Не время для шиноби

      На двери в кабинет Хокаге в башне висит табличка "совещание", замок закрыт изнутри на щеколду, а окно, обычно плескавшее на улицу в жаркий день занавесками, блестит на солнце крепким стеклом. Кабинет при этом светел, тих и абсолютно пуст, если не считать мебели, повисших в неподвижном воздухе клубов пыли, упаковок от рамена и пары стопок документов на подтверждение на столе. Седьмой любит неформальную обстановку для своих важных встреч. - Наруто! - разнёсся над крышей громоподобный вопль Пятой. - Ты мог проявить хоть долю уважения к старости, не заявляя сбор на крыше небоскрёба?! Какаши приспустил с носа солнцезащитные очки и приветственно кивнул своей предшественнице. - Бабусь, но ведь в здании есть десяток лифтов! - обезаруживающе улыбнулся Наруто. Цунаде сложила руки под грудью, горделиво выпрямила спину и, хмыкнув, заявила: - Где это видано, чтобы саннин с гражданскими в будке на какую-то крышу поднимался! Какаши, Конохамару и Шикамару ухмыльнулись, а Удон скромно поддержал их смущённой улыбкой, явно не поняв юмор. Мужчины, предоставив даме единственный на крыше шезлонг, расселись вокруг стола на раскладных стульях.       Казалось бы, не Узумаки ли стремиться делать все дела самому, когда он с детства так жаждал стать Хокаге? Но вот он, потягивая из трубочки холодный молочный коктейль и жмурясь от бликов с воды в бассейне, собирал вокруг себя целую армию лучших умов, имея на экране ноутбука лист вопросов, которые хотел бы с ними решить. - Ты говорил, что будет семеро, - заметила Годайме, устраиваясь. Её техники всё ещё работали, делая лицо и фигуру подтянутыми, хоть и не юными, но движения выдавали слабость тела. Цунаде больше не ревела протесты, а грустно улыбалась на обращение "старушка", полюбила вместо саке соки с мякотью, вместо игорных домов - походы по госпиталю и Академии, а медицинской практики - упорядочивание учебных архивов. По прикидкам Наруто, ей было не сильно больше, чем старику Сарутоби, когда на Коноху напал Орочимару, ну, уж точно не больше, чем Данзо во время войны. Это если считать по возрасту. А если по запретным техникам? У Наруто всегда было очень туго с числами. И с науками. Да много с чем. Зато он умел с людьми дружить и их воодушевлять. - Значит, я не опоздала? - взяв по старой памяти со стола шляпу Хокаге, примерив и положив себе на колени, уточнила Цунаде. - Нет, но начнём мы сейчас. Узумаки поднял крышку компьютера, подёргал горлом, привлекая внимание, и начал. - Во-первых, Какаши недавно вернулся к нам, и я хочу отметить этот великий день, когда за столом уселись трое Хокаге. Это совсем ничего не значит, конечно, но замечательно, что никто из нас не умер от скуки, забот или обжорства! Наруто хихикнул, но тут же получил очень мощный тычок пальца в бок. - Смерть от обжорства грозит тебе, мальчик! - рявкнула Цунаде. - Смотри, как ты начал брюхо нажирать!       Все улыбались, всё в шутку, и Нанадайме даже порадовался, что Саске с Саем задерживались, потому как для них польза от юмора и лёгкой обстановки не была очевидна. Из сложных речей своего советника Шикамару он извлекал многие вещи. Например, Наруто научился отличать, в какой компании что уместно, в каких количествах и когда, а пользуясь своим даром просто воодушевляюще болтать, не давал разговору утомлять людей и прекращаться. - Но к делу! Удон, Конохомару, вот почему позвал вас я, - Хокаге щёлкнул по клавиатуре и развернул ноутбук. - Хотя мы утвердили все проекты по застройке на полтора года и больше не планируем, тут начали поступать предложения относительно ближайших городков и Старой Конохи. Второе я сам рад поддержать хоть сейчас: дома, созданные Ямато, всё-таки из дерева, у них пожароустойчивость, сроки службы, и бла-бла-бла, все дела.       