Грязнокровка

      — Я уже говорила тебе, Гарри, – ровно произнесла девушка, внешне никак более не показывая напряжения, образовавшегося за её нейтральным выражением на лице. – Рассказать тебе свою историю, перестать бегать от тебя. Возможно, поучаствовать в ритуале, что ты приготовил для меня.       Руку почти перестало печь.       — Правда? – Гарри подался чуть вперёд в своём кресле. – И навредить ты мне не хочешь?       — Конечно… Хочу! – всё также ровно, и даже несколько мечтательно, чем напомнила сама себе Лавгуд, протянула девушка. – Хочу поиграть у тебя на нервах, хочу причинить боль тому, из-за кого я вляпалась во всю грязь этой ублюдочной сказки для взрослых, хочу воткнуть нож тебе в сердце или собственноручно перерезать тебе шею, чтобы пидорас Дамблдор в гробу перевернулся.       От подобной откровенности Гарри онемел на несколько секунд.       — Или это для тебя новость, мой мальчик?       Поттера снова передёрнуло от двух, столь много значащих для них двоих, слов.       — Заткнись!       Гермиона смиренно сложила руки у себя на коленях, как бы демонстрируя, насколько она благовоспитанная девушка. Гарри же устало простонал, в изнеможении прикрыв лицо ладонью.       — Так, ещё раз. Ты хочешь меня убить? Отвечай только да или нет.       — Да.       — Ты обязана меня защищать? Отвечай только да или нет.       — Да.       Улыбка Гермионы стала немного ехидной.       — Как ты хочешь меня убить?       — Воткнуть нож тебе в сердце.       Гарри успел удивлённо распахнуть глаза, но вот уточнить причину столь конкретного желания не успел, так как девушка самозабвенно продолжила, явно довольная заданным вопросом.       — Удушить, отравить, прибить Авадой, запытать до смерти Круциаусом, утопить, подсыпать стекла в еду, разорвать конями, испытать на тебе методику Прокруста, проверить на тебе воздействие всех заклинаний из полного справочника проклятий Гилберта Милосердного от 1276 года…       — Стоп! Я тебя понял. – Гарри каким-то беспомощным жестом начал тереть свои виски. – И почему с тобой ни разу не было всё так просто?       — Уж такая я сложная личность, Гарри, – уже без капельки веселья в голосе ответила ему Гермиона. – Весь ваш магический мир, включая тебя самого, сделал для этого так много.       — Так, – собрался Гарри. – Это всё интересно, но реализовать подобные фантазии у тебя явно не получится. А потому ответь мне на следующий вопрос… Если я сейчас отведу тебя в ритуальный зал в подвале, ты согласишься добровольно участвовать в нём и не будешь пытаться прервать его ход? Да или нет?       — Да.       Своё согласие Гермиона озвучила громко, чётко и без малейшей задержки.       — Повтори! – Гарри явно никак не мог поверить, что она это сказала.       — Я спущусь, стану или лягу туда, куда ты покажешь, и приму участие в ритуале в месте, куда ты меня приведёшь. Так яснее?       — В чём подвох? Ты не будешь мешать мне? Почему?       — Не буду, Гарри. Потому что я в курсе того, что за ритуал ты хочешь провести. Неспроста же у меня был список тех, через кого ты разыскивал запрещённую министерством литературу. По моим расчётам, вероятность, что ты умрёшь, близка к девяноста восьми процентам. А вот вероятность того, что я успею полюбоваться на то, как тебя разорвёт или заживо испепелит, близка к ста процентам. Но ты всё равно не откажешься от своего желания, ведь так?       — Так, – глухо согласился Гарри.       — В общем, я донесла до тебя, согласно своей клятве, какую глупость ты хочешь совершить. Согласен?       — Да.       — Тогда пошли, – встала Гермиона.       — Куда? – не понял Гарри.       — Блять, Поттер, – истинно снейповским взглядом посмотрела на него девушка. – Проводить твой долбанный ритуал. У меня уже сил нет заниматься перед тобой моральным стриптизом.       Гарри озадаченно моргнул. Дважды. А потом просто поднялся, и, приказав девушке идти за ним, пошёл в сторону лестницы. Гермиона послушно шла за ним, не проявляя ни грамма сомнений в своём поведении. И лишь завершив спуск и войдя в ритуальный зал, она специально для Гарри изобразила проявление удивления.       — А ничего у тебя здесь – креативненько. Но Гарри, ты в курсе, что ты ебанутый на всю свою голову фанатик, одержимый маниакальной идеей? Только подобный сугубо однобоко одарённый человек будет запитывать весь рунный кластер целиком! При таком размере он способен даже Дамблдора заставить напрячься.       На этих своих словах она подошла поближе к рунным линиям фигуры и смогла рассмотреть метод, которым они были нанесены…       — Беру свои слова назад. Ты гениально ебанутый маньяк.       Гарри же никак не показал, что услышал слова девушки, спокойно заняв предназначенное для него место в фигуре.       — Стань в круг, где лежит свиток пергамента. По моему сигналу развернёшь его и начнёшь читать.       Дождавшись, когда она заняла нужную позицию, Блэк начал ритуал, затянув на одной ноте чтение латинских катренов, на первый взгляд не несущих никакой связной мысли.       — Что, даже не дашь почитать инструкцию по эксплуатации? – пребывая в очень благодушном настроении, поинтересовалась у него Гермиона.       Но тот не ответил, полностью поглощённый своей частью ритуала, уже начавшего отзываться на монотонный речитатив. А его эффекты уже сейчас завораживали – по линиям из цепочек рун начало распространяться свечение, зажигающее более яркие искорки в узлах их пересечений, кристаллы концентраторов, расставленные в управляющих точках, цветом своего свечения начали рисовать сюрреалистические картины цветовых вуалей на стенах, плавно мерцая гранями в процессе перераспределения энергии, а марево искажения, всё сильнее проявляющееся над всей фигурой, лишь увеличивало впечатление о мощи магии, что очень скоро воплотит в реальность желание.       Но Гермиону данные красоты нисколько не трогали – она была сконцентрирована на словах, что произносил Мальчик-Который-Выживал-До-Сих-Пор. С последним звуком, поставившим точку в первом этапе затеянной ею многоходовки, девушка облегчённо выдохнула и позволила себе искренне улыбнуться.       Гарри же, морально уставший от напряжения и страха ошибиться в заклинании, с подозрением посмотрел на неё.       — Чему ты сейчас улыбаешься?       Ответом ему стала резко изменившаяся пульсация кристаллов – они вдруг начали синхронно вспыхивать, то почти полностью погасая, то разгораясь подобно Солнцу.       — Вот этому, Гарри. Прислушайся к себе – ничего странного не ощущаешь?       Гарри озадаченно прислушался к ощущениям, обращая внимание внутрь себя.       — Что?! Почему?! – поднял он глаза на ту, чья сила должна была стать платой за почти невозможное. И ту, чья магия так и осталась при ней.       В отличие от него.       — Я не мог ошибиться…       — Могу тебя заверить, Гарри, ты выполнил всё верно. И правильно провёл первый этап ритуала, добровольно принеся себя в жертву. Чувствуешь, как, пока ещё медленно, твоя магия утекает в этот, любовно сотворённый тобою же, кластер? Видишь, как свечение маркеров в узлах вспыхивает в такт с твоим сердцем… Спасибо тебе, ты настоящий друг.       Гарри, осознав, в каком положении оказался, попытался выскочить из, как он ранее считал, главного центра фигуры, но не смог не то, что пошевелиться, но и просто мышцы напрячь.       — Ломаешь себе голову, как так получилось? Что же, пока у тебя ещё есть магические силы и руны не зарядились до конца, я могу тебе рассказать.       Гермиона задумчиво и несколько картинно, приложила указательный пальчик к губам, поддержав локоть правой руки левой.       — Наверное, идея подобного зародилась у меня тогда, когда я потеряла своих родителей. Именно тогда мне пришла в голову мысль, что у меня в этом мире не осталось никого и ничего, чтобы мне продолжать жить. Правда, эта слабость быстро прошла, но основная мысль осталась. В этом мире у меня не было ничего хорошего, так может в каком-нибудь другом у меня жизнь сложится не так паршиво? Эта мысль оставалась обычной неосуществимой фантазией, пока я не получила доступ к библиотеке Дамблдора, которую он собирал в процессе своих побед у врагов и обмана союзников. И каково же было моё удивление, когда я нашла почти то, о чём я когда-то мимолётно помечтала и забыла под грузом дерьма вокруг. Гарри, как ты думаешь, что на самом деле делает этот ритуал?       