Сверкающие глаза

      Выйдя из балка, где размещалось руководство археологической партии, Шепард остановился, привычно оглядевшись по сторонам. Археологи работали, на старпома мало кто обращал сколько-нибудь пристальное внимание.       Послышался рокот двигателя и на территорию археологической площадки въехал бронетранспортёр «МАКО». Открылся боковой люк, выглянул Кайден:       - Капитан, я – за вами. Командир приказал доставить вас в ближайшее селение, а оттуда – привезти в расположение Первой Ополченческой дивизии, – сказал лейтенант.       - Добро. – Шепард влез внутрь бронетранспортёра, закрыл за собой крышку люка, сел в раскладное лёгкое кресло. – Поехали, Кай.       Аленко сел за рычаги и бронетранспортёр, взревев двигателем, развернулся и выехал за пределы площадки, направляясь к ближайшей дороге. Через полчаса машина въехала на улицу одного из крупных посёлков.              Увидев Бенезию, стоявшую на обочине, Шепард усмехнулся: Андерсон, как всегда, просчитал ситуацию и оказался прав.       Матриарх заметила подъехавший транспортёр и направилась к нему, когда машина остановилась. Карин задержалась где-то в центральной части посёлка, у неё, как у медика, кроме общения с простыми жителями, всегда было полно работы в медицинских учреждениях, а там столько сложностей и трудностей часто возникает совершенно неожиданно, что говорить о точном времени своего возвращения Чаквас нередко отказывалась наотрез.       Когда из транспортёра вышел Шепард, азари почувствовала, как её буквально бросило вперёд. Смутно осознав, что ведёт себя абсолютно несоответствующе возрасту, матриарх подбежала к Джону и обняла его, ощутив, как руки Шепарда обнимают её.       - Бена… - услышала она тихий голос. – Спасибо. Спасибо, что встретила. Я рад.       - Джон, – только и смогла вымолвить старшая Т'Сони. Ей было так хорошо, что совершенно не хотелось тратить силы и время на какие-то сказанные вслух слова. Она была уверена, что Шепард поймёт её без слов. Карин снова оказалась права. Врач фрегата сказала, что сегодня Бенезия обязательно увидится с Шепардом и будет с ним рядом очень долго. Так и случилось.       Обнимая Шепарда, матриарх азари вспоминала, что Андерсон утром собрал у себя в каюте совещание, в котором поучаствовали Аленко, Адамс, Чаквас, Сарен, Найлус и некоторые другие нормандовцы. Конечно же, в совещании принял участие и Джеф, правда, дистанционно. Разговор, как потом узнала Бенезия, шёл о переходе к завершающим пребывание «Нормандии» на Иден-Прайме работам. Несколько суток – и фрегат-прототип уйдёт к Цитадели.       После совещания Карин пришла к Бенезии в салон, и они проговорили целый час. Матриарх уже знала, что Шепард рано утром на одном из челноков улетел с Явиком на первую археологическую площадку. Кораблик очень быстро вернулся, водитель, как слышала Бенезия, доложил Андерсону, что Шепард и Явик высадились в пределах первой археологической площадки.       Из салона матриарх вышла вместе с Карин и вскоре с остальными женщинами они уже садились в другой челнок. Тот самый, какой Андерсон выделил «дамам корабля» для полётов по селениям. Меньше часа быстрого полёта – и старшая Т'Сони вместе с Карин высадилась в этом посёлке, а кораблик увёз остальных женщин в другие поселения. Много работы, очень много работы. Иден-праймовцы были рады видеть женщин – членов экипажа и команды фрегата, были рады пообщаться с ними.       Бенезия обнимала Шепарда и вспоминала, что до момента появления транспортёра уже успела пообщаться с пятью семьями иден-праймовцев. Что-то ей с самого утра подсказывало, что этот день будет для неё очень необычным и приятным. И теперь она понимала, почему ей так казалось. Джон приехал к ней и она… возможно, несколько дней сможет быть рядом с ним. Да, она вполне могла бы продолжить свои поездки по селениям, продолжить своё общение с иден-праймовцами, но теперь ей больше всего хотелось быть рядом с Шепардом.       