Наруто щёлкнул пальцами, ставя точку в своей речи. Уничтоженная когда-то, а потом выращенная буквально заново рука отозвалась фантомной болью. Пейн... Нагато. Последнее время он очень часто вспоминал Нагато, нападения на Коноху, разрушение, приходящее из ниоткуда, и его начинала тяготить какая-то глухая и глубокая тревога. - Примерно так застраивается Кири, - изучив экран, заметил Какаши. - Новые районы на побережье, подальше, а центр обновляют и оставляют закрытым. - Вот в том-то и дело! - выкинул указательный палец Наруто. - То, что я могу подписать, я не хочу, чтобы выполняли эти чужие люди, а то, что хочу - нужно как-то делить с даймё! Чоджуро секретами умасливания лордов со мной не делился, а я даже не знаю, хорошо ли это всё, чтобы к нашему идти. - Туман туманный и плетёт интриги, всё как всегда, - хмыкнул Конохамару, - я правильно понял, что нам надо всё пересчитать и спросить внутренние бригады, могут ли они лучше? - Да! И то, что с расчётами для даймё - мне обязательно распишите. - Принято, Хокаге-сама!       Наруто срезал церемонии, кивком отпустив помощников и сказав Конохамару, что ему уже всё нужное отправлено. Жаркое солнце над Страной Огня постепенно клонилось из зенита к западу, рабочий день большинства гражданских подходил к концу, и не было надежды, что кто-то всерьёз раскачается проверять планы раньше завтрашнего утра. Гражданские, даже многие увлечённые своим делом, просто не так устроены: у них никогда нет ощущения цепкой руки долга, как ошейника у пса на горле. А они, кланы и отдельные шиноби - Узумаки, Нара, Хьюга, даже Учиха, каким бы печальным ни был пример Итачи и искажённым - восприятие долга у Саске и Мадары - это понимание имели в крови от рождения. И они могли работать сутками, по локоть в крови и по бедро в дерьмище, за простое "надо", чтобы гражданские спали спокойно. Таким осознавал свой путь ниндзя взрослый Наруто, Нанадайме Хокаге. - Далее, - посматривая на заряд и часы на экране волшебной электроники, сказал он. - Как вы помните, семь лет назад у нас тут были посиделки, мы говорили о жизни и планах с другими Каге, и решили помимо экзамена на чунина проводить ещё раз в пять лет Большие-Пребольшие Игры... Ворчливой Куроцучи и Иве мы уступили первую очередь... - Лучше б они Оноки с такой помпой хоронили, как они встречали гостей, - прорычала Цунаде. Какаши несогласно покачал головой. - Не важно, - мягко пресёк спор Узумаки. - У нас команда в этот раз будет куда сильнее, очень много гражданских вне боевых дисциплин, всё вроде бы готово, но гложет меня не близость игр, а место. Кири. - Не вспоминай, - проворчала Годайме. Взгляды Какаши и Шикамару сошлись на текущем Хокаге. Да, случаи, когда Узумаки кому-то не доверял даже спустя годы, огонь, лёд и медные трубы, были очень редки. Он вообще не был привеженцем философии, что одно плохое яблоко ящик портит и верил в людей. Но с Киригакуре история насчитывала слишком много неприятных моментов. Первая миссия, чуть не обернувшаяся безвременной гибелью Команды 7, например, или то, что произошло с родной деревней клана Узумаки во время войн шиноби. Практически не угрожающее никому поселение шиноби маленькой островной страны, зажатое между Конохой и Кири, лежало в руинах из-за одного лишь брака с кланом Сенджу! Как, зная это, можно доверять народу, у которого подлость в крови? Хотя он же верил в Саске... - Никто не посмеет напасть на делегацию, - заметил Шикамару, выплёвывая сжёванную зубочистку, - и сами они заинтересованы предоставить всем замечательный приём. Игры - это вопрос престижа большего, чем экзамен. - Нет, за посольство я спокоен - я сам с ними буду, даттебайо! - Думаешь, ударят в спину? - усмехнулся под маской Какаши. А взгляд у него был не весёлый. В отсутствие Саске разговор приобретал второе значение. - Просто хочу сразу договориться, кто что в наше отсутствие за что будет в ответе, чтобы были готовы свитки призыва и всё-всё... - Наруто посмотрел своему бывшему сенсею в глаза. - Не доверяю я Туману, и всё тут! Пару секунд все за столом сохраняли молчание, пока, наконец, Хатаке не сказал: - Я соскучился по Конохе. - Да и я остаюсь, - повел плечами Шикамару. - Годайме тоже не списывайте со счетов, - подала голос тем временем откинувшая спинку лежака и спрятавшая голову под шляпу Каге Цунаде. - Всё будет в порядке, Наруто, - качнул головой Нара. - Что бы ни случилось, мы отобьёмся. Даже если случится какой-нибудь заговор и переворот?       