Сверкающие глаза

      В трудах и заботах проходили дни. Штаб-квартира действовала. Столичная станция Галактики продолжала объединять расы пространства Млечного Пути. Каждые сутки что-то где-то происходило. Кризисный Центр Штаб-Квартиры давно уже перешёл на круглосуточный режим работы. От сводок о потерях сводило судорогой мышцы, редкие известия о победах Флотов Галактики над силами Жнецов и их сообщников проверялись, словно это была заведомая ложь. Все разумные боялись обмануться, поверить в несбыточное. Все разумные готовы были воевать ещё несколько лет. Потребности и нужды урезались до возможного минимума. Теперь в коридорах и залах Штаб-Квартиры можно было часто видеть разумных, дремавших прямо за столами, а бывало – что и прямо на полу. Дремавших – на большее, на более глубокий сон ни возможности ни времени часто не было.       Требовательные сигналы мультитонов срывали членов контингента Штаб-Квартиры с мест, командовали ими, не допуская задержек, замедлений, раздумий. Не было никакой разницы между отрядовцами и теми, кто работал на Цитадели постоянно.       Найлус и Сарен ушли работать в Штаб Корпуса Спектров, посчитав, что они будут там нужнее. К их отсутствию в периметре Штаб-Квартиры все уже привыкли и потому их внезапное появление в вестибюле главного корпуса стало полной неожиданностью.       Не обращая на вполне понятное изумление сотрудников ни малейшего внимания, оба Спектра прошагали к крылу, вход в которое охраняла дверь с короткой надписью «Командование Отряда». Там были кабинеты Андерсона, Шепарда, Стрельцовой и Титова. В этот раз в крыле находился только Шепард и, по всей вероятности, и Сарен и Найлус знали об этом заранее.       - Джон, у нас большая проблема. – Сарен вошёл в кабинет капитана, когда тот наносил на виртуальный планшет последнюю информацию об обстановке в Галактике, – Это, конечно, тоже важно. – турианец подошёл к планшету, остановился, всмотрелся, - но…       - Отряд поднят по боевой тревоге. С кораблей сюда направлены все челноки, готовится погрузка по режиму боевого вылета, Сар. – сказал, не отрываясь от своего занятия, Шепард. – Светлана уже улетела на «Волгу», крейсер выходит первым. Мы – следом. По боевой тревоге к Палавену подтягиваются три резервных флота Империи. Нашим данным верят и доверяют полностью. Поэтому выделены силы. – Шепард закончил расстановку значков, критически оглядел картину. – На сегодня – это самая большая проблема и мы ею займёмся в полной мере. – он выключил планшет, подхватил укладки. – Жду вас на борту флайера, коллеги. Вылет из Доков Цитадели через пятнадцать минут. – с этими словами капитан стремительно покинул кабинет, направившись к выходу из корпуса.       - Он знает. Знает всё. И не только он. – сказал Найлус, проводив выходившего Шепарда внимательным взглядом. – Боюсь, он предполагал это…       - Мы все предполагали это, но не верили, что это может случиться реально. – ответил Артериус. – Вперёд. Он действительно ждать не будет. А я хочу, чтобы Найрин было куда вернуться.       - Я – тоже. И не только Найрин должна вернуться в родную систему, свободную от врагов. – Найлус последовал за широко шагавшим старшим Спектром. – Кажется, успели. – сказал он, садясь в кресло спецфлайера и кивая Шепарду.              Корабли Отряда ушли от Цитадели стремительно и быстро. Первой с внешнего рейда сошла «Волга», приняв на борт челнок со Стрельцовой и её группой охраны. Светлана из ангара сразу прошла в Центральный Пост, где состоялось краткое совещание командного состава корабля. Пока оно продолжалось, крейсер отходил от внешнего рейда станции, обмениваясь с диспетчерами Цитадели только самой необходимой информацией. Привыкшие к внезапным появлениям и не менее внезапным исчезновениям военных кораблей диспетчеры не особо удивлялись происходящему. Война учила быстро и капитально.       Шепард, прибыв на борт фрегат-крейсера, также сразу прошёл в БИЦ. В этот раз совещание состоялось именно здесь, а не в командирской каюте – нужна была поддержка спецов корабля. И БИЦ подходил для этого как нельзя лучше. Несколько часов – и Цитадель скрылась далеко позади, растаяв во мгле и тумане.              Ретрансляторы приняли Отряд, пилоты выверили курс и скорость, чтобы не задержать прибытие фрегата и крейсера к точке сосредоточения флотов Империи.       - Палавен – в огне. – сказал Сарен, изучая обстановку по карте, выведенной на большой настенный экран в БИЦ. – Никогда не думал, что когда-нибудь увижу море огня на родной планете. Жнецы, уже зная о репутации турианцев, привели к Палавену огромную армию и сразу начали бомбардировку городов, оказавших ожесточённое сопротивление захватчикам.       Боль звучала в голосе легендарного Спектра. Под ударами Жнецов оказалась практически вся планета. Редкие фото и видеокадры, добытые смелыми журналистами, показывали то, что происходило на Палавене. Ветер разносил пепел от сгоревших дотла городов, большой редкостью стали уцелевшие источники энергии и воды. Тем не менее, турианцы стояли насмерть, каждый шаг наступления, каждый новый десант на планету давался Жнецам дорогой ценой.        - Наши крепости рушатся под ударами Жнецов, хотя выстояли в десятках и сотнях других конфликтов. – сказал Найлус. Более открытый и более эмоциональный, чем Артериус, он не скрывал своего негодования и возмущения.       - Такого конфликта. – глухо сказал Сарен. – история Иерархии ещё не знала. И я очень надеюсь, что никогда не узнает, ибо Жнецы станут историей. – он помолчал. – Война затронула не только Палавен. Наши луны тоже вовлечены.       - Мы как раз направляемся на Менае, одну из лун Палавена. Оттуда начнётся наступление, цель которого – выбросить Жнецов из Пространства Иерархии. – подошедший к экрану Андерсон был сух и краток. – Мы должны успеть до того, как Жнецы организуют полномасштабные атаки на эти две луны – Менае и Нанус.       Сарен кивнул. Он хорошо помнил о том, что и Менае и Нанус были окружены завесой глубокой тайны с момента выхода турианцев в космос, а во время кроганских восстаний Иерархия закрыла вообще любые сведения о Менае и Нанус, опасаясь, что кроганы смогут использовать эти две луны как оружие, обрушив их на поверхность Палавена. Да, там было предостаточно военных баз, там были подземные города и развитая инфраструктура, включавшая также мощные генераторы поля эффекта массы, достаточно сильные для того, чтобы удерживать тепло и атмосферу над большими участками поверхности.       Сейчас Жнецы только пытались бомбардировать эти базы Менае и Нануса, но любые бомбардировки встречали яростное сопротивление кораблей турианского военного охранного флота и ожесточённый огонь орудий противокосмической обороны с поверхности. Быстрой победы у Жнецов определённо не получалось, но уже все разумные органики галактики знали, насколько упорны бывают эти креветки в своём стремлении уничтожить органическую жизнь. Потому и стали эти две луны двумя центрами концентрации сил резервных флотов Империи, пришедших на помощь турианцам в критический момент противостояния.       Светлана из своей каюты поддерживала постоянную связь с командирами всех трёх резервных Флотов Империи. Титов пока осуществлял руководство кораблём и экипажем, а она утрясала стратегические и тактические моменты предстоящей работы. Корабли имперских Флотов двигались к двум лунам. Два флота должны были взять под свой контроль обе луны, а третий – быть готовым атаковать силы Жнецов у Палавена и на самой столичной планете. Затем должна была последовать соединённая атака сохранившихся кораблей ВКС Турианской Иерархии и Имперских флотов, целью которой должна была стать полная зачистка пространства вокруг Палавена.       Когда-то три десятка лет тому назад турианцы были готовы стереть в пыль планету людей, а теперь люди пришли на помощь турианцам. Пришли реально: продвижение флотов Империи к Палавену не скрывалось от простых турианцев, информация об этом не могла быть секретной – движение такой армады кораблей утаить было невозможно в принципе. Флоты шли не наблюдать за гибелью населения материнской звёздной системы турианцев, а воевать за освобождение столичной планеты и окружающего её пространства от незваных агрессоров.       Узнав о приближении Флотов Империи, турианцы словно обрели второе дыхание: защита баз Палавена, Менае, Нануса усилилась за счёт гражданских турианцев. Теперь воевали даже дети, подростки, невзирая на пол и возраст. Война турианцев приобретала характер Отечественной, всеобщей. Часто во главе подразделений турианского ополчения вставали бывшие пленники Коллекционеров. Знавшие не понаслышке о том, что такое Жнецы и что именно они несут расам Галактики, они заставляли, мотивировали и понуждали своих соотечественников воевать до победы, до последней возможности, заставляли не словами, не лозунгами – собственным примером. Уже было известно о детских и подростковых турианских отрядах мстителей, которые наводили ужас даже на синтетических хасков, а их-то, как казалось, невозможно было пронять ничем. Приближение Флотов Империи резко активизировало деятельность молодёжных повстанческих отрядов против десантов Жнецов и их приспешников.       Пожилые турианцы уходили в ополчение сотнями и тысячами, забыв о немощи и о болезнях, об отдыхе и ничегонеделании. Те, кого оставляли в тылу, начинали работать по две, а бывало и по три смены подряд, опасаясь допустить брак или любой недостаток в своей работе и её результатах.       - Старый примарх Палавена – Федориан издал указ, согласно которому передал значительную часть своих статусных полномочий действующему примарху – Виктусу – сказал Сарен, войдя в каюту старпома через несколько часов после ухода Отряда от Цитадели. – Мы склонны понимать это как переход старого Примарха на позицию Советника. – уточнил он, подавая капитану ридер. – Похоже, это не последнее изменение в верхах властной пирамиды Иерархии. – сказав это, он намеревался было уйти, но Шепард жестом остановил его, предложив сесть в кресло. Артериус согласился и расположился у рабочего стола старпома.       Шепард просмотрел информацию ридера, подошёл к столу, но сел в кресло, стоявшее рядом с креслом, где устроился легендарный Спектр:       - Я многое знаю об Иерархии, Сар, но мне важно ваше мнение. Расскажите мне о Федориане.       - Он скорее дипломат, чем воин, Джон. Да, ему довелось занимать должность примарха Турианской Иерархии в момент начала войны с Жнецами и, думаю, он долго шёл к решению уступить часть своих статусных полномочий боевому генералу Виктусу. Не все, кто составляет верхушку Иерархии согласятся с этим его решением, но дисциплина и порядок не позволят им дестабилизировать ситуацию, а с переходом власти мы как-нибудь, но нормативно справимся. Во всяком случае, я очень хотел бы в это верить. Федориана уважают и любят в Иерархии, он попытался было даже созвать совещание лидеров ряда рас пространства Галактики задолго до момента атаки Жнецов, но, к сожалению, ему не поверили. Ему не поверили, потому что он говорил о необходимости активизации военных составляющих систем каждой из ныне известных рас, а воевать у нас, как оказалось, не