Гарри угрюмо молчал, всё сильнее бледнея с каждой крупицей силы, вытекавшей из его тела, покрываясь при этом испариной.       — Не догадываешься? Понимаю. Даже для меня, державшей в руках древнейшие рукописи и просто-напросто мерзкие гримуары из библиотек Пожирателей Смерти, подобное показалось фантастикой. И тогда я не решилась не то, что проводить, а даже рассматривать реальность шанса на то, что он может оказаться рабочим. Этот ритуал позволяет отправить себя в прошлое. Не так, как это делает хроноворот, создавая твоего двойника в одном времени, а в виде набора воспоминаний. Но и цена за это соответствующая – требуется жертва с очень сильным даром. Как ты понимаешь, Гарри, примерно такой силы, как ты. Всего-то делов, что жертва должна сама добровольно начать ритуал, подарив ведущему всю свою магическую силу, чтобы он мог с её помощью послать себя в прошлое.       Девушка покосилась на всё быстрее вспыхивающие кристаллы. Пора было заканчивать.       — Но тебя ведь не совсем это интересует? Хочется, наверное, узнать, как я смогла подсунуть тебе под видом призыва сущности из-за Грани этот ритуал?       Вспыхнувшие интересом глаза Гарри выдали его согласие.       — Да ничего сложного. Ты как одержимый скупал всё, связанное с Аркой Смерти, магией Призыва и Некромантией. Сложить два и два было несложно. Чуть сложнее было подготовить искусственно состаренные свитки, чтобы никто не смог отличить их от настоящих, имеющих отношение к древнему Шумеру, и в которых бы говорилось о воплощении потерянной души. Через третьи-пятые руки они в конце концов осели у тебя. Имея же описание ритуала, подтверждаемое разными источниками, трудно удержаться от его проведения.       Ненависть, с которой Гарри прожигал её взглядом, казалось, перебила ощущение мощи от практически наполнившихся до краёв магией линий септаграммы.       — Думаю, ты задаёшь себе вопрос, зачем я тут тебе показывала свою жизнь и прочие моральные истязания? — Гермиона грациозно изогнулась, наклонившись к полу, и вытащила камень из-под ног, открыв тем самым тайник, где лежало нечто продолговатое, завёрнутое в ветошь. – Чтобы спрятать тут это.       Лёгкое движение кисти – и слетевшая тряпка открыла Гарри вид на атейм, твёрдо лежавший в руке девушки.       — Мне нужно было пробраться сюда, но я не знала, сколько времени займёт взлом дверей в доме Блэков. И я решила тебя отвлечь – показать свои воспоминания, накачав при этом зельем, влияющим на разум и снижающим критичность восприятия. Именно благодаря сочетанию зелья и особенным образом сформированных нитей воспоминаний ты так и не задал мне правильный вопрос, хотя под конец, видимо, вычистив свой организм от зелья, начал задумываться о моих действиях и целях. Клятва же, которую я вытребовала у тебя о непричинении мне вреда до конца рассказа, пошла приятным бонусом, существенно облегчив мне работу.       Скрип зубов, раздавшийся со стороны парня, для Гермионы был подобен музыке Сфер.       — А сейчас, Гарри, пора перейти к последнему этапу ритуала. И это не та муть, что я насочиняла для тебя, – предвкушающе улыбнулась она ему. – Завершением ритуала является смерть жертвы. И тут уже не важно – добровольная она или нет. Последние слова?       — Чтоб ты сдохла, мразь!       — Обязательно, Гарри, – грустная улыбка слегка тронула губы девушки, – ведь клятву защищать тебя с меня никто не снимал. Но цель всегда оправдывает средства. А потому… Прощай.       Неверным бликом мигнул выпущенный в полёт твёрдой рукой атейм, вонзившись в грудь парня. И одновременно с ним линии септаграммы вспыхнули нестерпимым слепящим светом, поглощая в своём сиянии всё окружающее.       И мир изменился. Три эпилога далее описывают независимые концовки, вытекающие из сюжета ранее. Название каждого (Dark, Medium и Light) полностью соответствует тому, что в итоге получила главная героиня за свои труды.