На минуту на крыше высотного здания Новой Конохи, в этом небольшом дворике с бассейном и деревьями в кадках, повисла тишина. Наруто задумчиво смотрел в воду, взвешивая, сколько действительно в его озабоченности есть предосторожности, а сколько - паранойи, что даже голос людей, которым он доверял не меньше, чем своему сердцу, разубеждает его. Может, и правда ничего совсем чудовищного случиться не может. Ну, взорвут в центре под новостройкой какую-нибудь бомбу, ну, получат по шее от Саске лично - ведь это же его, Учихи территория, это ведь он стоит над всеми силовыми структурами и владеет самой страшной дубинкой закона в округе (а Наруто просто не знает, как он своему другу за всё это задолжал, да-да). Ну, а если что, Саске утихомирит его же жена: он не тот, что раньше, и скорее действительно выберет провести время с семьёй, чем станет затевать новый переворот. Они все теперь другие, у них дети и все дела.

***

      По ребру железобетонного гиганта взлетала знакомая чакра. - Иноджин, - улыбнулся Наруто, положив руку на крышку ноутбука. Все шиноби за столом обернулись. - Эй, парень, ты не знаешь, случаем, где твой отец? - крикнул уже громче Хокаге. - Мы тут его уже заждались! Сын Ино оттянул на живот край своей короткой чёрной куртки - не жарко же, бледному! - затем подошёл и в пояс поклонился всем сидящим за столом. Цунаде усмехнулась из-под шляпы: учтивый какой. И надменный, как весь выводок Учих в сумме. - Не имею чести знать, Хокаге-сама, - сказал, переведя дыхание после бега, отменным дипломатическим языком Иноджин. - А Боруто? Лицо самого ответственного чунина нового поколения приобрело то самое уникальное выражение, которое Шикамару описал как "мне очень стыдно ехидничать, но они все такие идиоты, что я, не вынеся градуса глупости, пришёл к вам смиренно стучать". И действительно: - А обе команды - моя и вашего сына, Хокаге-сама, решили устроить совместную тренировку на площадках в квартале клана Учиха. - У-у-у, - протянула Цунаде и пояснила тут же для Хатаке: - Сакура терпеть не может, когда дочь не предупреждает о возможных гостях. Даже если они от дома в ста прыжках пробегают. Там же её азалии! У Хокаге уже щекотало в носу от желания глупо хихикать. - С каждым годом дети взрослее, а головной боли от них только больше, - проворчал Шикамару. Наруто сделал знак рукой, прося воздержаться от преждевременных выводов, и спросил: - И что? - Могу сказать, что все останутся живы, - пожал плечами Иноджин. - Болт немного поджарился, Чоу сломала Шике руку и исцарапалась об какой-то куст, но Сарада обещала всё поправить. На заявление раздалось ещё одно саркастическое "оу-у-у". - Парень, слушай, ты не занят? - Я собирался назад, сидеть на дереве и упиваться собственным превосходством. Просто солнышко, а не подросток. - Тогда сделай одолжение: сбегай на тридцатый этаж в бар, закажи нам чего-нибудь? На, и на отца и на Саске-сана возьми, - Нанадайме протянул чунину помявшуюся в кармане крупную банкноту. Во взгляде снова поднявшейся в сидячее положение Цунаде мелькнуло неодобрение, но никто ничего не сказал. Да, Наруто тяжело давался устный счёт и по жизни он был как ребёнок добр и доверчив, но ведь хорошее отношение к людям чаще окупалось встречной благодарностью, разве не так? - Что?! - спросил он, оглядывая своих советников. - Мы сидим на крыше Парадис и не пьём за Джирайю! - Зная Иноджина, он закажет безалкогольное и поумничает, что не следует пить в жару даже неразбавленные соки. - Хорошо, что ему на экзамене нос девчонка на год младше утёрла, а то нос не спилили бы потом! Мы тоже были такие дураки, Какаши-сенсей? - Да, а ещё техники до того, как складывали все печати, объявляли. - Э-э, ну у меня просто пальцы заплетались! - Зато язык не заплетался никогда, хех. И они начали вспоминать всё, что только можно.