любят. – Артериус сжал кулаки так, что когти скрипнули. – Мы, турианцы, тоже, к сожалению, отвыкли воевать в полную силу за годы и столетия ничегонеделания. Но ладно мы, а ведь другие расы не поверили Федориану, главе нашей расы. Да, нас в Галактике числили военной расой и мы ею всегда были. Но не поверить нам тогда, когда именно военные должны были резко активизироваться… Мы виноваты в том, что не видели своего военного места в структуре Галактики… И теперь… я вынужден признать, что наше преимущество пока, до вмешательства Имперских Флотов, является не более чем временным. Жнецы терпеливы и пока что ситуация и время работают на них. Они жмут на большинстве позиций и фронтов, заставляя нас, турианцев, отступать. – он помолчал. – Мы никогда не встречались с таким врагом… Мы привыкли готовить армию к войне с такими же органиками, да, к войне с такими же как мы, разумными органиками и забыли, что у нас есть и общий дом… Если базы на лунах окажутся захвачены… Как минимум Жнецы отнимут у турианцев ещё одно место, где можно заправиться и отремонтировать корабли. – он снова сделал короткую паузу. – Сейчас Федориан – в войсках, рвётся на передовую, командует битвой за Палавен. По последним сведениям. – Сарен сверился с инструментроном. – он уже на Менае. Я получил просьбу советника Спаратуса о помощи в спасении примарха. Видимо, там на Менае вообще плохо… Присутствие старого Примарха на Менае показывает, что его решение о передаче большинства полномочий генералу Адриэну Виктусу является глубоко продуманным и ничуть не спонтанным. Я уверен, что Федориан по-иному бы не поступил. Даже как дипломат, он попытается организовать сопротивление. Даже как дипломат, - повторил Сарен и Шепард ясно видел, чувствовал, что турианец многое недоговаривает. – Но здесь нужен не дипломат, здесь нужен военный, а Адриэн Виктус… Как вы, люди, говорите, генералы всегда готовятся к прошедшей войне…       Шепард молча кивнул, не стремясь что-либо уточнять или пояснять вслух. В целом Артериус был прав и любые слова сейчас были лишними. Ощутив, что капитан ничего не станет говорить, Артериус продолжил:       - По моим данным, собранным из ряда источников силами разведки Корпуса Спектров и через моих знакомых в Иерархии, даже Адриэн Виктус не сможет быть оптимальным Примархом. Я не буду многое уточнять, но есть слухи о секретном распоряжении старого Примарха, суть которого сводится к одному – расой должны руководить молодые.       Шепард постарался не показать своего изумления, но Артериус что-то такое ощутил, поспешив уточнить:       - Речь идёт о том, что эту войну должны выиграть молодые, что они должны повести за собой турианцев… Повести в будущее, повести к победе. – сказал Спектр. – Я не представляю, как это можно реализовать в действительности, но очень надеюсь, что примарх, которого подавляющее большинство турианцев знает и любит совершенно искренне, принял такое решение, понимая нечто большее, чем многие мои соплеменники.       Помолчав несколько минут, Артериус продолжил:       - Его труды, труды генерала Адриэна Виктуса, никогда не издавались в переводах на другие языки, но я хочу процитировать только одно высказывание Виктуса, которое содержится в одном из новейших его трудов. Оно, к сожалению, очень показательно, Джон. – Сарен раскрыл инструментрон, вызвал на малый экран файл и прочёл: “Стратег во мне одобряет их жестокость. Турианец же понимает, что я вижу уничтожение цивилизации с историей в пятнадцать тысяч лет. Моей цивилизации.”. Закрыв инструментрон, Сарен замолчал надолго и Шепард видел, насколько больно было ему воспроизводить такие слова своего соотечественника.       - Виктус, Джон – ветеран Войны Первого Контакта. Он не слишком любит вас, землян, не очень уважает людей, не считает вас способными на что-то великое и серьёзное. Я подозреваю, что увидев три флота Империи, идущие полным ходом к Палавену и двум его лунам… он испытает жгучее неприятное чувство, против которого всегда выступала, выступает и будет выступать сама сущность турианской расы – чувство слабости и беспомощности, чувство необходимости принять помощь от того, кого совсем недавно числил в разряде врагов турианской расы и готов был уничтожить, не вбомбить в каменный век, как любят писать журналисты, а уничтожить. Это поганое чувство, которое может подвигнуть его на необдуманные поступки. Сложно мне такое говорить о соотечественнике, Шепард, но я убеждён, что эта война ломает прежние представления и прежние рамки слишком надёжно.       - Если Федориан – дипломат, то… - размышляя, произнёс вслух Шепард. – Может, имеет смысл ему подписать союзный договор с кроганами?       - Джон, мы, турианцы, можем подписать любой договор. Таковы здесь правила, но я не уверен, что время этого договора пришло, тем более – если его должен подписывать старый Примарх Палавена. У нас для такого договора нет ни оснований, ни необходимой поддержки. Боюсь, что Федориан думает так же. Максимум, на что он может пойти – на заключение рамочного союза с кроганами – только военного. Без всяких обещаний и посулов, Джон. Я знаю, кроганам нужны дополнительные планеты, но для начала пусть освоятся у себя в системе. А там – придёт время и для такого договора. Пока что – только военная помощь. И на заключение договора о военной помощи старый Примарх пойдёт – к этому есть все мыслимые предпосылки и условия. Меня больше беспокоит и волнует проблема предпосылок к передаче власти сыну Адриэна Виктуса – Тарквину. Мне известно, что Адриэн Виктус является наследником древнего и почитаемого рода, он всю