Джон обнимал её так мягко и так приятно, что Бенезия в очередной раз чувствовала, как тает, как расслабляется, как превращается в обычную азари, пусть пожилую, но совершенно обычную. Она забыла, что когда-то была религиозным лидером своей расы, забыла о своём возрасте, забыла о том, что вокруг – люди. Ей просто было очень хорошо, и она больше всего на свете хотела, чтобы это приятное единение продлилось как можно дольше. Да, Джон облачён в скафандр, но сейчас она, обнимая Шепарда, совершенно не чувствует жёсткости и твёрдости броненакладок, она слышит стук сердца Джона, слышит его дыхание, и знает, что Джон рад ей.       - Джон, Бена, – сказала подошедшая своей обычной стремительной походкой Чаквас. – Андерсон распорядился, чтобы вы вместе посетили воинские подразделения Идена. Так что – садитесь в транспортёр и… - врач усмехнулась, зная, что остальное и старпом и матриарх поймут без словесных уточнений.       - Выполняю, Карин. – Шепард подхватил Бенезию на руки и понёс к транспортёру . Старшая Т'Сони продолжала обнимать Шепарда и не заметила, как Джон присел в кресло бронекапсулы. – Передай Дэвиду – всё будет выполнено. И - всё будет в порядке, – сказал старпом, обернувшись к подошедшей к транспортёру Чаквас.       - Обязательно передам, Джон. Успехов. – Карин кивнула Кайдену, и тот включил двигатели транспортёра. Машина развернулась и спустя минуту уже мчалась по дороге, направляясь к месту дислокации Штаба Первой Ополченческой дивизии.              Бенезия блаженствовала. Как Джон умудрился сидя в кресле удерживать её на руках – она не понимала и не хотела понимать. Ей было приятно обнимать Джона, быть рядом с ним, видеть и чувствовать его. Она настолько истосковалась по таким взаимоотношениям, что не желала пропускать мимо своего сознания и памяти ни секунды, ни минуты, ни часа. Да, бронетранспортёр – не лимузин. И качает, и швыряет иногда из стороны в сторону, ведь дороги на сельскохозяйственном Идене – далеко не всегда шоссейные, но когда рядом Шепард – для Бенезии все неудобства отступали куда-то очень и очень далеко.       Матриарх и не заметила, как машина плавно затормозила и остановилась. Джон вышел из салона, крепко прижимая к себе азари. Заместитель командира дивизии капитан Стэнли Харрел, конечно, знал, что Шепард прибудет не один, но такого появления старпома фрегата-прототипа он увидеть - точно не ожидал.       Бенезии потребовалось меньше минуты, чтобы понять причину замешательства Харрела. Она мягко освободилась от объятий Шепарда, встала на ноги и отступила назад, дав возможность старпому по-уставному поприветствовать встречающего офицера и обменяться с ним несколькими деловыми фразами.       - Капитан, простите. – Шепард чуть оглянулся назад, посмотрев туда, где у машины стояла азари. – Лейтенант Аленко… несколько превысил скорость и мы…       - Я всё понимаю, капитан, – улыбнулся Харрел. – Моя жена, Магда встречалась с Бенезией, когда была у подруги. Она до сих пор снова и снова рассказывает мне об этой встрече в самых восторженных выражениях, припоминая самые мелкие детали. Так что я - не удивлён. О вашей подруге легенды ходят едва ли не по всему Идену. Прошу за мной. И – не беспокойтесь, у нас тут особых тайн нет. Матриарх сможет вас сопровождать.       - Рад. – Шепард протянул руку подошедшей Бенезии, и она с радостью подала старпому свою руку. Кайден, отогнав бронетранспортёр на внутреннюю стоянку, прошёл следом за старпомом через контрольно-пропускной пункт, откозыряв пятерым вооружённым ополченцам. Те старательно откозыряли лейтенанту-армейцу в ответ.       