***

      День клонился к вечеру, а не раз упомянутые ДБЧЧНЗ - Два Бледных Черноволосых и Черноглазых Надменных Засранца - никак не объявлялись. Какаши занимал всех рассказами о своих путешествиях с Гаем, а Шикамару, который и так не по наслышке знал, как некогда бедная и самая слабая из пятёрки деревень Суна стала в последние годы покрываться не только высотками, но и садами и даже каналами, решил пробежаться до кабинета, проверить, не терял ли никто Хокаге по очень важным делам. Не раз разговор, отстраняя простую ностальгию, касался прошлого в контексте сейчас: Цунаде рассказывала, какой они с другими саннинами застали Амегакуре и почему она хотела бы, чтобы заявку деревни Дождя на вступление в Совет Каге не отвергали так радикально. - Бабуль, да я бы рад, но ведь желания желаниями, возможности возможностями, с Облаком мы сейчас дружим не меньше, чем с Песком, но Кири и Ива создадут немало проблем. Аме, у которой сейчас всё хорошо и с деньгами и торговлей всё в порядке - ладно, но это случай, за который зацепятся другие. Если в Совет начнут принимать все, самые слабые деревни шиноби, мы не сможем обеспечить им равный голос на основе реального влияния, и ты сама это знаешь. Начнутся марионеточные игры, а я бы этого очень не хотел, как и Гаара. Мы знаем, чем заканчивались такие идеи. Наруто потёр пальцами шею, Цунаде опустила глаза в свой стакан с тростинкой. - Да-а, тяжело быть честным... - протянул Какаши. - А вот и наши друзья.       Никто, кроме ворчащей Годайме, не упрекал их за опоздание на два часа. Сай был и оставался главой АНБУ, а Саске решал проблемы в разбавленной гражданскими полиции, и последние новости от них ввиду скорого отъезда делегации во главе с самим Хокаге на Игры были достойны самого серьёзного внимания. - Морино настоятельно советует арестовать весь бывший Корень до окончания расследования, - сказал как сплюнул Учиха. - Что лично я нахожу исключительно неосмотрительным, - добавил Сай. - Во-первых, в таком случае запирают не только тех, кто в отставке, а меня и десяток офицеров из текущих структур... Так, пудинг Ино делает лучше... - Сай! - Во-вторых, нельзя просто взять и закрыть по домам и подвалам полсотни шиноби высшего класса, - продолжал, как ни в чём не бывало, художник. - Не то чтобы нам не хватает людей на задания и обеспечение безопасности страны, или мои подчинённые не поняли бы смысл мероприятий, но... - ...нельзя относиться к своему бойцу как к бродячей паршивой собаке, - с горечью закончил Узумаки. По левую руку раздалось знаменитое "хн". - Пропаганду Корня всегда было легко задавить, - сказал Шикамару. - Ни у Данзо, ни у кого-либо из видных людей страны, разделявших его риторику, никогда не было такого доверия, как у Сандайме и остальных преемников. - Но меня не устраивает идея сидеть со сложенными руками и ждать, когда они дойдут до терроризма. Все глаза обратились к Саске. - Есть безотказный способ, к которому до Морино прибегала полиция Конохи. - Учиха, ты НЕ БУДЕШЬ мыть мозги лояльным шиноби, гражданским и старикам! - взвилась Цунаде, подскакивая на ноги. - Мне казалось, мы давно отказались от таких методов, и!.. - А кто сказал, что я? - криво ухмыльнулся Саске, затыкая пальцы в пазухи чёрного жилета и раскладываясь в кресле так, что ещё чуть-чуть - на столик закинет ноги. - В Конохе есть специалист по гендзюцу с безупречной репутацией - Юхи Куренай. - Осторожно... - Учи-иха!.. - Прекратите ссориться, даттебайо! - саданул кулаком по краю стола Наруто, отчего тонкая доска треснула, а стаканы и тарелки подскочили. - Вы ещё войны между кланами вспомните! Я вас не за тем собрал...       