Сверкающие глаза

      Странно, но ни при приближении фрегат-крейсера к астероиду, ни при организации дрейфа корабля вокруг этого металлического осколка никаких особых ощущений не отмечалось. Ни в физическом состоянии, ни в психическом. Хотя Шепард и Чаквас и настоятельно рекомендовали нормандовцам очень внимательно отслеживать своё состояние, понимая, что это может вызвать опасные приступы паранойи. Лучше быть живым и относительно здоровым парноиком, чем мёртвым и живым пофигистом – так теперь считал не только Шепард.       Челнок медленно опускался на астероид, целясь на маленькую посадочную площадку.       - Свет из окон станции – прямо домашний. На внешних площадках – никого. – сказал Аленко. А вот внутри… Непонятно. Все стоят неподвижно, словно статуи. Нет никакого внутреннего движения, точнее… - лейтенант пригляделся. – оно есть, но слишком слабое, незначительное.       - Осторожно, не касаться днищем площадки. – сказал Шепард. – Челнок держать в позиции немедленного старта. – Ищем этого Гарно. Говорим с ним, при необходимости – эвакуируем.       - Чёрт, что это за тварь?! – один из полисменов вскинул винтовку и высадил в проём открывшейся боковой двери стандартную трёхзарядную очередь. – Распалась, как туман распалась!       Шепард и все члены группы высадки видели эту тварь – обычную вроде бы собаку, ростом с доброго телка, которая приближалась к зависшему челноку и готовилась вспрыгнуть на борт.       - Первый раз такое вижу, чтобы психический морок реагировал на чисто физическое воздействие. – сказал полисмен, судорожно перезаряжая винтовку. – Я такое читал только в фантастике. А теперь вот увидел воочию. И ведь никакого давления на психику – появилась из за угла, совершенно естественно. Одна. Других вроде бы нет. – десантник-полисмен опасливо выглянул в противоположный проём.       - Нету тут никого из таких тварей. – сказал стоявший там другой полисмен из пятёрки, которую таки взял на борт челнока Аленко. – Хотя… слюна, падающая клоками из оскалённой разверстой пасти у этой тварюки выглядит сверхреально и очень натурально. Я на секунду посмотрел – и то мне… хватило.       - Я вот заметил, что если стоять неподвижно и не особо двигаться даже если не двигать головой – эта тварь… исчезает. – сказал третий полисмен. Она вроде бы есть, а вроде бы её нет. Как только двинешься – она появляется уже на новом месте, строго в том направлении, в каком она двигалась раньше. И строго на том расстоянии от прежнего места, которое любой из нас счёл бы нормативным при учёте прежней её скорости и направления движения.       Хотя челнок висел над площадкой уже несколько минут, никто из членов группы высадки не торопился спрыгивать на металлические плитки. Увиденное и почувствованное было слишком новым.       - М-да. Были такие аналоги и у нас. – прервал недолгое молчание Сарен. – Но точно такого я лично никогда ещё не видел. Если тут такие мороки проявляются только, когда люди начинают уж очень заметно двигаться… Неподвижность людей становится ясной. И вполне оправдываемой. Не сомневаюсь, что они, начав двигаться, рискуют увидеть таких тварей во множестве. А это заставляет застывать на месте лучше всех команд и окриков. Мы тут всего несколько минут – и то сразу определили, что если будем сохранять почти полную неподвижность – эти твари не появятся и не будут нам угрожать. Что же тогда чувствуют те, кто провёл здесь дни, месяцы и годы?       - Вряд ли они чувствуют окружающее так же как и мы. – сказал Найлус. – Мне почему-то кажется, что чем больше мы будем двигаться, тем больше этих разных тварей будем видеть и ощущать. Сложно с таким смириться – обычно мы верили, что в духов стрелять бесполезно. А тут…       - Хороший способ лишить нас возможности сопротивляться. Постреляем совершенно реальными зарядами по призракам, коим от наших выстрелов – ни холодно, ни жарко, а затем будем разыскивать в мирной колонии хоть что-то похожее на боеприпасы. Не сомневаюсь, такие твари при контакте – крайне опасны. – Сарен первым спрыгнул на посадочную площадку, осмотрел окрестности с помощью прицела своей снайперки. – Подтверждаю. Люди на базе сохраняют почти полную неподвижность, двигаются крайне мало. Для Чаквас и Мишель будет ещё та работка, определить, как так они умеют быть почти статуями и при этом не вредить собственному состоянию. В медфайлах, наверное, царит полный кошмар.       - А может быть там – полный порядок. – сказал Аленко, спрыгивая и становясь рядом с турианцем.       - Как-то эту тварь надо окрестить. А то ведь таких тут будет немало. – сказал один из десантников-полисменов.       - Пусть и будет собакотварь. – ответил лейтенант. – Пока, во всяком случае. А там – посмотрим. Тут явно не только такие твари будут. Но и другие. Так что будем решать вопросы классификации по мере поступления кандидатов на эту классификацию.       - Лучше бы этих кандидатов успевать отстреливать на расстоянии. – Сарен не скрывал своего раздражения. – Здесь всё так запущено…       - Капитан. – в спикере в шлеме Шепарда прозвучал голос Оливии. – Не знаю, как такое может быть, но, по моим данным, никто из обитателей шахтёрской базы на Магавиде не знает, что с момента последнего нормативного обмена данными с серверами компании Т-Гис прошло десять лет.       - А сама компания?       - Однодневка, капитан. – Киборгесса явно сверилась с какими-то другими данными. – Набрала штат, забросила технику на астероид – работайте. Предоставила право прямой продажи, ну а временные контрагенты по закупкам – те ещё оригиналы.       Едва только отряд двинулся к входному порталу, ведущему внутрь базы, из проёма выметнулись сразу десять собакотварей. Захлопали выстрелы штурмвинтовок. Нормандовцы старались стрелять одиночными и Шепард уже представлял себе, насколько глупо выглядит со стороны, паля в белый свет как в копеечку. Ведь даже на фрегате этих мороковых тварюк никто видеть не мог, зато всех нормандовцев с оружием видели прекрасно. Оливия, наверное, постаралась врубить все имеющиеся профильные сенсоры, чтобы действия группы высадки не выглядели уж полным сумасшествием.       - Капитан, подтверждаю. – киборгесса снова вышла на связь. – Есть отметки об изменении плотности вещества, окружающего астероид. Это единственное, что даёт нам зацепки – плотность вещества возрастает именно в том направлении, в каком вы вели только что огонь. Морок?       - Да, Оливи. Именно морок. Собаки размером с телков. Мы их назвали собакотварями, хотя могут быть здесь и другие экземпляры других типов и видов. Стрелять, как я понимаю, всё равно придётся. Так что не удивляйтесь. А когда будем пытаться сконтактировать с людьми – вообще интересно будет. Они как парализованы или заблокированы на возможности совершать минимум движений.       - Отметила, командир. – киборгесса была явно удовлетворена полученной информацией. – Подтверждаю. Датчики показывают – движения персонала базы – минимальны и неестественны для обычного уровня двигательной активности людей. Тем более – гражданских.       Пока группа вскрывала замки шлюза, нормандовцы свыкались с мыслью о том, что им придётся стрелять по нематериальным тварям.       - Чёрт, а это что ещё такое. – Аленко выглянул из за створки и увидел стоявшую у лестницы ещё одну морочную тварь – теперь это уже была вполне себе двуногая фигура, напоминавшая резко располневшего турианца, но, к счастью, совершенно не походившая на Архангела. – Похож на турианца, но уж слишком огромного.       Тварь развернулась и, видимо, почувствовав чужаков, тяжело ступая направилась к шлюзу.       - Огонь на поражение. Не подпускать её близко! – распорядился Аленко.       Слаженный залп заставил тварь рассыпаться блёстками.       - М-да. Неприятно видеть почти что сородича… трансформированного в это… творение. – сказал Найлус, перезаряжая винтовку. – Как окрестим тварюку, коллеги?       - Ну, он попытался на нас налететь своей тушей. Так что пусть будет налётчик. – сказал один из десантников-пехотинцев.       - Есть другие предложения? – спросил Аленко. – Если нет, утверждаем данное название за этой тварью.       - Продолжаем искать Гарно, коллеги. – Шепард смотрел на Легиона, спокойно перезаряжавшего пистолеты и даже не снимавшего с упоров свою снайперку. – Продолжаем искать.       - Непонятно, капитан. – сказал гет. – По поведению этого образца можно сказать, что он не выполнял функции защиты и охраны комплекса. Он как бы пытался прорваться внутрь.       - И поживиться тамошними шахтёрами. – сказал один из десантников-полисменов. – Собакотвари также с интересом посматривали на внутренние входные двери, капитан, которые, как я вижу, тоже закрыты.       - Вскрываем. – распорядился Шепард, занимая удобную позицию для того, чтобы отстреливать появляющихся собакотварей. – Похоже, эти собачки – расходный материал для Левиафана. А вот этот налётчик – более серьёзный и потому - затратный образец.       - Может быть, может быть. – гет поколдовал над замком, кивнул Аленко. – Готово, можем идти внутрь, капитан.       - Входим. – распорядился Шепард, прекрасно понимавший, что его сокомандники ещё не свыклись с его командирским статусом и потому продолжают именовать его по воинскому званию, а не по должности. Впрочем, сейчас на такие мелочи сам Шепард и не собирался обращать уж очень значительное внимание. Так, на краях сознания…       - Один налётчик, почти два десятка собакотварей. – подсчитал Легион, рассматривая внутреннее убранство первого доступного взгляду помещения шахтёрской базы. – Нужно продвигаться внутрь, пока не подошли подкрепления.       - На всякий случай. – Шепард помедлил, ненадолго вернувшись к шлюзу. – Лег, заблокируй шлюз. Хоть эти тварюки побудут снаружи и не смогут подойти сюда. Если же это морок от находящегося внутри «осколка»… Вряд ли мы сможем обойтись без встреч с такими вот порождениями внутри.       - Выполнено, Шепард-коммандер. – гет закрыл створки и включил охранный комплекс. – Вскрыть не получится. – он отошёл от шлюза, перезаряжая пистолеты. – Готов.       - Чисто и пусто. Тварей нет, здесь им нечем поживиться. – сказал Найлус. – А там, где им нечем поживиться, они даже в морочном виде не появляются. Единственная рабочая дверь – эта. – турианец стволом винтовки указал на створки. – В схемах базы полный бардак, похоже они раз за разом меняли назначение помещений за эти десять лет пребывания под мороком. А компания не проверяла состояние дел в подведомственной ей базе… Экономили, называется.       - Дверь вскрыта. – доложил Легион, отодвигая в сторону створки и пропуская мимо себя сокомандников. – Гидроприводы отключены, вероятно, те, кто внутри, не хотели, чтобы твари проникали дальше. Может, они и не проникают. Хотя – не уверен.       - Сложно быть в таком уверенным после того, чему были свидетелями. – сказал один из полисменов-десантников. Шепард отметил, что с мнением сокомандника, высказанным в режиме конференцсвязи, согласились многие.       - Ну наконец-то хоть ВИ очухался от спячки. – сказал Аленко, услышав стандартное приветствие по громкой связи из динамиков, скрытых в стенах своеобразного предбанника. Регистрироваться будем?       - Наверное, придётся попробовать. – Шепард с интересом и нарастающим непониманием разглядывал людей, первых людей, которых он видел на этой базе вот так, рядом с собой. Людей, которые провели на этой базе долгих десять лет и, по всей видимости, не имели ни малейшего понятия о том, сколько времени они провели в объятиях морока. – Поприветствовали и пригласили зарегистрироваться.       - Сильно напоминает концлагерь. Мягкий такой, но абсолютный концлагерь. – сказал один из десантников-полисменов. - После базы Коллекционеров… неприятные такие ассоциации.       - Двигаются замедленно, говорят медленно, однообразно, стандартными фразами, много повторов, почти нет мимики. – отмечал Найлус, наблюдая за немногочисленными землянами, находившимися в этом «вестибюле». – Нами они заинтересовались в самой незначительной степени, так, смотрят в нашу сторону и всё. Вроде бы мы не выглядим в доску своими здешними местными, а они смотрят на нас, как будто мы тут уже десять лет сидим.       - Они не знают об этих десяти годах. Это мы знаем. – ответил Шепард, осознавая всю фантасмагоричность ситуации. На прибывших местные сотрудники действительно обращали слишком мало внимания – на нормандовцев только смотрели, никто пока что не пытался к ним подойти, заговорить, задать вопрос. Отметив в памяти местонахождение поста охраны, Шепард направился к нему, чтобы попытаться прояснить ситуацию – он надеялся, что тренированные охранники оказались более стойкими к мороку, хотя…              Представившись как капитан ВКС Альянса Систем, Шепард сообщил двум охранникам о том, что внутрь хотели прорваться порождения морока. Если капитан на что-то положительное и надеялся, то после словесного ответа первого же охранника эта надежда на положительный исход дела рассеялась. Тоном автомата, явно в замедленном темпе, сидевший за настольным инструментроном охранник осведомился:       - Они ещё здесь?       - Я о них позаботился. – ответил Шепард, почему-то надеясь, что такая краткая форма ответа заставит охранников попытаться получить побольше сведений о случившемся. Второй охранник, стоявший рядом с первым и перебиравший стопку ридеров, сказал таким же бесцветным «автоматическим» тоном:       - Тогда – нет проблем. – сказал охранник, теряя интерес к стоявшим за стеклом людям и турианцам с гетом. Шепард обратил внимание на то, что даже присутствие гета не заставило охранников очнуться. Предположение о глубокой и полной индоктринации сотрудников шахтопредприятия обретало всё новые и новые доказательства.       - Нет проблем?! – к витринному стеклу, отделявшему помещение поста охраны от остального «вестибюля» подошёл Аленко. – Как это нет проблем? Эй, вы, там! – лейтенант постучал стволом винтовки по стеклу. Реакция стоявшего охранника окончательно убедила нормандовцев в явной неадекватности обитателей базы:       - Да. Вас приветствует компания, - охранник назвал компанию, на какую и был записан шахтёрский посёлок на Магавиде, - Зарегистрируйтесь, если желаете попасть на экскурсию.       