эй, детка, - протягивает она, подражая голосу лидера, – Я хочу, чтобы сегодня ночью ты развлекла меня, – Линн громко кашляет несколько раз и Марлен отвлекается, смотря вперед. Ее глаза наполняются ужасом. - Хватит! – Марлен, Линн и я резко встаем, услышав грубый голос, скорее по инерции, ведь мы ничего не делали. Эрик стоит и смотрит, испепеляя нас. Он быстро идет в нашем направлении, я замечаю резко изменившийся, затравленный взгляд Линн, она делает несколько шагов назад. Эрик выбивает сигарету из моих рук и прижимает к дереву, – Ты курила это? – орет он. Я отмечаю про себя, что впервые слышу от него какое-то проявление эмоций в голосе, помимо яда и желчи. Я ничего не отвечаю, он сжимает рукой мое горло, но не так, чтобы мне было больно, – Отвечай. – шипит Эрик, – Ты курила? - Отпусти меня, - сипло говорю я. - Я. Задал. Вопрос. – Он на пределе, глаза Эрика горят огнем, но голос все такой же холодный и вкрадчивый. Он быстро взял себя в руки, а я уже решила, что услышу, как кричит лидер. В голове крутится мысль: "Какое ему дело, курила я или нет?" В Бесстрашии курят почти все, ничего ужасного в этом нет. - Да, - говорю я, как можно более увереннее, - я курила. – Он швыряет меня в сторону и я ударяюсь головой об грубую кору дерева, Эрик сжимает мое запястье и тащит за собой, – Отпусти меня! – я кричу и упираюсь всеми силами, но Эрик больше ничего не говорит, он ведет меня вниз в подземелья Бесстрашия. Мы поворачиваем в коридор, я уже не сопротивляюсь, ибо так я трачу еще больше сил, а их у меня слишком мало. - Эрик! - отчаянно кричу я и он останавливается, – Что ты делаешь? – Он толкает меня вперед, грубо прижимая к стене, его рука дергается и я понимаю, что он сдерживается, чтобы не ударить меня по лицу. - Ты видела Зика? – орет Эрик и я вспоминаю взгляд брата Юрайи. Его наполненные огнем глаза, странную улыбку, что не вызывает никакой радости. Его навязчивое внимание, обжигающий жар от руки на моей талии, – Он же не просто мальчик, - выплевывает Эрик, - Тебе Питера мало? - Да какое тебе дело? – кричу я в ответ, в моей душе зарождается страх. Я понимаю, что Эрик прав, только сейчас понимаю, когда все части пазла складываются в моей голове. Какая же я дура, все ведь именно к этому и шло, – Ты что, следишь за мной? - Нет, - голос Эрика становится ровным и тихим, - я шел там и слышал их разговор. – Мои глаза округляются, это похоже на правду. Зик и Юрай действительно стояли там, откуда пришел Эрик. - Ты решил мне помочь во второй раз? – шиплю я, - Да, мистер милосердие? - Ты правда думаешь, что дело в моих обширных человеческих качествах? – Он так близко, я чувствую его дыхание, вижу мелкие изъяны кожи, тону в холодных глазах. Эрик хватает меня за шею, слегка сжав ее пальцами, – Ты думаешь, - он упирает в мое плечо указательный палец, - я помогаю каждой глупой девчонке, что вляпалась в такое? – Он смеется. - Зачем ты помог мне? – тихо спрашиваю я, - Тогда, с Питером? - Я стоял там, рядом, и видел все. Минут десять смотрел на твои попытки что-то сделать. Я думал, что если Питер сделает то, что задумал, я забуду о тебе. – Голос Эрика срывается, он смотрит в пол, но вскоре снова поднимает глаза на меня, – Но я не смог бы смотреть, как он трогает тебя. Я как будто с ума сошел. - Ты видел все? Мой позор? – шепчу я и по щекам текут слезы. Я настолько расстроена, что пропускаю мимо его слова. Что он имел в виду? Он волнуется за меня? - Ты не права, – Эрик пальцами берет меня за подбородок, – Он мужчина, в первую очередь. Я просто хочу сказать, что какой бы ты не была Бесстрашной, насколько не была бы ты сильной, в такой ситуации ничего не имеет значения. Тебе стоит быть аккуратней, я не открою тебе секрет, а скорее всего, буду, наверное, тысячным мужчиной, кто скажет о твоей красоте. Это глупо отрицать, глупо делать вид, что это не так. Говорить, что ты не вызываешь во мне ни каких чувств. Но у многих единственное чувство к тебе - желание. Бесстрашные привыкли брать то, что они хотят. Любой ценой. – Эрик притягивает меня к себе и обнимает, - Ну все, иди сюда. – Он пытается быть нежным, но грубая мужская сила, что живет в нем, рвется наружу. Мне немного больно, но я молчу. Эрик отстраняется и пальцами проводит по щеке, сжимает ее и прикасается губами к моим. Он ждет достаточно долго, чтобы у меня было время отстраниться, если я против, но я сильнее прижимаюсь к нему и отвечаю на поцелуй. Он, не встретив препятствия (да и знаком ли он с отказами вообще?), приоткрывает мои губы и грубо вторгается внутрь. Для меня это некое новое, необычное чувство, от которого появилась тяжесть внизу живота. Он двигается плавными толчками, и мне немного не по себе от того, что у меня почти нет опыта. Эрик не дает мне дышать, я не могу выдержать его напора и, приложив ладошку к груди, немного отталкиваю его. Он смотрит мне в глаза прямо и открыто, а я пытаюсь найти в его действиях подвох. Но ничего не происходит. Я улыбаюсь Эрику, а он мне, чувствую, как краснеет лицо. - Зачем мы делаем это? – шепчет Эрик. Он прислоняется свои лбом к моему и закрывает глаза. Я аккуратно беру его лицо в руки и целую снова. Мне нравится вкус его губ, они приятные и совсем не грубые, как это кажется со стороны. Он сдавливает пальцами мою руку так сильно, что я вскрикиваю, – Прости, я просто… - Он не договаривает, но я и так все понимаю. Он просто сильный. Он просто не умеет контролировать свою безумную силу. Он просто грубый. Он просто лидер Бесстрашия.