Хокаге переплёл пальцы, замкнув их в безупречный замок, и глубоко вздохнул. Какаши и Шикамару, самые молчаливые сегодня его учителя и друзья, сидели напротив и он общался с ними взглядом. Цунаде чуть не сдала их разговор, но взъедаться на всё, что напоминало ей об Орочимару и Мадаре, было в её характере. - Я не хочу ждать, когда где-то что-то прорвёт из-за внутренних противоречий, беда придёт в неподходящий момент и мы окажемся сбиты с толку... Думаю, есть третье решение, и позволить себе мы его можем - Шикамару, поправь меня, если я не прав. Забинтованная рука подняла крышку почти разрядившегося ноутбука. Все за столом замерли во внимательном ожидании. - Сейчас начало лета, так? - открывая календарь, начал свой монолог Наруто. Ему было легче толкать речи с обращениями к публике, а считать - имея перед глазами числа. - Выдвигаемся в Кири мы после твоего, теме, Дня Рождения. Пять недель. Он в задумчивости потёр светлый щетинистый ус над губой. - Сейчас в Конохе, после всех перестановок и объединений, три военизированных подразделения, много запасников со времён войны, раскиданных по гражданским службам и своим делам, но, в целом, кто уехал - тот уехал, а на долгосрочные миссии мы отправляли только две команды АНБУ, которые вернутся к июлю - максимум. Бабусь, здесь нет никакой магии, я просто смотрю свои записи. Голова Цунаде, которая склонилась над самым его плечом, тут же исчезла. Они с Сакурой, наверное, единственные до сих пор по врачебной привычке пользовались только пейджерами. Дикие - и в гневе очень страшные! - женщины, Шикамару был чертовски прав. - Как думаете, мы успеем за недели две подготовить, а потом провести и обработать общий тест для всех шиноби Конохагакуре, от самого младшего генина до самого старого агента в запасе? Какаши прекратил поигрывать трубочкой от неведомым образом выпитого через маску коктейля. - Хочешь устроить всем летний экзамен под детектором лжи? - удивлённо спросил он. - Это сложно, но возможно, - сказал Нара. - И даже если явных результатов мы не получим, часть потенциальных заговорщиков может перетрусить и отказаться от идеи. Главная проблема в лояльных специалистах и выборе содержания. - После слияния подразделений у меня есть доступ к материалам всех тестов Корня, - сказал Сай. - И я готов на проверку через гендзюцу. - Я узнаю у Куренай, будет ли участвовать она. - Привлеките и Морино, хоть формально, а то станет наш старый палач не у дел вонять, что его никто не слушал, - добавил Хокаге. Шиноби зафыркали от смеха, даже Цунаде, которой бы впору только обижаться и скрипеть о своих костях. Наруто было очень тепло от сознания, что ему удалось собрать всех этих людей за своим столом, как друзей, а не учеников и учителей, победителей и неудавников. Его идеал семьи работал. Пока. Седьмой захлопнул крышку компьютера. - Шикамару, Сай, в общем, жду первых новостей до послезавтра, если что - подключайте кого угодно из присутствующих и названных. В остальном - старайтесь не распускать пока языки, хорошо? За любыми миссиями для АНБУ - только ко мне. - Да ты просто босс! - хлопнула по плечу его Цунаде. - Ой, пейджер... - Якудзы босс, - хмыкнул Шикамару. - На этом всё? - Да, всем спасибо, совет окончен! Саске прекратил качаться на не предназначенном для таких трюков и уже угрожающе скрипящем кресле и встал, готовый сбежать назад на свой трон в полицейский участок. Сай начал проверять звонки. Какаши уже некоторое время, незаметно переместившись с сидения на поверхность воды бассейна, изучал расходящиеся от его стоп круги. Цунаде искала свою старомодную