Сверкающие глаза

      Шесть часов сна. Немного. Надо бы проспать восемь часов, как минимум, но – не спалось. Хотелось действовать, хотелось работать. Наступил день, когда буровые автоматы должны были вот-вот, ближе к вечеру завершить проходку тоннеля к протеанскому кораблю.       Встав с кровати, Шепард прошёл в санкомнату, принял душ, переодел комбинезон. Проверил состояние скафандра, прицепил оружие и шлем с комплектом оборудования. Присел за рабочий стол. Обычный пайковый завтрак. Да, на кораблях большего размера есть офицерские салоны, офицерские обеденные залы. Но «Нормандия» - разведчик, здесь всё минимизировано, всё принесено в угоду необходимости выполнения основной задачи. Потому пайковые обеды, завтраки, ужины прямо на рабочих местах – вполне обычное дело.       Прозвучал сигнал инструментрона. Аудиоканал.       - Слушаю. – Шепард, не взглянув на клавиатуру, механически надавил нужный сенсор пальцем, просматривая на экране содержимое последних присланных за ночь файлов.       - Джон, я буду в ангаре. Жду тебя. Не торопись. Вылет через полчаса, – в голосе Явика не было стрёкота – протеанин спокоен, собран и, кажется, даже доволен. Или - рад.       - Хорошо, Яв. До встречи. Зайду к Андерсону, доложусь и приду.       - Ясно, Джон. Жду.              Отправив обёртки пайкового «кубика» в утилизатор, Шепард поднялся на ноги, выключил инструментрон, прошёл к двери, обернулся. Ему не верилось, что здесь несколько часов назад он встретился с Бенезией. Встретился не по работе, не как с коллегой, а как… с женщиной. Да, именно так. Первое свидание. Хорошо, если оно понравилось Бенезии. По сравнению с её жизненным опытом его собственный жизненный опыт исчезающе мал, потому - не следует себя переоценивать. Бенезии – больше восьмисот лет, когда творил Бетховен, она уже жила и была достаточно взрослой. Ему свидание… понравилось. Хочется верить, что оно не будет последним, но сейчас надо вылететь на первую археологическую площадку, посмотреть, как осуществляется проходка последней трети тоннеля. Очень скоро тоннель будет перекрыт. И протеане получат доступ к борту своего корабля. Остальное – только их право и дело. Наверняка, Явик будет много времени проводить в том тоннеле. Протеанину не придётся ничего никому пояснять. Он – Старшая Раса и это – только его дело. А повышенное любопытство Явик умеет пресекать очень эффективно.       Переступив порог своей каюты, Шепард затылком ощутил дуновение воздуха – полотно двери встало на место быстро и чётко. Мерцнул, отразившись от блестящей крышки приборного отсека, находившегося на противоположной стене коридора, красный светодиодный сигнал и старший помощник командира фрегата-прототипа направился к каюте Андерсона.       Фрегат просыпался, оживал. Обычная утренняя суета, которая, наверное, крайне интересно смотрится, если видеозапись прокрутить на повышенной скорости. Привычная многоголосица вахтенных, старших отсеков, специалистов.              - Прошу разрешения. – Шепард остановился на пороге командирской каюты, уловил разрешающий кивок и подошёл к рабочему столу – Разрешите вылет на первую археоплощадку?       - Разрешаю. – Андерсон встал из-за стола, шагнул навстречу своему коллеге. – Карин сказала, что Бенезия спала крепко и спокойно. Гораздо спокойнее и крепче, чем раньше. Впрочем, я и сам вижу, что у вас всё прошло нормально, – он помолчал несколько секунд. – Глядя на вас, Джон, я вспоминаю своё первое свидание со своей женой… Хорошее было время, – он обернулся к замерцавшему настольному инструментрону, нажал несколько сенсоров, просматривая пришедшие сообщения, выключил экран, повернулся к старпому. – Знаю, что хотите «зависнуть» на первой археоплощадке до вечера. Разрешаю. Явику будет важно ваше присутствие. Он уже сообщил мне, что ждёт вас в ангаре. Успехов. – Андерсон протянул руку, которую Шепард мягко пожал. – Действуйте.       - Есть, командир! – Шепард козырнул, увидел, как Андерсон привычно и чётко зеркалирует воинское приветствие. Капитан спецназа чётко повернулся «на месте кругом», перешагнул порог, опустил руку и не спеша направился к ангару. Знакомый маршрут, неярко освещённые коридоры и лестницы. Лифтом старпом не стал пользоваться – незачем.              