Пока они шли к зданию штаба, Шепард оглядывался по сторонам, отмечая изменения, которых было немало.       - Мы получили возможность отбирать лучших, капитан, – сказал Харрел, отметив интерес гостя к происходящему на территории части. – У нас конкурс – двадцать человек на место, лучшие иденские предприятия и фирмы работают с нами на условиях жесточайшей конкуренции. Да, конечно, есть проблемы и вопросы, но, капитан, по меньшей мере, нас теперь иденцы не считают нахлебниками и бездельниками. Желаете пробежаться по полосе препятствий? – спросил Харрел, остановившись у беседки.       - Можно, – кивнул Шепард. – У вас ведь есть биотики, капитан? – старпом, искоса наблюдая за солдатами, сержантами и старшинами, преодолевающими трёхсотметровую полосу, потратил несколько минут на проверку своего скафандра.       - Есть, – подтвердил заместитель командира дивизии. – Вашу мысль я понял. Жду вас в штабе, капитан, – он взмахом руки указал Бенезии и Аленко направление движения и ушёл первым.              Шепард представился старшему лейтенанту, проводившему занятия, и попросил разрешения несколько раз пройти полосу. Тот, уже предупреждённый офицерами Дежурной части, не возражал. Мастер-сержант включил секундомер, махнул флажком и Шепард прыгнул в траншею, взглядом отмечая наличие в земляном углублении пяти гранат и установленную в двадцати метрах впереди стенку с несколькими проломами. Площадка перед стенкой тоже присутствовала. Капитан вспомнил, что засчитывается и прямое попадание не только в проломы в вертикальной стенке, но и по площадке. Пять гранат – это для ополченцев, нормативы для спецназовцев были гораздо более жёсткими: не более двух, одна – для пролома в вертикальной стенке, другая – для площадки. Не желая давить спецназовскими нормативами на наблюдающих за его тренировкой ополченцев, Шепард решил, что обойдётся тремя гранатами, но каждую гранату он положит точно в цель. Взяв первую гранату, старпом механически взвесил её в руке – ровно шестьсот граммов, стандарт. Конечно, взрыва не будет, но на пульте, находящемся в инструментроне старшего лейтенанта, будет отмечена точность попадания и сила броска.       Встав лицом к передней стенке и отставив правую ногу назад, Шепард прогнулся в пояснице и слегка согнул обе ноги. Отвёл правую руку с гранатой вверх и назад до предела, опёрся левой рукой о бруствер траншеи. Оттолкнулся правой ногой и, резко выпрямившись, метнул первую гранату в цель. Взгляд старпома автоматически отметил попадание гранаты в один из проёмов вертикальной стенки. Броском второй гранаты капитан поразил «площадку», а третьей – второй проём в вертикальной стенке.       Теперь предстояло пробежать максимально быстро сто метров по дорожке к линии, отмечавшей начало полосы препятствий, но сначала надо было покинуть траншею. Из трёх способов, известных любому воину-первогодку, Шепард выбрал покидание траншеи с опорой на колено.       Мышцы сработали автоматически: опёршись руками о передний край траншеи, Шепард с силой оттолкнулся ногами от дна. Вышел в упор на руки, согнулся в пояснице, поставив ногу, согнутую в колене, между рук. Приподнявшись, выскочил из траншеи и начал движение к линии в равномерном темпе и с максимальной скоростью. Отметив, что флажок, отмечающий линию, остался слева, Шепард увидел впереди ров, ширина которого составляла два с половиной метра.       