пищалку, а, найдя, заявила, что это не у неё звонит. Шикамару ждал, когда Хокаге соберётся и отправится с ним в кабинет, добивать унылую, но нужную бюрократическую волокиту. - Наруто, это твой. - Ох, чёрт, и правда! О, теме, это твоя жена! - Она решила выползти на свет дня, в кои-то веки с кем-то поговорить? - саркастически выгнул бровь Саске. Цунаде опять взъелась: - Что бы ты знал, Учиха! - О чём там шепчетесь вы, женщины - понятия не имею, это меня не касается. А теперь извините, нас ещё ждёт работа. Наруто оторвался от кнопок: - Эй, а тут ведь кое-что интересное! Но Учихи след уже простыл, ровно как и Сая, видимо, так и не пересёкшегося с сыном. Хатаке Какаши поцокал языком, не отрывая носа от своего блокнота. - У всех стало слишком много дел, все стали слишком мало слушать. - Не говори, Шестой, - поддакнула Цунаде, - одним нам, старым пердунам, деться некуда. - Ну прекратите вы! - беспомощно взвыл Узумаки. - Могли бы объяснить этим Учихам распрекрасным, что проблемы супругов сами супруги должны решать, а не сверлить друг друга взглядом! Или пойти помочь мне с бумажной работой! - Нет-нет, дорогой, мы своё отработали, а улей ворошить - дело страшное! - гоготнула Годайме, - Ты так рвался нас сменить - вот и наслаждайся. А мы пойдём пробовать внизу, что у них там ещё есть. Да, Хатаке? - Абсолютно согласен.

***

      И остался Наруто один, среди четырёх разложенных кресел, лежака с покосившимся зонтом, повреждённого кулаком стола и кучи посуды. - Ну, служащие же всё уберут? - махнув на бардак, спросил он своего советника. - Мне лень, - сказал Нара. - Перестань суетиться по пустякам, и мы успеем ещё до конца рабочего дня перекинуться в шоги. Перспектива была заманчива. Наруто, по словам сверстников что в двенадцать, что в шестнадцать лет, когда выигрывали войну, бывший тупым как бревно для техники замены, научился за годы подобного досуга сводить каждую вторую партию против гениального Шикамару в ничью. Это было несомненным достижением. Они направились к Башне Хокаге, по привычке легко взбегая по отвесным стенам, чтобы доштамповать уже разобранные документы и отложить передоверенные Конохамару планы рвущихся в Коноху строителей. Самая муторная часть работы Каге делалась быстро и легко, если не распыляться на скуку. Куда сложнее было принимать каждый день какие-то решения, взвешивая против и за, думать о благополучии деревни лёжа ночью в кровати и слышать голос сердца, когда на пути вырастала какая-то туманная неизвестность. Туман. Туман. Туман-туман-туман. Наруто нужно срочно расслабиться, пока он не накрутил себя, не сорвался, вопя "Не-ет, моя деревня, никого не пущу и не впущу!", не засунул голову в задницу, как рак-отшельник, не отгородил Коноху от внешнего мира и не устроил, таким образом, военный рай Данзо. Пусть Сакура надаёт ему по морде, как в старые-добрые времена, когда различить врага и опасность было проще, решение почти каждой задачи было вопросом жизни и смерти, да! - Шика, слушай, тебе нравится идея большого пикника и спарринга для семей, детей и сенсеев? - После того, что сегодня Болт и компания учинили у Учих? Звучит как большая куча проблем и возможный ультиматум Сакуры: "ой, всё, я устала, организуйте всё сами, а я приду, как госпожа, наслаждаться". Наруто засмеялся. - Ты слишком суров. - У меня большие проблемы с пониманием женской логики. - Можно договориться и с Ханаби. У Хинаты хорошие отношения с сестрой, да и квартал клана в планах обновления можно будет обсудить... - Рассчитывай время, Наруто, ты сегодня нажил нам всем кучу дел. - Я стараюсь, но ты же знаешь: слишком сложно для меня!