Нормандовцы даже переглядываться между собой не стали – им многое становилось ясным. Наглядно ясным.       Охранник тем временем, видимо, решил, что он уже – экскурсовод:       - Мы представляем небольшую компанию, поставляющую вольфрам по доступным ценам любым заказчикам по всей галактике.       - Мы не по этому вопросу. – Найлус подошёл, постучал стволом винтовки по стеклу витрины. – Мы – по другой проблеме вообще-то.       - Знаете ли вы, как используется вольфрам? – продолжил охранник, вперив мутноватый взгляд в турианца-Спектра.       - Ещё немного, командир. – сказал Сарен. – И я начну стрелять в этих охранников. Хотя… Я прекрасно понимаю, что они не виноваты и стоит нам убрать морок…       - Вряд ли его можно убрать иначе, чем найдя этот осколок. И он должен быть по размерам гораздо больше, чем тот, что мы видели в лаборатории и уж во всяком случае больше, чем тот, что мы видели на крейсере Брайсона. – сказал Шепард. – Эй, мы ищем доктора Гарно. Он должен был прибыть к вам несколько недель назад. Укажите нам где он и мы будем вполне удовлетворены.       Помедлив и что-то набрав на клавиатуре инструментрона, сидящий охранник сказал:       - Доктора Гарно среди нас нет. Вам необходимо пройти медконтроль, если вы хотите задержаться на нашей станции. У нас проблема – подъёмник, который ведёт к медотсеку, сломан. И у нас нет возможности починить его. Пожалуйста, отойдите и не мешайте нам работать.       - Вряд ли мы вытрясем из этих полуавтоматов ещё что-нибудь. – сказал Аленко. - Предлагаю пока погулять здесь и посмотреть, сможем ли мы что-нибудь сделать с этим подъёмником.       - Я осмотрел машину, Шепард-коммандер. – доложил Легион, вернувшись от дверей подъёмника. – Здесь должен быть ремонтный дрон. У него – все возможности для ремонта такой техники. Я могу починить подъёмник сам, но на это уйдёт немало времени. Дрон специализирован, он сможет это сделать быстрее и качественнее.       - Не разделяться и не расходиться. – распорядился Шепард. – Осматриваемся, ищем этого дрона, потом – ремонтируем подъёмник, если дрона нет, или – ждём, пока он отремонтирует подъёмник сам. В медотсеке должно быть больше информации о происшедшем и о состоянии здоровья здешних работников. – посмотрев в сторону охранников, добавил. – Хотя, глядя на этих зомби, я уже в это не особо и верю.       - Ремонтный терминал найден. – доложил Легион, успевший обойти «вестибюль». – Конфигурация управления дроном требует, чтобы кто-то из органиков постоянно находился рядом с ним. Предполагаю, что это будет безопасно – вряд ли дрон запрограммирован допускать нанесение вреда органическим разумным в ходе осуществления ремонтных работ.       - По сравнению со здешними обитателями мы просто невероятно говорливы. – отметил один из десантников-полисменов. – Я только прошёл мимо нескольких здешних шахтёров и они все, как один, глядя на меня искоса, говорили только одну фразу: «Ты – не отсюда». Я и сам знаю, что я – не отсюда, но мне кажется, что это говорили не они, а говорил Левиафан. Вот такое вот у меня ощущение есть.       - Оно не только у вас. – Шепард с Легионом подошли к ремонтному терминалу. – Не будем задевать здешних страдальцев. Нам нужно продвигаться в глубины базы, а здесь, по понятным причинам, только один проход внутрь. Иначе в охране, столь малочисленной, не было бы никакой необходимости – она бы просто не справилась с задачей. – капитан поколдовал над панелью терминала. Висевший неподвижно над небольшой платформой полупрозрачный, светящийся голубовато-белым цветом контуров, дрон активизировался и полетел, направляясь к подъёмнику. Спустя минуту он уже работал. Шепард посматривал то на дрона, то на подъёмник, то на вестибюль. Группа высадки старалась держаться поблизости – все понимали, что даже с отремонтированным подъёмником может произойти всякое.       - Шепард-коммандер, я получил доступ к системе регистрации доступа подъёмника. – доложил Легион. Первым и самым ранним из трёх последних посетителей кабины значится Гарно Алекс. Остальные – обычные сотрудники. Идентификаторы всех троих я снял, мы теперь сможем отследить их перемещение.       - Если все трое живы. – Шепард посмотрел на лучики, которыми дрон был связан с панелью управления подъёмника. – А если нет?!       - Странно, я до сих пор не уверен, что правильно понимаю то, что имели в виду охранники базы, утверждая, что доктора Гарно здесь нет. – сказал Аленко.       - Если он вошёл в лифт и больше не выходил из него здесь – вполне возможно, что они имели в виду, что в вестибюле среди этих лунатиков доктор Гарно действительно отсутствует.       - В документах, которые я сняла из накопителей поста охраны, командир. – на связь вышла Оливия. – чётко указывается, что доктор Гарно спускался в «вестибюль» не позднее, чем на прошлой неделе. Так что охранники могли бы выразиться точнее. И полнее.       Наконец двери открылись и группа высадки взошла на платформу подъёмника.       - Технический. – недовольно протянул Найлус. – И маленький. Вряд ли грузопассажирский, скорее всего – пассажирский. И нет признаков, что в этом стволе есть ещё какие-нибудь подъёмники. На пассшахту слишком мало похоже.       - Экономят. – сказал Сарен, оглядывая шахту. – Со страшной силой экономят. Больше кредитов они явно выделяют на пиар-компании. И на всякие там… «экскурсии». Прямо вербовщики какие-то, а не охранники.       Шепард, убедившись, что платформа может идти только вверх – посадочная площадка была установлена где-то на «экваторе» астероида – надавил клавишу. Платформа пришла в движение и поползла по направляющим.       - Ответ будет найден. – Шепард первым переступил порог зала. – Придётся искать медотсек. Прямо и направо – геологические, «минеральные» лаборатории. Налево – научная лаборатория. Все три – доступны для входа.       - Подтверждаю, Шепард-коммандер. – гет побывал возле всех трёх дверей, сверился со своим инструментроном. – Все три двери доступны и могут быть открыты нами. Доступ разрешён.       - Идём в центральную. – распорядился капитан. За порогом оказалась обычная лаборатория – гора породы, какие-то каменные фрагменты, люди обоего пола, застывшие у пультов и едва двигавшие руками и головами. Слышались короткие повторяющиеся переговоры.       - Такое впечатление, что время для них остановилось – сказал Найлус. – Они раз за разом повторяют одни и те же фразы. Как репитеры.       - Некоторые двери, находящиеся здесь, требуют личного кода сотрудника компании. Похоже, здешние обитатели весьма ограничены в правах с самого начала, Шепард-коммандер. – сказал Легион, поколдовав над замками двух дверей. – Взламывать?       - Нет, подожди. – сказал Шепард.       - Командир, я просмотрела записи на накопителях в этой лаборатории. – на связь по аудиоканалу вышла Оливия, позаботившись, чтобы её слышали все члены группы высадки. - Сотрудники занимаются чем угодно, кроме изучения полезных ископаемых Есть записи о поведении турианцев, о жизни саларианцев, о биологии азари. Явная непрофильность.       - Последствия индоктринации Левиафаном во всей красе. – сказал Сарен. – Подошёл тут к одной азари, так она сразу – Вам нельзя здесь находиться. И пока я отходил, всё талдычила эту фразу.       - Первая схема лабораторного этажа, командир. – сказал один из полисменов-десантников, указывая на чёрно-белую карту, занимавшую одну из стен. – Интерактивная.       - Позже. – Шепард открыл кладовку, его взгляд сразу наткнулся на ридер. – С каких это пор ридеры в кладовке стали забывать?       Взяв ридер в руки, капитан активировал прибор, просмотрел файлы, удивлённо отметил, что последний файл – явно системный. Включив его воспроизведение, Шепард услышал голос компьютера «Это сообщение не было отправлено по причине отключения системы связи», а затем – голос Гарно «Мне нужно спрятаться, чтобы меня не нашли. А вам нужно меня забрать, Брайсон. Мы здесь нашли ещё один такой же артефакт. Их уже слишком много найдено нами и не только нами, чтобы мы могли и дальше игнорировать их и не подвергать должному изучению. Вот координаты шахты, Брайсон. Я буду там. Если вдруг что случится со мной или… Я прикрепляю к файлу код доступа. Он открывает замки системы безопасности. Надёжно и полно открывает. Здесь… Здесь творится что-то очень нехорошее, Брайсон. Потому – поспешите. ».       - Мы должны найти медлаб. – Шепард, спрятав ридер, вышел из кладовки, подошёл к остальным членам группы высадки. – Предполагаю, что для того, чтобы войти в медлаб, нам уже потребуется не этот код доступа, а нечто другое.       - Медлаб найден, капитан. – сказал Легион, раскрывая инструментрон. – Я уже был возле его двери. – гет вывел на экран карту. – Это – вот здесь. Но там требуют номер медицинской карты и говорят сразу, что это – закрытая территория. Сразу скажу – я не предпринимал попыток взлома. Неизвестно, как отреагирует индоктринированная охрана. Пульт системы безопасности здесь. Он замаскирован под обычный научный терминал и вполне может выполнять функции этого терминала.       - Идёмте, опробуем этот код. – сказал капитан.       Введя код на пульте, Шепард посмотрел на осветившийся экран, обратил внимание на то, что никто из сотрудников шахтопредприятия даже не смотрит в их сторону.       - Гарно согласно этой видеозаписи прибыл сюда неделю назад и согласно данным этой же видеозаписи обладал с самого начала полным доступом.       - Я получила доступ к дополнительным закрытым базам данных шахтопредприятия, командир. – на связь с Шепардом по аудиоканалу снова вышла Оливия. – Передаю номера медкарт. Предполагаю, вам необходимо как можно быстрее побывать в медлабе и выдвинуться к шахтам.       - Так и сделаем. – Шепард закрыл пульт охраны, свернул экран своего инструментрона, продолжавшего обрабатывать поступившие файлы и повернулся к сокомандникам. – Идёмте.       Стандартный шлюз системы изоляции медблока никого из членов группы высадки не впечатлил. ВИ воспринял номер медкарты, не производя даже процедуру сличения, открыл шлюз.       Несколько десятков секунд пришлось подождать, пока начала открываться внутренняя дверь шлюза.       - Большой медблок, рассчитан на массовый приток раненых и травмированных. – сказал Сарен.       - И убитых. Здесь даже большой морг имеется. – уточнил Найлус. – Изоляторные боксы. Интересно. Нет, я помню, что это всё – требования стандартного протокола безопасности для шахтопредприятий на астероидах, но здесь как-то уже слишком… всё вылизано именно в медблоке. Словно кто-то заранее предполагал, что здесь будут большие сложности.       - Они будут тут, едва только нам удастся освободить этих шахтёров и вспомогательный персонал от морока. – сказал Кайден. – Будут, уверен.       - Они уже есть, капитан. – Сарен стоял перед одним из изоляторов. – Этот человек идентифицирован моим инструментроном как доктор Гарно. Он вполне нормален. Вполне, подчёркиваю, не полностью. И он утверждает, что он занимался здесь исследованиями до того момента, как произошёл некий несчастный случай. Он нормально воспринял тот факт, что мы виделись с доктором Брайсоном. Я не уточнял известные вам детали, Шепард, но его, по-видимому, индоктринацией тоже хорошо задело. Есть также указание на то, что доктор Гарно находится под влиянием. Когда я упомянул о Жнецах и о Левиафане, он сказал, что это – сказка, тупик. И отрицал, что оставлял какие-то намёки в сообщениях.       Увидев подошедшего Шепарда, человек, который и в самом деле выглядел как доктор Гарно, вдруг изменился в лице. Его кулак со всей силы ударил в стекло витрины изолятора.       - Зачем вы преследуете меня? – спросил Гарно изменившимся голосом.       - Ставлю сто кредитов, что это уже не Гарно. – сказал Найлус.       - Это – Левиафан. И он теперь пытается говорить напрямую с нами, используя Гарно как посредника. – сказал Сарен.       Тем временем доктор Гарно вторично ударил теперь уже двумя руками по стеклу:       - Забудьте про артефакт. Вы его – не получите. Он – мой. – почти прорычал Гарно. Левиафан явно находился в ярости. Шепард подозревал, что ещё немного – и доктор Гарно вполне сможет вырваться из изолятора – в его ударах чувствовалась нечеловеческая сила.       - Ты уже убил одного Жнеца. И нам нужна твоя помощь в борьбе и в войне с остальными Жнецами. – сказал Шепард.       - Вы сами несёте только смерть. – сказал Гарно и ещё раз ударил по витринному стеклу. Стекло обвалилось, Шепард отскочил, чтобы осколки не повредили скафандр и шлем, Гарно воспользовался этим и выскочил из изолятора, намереваясь сбежать.       - В погоню! – распорядился Шепард, чувствуя, как осколки продолжают барабанить по броне – он стоял ближе всех к витринному стеклу изолятора, а Гарно немыслимым финтом сумел обойти его и уйти сразу с низкого старта в побег по коридорам медотсека. Разогнувшись и преодолевая некоторый морок – Левиафан всё же сумел коснуться его – Гарно пробежал буквально в метре от капитана – Шепард бросился следом за убегавшим учёным.       В коридоре и шлюзах захлопали закрываясь двери. Шепард понял – Левиафан сделает всё, чтобы повинующийся ему Гарно не попал в руки членов группы высадки фрегат-крейсера. Погас свет и сразу вспыхнули прожектора на скафандрах нормандовцев. Преодолевая неизбежные десятисекундные задержки в открытии дверей, группа продолжала преследовать удиравшего Гарно.       - Дверями пользоваться бесполезно. Это слишком долго. – Шепард увидел лестницу. – Следуем по аварийным переходам. Будет быстрее. Вперёд!       - Я получила с инструментрона Гарно координаты артефакта, Шепард. Левиафан не успел их уничтожить. Правда я до сих пор не уверена, что тот человек, с которым вы общались и который теперь от вас удирает – это и есть доктор Гарно. Многие признаки не сходятся с заранее зафиксированными.       - Модифицирован. – проговорил Шепард, взбираясь по лестнице всё выше и выше. – Ещё немного – и нам придётся выйти на поверхность этой металлической глыбы.       Шепард оказался прав – они оказались на поверхности астероида. Вдалеке, среди металлоконструкций виднелся удиравший Гарно, а навстречу нормандовцам уже неслись собакотвари и налётчики.       - Огонь на поражение. Они препятствуют нам. Их явно наслал Левиафан. Не давать им приближаться вплотную! – скомандовал Аленко. – Хасколюды, коих мы видели на полумёртвом Жнеце. – сказал лейтенант. – Значит, Левиафан уже приступил к полной трансформации здешнего персонала.       Дальнейший бой происходил едва ли не на одних рефлексах. Сознание в нём практически не участвовало. Шепард, отстреливая очередного человекоподобного хаска, успел подумать о том, что именно так Левиафан перегружает психику разумного органика, нащупывая предел, за которым контроль, а следовательно защита целостности предельно ослабевают, дают сбой и позволяют Левиафану овладеть новой жертвой в полной мере. Прорубаясь сквозь волны врагов, группа высадки приблизилась к дверям очередного подъёмника. Марка следа однозначно указывала – Гарно ушёл сюда. Других путей к шахтам поблизости не наблюдалось. Искать другие пути – вызывать на себя всё новых и новых врагов, терять время, задерживаться. Поняв это, Шепард осмотрел пульт подъёмника, отступил на несколько шагов, перезарядил винтовку:       - Легион, приведи в чувство ВИ этого подъёмника. На дрона-ремонтника надежды никакой нет. А мы пока организуем прикрытие. – распорядился Шепард, убедившись, что враги уже концентрируют силы для нового, решающего удара.       - Есть, Шепард-коммандер. – гет шагнул к панели управления подъёмником.       Несколько волн врагов. Хасколюды, собакотвари, налётчики. Сочетание морочных и реальных противников держало сознание и мозг в высочайшем напряжении.       - Готово, Шепард-коммандер. – гет отступил в сторону, освобождая проход на площадку подъёмника. – Исправен. Относительно, конечно. Надо уходить, по меньшей мере морочные твари сюда вряд ли доберутся. А хасколюды… они слишком тупы.       - Грузимся. – Шепард кивнул сокомандникам. – Вперёд.       Первое, что увидели нормандовцы, когда вошли в шахтный зал, это шар артефакта восьмиметрового диаметра, наполовину впаянный в несколько каменных обломков.       Прозвучавший голос Левиафана, возвестивший о том, что «Тьма неприступна» никого из нормандовцев уже должным образом не впечатлил – Найлус и Гаррус сразу стали отстреливать закопошившихся вокруг артефакта хасколюдов, остальные, включая Шепарда, Аленко и Легиона начали уничтожать собакотварей и налётчиков. Бой закипел с новой силой и Шепард изредка поглядывал назад, понимая, что хасколюды вполне могут просочиться и через шахту подъёмника.       - Там - Гарно и в руках у него – активатор взрывателя. – сказал Аленко, скрываясь за обломком. – он нажимает клавишу. Все вниз, падайте! Сейчас рванёт.       Гарно, сидевший спиной к артефакту и в самом деле медленно, но достаточно уверенно нажимал клавишу. Шепард видел, как неспешно и неуклонно, буквально по миллиметру уходит шток кнопки в цилиндр активатора.       Левиафан сделал последнюю попытку образумить преследователей:       - Остановитесь! – проревел он в динамиках громкой связи, скрытых в стенах шахтного зала. – Тьма неприступна! Остановитесь!       Взрыв на несколько мгновений заставил Шепарда, да и, вполне вероятно, большинство нормандовцев, утратить всякую ориентацию. Когда морок рассеялся, а у артефакта он был, как оказалось, особенно плотным, Шепард, поднявшись на ноги, увидел, что артефакта не существует, а вместо Гарно рядом с обломками породы лежит тело совершенно другого человека. В его руке был зажат включённый ридер.       - Опознание не произведено. – прозвучал в спикере шлема голос Оливии. – Командир, это был с самого начала не Гарно. Тот, кто был в изоляторе, тот, кого вы преследовали сквозь волны врагов – это изначально был не Гарно. Морок… совершенствуется или просто Левиафан показывает нам, нынешним, реальный уровень их технологий повиновения, манипулирования, управления и одурманивания.       - Поскольку артефакт уничтожен, – сказал Легион, - следует ожидать, что колонисты вот-вот очнутся от его воздействия. Проснутся.              - Кто вы? Что вы тут делаете? – к нормандовцам подошла девушка-шахтёр.       - Капитан Шепард, ВКС Альянса. – представился капитан. – Вы в порядке?       - Да. – несколько устало ответила девушка. – Только… чувствую себя как-то странно. – она отёрла лоб рукавом. – Но… я определённо более-менее в порядке.       К группе подходили всё новые и новые люди – и шахтёры, и просто техники и уборщики.       - Вы знаете этого человека? – спросил Найлус, указывая на труп мужчины, принятого нормандовцами за Гарно.       - Никогда его раньше здесь не видела. – сказала азари-техник.       - Что вообще здесь случилось? Что вы помните? – спросил Сарен, понимая, что очнувшимся от морока людям будет лучше отвечать разным спрашивающим, чем одному и тому же – для них это будет более естественно выглядеть.       - Особо… ничего. Только темнота и холод. Кромешная тьма и холод. – почти в один голос сказали несколько землян-шахтёров. Азари-техник поддержала их, отметив, что темнота и холод были какими-то обволакивающими. И потому не походили ни на обычную тьму, ни на обычный холод.       - В этом зале находился шарообразный артефакт. – сказал Аленко. – Вы помните что-нибудь о нём?       - Да, - подтвердил мужчина-техник. – Его нашли где-то глубоко в третьем стволе шахты. Подняли сюда и оставили. Из управления должны были прислать какого-то умника… Это… всё, что я помню.       - Капитан, меня и мой челнок тут попытались было атаковать ваши противники. Получил море сомнительного удовольствия, потратил четверть боезапаса. Несколько минут назад все они спешно… отступили. Впервые видел, что они вообще способны отступать по собственной воле. – доложил водитель челнока. – Я готов вас забрать, капитан. Мне почему-то кажется, что у вас там… большие улучшения в ситуации.       - Вы правы, подтвердил Шепард. – Хасколюдов и налётчиков с собакотварями мы тоже не наблюдаем в радиусе сканеров.       - Это радует, капитан. Готов вас забрать откуда скажете. – уточнил водитель.       - Хасколюды? Налётчики? Собакотвари? – посыпались со всех сторон вопросы очнувшихся шахтёров и техников. – Кто это такие? Вообще, что происходит?       Шепард понимал, что прямой ответ будет вреден. Поэтому он решил задать встречный вопрос, позволяющий обитателям шахтопредприятия самим придти к нужным начальным выводам:       - Какой сейчас год?       - Конечно… - азари-техник назвала год.       - Названный вами год был десять лет тому назад. – сказал Шепард. – Сейчас – капитан назвал точную цифру года.       Реакция шахтёров, техников, уборщиков была вполне предсказуемой: удивление, изумление, непонимание, сомнение, недоверие.       - Придётся вызывать сюда медфлоты. Как минимум – подразделения медиков-азари и медиков-землян. Сами мы здесь не справимся. Легион, передайте Оливии всё, что мы тут успели заснять и попросите оповестить соответствующие подразделения. Наши подразделения, вызванные нами – пусть возвращаются на исходные позиции. Их помощь здесь нужна не будет. Нам удалось решить ситуацию с меньшими затратами. – уточнил капитан.       - Выполнено, Шепард – коммандер. – доложил спустя несколько десятков секунд гет. – Всех обитателей астероида поместят в карантин. Они пройдут программу реабилитации.       - Всё, нам здесь формально и фактически делать больше нечего. Остальное уже не в нашей власти и компетенции. – Шепард увидел снижающийся челнок. – Все – на борт. Возвращаемся на фрегат. Надо теперь решить проблему на Намакли.              В челноке, идущем к фрегату, Шепард проводил короткое послеполётное совещание:       - Итак, коллеги. Не знаю, можно ли назвать это в полной мере расследованием, но нам удалось кое-что прояснить. Например, то, что Левиафан имел все возможности управлять действиями Дерека Хэдли, заставил его стереть все данные о Левиафанах из накопителей, а также принудил его убить доктора Брайсона. Сам же Брайсон был на правильном пути. Ясно, что персонал шахтёрского предприятия на Магавиде был порабощён Левиафанами около десяти лет назад. Сам Гарно попал под точно такое же воздействие Левиафанов, как и шахтёры. Мы преследовали человека, который может быть и являлся когда-то физически доктором Гарно, но уже давно перестал быть им – ведь прошло десять лет. Мы с вами наблюдали, что обитатели Магавида попали в разновидность временной петли – они либо сохраняли полную неподвижность, либо раз за разом совершали одни и те же движения, говорили одни и те же фразы, набор и тех и других был очень беден – ясно, что Левиафаны не грузили себя необходимостью обеспечивать приемлемое внешнее разнообразие. Преследуемый нами человек когда-то мог быть доктором Гарно, хотя, как доказала телеметрия, переданная нами на фрегат чуть раньше, личность доктора Гарно была уже мертва. И умерла она несколько дней тому назад. Тот человек, которого мы преследовали, уже был полной марионеткой Левиафанов, он погиб во взрыве, который сам же и устроил, чтобы уничтожить «осколок». Тот самый осколок, с помощью которого Левиафаны контролировали поселенцев на Магавиде. Мы с вами убедились, что через эти «осколки», «шары», «сферы», как бы ни назывались нами эти артефакты, Левиафаны или пассивно наблюдали за происходящим в нашей Галактике, либо активно и достаточно действенно вмешивались в ход событий, поворачивая их в угодных себе направлениях. Ясно, что с этим пора кончать. Мы с вами сейчас направляемся на планету Намакли. Там уточняем последние данные и следуем к Деспойне.