Перед рвом располагался участок для скоростного бега, который воины часто использовали для разгона перед прыжком через ров. Нарастив скорость бега, Шепард с разбегу оттолкнулся одной ногой от земли, помогая телу взмахом обеих рук, взлетев, он вынес обе руки вперёд вверх, успев подтянуть к толчковой ноге вторую ногу и согнуть обе ноги в коленях, наклонить туловище вперёд. Приземлившись на обе ноги, Шепард увидел впереди лабиринт. Здесь можно было потерять драгоценные секунды и потому предстояло максимально ускориться и резко повысить точность движений.       Руки и ноги действовали автоматически. Шепард немного замедлился, чтобы наблюдавшие за прохождением ополченцы смогли чётче увидеть последовательность движений. При выходе из лабиринта капитан оттолкнулся руками от вертикальных стоек прохода и, увидев впереди забор высотой два метра, заставил мышцы немного напрячься.       С разбегу оттолкнувшись левой ногой в одном шаге от забора и опёршись о забор носком другой согнутой в колене ноги, капитан ухватился руками за верхний край забора. Подтянувшись, он на мгновение повис на заборе левым боком так, чтобы верхний край забора оказался под мышкой левой руки, согнутой в локте. Отметив, что предплечье и ладонь левой руки уже прижались к забору с противоположной стороны, Шепард прижал к забору согнутую в колене левую ногу. Махом правой ноги вверх - зацепился за "верх" забора пяткой, подтянулся правой рукой. Перевалился через забор, соскочил на землю и продолжил движение к разрушенному мосту.       Преодолев невысокую вертикальную лестницу, Шепард ступил на балки, ухватился за более высокую балку руками. Подтянулся, вышел в упор на руках, наступил ногой на балку и, встав на колено, быстро разогнулся. После чего, помогая себе руками удерживать равновесие, побежал по балке, не стремясь подниматься в полный рост. Короткие и быстрые шаги на слегка согнутых ногах помогли капитану удержать равновесие. Взгляд был направлен на балку и одновременно – на разрыв между балками. Его старпом преодолел мягким прыжком без потери скорости, приземлившись на одну ногу у края последней балки и механически переводя вторую ногу на шаг. На секунду задержавшись на краю балки, Шепард соскочил на землю, приземлившись на слегка согнутые ноги и одновременно - отмечая, что впереди – несколько ступеней разрушенной лестницы.       По стандарту прохождения надо было обязательно коснуться двумя ногами земли между ступенями и пробежать под четвёртой ступенью. Все ступени были разновысокие, что осложняло прохождение. Совершив опорный прыжок с разбега, Шепард преодолел ступень высотой восемьдесят сантиметров, перелез, опираясь на руки, через ступень высотой сто двадцать сантиметров и затем перелез, опираясь на бедро, через ступень высотой полтора метра.       Впереди показалась новая стенка, преодолеть которую предстояло, пролезя сквозь проломы. Учтя, что данное упражнение будут выполнять малоподготовленные ополченцы, Шепард выбрал из двух способов тот, который был наиболее эффективным и скоростным, а именно – головой и ногой вперёд. Поставив маховую ногу за нижним дальним краем пролома, Шепард согнулся и послал в пролом туловище и руки, осторожно выпрямился и продолжил движение по полосе.       Соскочив в траншею на слегка согнутые ноги, Шепард повернул лицо в сторону, куда уходил ход сообщения, одновременно оценив целость траншеи и хода. Смотря прямо перед собой, Шепард преодолел ход сообщения, сделав не больше восьми шагов. Увидел свет, падающий через колодец, поднял руки, схватившись пальцами за край колодца, оттолкнулся ногами от его дна. Вышел в упор на руки, встал стопой толчковой ноги между рук и, склонившись вперёд, перешёл на бег.       Стенку, возникшую впереди, Шепард преодолел прыжком, опираясь на руку и ногу. С разбегу оттолкнулся левой ногой и, вынеся правую руку вперёд, наскочил на стенку. Опёрся на неё левой рукой и слегка согнутой правой ногой. Перенеся через стенку левую ногу, капитан соскочил со стенки на землю. Успел подать вперёд плечи и правую руку, подготавливая тело к продолжению движения.       