The Enigma's Anomaly

«Хэй, Фрэнк, это Джерард, но ты, наверное, уже и так догадался. Ты уже неделю не берешь трубку, это просто нелепо. Если ты меня ненавидишь, то тогда я тебя понимаю, но мне нужно знать наверняка, я не могу оставаться в неведении. Мне нужно знать, потому что я остался с этой надеждой, и это убивает меня. Кажется, я действительно скучаю по тебе. Майки не разрешает мне выходить из дома после твоего ухода, а мне очень хочется увидеть тебя. Думаю, что мне жаль. Я не могу думать о том, что ты ненавидишь меня. Позвони мне, когда получится.» Я не могу перестать смотреть на свой телефон. Мне хочется позвонить ему, наверное. На самом деле, я не знаю чего хочу. Эти шесть дней были очень загруженными. Я закончил ту статью о Джерарде и сдал ее в редакцию. Ее опубликуют через неделю. Но это не все, что я сделал за это время. Кроме писательской деятельности, я... Вел собственное расследование. Мне нужно узнать, кто хочет причинить вред Джерарду. Сейчас мне это важно как никогда. Я проник в квартиру Майки, пока того не было дома. Его почерк различается с тем, что был на записке. Я также был в офисе Джерарда, чтобы проверить почерк секретаря. Никаких совпадений. Я сделал фотографию того письма до того, как сжег его, но пока что удача мне не улыбнулась. У меня есть список знакомых Джерарда, он очень короткий, так как парень оказался еще большим отшельником, чем я. Я проверил самых случайных людей, даже баристу из кафе. Нашел его старого соседа по квартире. Ничего. Это никуда меня не приведет. Уже суббота, а я понятия не имею, как мне продолжать свое расследование. Я даже не уверен в том, правильно ли я все делаю. Возможно, тот человек, который нанял меня, попросил сделать эту приписку своего друга, да и вообще кого угодно. Хотя это маловероятно, ведь ему бы пришлось посвящать в это дело лишних людей. Когда дело доходит до убийств, лучше не вовлекать много людей. Итак, у кого есть достаточно денег, чтобы убить Джерарда, и кто хочет его смерти настолько, что нанял уже двух киллеров? Слухи об Энигме сейчас тоже не самые лучшие. Люди либо думают, что я умер, либо, что я отстой. Джерарда действительно легко убить, только вот ему отлично удается избегать этого. Его пытались убить уже трижды. Это просто немыслимо. Мне хочется, чтобы он жил. Мне хочется, чтобы он нашел кого-то достойного, и я готов пожертвовать собой и находиться в опасности ради этого. После обеда начинается дождь, который не останавливается до самого вечера. К этому времени начинается настоящий ливень, так что у моих соседей наверняка протекает крыша, так что вода уже скоро затечет и ко мне. Это не впервые, так что я привык. Я ничем не занимаюсь до того, как мой телефон звонит, так что я со стоном тянусь к нему. Я вижу, что это номер Майки, так что решаю взять рубку. — Джерарда подстрелили, — произносит Майки, как только я поднимаю трубку. — Что? — Мое тело просто отказалось работать. Если он пострадал, это убьет меня. Мне нужно, чтобы с ним все было хорошо. — Его подстрелили, пока он тайно выбрался из дома, чтобы увидеть тебя. — Хочешь сказать, что это моя вина? Мне очень жаль, понятно? Можешь винить меня сколько угодно, мне просто нужно знать, что с ним все в порядке. Он жив? — С ним все хорошо, все в порядке. Все нормально. — Слава Богу. Как они снова умудрились промахнуться? — спрашиваю я. Четыре раза и все безуспешно? Либо Джерард родился в рубашке, либо что-то действительно не так. Майки сразу же ответил: — Они не промахнулись. Они попали точно в цель. — Что? Как же он уцелел? — Я заказал ему пуленепробиваемый жилет, и он сработал. — О мой Бог, — произношу я и обхватываю ладонью голову. У меня просто нет слов. Я не могу жить с этим страхом, с мыслью, что Джерарда может не стать следующим утром. Майки случайно спас его уже дважды, а я лишь отказался от контракта. — Я... я, — я не могу подобрать верных слов, — я буду через пять минут, жди. — Хорошо. Я сбрасываю вызов и сразу бегу к двери. Сейчас увидеть Джерарда — это самое главное. Я просто эгоист, но мне правда нужно увидеть его. Учитывая дождь и нью-йоркские пробки, я добираюсь до дома Джерарда только через час. Я долго не мог поймать такси, а в итоге вышел из машины и пошел до места пешком. К тому времени, как я добираюсь до квартиры, я промокаю до нитки. — Ты заметил, что с тебя вода ручьями