жизнь провёл в армии, где завоевал популярность среди солдат, как результативный и осторожный тактик, не терпящий потерь среди своих подчинённых. Боюсь, что эта война с Жнецами – не та война, где его военные таланты могут быть реализованы в полной мере. – Сарен снова замолчал. – Мне самому странно это говорить, я уже тоже не молод, но… эта война требует того, чтобы осторожность не вредила результативности. Нам нужна окончательная и полная победа над Жнецами, а победа над таким врагом не может быть достигнута с минимальными потерями. Она пришла в Галактику, будем откровенны, Джон, очень неожиданно даже для нас, расы воинов. Мне известно, с какой лёгкостью Жнецы взламывают чисто гражданские и многие, очень многие военные системы обороны колоний, планет и целых звёздных систем. Мне известно, что очень многие военнослужащие склонны ныне к панике и пораженчеству. Мне это известно, потому что этот враг – не тот, к противостоянию с кем мы готовились. Мы ведь готовились, если сформулировать прямо, к войне между собой, Джон. Я очень надеюсь, что Виктус правильно поймёт старого Примарха. И на этот раз он поступит так, как велит ему его собственное сознание, его собственное разумение, которое столь часто помогало ему найти нестандартный и приводящий к успеху ход в трудном пути к победе над врагами. – он встал. – Прости, Джон. Я… я не знал, что моя раса окажется столь слабой и беспомощной… - он повернулся и вышел из каюты старпома, прикрыв за собой дверь.       Шепард встал, прошёлся по каюте, остановился у закрытого бронезаслонкой окна, включил настенный экран. Карта доложила старпому о местоположении кораблей отряда.              - Командир, я убеждён, что впереди – высадка на луны, а если будет необходимо – то и на Палавен. – Шепард вошёл в каюту Андерсона, получил разрешение присесть и продолжил. – В этот раз идут только люди и турианцы. Я предупредил Аленко, Дженкинса, почти согласовал этот вопрос с Сареном и Найлусом.       - Вы правы. Если земляне готовы к высадке, то у наших Спектров… Я бы назвал это культурным шоком, но это – слишком слабое и поверхностное определение их сегодняшнего состояния и настроения. – Андерсон оторвался от написания очередного документа. – Видеть смену примархов с такой частотой и участвовать в процессе этой смены, находясь под огнём столь сильного противника… Не каждый разумный органик на это способен. Скажу сам – я сначала не поверил, что Империя выделила аж три флота для того, чтобы защитить материнскую планету, да что там планету – материнскую систему турианцев. У Имперцев с их опытом противостояния сильным вооружённым противникам могли быть свои основания, но я понимаю это только как стремление подкрепить формирование галактического единства рас. Вполне возможно, что вместо Совета Цитадели после войны будет сформирован Совет Галактики… Ладно, это я так, отвлёкся. Вы правы. Я переговорю с Сареном и Найлусом, а вы пока… подготовьтесь, Джон. Я дал команду техникам и Адамсу проверить челноки. Работа ведётся. – Андерсон выпрямился, снял руки с клавиатуры инструментрона. – Честно сказать, Джон, я сам не верю в то, что не Альянс, а Империя оказывает помощь турианцам. Но факты – вещь упрямая. У меня слишком много доказательств того, что Альянс снова не сработал так, как следует. И дело даже не в том, что у нас слишком мало сил, чтобы организовать ныне такую помощь… Дело в том, что Альянс снова оказался слишком слаб. Слаб, после того, как вырастил в себе самом такую вредоносную структуру, как «Цербер». А Империя осталась единой и сильной. Скажу прямо, я рад, что мы работаем вместе с Империей, Джон. Если нам удастся отстоять Палавен, то это будет первая и дай Бог, не последняя победа в этой войне. Крупная победа. Важная победа. Но для этой победы предстоит ещё поработать. Идите, Джон. – Андерсон коснулся сенсора включения инструментрона. – Сложно будет нашим Спектрам-турианцам, очень сложно. Но когда галактическая безопасность была простым делом? Никогда.              Несколько часов, остававшихся до момента прибытия Отряда в точку встречи с Флотами Империи, Шепард провёл в техническом отсеке фрегата, где проверял системы своего скафандра и системы вооружения и обеспечения. Предстоящая высадка была, вне всяких сомнений, сложной, одной из самых сложных и капитан не желал, чтобы техника подвела в самый неподходящий момент. По его приказу тем же занимались Аленко и Дженкинс, а также большинство полисменов-десантников. Посетив ангар, старпом убедился, что оба челнока полностью подготовлены к полёту и к бою.       В БИЦ он принял последние данные по обстановке на Палавене и на двух его лунах. Неустойчивое равновесие сохранялось, оплачиваемое тяжёлыми позиционными боями и потерями с обоих сторон.              - Внимание по кораблям! – по громкой связи разнёсся голос вахтенного фрегата. – Отряд прибывает в район сосредоточения сил трёх резервных Имперских Флотов. Готовность к встрече – первая! Включить навигационные огни. Подготовиться к отдаче сигнала «Сияние».       Включившиеся экраны показали нормандовцам три огромных флота, выстроенные в боевые порядки. Крейсера, фрегаты, линкоры, космоносцы, корабли радиоэлектронной борьбы и обеспечения, катера, эсминцы и дредноуты. Знавший о размерах резервных флотов Империи, Шепард был впечатлён зримой мощью их состава. Жнецов ждала битва с сильным и уверенным в себе противником – на бортах кораблей этих флотов не было новобранцев, здесь служили только профессионалы. Такие флоты Империя использовала только в самые критические моменты противостояний и потому отдавала им всё, что могло обеспечить победу. В очередной раз Шепард вспомнил слова классика о том, что «у России только два союзника – армия и флот».       «Волга» занимала место среди крейсерского состава флотов. «Нормандия» получила сигнал с флагманского линкора «Петропавловск» о необходимости присоединиться к командному отряду. По команде Андерсона Моро вывел «Нормандию» в указанную с флагмана позицию и фрегат-крейсер лёг в дрейф, выдерживая равнение.       Несколько минут – и вся маса кораблей приходит в согласованное движение.       - Флоты Империи будут перемалывать Жнецов и их приспешников уже на подходе, Джон, а у вас своя задача, поэтому фрегат идёт прямо на орбиту Менае. Мы получили информацию, что Федориан намеревается вернуться оттуда на Палавен. Спецы мне аргументированно доказали, что в таких условиях, какие сложились там, это чистое самоубийство.       - Самоубийство становится спецификой нашей работы, Дэвид. – Шепард сошёл с постамента у Звёздной Карты и направился в ангар. – Внимание всем членам группы высадки. Прибыть в ангар! Готовность пять минут.       Приняв доклады, что группа Аленко и Дженкинса уже в полном составе на борту второго челнока, Шепард принял доклады техников и опустил створку крышки люка салона. Турианцы замерли в своих креслах, напряжённые как струны. Отчасти Шепард понимал их состояние. Пристегнувшись, старпом открыл инструментрон и почувствовал, что челнок уже покинул ангар, начав спуск к Менае. Флоты Империи развернули наступление на силы Жнецов, атакующие Палавен и обе луны. Пока что креветки не особо обращали внимания на прибытие столь многочисленных оппонентов, продолжая обстреливать луны и саму материнскую планету турианцев, высаживать туда десанты и направлять малые корабли для того, чтобы они обеспечивали своими излучателями защиту кораблей и хасков своих приспешников.       Фрегат, прикрывшись маскировкой, двигался следом за челноками, Андерсон принял решение подстраховать высадку       - Внимание. – послышался голос вахтенного офицера, переданный по шифрованному каналу на борты челноков. – к Менае приближается крейсер «Слава Палавена».       - Чёрт. – тихо проговорил Аленко. – Примарх всё же вызвал свой флагман… Теперь он точно попытается взлететь с Менае. А там такая сетка…       В словах лейтенанта было слишком много правды.       - Грэг, прикрой челнок с примархом и пусть твой коллега… - Шепард поднял взгляд к салонному пульту связи.       - Я понял, командир. – водитель челнока на несколько секунд появился на настенном экране в салоне. – Выполняю. Пристегнитесь, если кто забыл. Сигнал согласован с фрегатом, нас прикроют от особо наглых. – он прервал связь, уйдя в работу.       Челнок, заложив вираж, вышел справа от челнока, на котором к бортам своего флагмана направлялся Федориан. Челнок Аленко вышел слева, на ходу ощетиниваясь стволами пушек. Фрегат наползал сзади и сверху, а снизу, в районе старта челнока развернулось новое противостояние между войсками Жнецов и Иерархии – турианцы прикрывали взлёт и полёт челнока своего примарха, не давая Жнецам задействовать зенитную артиллерию.       Водитель челнока примарха оказался мастером и профессионалом – быстро просчитав ситуацию, он занял в образованном строю точно то положение, которое требовалось для безопасного пролёта к борту крейсера, открывшего огонь по наседавшим катерам Жнецов и их приспешников. Связи с бортом челнока не было, но в эти минуты она и не нужна была – автоматика корабликов, управляемая Оливией и Аликс и поддерживаемая в нужных рамках Марком сама делала гораздо больше того, чему была научена изначально.       Влетевшие в ангар крейсера три челнока совершили согласованную посадку и Шепард, ступив на палубу «Славы Палавена», увидел, как закрывается бронезаслонка, отсекая космос от пространства ангара.       - Капитан Шепард, не так ли? – примарх, покинувший челнок, уже стоял в двух шагах. – Приветствую вас. Благодарю за защиту и оборону меня и моих коллег. Без вас мы бы оттуда не выбрались. – он кивнул, принимая воинское приветствие Шепарда и подошедших Аленко и Дженкинса. – Полагаю, нам есть о чём поговорить, потому прошу ко мне в адмиральские апартаменты.       Мимо козырявших и вытягивавшихся турианцев Примарх провёл офицеров «Нормандии» в адмиральскую часть крейсера, уже взявшего курс на Палавен. Шепард отслеживал складывавшуюся ситуацию по своему инструментрону – выходило, что флоты уже взяли обе луны и Палавен под свою защиту и приступили к ликвидации всех близлежащих контингентов войск и сил Жнецов и их приспешников.       Синтеты Отряда продолжали поставлять на инструментроны членов группы высадки самую оперативную информацию, приготовив и вариант специально для Примарха и его приближённых. Потому несколько десятков минут Примарх, его офицеры и офицеры «Нормандии» провели у настенных экранов и у вирт-планшета, наблюдая за развитием ситуации и обсуждая её детали и варианты дальнейшего хода событий. Как и полагалось дипломату высокого ранга, Федориан хранил внешнее спокойствие и отрешённость, хотя Шепард чувствовал, как он внутренне напряжён и взволнован.       - Палавен… - вырвалось у Федориана, когда он увидел, как растёт очаг огня на месте одного из крупных городов. – Серебряный Палавен и стальные турианцы…       Сарен в этот момент был подобен статуе – ни грана эмоций ни грана чувств не прорывалось сквозь оболочку, только глаза отслеживали происходящее на экранах и на вирт-планшете. Минута истекала за минутой и только-только в ситуации наметился перелом в сторону ослабления Жнецов. Креветки пытались выстроиться в боевые порядки, пытались перейти в атакующую позицию, но тщетно: флоты Империи не давали им ни малейшей возможности для реализации столь опасных для обитателей галактики планов.       - Духи… - произнёс Федориан. – Теперь я понимаю, почему Империя отказалась прислать своих делегатов на организованные мной мирные переговоры… Если бы я это понимал раньше… Всё, почти всё, многое могло бы сложиться по-иному… Воевать с вами, землянами… Мы явно поторопились три десятка лет тому назад… Скрытая сила… Легендарная скрытая сила… - он помолчал. – Теперь я могу сказать, что время моего ухода в Советники наступило. – он активировал консоль связи. – Генерала Адриэна Виктуса.       Несколько минут и из динамиков консоли донёсся несколько недовольный голос генерала. Внизу, на Менае шёл бой и генерал, вполне вероятно, не желал прерываться на какие-то разговоры, пусть даже ему и сказали, что его вызывает сам Примарх Палавена.       - Слушаю. – наконец вокруг Виктуса установилось некое подобие тишины и его голос стал чётче и сильнее.       - Адриэн Виктус. – Примарх выделил это особым тоном и Шепард ощутил, как на планете, у аппарата связи генерал приосанился. – Моим решением вы назначены Примархом Палавена. Вам надлежит передать командование силами обороны Менае своему заместителю и прибыть на борт крейсера «Слава Палавена» для организации решающего наступления на Палавене.       - Примарх, я…       - Приказы не обсуждают, генерал. – жёстко сказал Примарх. – Я жду вас. Действуйте. У вас мало времени. – переключив каналы, Федориан приказал адьютанту разыскать и привезти на борт сына Адриэна Виктуса – Тарквина Виктуса, после чего отошёл от консоли, опускаясь на скамью у стены.       - Надеюсь, что вам и вашим коллегам не придётся спускаться туда. – глухо сказал Федориан после недолгого молчания. – Я сам бы сравнил то, что происходит на Менае, только с известным вам местом – адом. Мы проявили преступную, другого слова я не подберу, преступную самонадеянность, самоуспокоенность и самозашоренность, когда решили, что нам не нужно готовиться к войне против столь сильного и столь непохожего на всё, что нам было тогда известно, противника. А мы вели войны между собой… И служили пугалом для большинства рас галактики.              Меньше часа – и в коридоре послышались торопливые шаги и недовольный говор Адриэна Виктуса:       - Что, духи, происходит? Меня срывают с места, требуют прибыть на флагман, да ещё и приказывают передать командование своему заместителю? Я что, теперь больше туда не вернусь? Там – мои бойцы, мои солдаты, а меня призывают к тому, чтобы стать паркетным генералом?! Так точно дело не пойдёт, я это так не оставлю! – он распахнул дверь и только врождённая и воспитанная годами службы дисциплина заставила его замереть на пороге, отдать Примарху уставное турианское воинское приветствие и сделать несколько шагов внутрь. – Примарх…       - Примарх. – ответно кивнул Федориан. – Привыкайте, Адриэн. Пока ещё только это возможно – привыкайте к вашему новому положению.       - Я приложу все усилия, примарх, но…       - Пока что вы сами – примарх Палавена, Адриан. И от вас теперь зависит судьба расы.       - Судьба расы зависит от них. – Адриэн бросил быстрый недовольный взгляд на стоявших у вирт-планшета землян. – Я не знаю как, я не знаю почему, но они оказались мудрее и сильнее нас, имеющих две тысячи лет пилотируемых космических дальних полётов. Как мы могли так быстро депрофессионализироваться?!       - Позвольте, примарх. – Шепард взглянул на Федориана, поймал его согласный кивок. – Давайте пока отложим спор о вероятностях на послевоенное время. Сейчас нам необходимо сделать всё, чтобы Палавен был освобождён от Жнецов, равно как и обе его луны. Это займёт несколько суток. И как бы там ни было, никто кроме вас, турианцев, не сможет осуществить освобождение материнской планеты и её лун лучше, полнее, быстрее, чем вы сами. Мы, земляне, только окажем вам помощь и поддержку, не пытаясь и не стремясь заменить вас в этом деле.       - Но… - начал было Адриэн и в этот момент вошёл Тарквин Виктус. Лейтенант Тарквин Виктус отдал полагающееся воинское приветствие старому Примарху и замер, ожидая приказаний. Адьютант-майор прикрыл дверь, отсекая любопытные взгляды помощников Примарха.       - Ознакомьтесь со своего инструментрона с приказом о передаче функций примарха, Адриэн. – сказал Федориан. – Там есть то, что касается и вас и вашего сына. – он повернулся к настенному экрану, давая возможность генералу, а теперь уже и примарху ознакомиться с документом.       Несколько минут и сдавленный вздох Адриэна обозначил окончание чтения приказа.       - Но как…       - Единоначалие, Адриэн. Единоначалие. Мы с вами стары для такой войны. И её следует выигрывать молодым турианцам, которых поведёт к победе ваш сын, который и станет с этого момента настоящим примархом Палавена. А нам с вами, Адриэн, следует согласиться со своей ролью советников и наставников.       - Примарх. – выдавил из себя Тарквин. – Но я…       - Вы молоды, но это, как вам известно, быстропроходящий недостаток. – сказал Федориан. – Структура и пирамида сильны своим единством, но во главе должен стоять тот, кто не побоится пойти на крайние меры, пойти вперёд, использовав новое, отвергаемое, ненавидимое. Для меня с твоим отцом слишком большое значение имеет война Первого Контакта, война с землянами. А теперь вы, офицер Турианской Иерархии, видите, что те, кого мы планировали уничтожить полностью, помогают нам, слишком поспешно возомнившим себя профессиональными военными. Помогают, потому что мы забыли, что воинское искусство надо осваивать как следует.       - Верно ли я понял, Примарх… - сказал Адриэн. – Что скрытая сила Иерархии…       - Это именно сила её молодёжи, Адриэн. И именно Тарквин, как молодой офицер сможет, возглавив турианцев, привести их к победе. Потому что за ним пойдут молодые турианцы.       - Примарх… - Молодой Виктус наконец обрёл дар речи в достаточной степени. – Я должен…       - Прибыть на Палавен, возглавить войска и выбить Жнецов с планеты. – жёстко и точно сформулировал Федориан. Услышав такое, Тарквин инстинктивно принял строевую стойку и вытянулся в струнку. – А мы… Мы постараемся выбить Жнецов с обеих лун Палавена, чтобы лишить Жнецов и тактического и стратегического преимущества. – Адьютант!       Возникший на пороге офицер всё слышал, поэтому на его лице было служебное спокойствие и отрешённость. Выслушав распоряжение, он с лёгким уставным поклоном пригласил Тарквина Виктуса проследовать за ним к ангару. Перед уходом старый Примарх вручил Тарквину ридер с приказом по Иерархии и укладку с сопутствующими документами и оборудованием.       Когда за младшим Виктусом закрылась дверь, Федориан повернулся к столу, набрал на клавиатуре несколько команд.       - Всё. Теперь Примархом Иерархии является Тарквин Виктус. А нам следует вернуться на Менае. Флоты Империи выполняют свою функцию, а мы – свою. Нам нужно увидеть свободную Менае. Свободную от Жнецов. И все должны видеть, что освобождение от Жнецов – не миф, а реальность. – сказав это, Федориан первым вышел, аккуратно обойдя вернувшегося адьютанта. – Мы вниз, на Менае, офицер.       Тот только сумел кивнуть, не найдя, что следует говорить в таком случае.       Несколько минут – и челнок Федориана вырывается из ангара крейсера, следом, почти не отставая, вылетели оба челнока «Нормандии». Охранявшие крейсер фрегаты Резервного Флота, не шелохнулись – пространство вокруг Менае было уже очищено от кораблей Жнецов и их приспешников, так что попасть на поверхность планеты в этот раз труда не составило.       На поверхности луны шли бои. Резервные флоты высадили свои контингенты десантников, но Жнецы успели доставить на Менае десятки своих маломерных кораблей и теперь эти креветки занимались выжиганием позиций обороняющихся турианцев и позиций землян, пришедших им на помощь.       - Работы – на несколько дней. – тихо сказал Федориан, посмотрев на открывающуюся из салонного иллюминатора панораму. – Но результат будет только таким, какой нам нужен. Палавен и луны будут свободны от Жнецов, как и вся система. Мы научимся воевать так, чтобы больше не стыдиться своей былой слабости. Обязательно научимся.       Появление двух примархов на форпосте стало полной неожиданностью для его защитников – Федориан специально выбрал форпост, максимально удалённый от районов, где уже закреплялись имперцы и куда направлялись маршевые батальоны пополнения.       Адриэн Виктус откозырял своему заместителю, принял командование войсками и Федориан с Шепардом и обоими турианцами-Спектрами получили возможность ознакомиться более детально с состоянием дел на этой территории. Бои с хасками продолжались и форпост подвергался обстрелам с прежней регулярностью. Жнецы, как и полагается полумашинам, не желали отступать и тем более сдаваться.       В балке командования у вирт-планшета состоялся разговор о перспективах помощи турианцам со стороны кроганов.              - Капитан. Тут башня связи опять барахлит. – вышел на связь с Шепардом по аудиоканалу лейтенант Аленко. – Дженкинс желает пройтись к башне и попугать хасков. Там близко парочка Тварей ошивается.       - Разрешаю. Пусть сам решит, сколько и кого брать в компанию. – вполголоса ответил Шепард. – Организуйте прикрытие.       - Есть, сэр. – лейтенант переключил каналы.              - Атака противника! Третье направление! – раздался в наушнике спикера доклад одного из дозорных-турианцев. Аленко вопросительно посмотрел на Шепарда, тот кивнул и лейтенант жестом отправил пятерых полисменов-десантников на баррикаду-заслон на угрожаемом направлении. Как увидел капитан по телеканалу на внутришлемном экранчике, в атаку пошли Налётчики, вооружённые штурмовыми винтовками и щитами среднего уровня и окружённые хасколюдьми. Турианцы быстро разобрались, что сначала надо уничтожать хасколюдей, а потом концентрировать огонь на налётчиках.       Жнецы изо всех сил пытались сохранить плацдарм, избежать окружения и почти неминуемого уничтожения. Истребители и катера турианцев и землян реяли в небе Менае, заставляя немногочисленных, ещё сохранивших возможность двигаться на своих опорах мини-креветок, огрызаться ударами излучателей по воздушным целям гораздо чаще, чем по наземным.              - Атака со второго направления! – донёсся доклад наблюдателя. Аванпост явно пытались взять в клещи и Шепард, кивнув турианцам-примархам, поспешил на баррикаду-заслон. Отодвинув тело убитого турианца-пехотинца, Шепард активировал приводы тяжёлого стационарного пулемёта и, поймав в прицел первого хасколюда, нажал гашетку. Волны хасколюдов пытались взять баррикаду в течение полутора часов и все их попытки остались безуспешны.       - Чёрт, откуда она взялась?! – крикнул стоявший рядом и стрелявший в хасколюдов турианский десантник. К баррикаде прыжками приближалась Тварь. – Мы же почти всех выбили!       