С разбега наскочив на первую от земли ступеньку наклонной лестницы, старпом схватился руками за верхний срез четвёртой ступени разрушенной лестницы и, быстро коснувшись ступнями ног последовательно второй, третьей и четвёртой ступени наклонной лестницы, взбежал на самую высокую ступень, встав на неё обеими ногами. Широкими шагами капитан преодолел третью, вторую и первую ступени «зеркального» полуразрушенного лестничного марша. Чётко приземлившись, продолжил движение к вертикальной лестнице, ведущей на разрушенный мост.       Вертикальные лестницы уже давно не вызывали у Шепарда никаких сложностей – тело действовало автоматически. Капитан сознательно замедлял движения, чтобы ополченцы смогли чётко и точно увидеть каждую фазу... Понять, в какой последовательности надо двигаться, чтобы быстро, эффективно и безопасно преодолеть препятствие. Движение по балкам, прыжки через разрушенные балки моста и через разрывы также не вызвали никаких трудностей. Ступив на наклонную доску, Шепард наклонил туловище вперёд, приземлился на обе ноги на землю слегка согнутыми ногами. Сразу начал разбег с нарастающим темпом для преодоления очередного препятствия.       Ров, шириной два метра Шепард перепрыгнул, приземлившись на одну ногу. Постаравшись при этом сохранить синхронность в работе рук и ног и сразу перейти к ускоренному бегу. Предстояло пробежать максимально быстро двадцать метров, а потом - пробежать сто метров выложившись предельно. Обежав флажок, Шепард смерил взглядом дорожку и рванулся вперёд, наращивая длину шага и сохраняя наклон туловища, затем постепенно разгибаясь.              Сержант, не удержавшись от довольной улыбки, махнул флажком и взглянул на свой инструментрон.       - Хороший результат, капитан, – сказал он, когда Шепард, плавно затормозив, остановился рядом с ним. – Мои коллеги… внимательно смотрели за тем, как вы преодолеваете препятствия. У них есть много вопросов, капитан.       - Буду рад ответить на них, мастер-сержант. – Шепард успокоил дыхание. – Спасибо вам.              Пока старпом разговаривал с тренером, ополченцы окружили их. Обернувшись, Шепард поприветствовал воинов и предложил пройти от препятствия к препятствию. Ополченцы согласились. Вскоре Шепард уже показывал и рассказывал, как правильно быстро и безопасно покидать траншею, чтобы не попасть под заряды и не получить травму.       Несколько раз он сам в замедленном темпе продемонстрировал воинам, как следует выполнять это упражнение, потом помог нескольким ополченцам потренироваться в покидании траншеи. С разрешения старшего лейтенанта техники роты обеспечения принесли к полосе комплекты брони и оружия. Под наблюдением штаб-сержанта и Шепарда ополченцы, обрядившись и вооружившись, потренировались в покидании траншеи в разнокомплектном вооружении и снаряжении. Шепард, чуть склонившись к траншее, увлечённо исправлял движения тренирующихся, подсказывал и показывал, как правильно действовать при самых разных условиях боя. Такая тренировка ополченцам определённо нравилась.       Больше полутора часов Шепард и ополченцы, переходя вместе со старшим лейтенантом и штаб-сержантом от препятствия к препятствию, тренировались в их прохождении. Ополченцам нравилось, что старший помощник командира фрегата «Нормандия» не только командует, руководит и указывает. Но и сам, навесив броню и взяв в руки ополченческое оружие, проходит несколько раз каждое препятствие, поясняя каждое движение, каждое положение тела и конечностей. Советуя и раскрывая некоторые хитрости, известные только спецназовцам.       