льется? — спрашивает Майки, как только распахивает входную дверь. — Как бы я справлялся без тебя, Майки? Я промок? Правда? Как же ты догадался? — спрашиваю я с неприкрытым сарказмом. Мне не хотелось звучать так грубо, но Майки, похоже, все равно, он лишь пожимает плечами и пропускает меня в квартиру. — Где он? — спрашиваю я, как только за мной закрывается дверь. Так как диван в гостиной стоит ко мне спиной, я не сразу понимаю, что Джерард лежит на нем. Он поднимается и машет мне рукой. — Я здесь, не переживай! — произносит Джерард, но звучит он как-то подозрительно. — Что с ним? — спрашиваю я Майки. Он пожимает плечами. — Все обошлось. У него довольно сильный синяк, но он жив, а это главное. — Как все произошло? — спрашиваю я. — Джерард выбежал из квартиры, пока я готовил ужин, как только я заметил пропажу, то сразу понял, что он направился к тебе, — начал рассказ Майки, — но я не знаю твоего адреса, так что я просто выбежал на улицу, он не мог уйти далеко за такое время. Как только я вышел из здания, я заметил группу людей, они окружали его за пару метров от входа в дом. — Значит, с ним все в порядке? — спрашиваю я Майки. — Со мной все замечательно, Фрэнки! Они мне сказали, что я чуть не сломал ребро, — произнес Джерард и сразу же начал хихикать. Я не понимаю, почему он смеется, он вообще очень странно ведет себя для происходящего. Хоть Джерард никогда и не казался нормальным человеком, это было уже слишком. — Он под кайфом? — подозрительно спрашиваю я. — Ага, — произносит Майки, кивая. Он сразу же понял, как это звучит со стороны, так что сразу же начал исправляться: — Нет, я о том, что, ну... Да, он вроде как под кайфом. Пуля ударила его сзади, так что при падении он сильно ударился головой об бордюр. С ним все будет в порядке, но у него была адская головная боль, так что доктор дал ему сильное обезболивающее, отчего его слегка штырит. — Да как он умудрился выжить после такого удара головой? Почему тот снайпер не выстрелил дважды? — спрашиваю я. Как же это тупо, я бы никогда не допустил такого. Я бы не отпустил жертву после обычного удара головой. — Думаю, он счел его мертвым. Он и выглядел таким, когда я его увидел. К тому же было темно и шел дождь, — отвечает Майки. — Знаешь, дареному коню в зубы не смотрят, он жив, и это главное. Я киваю и жду, пока мое дыхание наконец восстановится. Я подхожу к дивану, на котором лежит Джерард с таким видом, будто он только что умял целую тарелку печенья. Одна его рука находится под головой, а другую он пристально рассматривает, будто его пальцы — самое удивительное, что он когда-либо видел. Он также что-то напевает, звучит как “Teenage Dirtbag”. — Ты здесь, чтобы арестовать меня? — спрашивает Джерард, как только замечает меня у дивана. — Зачем мне тебя арестовывать? — Потому что я когда-то украл мармеладных мишек из Волмарта, — отвечает он, выглядя до предела серьезным. Он хватает меня за воротник и притягивает к себе, начиная нашептывать на ухо: «Только не рассказывай Майки». Мне приходилось быть среди торчков, да и сам я был под кайфом, но Джерард... Это что-то невероятное. В течение нескольких часов он пытается играть в «камень-ножницы-бумага» сам с собой, порою хлопая меня по носу. Он также признается мне в любви, но я стараюсь этого не замечать, так как он также признавался в любви Скуби-Ду уже раз десять. То, как он говорит об этой собаке, наводит на мысли, что он просто мечтает жениться на этом мультике. Я сижу на столике перед диваном и жду, пока он заснет. Он должен устать в какой-то момент, ну или хотя бы наркотики должны выветриться, но нет. Только к трем часам ночи Джерард наконец-то выдыхается. Всякий раз, когда я пытаюсь поднять его и увести к постели, он сразу же сопротивляется и пытается прирасти к дивану. После этого он быстро засыпает. Он вдруг вырубается и начинает тихо посапывать. Должен признать, он очень милый, но ему явно неудобно на этом маленьком диване. Я пытаюсь поднять его и отнести в кровать, но как только я его поднимаю, он сразу же начинает сучить ногами. Я изо всех сил стараюсь не разбудить его. Он сейчас такой беззащитный и невинный, лежит на этом диване совсем один, так что я решаю просто оставить его в покое. Если бы сейчас не было так поздно, я бы вызвал такси, но я так устал, что сам начинаю засыпать на ходу. Я усаживаюсь в кресло и проваливаюсь в сон.