На то, чтобы понять угрозу, которую несла с собой эта зверюга, Шепарду потребовалось ровно две секунды. Схватив гранатомёт, капитан выпустил в тушу пять гранат и услышал позади себя знакомый лай снайперских винтовок – это Сарен и Найлус, поднявшись на крышу командного балка, расстреливали Тварь бронебойно-зажигательными. Да, у Твари очень толстая броня, она способна быстро передвигаться, но против снайперских профессиональных винтовок и гранатомёта у неё не было шансов. Поняв, что атака Твари на баррикаду захлебнулась, следовавшие за нею несколько десятков хасколюдов откатились назад.       - Шепард, атака успешно отбита, нападений на форпост больше не ожидается. – послышался в спикере голос Федориана. – Возвращайтесь к командному балку.       Передав квитанцию в приёме приказа, капитан сдал пулемёт подошедшим турианцам и спрыгнул с баррикады вниз, направляясь к балку.       - Спасибо, Шепард. – Федориан был явно доволен. – Можете считать, что ваш замысел с молодым Примархом удался на сто процентов. – он протянул капитану ридер. – Последние новости с Палавена.       - Вы читайте, читайте, Шепард. А я потом вас обрадую успехами войск на обоих лунах. Полагаю, мы скоро, даже очень скоро вздохнём спокойнее и свободнее. Хотя бы на время. Нам нужен успех. Нам нужна передышка. – старший Виктус склонился над планшетом.       Новости и в самом деле были хорошими. Тарквин Виктус, едва добрался до столичного города, развернул кипучую деятельность, уже дававшую нужные положительные результаты. Поддерживая тесную связь с обоими старшими Примархами, молодой Примарх организовал молодёжное ополчение, усилив его опытными, уже повоевавшими наставниками и командирами, усилил также позиции турианцев, работавших на военных и оборонных заводах. Всё, что было сделано им за несколько часов, было даже трудно перечислить. Конечно, далеко не всё дало мгновенные результаты, но Тарквин стал работать и на перспективу, уделяя именно этому основное внимание.       - Ознакомились? – осведомился старший Виктус, подавая ридер. – Вот данные по обстановке на двух лунах. Если бы я не был свидетелем части изложенного там – мне было бы крайне сложно в это всё поверить. И ещё сложнее – представить это себе как реальность.       Имперцы закончили уничтожение креветок Жнецов в пространстве материнской планеты турианцев и завершали их уничтожение во всём пространстве звёздной системы. Бои на планетах после появления там кораблей и десантников Империи приобрели для Жнецов и их приспешников крайне невыгодный и болезненный характер. Турианцы, почувствовав своевременную и мощную поддержку, воспрянули духом и обрушились на Жнецов и их пособников, успевших высадиться на планеты, принадлежавшие турианцам, всеми наличными силами. Когда Шепард дочитывал тексты файлов ридера, ему вспомнились слова одного из имперских поэтов:        «Для счастья своими руками        Мы строили город родной.        За каждый расколотый камень        Отплатим мы страшной ценой.».       Теперь эти слова относились ко всем расам пространства Млечного Пути. Везде враги, будь то сами Жнецы или их пособники, будут платить страшную силу за вторжение и за его последствия.              Возвращая ридер, Шепард услышал сигнал вызова с «Нормандии». Дисплей внутришлемного компьютера высветил имя инициатора вызова: капитан Андерсон.       Установив связь, Шепард услышал:       - Джон, всё. Наша задача здесь выполнена. Отряд возвращается на Цитадель.       - Есть, командир. – Шепард коротко попрощался с примархами и, кивнув Аленко и Дженкинсу, уже получившим соответствующие приказы от Андерсона, направился к снижавшимся челнокам.       На борту фрегата Шепард получил информацию, что по приказу нового Примарха Иерархия полностью переведена на военный график деятельности. Война с Жнецами для турианцев становилась Отечественной.              Через декаду отряд вернулся на Цитадель. Командование не желало рисковать кораблями и экипажами, поэтому приказало пилотам не искать коротких путей – главным было вернуться в целости и сохраннности на Станцию, а не сократить время прилёта до минимума.       Шепард сам выступил за то, чтобы максимально обезопасить обратный путь и понимал, что его к этому решению побудил не только здравый смысл, но и то обстоятельство, что Светлана всё ближе подходила к моменту родов и он не хотел, чтобы она волновалась и беспокоилась, а также пыталась вернуться к командованию кораблём и экипажем. В том, что его подруга при малейшем ухудшении ситуации постарается вернуть себе полный статус в командовании, он не сомневался – при всей своей мягкости Светлана умела добиваться своего драконовскими методами. Она и так переволновалась, пока он разбирался с обстановкой на Менае и всегда с тех пор говорила, что Шепард поступил очень хорошо, не пожелав полететь на вторую луну или на Палавен. Ей, остававшейся на «Волге» и получавшей всю информацию о происходящем, было ясно, что случись ситуация – и её Джон ринется куда угодно самым первым.       Когда Отряд вернулся на Цитадель, перед отлётом с борта фрегата на станцию Шепард пришёл к Чаквас. Врач корабля приняла его в своём рабочем кабинете и, как обычно, подвергла медицинскому контролю. Удовлетворившись, Карин поинтересовалась причиной визита. Джон попросил её поддержать Светлану и Чаквас согласилась, отметив, что комкор «Волги» и так опережает все мыслимые и немыслимые графики, так что поддержка ей будет необходима.       Сам Шепард погрузился в работу по подготовке Отряда к очередному этапу борьбы с силами «Цербера». Только земляне в полной мере могли эффективно противостоять сторонникам этой организации и потому для Отряда борьба со слугами трёхголового пса была и оставалась одной из приоритетных задач.