Подходя к ангару, он ощутил взгляд, который теперь отличал очень чётко и остро – взгляд Бенезии. Оборачиваться не хотелось – тогда нужно будет подойти, задержаться. У Бены и так будет много работы – ей предстоит сегодня снова вылететь в несколько окрестных селений, встретиться со многими иден-праймовцами. Не надо её волновать дополнительно. Не надо испытывать её на прочность. Пусть она вместе с Карин и другими женщинами делает свою часть работы, а ему надо сделать должным образом свою часть, которую кроме него никто не сделает. Явик полностью доверяет только ему.       Приняв решение, Шепард подождал, пока наполовину откроются ворота ангара и нырнул в полутьму, подошёл к челноку, готовому к вылету, отметив, что Явик – уже на борту. Неугомонный. Торопится, хотя его тоже понять можно. Приближается крайне важный для всех выживших протеан момент. Для самого Явика - важный момент: расставание с Таэлой. Протеанке придётся искать для своих соплеменников пригодную для колонизации планету. Это – дело очень небыстрое. Трудное. Тяжёлое. И Явик будет думать, будет переживать, будет волноваться. Он любит Таэлу и любит всех выживших соплеменников. И они любят его. Потому что благодаря ему они выжили. Пусть не все, но - выжили.              - Рад тебя видеть, Джон! – протеанин выглянул из проёма салонной двери. Внутри челнока было ещё темнее, чем в ангаре. – Билл уже готов к вылету. – Явик кивнул в сторону пилотской кабины челнока. – Полетели?       - Минуту, Яв. – Шепард переговорил с подошедшими тремя техниками, согласовал время возврата челнока на борт фрегата и поднялся по лёгкой лестнице на борт. – Вот теперь – полетели, – он взялся за поручень, наблюдая, как плавно и быстро закрывается салонный проём.       Чавкнули уплотнители. Челнок вырвался за пределы ангара, сразу набирая достаточную высоту. Проводив уменьшающийся в размерах фрегат взглядом и, убедившись, что Жнец не изменил своего положения, Шепард посмотрел на протеанина:       - Только не надо, Яв, – произнёс старпом.       - Надо, Джон. Надо, – усмехнулся напарник. – Знаю, чувствую и вижу – всё прошло хорошо. Бенезия – довольна, ты – тоже. Это – главное. Хорошее начало.       Он замолчал, глядя на расстилавшиеся внизу поля. Рассвет на Идене был долгим, но незаметным и, несмотря на то, что ночь тяжело оставляла планету, уже можно было достаточно чётко различить многие наземные сооружения. Люди, работавшие на полях, поднимали головы, узнавали челнок и приветственно махали руками. Обычная, но такая приятная картина, доказывавшая со всей определённостью, что нормандовцы стали на Идене своими. Их приняли, к ним привыкли.              Явик и Шепард не стали садиться в кресла и пристёгиваться. Билл вёл челнок уверенно: на предельной скорости и по кратчайшему маршруту. Приближалось время отлёта фрегата с Идена и корабельные челноки были нарасхват. Нормандовцы привычно не загружали местные транспортные компании заказами, старались обходиться своими силами.       - Билл, садиться не надо. Зависание на полутора метрах и сразу, как мы будем на земле – возвращаетесь на фрегат, – сказал Шепард, заглянув в пилотскую кабину. Водитель кивнул, взмахнул рукой, указывая, что скоро кораблик окажется над нужным местом рядом с археологической площадкой.       - Прыгаем, Яв. – Шепард, взявшись за рычаг, отодвинул дверцу салона в сторону, держась за край проёма, взглянул вниз. Билл остановил машину точно в полутора метрах над землёй. Мерцнули на салонной приборной панели зелёные светодиоды, обозначавшие включение режима «зависание» и Шепард первым спрыгнул, приземлившись на полусогнутые ноги, выпрямился и шагнул к ярким вешкам, обозначающим границу археологической площадки. Командовать отлёт водителю челнока не было необходимости: Билл, дождавшись приземления Явика, сразу закрыл салонную дверь и круто положил кораблик в вираж, набирая высоту и увеличивая скорость полёта до предельной.              - Приветствую, Тимур Лаврович. – Шепард обменялся рукопожатием с руководителем археологов.       - Рад вас видеть, Джон. Вы прямо светитесь весь. О причине спрашивать не буду – это только ваше, – профессор обменялся рукопожатием с подошедшим через несколько секунд протеанином. – Мы уже готовимся к завершению бурения последней трети. Как всегда, думаю, вы захотите оставить пять-восемь метров «подушки»?       - Вы правы, профессор, – сказал протеанин, входя следом за Сташинским под купол шатра. – Провожать нас не надо. Мы, пока будет достигнута отметка, побудем там, у установок.       - Согласен. – Сташинский подождал, пока протеанин и старпом облачатся в «системы» и присоединят карабины к «подвеске». – Успехов, – профессор махнул рукой, разрешая помощникам включить «подвеску» на спуск в вертикальный ствол шахты.       Меньше минуты – и Явик с Шепардом отстёгивают карабины и входят в тоннель.       - Знаешь, Джон. Я - волнуюсь. - Сказав это тихим голосом, Явик взял Шепарда за руку, устанавливая контакт, достаточный для прямой передачи мыслеобразов. - Понимаю, что Таэла много сделала для подготовки к переброске грузов в корабль и всё равно – волнуюсь. Мне предстоит отпустить её… Это, конечно, легче, чем… но всё равно… тяжело. На неё столько свалилось… Нам надо будет перекрыть вертикальный ствол, тоннели, коридор. Полностью перекрыть и дать Таэле возможность подорвать их до момента старта корабля. Она сделает всё правильно, я это знаю. И ей надо дать все возможности.       - Дадим, – ответил партнёру коротким мыслеобразом старпом. – У неё будут всё необходимое для успешного завершения стоянки на Идене.       - Хорошо сказал, Джон. – Явик перешагнул через порог портала в коридор протеанской базы. – Не знаю точно, но думаю, что Таэла сможет сделать так, что эта база… со временем станет доступна иден-праймовцам, когда, как вы люди, иногда говорите, уж «очень припечёт». Она, уверен, поможет иденцам выстоять. Так же, как помогла выстоять нам, протеанам. Многим… Не всем, – протеанин прошёл через портал в свежепробуренный коридор. – Хорошо сделано. Чёткая, качественная работа, – взгляд протеанина скользил по стенкам тоннеля и Шепард снова подумал о том, что четыре глаза в линию – это очень точный и зоркий инструмент. Явик, поняв, о чём думает напарник, едва заметно улыбнулся.       Они подошли к месту, где стояли установки. Четверо техников и два инженера, сидя в удобных креслах, наблюдали за показателями, выводимыми на большие экраны. Увидев входивших, они встали.       - Шеф нам уже сообщил о том, что вы придёте, – сказал один из инженеров. – Пять часов осталось по нашим расчётам до того момента, как будет достигнута отметка. Я правильно понимаю, вы намерены ждать здесь?       - Вы правильно понимаете. – Явик озвучил эту фразу, обойдясь без стрёкота в голосе. – Мы действительно подождём здесь. Джон, вон там, – он поднял руку, указывая куда-то в сторону, - есть свободные кресла. Оттуда будут видны экраны. Мы сможем наблюдать.       - Согласен, – кивнул Шепард, поворачиваясь и направляясь к указанным Явиком креслам.       Протеанин последовал за землянином.       Разместившись в кресле, старпом убедился, что показатели на экранах отсюда отлично читаются, и удовлетворённо уложил голову на полумягкий подголовник. Явик не торопился снова брать его за руку и, чуть скосив взгляд, Шепард удивлённо заметил, что протеанин, усевшись в кресло, сразу закрыл глаза и, казалось, заснул.       - Джон, – в сознании Шепарда вспыхнул тускловатый мыслеобраз. – Я не сплю и не дремлю. Сейчас я выйду на связь с Таэлой и соплеменниками. Эти часы… я не хочу терять впустую. Буду с ними на связи, многое поясню Таэле. Постараюсь помочь ей и её коллегам. Пусть инженеры и техники думают, что я уснул. И не беспокойся – я смогу безмолвно общаться с тобой, даже не беря за руку. Одна из особенностей моей расы… Что-то похожее на телепатию, но с другой начинкой. Предлагаю пока есть время, тебе тоже вздремнуть. Несколько часов – как минимум, три, у тебя в запасе есть. Используй их. Ты и так не поспал сегодня. Можешь ответить также мыслеобразом. Я услышу.       - Хорошо, Яв. Спасибо за пояснение. Я последую твоему совету. – Шепард отослал мыслеобраз, не особо веря, что у него получится. Наверное, он будет ещё более тусклым… а может быть, даже слабочитаемым.       - Не надо, Джон, – ответный мыслеобраз прибыл в сознание человека спустя несколько секунд. – Отдыхай. Всё нормально. Я тебя услышал. Не отвечай, просто поспи. – Явик коснулся взглядом лица человека и едва заметно усмехнулся.       Шепард усмехнулся ответно и закрыл глаза. Теперь можно быть спокойным.       Погружаясь в чуткую дремоту, он успел подумать, что со стороны выглядит немного комично: не успел придти, как уселся в кресло и заснул. Хотя, наверное, это тоже показатель. Ему, старпому, не надо стоять над душой у нормандовцев, не надо мелочно их контролировать и перепроверять. Они – профессионалы, у каждого из них – свой участок работы и они справляются с этой работой хорошо. А его, капитана Шепарда, участок работы сейчас – здесь, рядом с бортом протеанского корабля.       Сон, как всегда, резко сократил время ожидания. Шепард очнулся, ощутив вибрацию инструментрона, а когда открыл глаза, то увидел Явика, стоявшего рядом с пультами установок и о чём-то разговаривавшего с инженерами. Техники по-прежнему проверяли показания на дисплеях, вели записи в рабочих журналах. Протеанин говорил спокойно, размеренно, в его голосе не было стрёкота, значит, по меньшей мере, никаких сложностей в работе установок не отмечено. Взглянув на экранчик инструментрона, Шепард увидел, что до контрольного срока достижения «отметки» осталось меньше пяти минут.       Встав с кресла, Шепард почувствовал, что наконец-то выспался и отдохнул в достаточной степени. Явик оказался прав: сон был старпому необходим.              Увидев подходившего к пультам Шепарда, Явик прервал разговор с инженерами, взглядом указав им на подходившего офицера. Инженеры поприветствовали старпома учтивыми кивками.       - Джон, я договорился. Как только будет достигнута отметка, инженеры и техники демонтируют и заберут установки. Это займёт… - сказал протеанин.       - Не больше получаса, – уточнил один из инженеров.       - По нашим согласованным расчётам подъём установок под шатёр займёт четверть часа, не больше, – сказал протеанин, посмотрев на пульт. – Минута - до отметки.       Прозвенел мелодичный сигнал и «короны» буров стали меркнуть. Несколько десятков секунд – и автоматика полностью погасила свечение. Теперь можно было перевести обе установки в транспортное положение. Шепард и Явик отошли, чтобы не мешать инженерам и техникам.       - Без корабля, Джон, - пришёл мыслеобраз от Явика, - было бы намного сложнее. Хорошо, что корабль не повреждён. Мелкие неполадки, думаю, Таэла с коллегами устранит. Не больше двух-трёх дней – и можно будет стартовать.       - За это время, Явик, предстоит поучаствовать в формировании Ополчения Иден-Прайма, в реформировании местных сил противокосмической обороны и в восстановлении инфраструктуры, повреждённой атакой на Жнеца, – ответил мыслеобразом Шепард.       - Ты прав, – кивнул протеанин. – Только… Сделай так, чтобы во всём этом, по возможности, конечно, поучаствовала Бенезия, – мыслеобраз, присланный протеанином, был чёток. - Пусть она будет рядом с тобой всё это время не только на фрегате, но и «на выезде». Ей это - нужно и тебе это - тоже нужно, Джон. Сейчас каждая минута мирного времени – критически важна. Если Бенезия будет рядом с тобой – она успокоится и поймёт, что ты не отодвигаешь её от себя. Неизвестно ещё, как сложится обстановка на Цитадели. В деталях не известно, какая информация о матриархе ушла с Идена. Неизвестно совсем, достигла ли Лиары информация о возвращении Бенезии. Наверное, Джон, будет необходимо, чтобы Бенезия была рядом с тобой на Цитадели. Не всегда, конечно, но - большую часть времени, которое мы там пробудем. Подозреваю, придётся уложить всю работу на Станции максимум в двое земных, к сожалению, не иденских суток. Напряжно, конечно, но – придётся ужаться и сконцентрироваться. – Явик посмотрел на инженеров и техников, уже развернувших обе переведённые в транспортное положение буровые установки к тоннелю. – Похоже, они могут теперь достаточно быстро выйти за пределы этого тоннеля.       - Смогут, Яв. Желаешь перекрыть тоннель тем самым полем? – уточнил коротким мыслеобразом старпом.       - Именно, – подтвердил протеанин. – А затем, когда они выйдут из коридора базы – перекрою и коридор базы. Пусть Таэла и её коллеги знают, что теперь их очень долго никто не побеспокоит.       - Ты прав. Пусть, – согласился Шепард, понимая, что ему придётся ненадолго остаться в одиночестве. Явик направился следом за уезжавшими установками, догнал инженеров, что-то им пояснил, раскрыв экран своего инструментрона. Как видел Шепард, возражений у специалистов не было – Явик был убедителен и конкретен, а технари это очень ценят.       Подождав, пока протеанин, археологи и установки пройдут треть тоннеля, капитан подошёл к «подушке», коснулся рукой стенки. Явик прав… нельзя показывать археологам то, что находится под этим слоем почвы. Нельзя. Люди ещё не готовы видеть такое. Это - не фантастический видеоквадробоевик, не фэнтезийный киноблокбастер. Это – реальность. Увидев борт корабля, археологи быстро, почти мгновенно поймут, что от них слишком многое скрыли. И тогда удержать информацию «в рамках» и под контролем будет невероятно трудно, если вообще – возможно. Нельзя считать специалистов, пусть и достаточно узких, идиотами и глупцами.       Ожидая возвращения Явика, Шепард осмотрел нижнюю и среднюю треть «подушки». Верхняя треть от них не отличалась и тащить, устанавливать стремянку, подниматься на неё, чтобы пощупать слой почвы, составляющий эту верхнюю треть, Шепард не захотел.                            - Я установил стенку, пояснил инженерам, техникам, ассистентам и Тимуру Лавровичу ситуацию. Они пояснят всё остальным археологам, – сказал вслух незаметно подошедший к стоявшему у «подушки» Шепарду протеанин. - Вторую стенку я не стал устанавливать – Таэла сообщила, что она поставит первую стенку под особый контроль. Стенка там - двойная. Сейчас там пока поле, но при необходимости между двумя «линзами» будет засыпан слой грунта, что усилит изоляцию.       - Извините, Джон, – раздался мелодичный голос. – Не утерпела, уж простите.       Шепард обернулся, увидел стоящую рядом с Явиком Таэлу. Облачённая в длинное зелёное платье с золотым нашейным ободком, протеанка смотрела на Явика и только совершенно слепой и умственно тупой разумный не понял бы, в каких взаимоотношениях она состоит с суровым воином.       Таэла отвела взгляд от Явика, шагнула к «подушке», провела рукой по следам работы буровых «корон»:       - Хорошо сделано. У вас очень точная и совершенная техника, Джон, – усмехнулась Таэла. – Я уже знаю, что Яв заблокировал проход в базу и сюда. Он… такой неугомонный, – она оглянулась, усмехнулась, и Явик усмехнулся в ответ. Ему определённо нравилось, что подруга пришла не через несколько часов, а сразу после окончания бурения тоннеля. – Поверить не могу, что там – наш протеанский корабль. Надеюсь, Джон, вы простите нас. Я хочу вместе с Явиком сейчас пройти на борт. Надо… посмотреть, в каком состоянии основные системы, определить фронт работ.                     Шепард не стал ничего говорить вслух. Если Явик и его подруга хотят – нет никаких причин, чтобы препятствовать им. Присев на пол тоннеля по-турецки, Шепард развернул инструментрон, набрал несколько сообщений, закрыл экран. Явик и Таэла подошли к подушке, остановились в шаге от неё и… пропали. Что-то похожее Явик проделывал раньше - тогда, когда проникал на базу, сейчас Шепарду довелось увидеть, что протеане могут преодолевать такие материальные преграды не поодиночке, а группой. Земляне, турианцы, азари действовали бы по-иному, но протеане – это Старшая Раса и их технологии на тысячи лет древнее и потому - совершеннее технологий, привычных для нынешних разумных органиков.              «Клинок Ярости» был погружён во тьму. Появившиеся в одном из трюмов корабля Явик и Таэла не стали включать фонари – темнота им не мешала. Несколько секунд напряжённого вслушивания - и Таэла присылает напарнику мыслеобраз: «Всё чисто. Двигаемся к рубке, посмотрим, как там». Явик шагнул следом за спутницей. Она – командир корабля, ей и решать.       Склонившись над обесточенным главным пультом, Таэла приложила обе ладони к чувствительным пластинам. Секунда – и пульт ожил. Следом стали оживать и другие пульты. Через несколько минут в центральном посту фрегата стало достаточно светло, но Таэла не снимала ладони обеих рук с пластин, напрямую считывая поступающую от систем корабля информацию. Явик, остановившись у самого дальнего, расположенного ближе всех к входному шлюзу, пульта, спокойно ждал. Корабль просыпался, системы одна за другой включались в работу. Пока не было никаких тревожных признаков, никаких сигналов, говоривших о возникновении неполадок, неисправностей.       - Я думала, что будет хуже, – мыслеобраз от Таэлы пришёл меньше чем через десять минут. – Корабль работоспособен почти полностью. С выявленными проблемами – их, к счастью, немного – мы справимся. Останешься? – протеанка выпрямилась, сняв ладони обеих рук с пластин.       - Джон знает, что я здесь останусь надолго, – ответил протеанин, отослав мыслеобраз подруге. – Будешь вызывать своих?       - Позже. Давай пройдёмся по кораблю, понаблюдаем, как идёт процесс расконсервации. Потом - вернёмся к Джону. Незачем его держать в неведении. Кое-что ты покажешь ему мыслеобразами, конечно. Потом… когда наши коллеги освободят борт от «подушки», думаю, ему будет полезно побывать на борту. Он… достоин знать, – сказала Таэла, делая шаг от пульта. – И тогда он сам решит, останется ли он в тоннеле здесь или вернётся на поверхность, под шатёр.       - Он говорил о том, что следует поучаствовать в формировании Ополчения Идена. Нового, возможно – усиленного ополчения. Планировал также поучаствовать в реформировании сил противокосмической обороны планеты и в восстановлении инфраструктуры Идена. Той, которая была повреждена атакой фрегата-прототипа на Жнеца.       Таэла, развернув инструментрон, что-то быстро набрала на клавиатуре, взглянула на экран:       - Ты прав. Это займёт минимум три-четыре дня. Потом… на исходе ночи можно будет приступить к подготовке к взлёту нашего корабля, Явик. К тому времени мы погрузим на борт всё необходимое. По максимуму. Я помню, что эта база может быть полезна иденцам. И она будет им полезна. Если Сташинский здесь останется работать…       - Он - останется, Таэла, – подтвердил Явик.       - Если он останется здесь работать, то, думаю, ему будет лучше всего знать очень многое о базе. Он… надёжен. Я также передам ему дополнительные сведения о наших… артефактах на Идене. Собрала тут кое-какой комплект данных, – улыбнулась Таэла. – Яв, не ревнуй, всё в рамках. Сташинский будет доволен, у него будет работа, он – профессионал и до Вторжения он успеет сделать многое. Думаю, даже Вторжение его не остановит, ведь Иден находится в глубине атакуемого Пространства, освоенного нынешними разумными органиками, а это значит, что Жнецы сюда, на Иден, доберутся далеко не сразу. Как минимум несколько декад у иденцев будет для подготовки к отражению Удара. Будет, Яв, я в этом уверена. И мы перед отлётом передадим Сташинскому очень ценную информацию. Не только о базе, но и о руинах и артефактах.       - Если ты так в этом уверена…       - Уверена, Явик. Уверена. Идём, прогуляемся по кораблю, посмотрим, что и как, – подытожила протеанка.       Около часа Явик и Таэла потратили на осмотр корабля. Таэла радовалась: повреждения и проблемы не оказались фатальными. Их вполне можно было устранить за несколько суток, а потом, на исходе ночи, включив маскировку, тихо уйти с планеты. Да, обвал будет, оползень – будет, но мало ли таких обвалов и оползней происходило уже на Идене, где очень много протеанских руин, где археологи, добираясь до артефактов, рыли глубокие котлованы. Не первый и не последний оползень, не первый и не последний обвал. Главное – фрегат «Клинок Ярости» уйдёт с Идена незамеченным никем. А обвал – здесь это чуть ли не естественное явление. Обвалом больше, обвалом меньше… Иденцы потом рекультивируют район обвала. И ничто не будет указывать на доступность протеанской базы. До поры, до времени.       - Возвращаемся в тоннель, Явик. Надо передать информацию Шепарду и начинать работу по переброске оборудования и других грузов на борт, – сказала Таэла, когда они вернулись в трюм фрегата. Теперь пространство грузового отсека было достаточно ярко освещено и Явик сказал бы, что на борту царила почти домашняя, привычная для протеанина обстановка. Таэла улыбалась, чувствуя удовлетворённость главного друга.       - Возвращаемся, Таэла. – Явик взял подругу за руку и спустя несколько секунд они стояли в шаге от земляной подушки.              Шепард обернулся, увидел обоих протеан и шагнул им навстречу.       - Мы были на борту, Джон, – прислал мыслеобраз Явик. Даже здесь он стремился сохранить максимальную секретность, полную закрытость информации от возможного перехвата и расшифровки. – Корабль почти цел. Есть, конечно, проблемы и неполадки, но с ними мы справимся.       - Я приглашаю вас, Джон, на борт «Клинка Ярости». Мы покажем вам весь корабль. Подождите только немного, пока мои коллеги наладят портал-шлюз. – Таэла набрала на инструментроне код и вскоре в тоннель вошли несколько десятков протеан с тележками, на которых высились контейнеры с оборудованием. Меньше получаса – и «подушка» оказалась в обрамлении сложной конструкции. Таэла, переговорив с одним из прибывших протеан, нажала сенсор на своём инструментроне и вместо подушки в небольшом «кармане» появился борт корабля.       - Скоро в борту откроется люк, Джон, – мыслеобраз, пришедший от Таэлы, лучился удовлетворением и радостью. – Приглашаю вас на борт, как командир корабля.       Шепард посмотрел на Таэлу. Та обернулась, ненадолго прервав быстрый едва слышный разговор с одним из своих соплеменников, кивнула. Старпому этого кивка оказалось достаточно.       Плита крышки люка утопилась внутрь борта, отошла в сторону. Шепард увидел вполне достаточно освещённый трюм, в котором не было признаков запустения или каких-либо неполадок.       - Прошу на борт, – пришёл мыслеобраз от протеанки. – Заходите, Джон. Рада приветствовать вас на борту нашего корабля. Не будь вас – ничего бы этого не было. – Таэла первая прошла по «карману», переступила порог борта и остановилась, пропуская вперёд группу своих соплеменников. – Они, Джон, сейчас приступят к полной активации систем корабля. Пройдёт совсем немного времени - и мы начнём перегружать на борт оборудование и материалы с грузами. Идёмте.       Фрегат Шепарду понравился. Он, конечно, был побольше размером, чем «Нормандия», но это был не разведывательный, а обычный военный корабль. Таэла не скрыла от старпома ничего, провела по всем отсекам, постам, показала многие закоулки, подробно ответила на многие вопросы. Явик не сопровождал подругу и напарника в этом путешествии по «Клинку Ярости» - он налаживал переброску оборудования и грузов из закромов базы на борт корабля. Таэла отнеслась к подобной самодеятельности своего главного друга с пониманием.       Экскурсия завершилась в центральном посту, где несколько разновозрастных протеан уже работали стоя и сидя за большими пультами, оживляя автоматику корабля и проверяя работоспособность систем и механизмов.       Поняв, что Таэла ждёт от него чёткого ответа на вполне понятный, но так и оставшийся неозвученным даже мыслеобразами вопрос, Шепард дождался, пока протеанка-командир закончит разговор с одним из своих соплеменников:       - Таэла, – свой мыслеобраз Шепард постарался сделать максимально чётким и в то же время – мягким. – Я возвращаюсь на поверхность. Поясню ситуацию Сташинскому. Предварительно. Думаю, что Явик позже окончательно внесёт ясность.       - Согласна, Джон. – Протеанка усмехнулась. – Явик уже сказал, чем вы планируете заняться в ближайшие несколько суток. Помните, что я всегда буду рада видеть вас на борту корабля и на базе. Здесь и – там. Хорошо?       - Буду помнить, – кивнул Шепард.       - Хорошо. Я провожу вас до выхода из коридора базы в тоннель, – сказала Таэла.       Несколько минут – и «карман» входа остался позади. Явик разговаривал с каким-то очень пожилым протеанином. Увидев выходившую из шлюза-портала подругу, Явик извинился перед собеседником и шагнул навстречу Таэле.       - Вот, Яв. Я провела Джона по всему кораблю, – сообщила протеанка. – И теперь хочу, чтобы ты сопроводил Шепарда на поверхность. Поясни всё Сташинскому как можно быстрее. А я пока… перекрою вход в коридор базы. И мы сможем усилить поток переброски. Хорошо?       - Хорошо, Таэл. – Явик подошёл к Джону. – Знаю, что экскурсия вам понравилась и знаю, что вы теперь на борту нашего фрегата – желанный гость. Не беспокойтесь, Джон. Я не пользуюсь нашим способом, потому что мы здесь установили дополнительные глушащие системы. Как и по тоннелю и по коридору базы. Всё - под контролем и утечки - не будет.       - Рад, – коротко ответил Шепард. Явик взял под руку Таэлу и вместе с Джоном направился к выходу в тоннель. По дороге старпом отметил, что протеане установили шлюз-разделитель между тоннелем и коридором базы, а также между коридором базы и тоннелем, ведущим к вертикальной шахты. Всё было сделано для того, чтобы погрузка на борт протеанского корабля осталась тайной для обитателей Иден-Прайма.       - Идите, Явик, Джон, – сказала мыслеобразом Таэла, когда они остановились у завесы, отделявшей вертикальную шахту от тоннеля, ведущего к коридору протеанской базы. – Я подожду Явика здесь, потом вернусь на корабль, Джон.       Явик переступил порог шлюза завесы, следом вышел Шепард. Минута – и они, стоя на мостках, отстёгивают «системы» от «подвески», выходят с мостков и направляются в балок, где в это время находился Сташинский.              - Вернулись, – учёный встал из-за рабочего стола, указал рукой на два кресла. – Присаживайтесь. Вижу, у вас есть, что мне рассказать.       - Есть, – подтвердил Явик, плотно закрывая и запирая на защёлку дверь кабинета руководителя археологической экспедиции. Подойдя к севшему в кресло Сташинскому, он положил руку на плечо профессора, а Шепард сел в одно из кресел. Включив прямую перекачку информации, Явик внимательно наблюдал за тем, как отреагирует Сташинский. Тот привычно замер, но в этот раз информация была для него новой. Несколько минут – и Явик снимает свою руку, отходит от археолога и садится в свободное кресло.       - Гм, – сказал Сташинский, с трудом выныривая из раздумий. – Хорошо.       - Этого достаточно, профессор, – ответил Явик. – Простите, мне надо вернуться в коридор, я хочу уточнить параметры «подушки». Да и проверить характеристики тоннелей повторно - тоже не помешает, – протеанин встал, шагнул к двери кабинета. – Джон, увидимся, – с этими словами Явик переступил порог, прикрывая за собой дверь.                     Старпом видел, насколько напряжён и взволнован Сташинский. Явик, по всей видимости, сказал и показал ему многое, сделал всё, чтобы землянин ни при каких обстоятельствах не смог бы выдать эту информацию какому-то другому разумному органику. Вероятно, протеанин также сообщил учёному, что он может озвучить своим коллегам, которых нельзя бесконечно долго держать в неведении.       - Сложное время наступает, Джон, – тихо сказал Сташинский, вставая. – Знаю. Явик сказал, что у вас – много работы. У всех нас теперь – очень много работы, – он протянул руку и Шепард, поднявшись со своего кресла, пожал её. – Буду рад увидеться с вами снова, Джон. Приходите.       - Обязательно, Тимур Лаврович. – Шепард направился к двери.       Явик сам облачился в «систему», пристегнулся к «подвеске» и, подождав, пока техник подаст ему пульт, сказал:       - Я вернусь на поверхность, когда смогу. Меня может не быть несколько суток. Не беспокойтесь, Джон. У меня там много работы. Пусть в шахту никто не спускается. Входы в тоннель перекрыты, – протеанин отвёл в стороны поручни мостков и, зависнув над шахтой, надавил клавишу на пульте, начав медленный спуск.              Пройдя сквозь пелену блокирующего доступ в тоннель защитного поля, Явик подошёл к ожидавшей его Таэле. Протеанка обняла главного друга:                     - Наконец-то, Яв, мы вдвоём. Идём. У нас теперь есть время побыть наедине, – сказала командир фрегата. – И есть время поработать для хорошего будущего.       С этими словами она увлекла Явика за собой, крепко взяв его за руку. Пройдя через две дополнительных защитных завесы, они вошли в коридор базы. Протеане на многочисленных тележках перевозили в трюмы фрегата контейнеры с оборудованием и материалами. Явик отметил, что соплеменники обрадованы и воодушевлены.       - Теперь у нас многое получится, Яв, – сказала Таэла. – Корабль почти в полном порядке. Мы уже провели дополнительную диагностику и за несколько дней сможем привести его в норму. Хочешь на борт или останемся на базе?       - Знаю, Таэл, что корабль – твой дом, – сказал Явик, приобняв подругу. – Так что - давай пройдём на борт.       - Согласна, Яв. – Таэла кинула мягкий взгляд на Явика, и он ответил ей таким же мягким взглядом. В окружении соплеменников они прошли через «карман» на борт фрегата и поднялись в центральный пост.