Два взвода, подошедшие на полосу чуть позже, тоже не остались без внимания. Штаб-сержант и старший лейтенант взяли их под своё управление. Совместно с их штаб-сержантами они начали последовательно проходить каждое препятствие, которое воины взвода, руководимого Шепардом, уже освоили. Никаких накладок и задержек в графике тренировок потому не было. Темп прохождения обучения подразделениями дивизии не пострадал.              Прибыв с ополченцами на исходную позицию, Шепард подробно проанализировал ход и итоги тренировки. Вернувшиеся старший лейтенант и штаб-сержант приняли участие в обсуждении.       - Строиться, – прозвучала команда, поданная старшим лейтенантом. Несколько секунд – и вместо толпы ополченцев – чёткая «коробочка» пятишереножного строя. – Смир-но! Равнение на середину! – подняв руку в воинском приветствии, старший лейтенант повернулся к Шепарду, поблагодарил старпома за участие в тренировке.       Шепард, откозыряв старшему лейтенанту и штаб-сержанту, стоявшему в шаге от своего офицера, повернулся к строю. Вытянулся и по-уставному попрощался с ополченцами, отметив, с каким воодушевлением воины ответили на его слова.              Шагнув за пределы полосы, Шепард сверился по карте, выведенной на экранчик инструментрона, и направился к площадке, где обычно тренировались воины-биотики. Таких среди ополченцев тоже хватало.       Подходя к площадке, старпом увидел две группы ополченцев – воины окружили два «ринга», над которыми сверкало биотическое сияние. «Похоже, Бена и Кай показывают здешним воинам мастер-классы», - подумал капитан, останавливаясь в десятке метров от зрителей.       Надолго сохранить своё появление в тайне ему не удалось: несколько ополченцев, обернувшись, быстро передали по рядам, что прибыл Шепард. Мастер-сержант, вынырнувший из одной из групп ополченцев, откозыряв, жестом пригласил офицера подойти поближе.       - Капитан… Ваша подруга… Это нечто, – смущённо проговорил мастер-сержант. – То, что она нам показывает в течение последнего часа… Я даже не знаю, как это иначе определить… Я не мастер говорить, но это… Очень похоже на чудо. Мы, честно говоря, рассчитывали, что…       - Мастер-сержант. – Бенезия, подошедшая тихо и незаметно, остановилась позади тренера. – Спасибо вам за поддержку и помощь, но я предпочитаю, чтобы капитан Шепард сам составил своё мнение, – она повернулась к старпому. – Джон, проходи, – она сделала приглашающий жест, ополченцы расступились, пропуская матриарха и капитана в центр круга. – Итак, господа. Кто желает поучаствовать «напрямую»? – она оглядела собравшихся воинов. Шепард понял, что употребив слово «напрямую», матриарх азари фактически предложила ополченцам «полный контакт». Конечно, с некоторыми ограничениями, чтобы не было тяжёлых травм и тем более – смертей, но…       - Если позволите, мэм, – вперёд пробился ополченец с нашивками капрала. – Эйбл Льюис, капрал, мэм, – представился он. - Даже не рискую называть свой уровень после того, как увидел то, что вы тут нам показали.       - Готовы работать в полную силу, Эйбл? – Матриарх выпрямилась. – В самую полную силу. Если не готовы… То я приглашаю того, кто готов, – в голосе и позе старшей Т'Сони ясно читались ожидание и готовность вернуться к обычным занятиям, не предполагавшим применения «полного контакта» в спарринге.       - Я готов, мэм, – капрал приосанился. – Давайте начнём.       - Хорошо. – Бенезия расслабила пальцы. Вокруг фаланг закурилась биотическая дымка.       Несколько секунд – и дымка объяла кисти рук полностью, поползла вверх, по предплечьям.       - Какой высокий уровень спокойствия, – послышался шёпот позади Шепарда. – Стоит неподвижно, взгляд спокойный, внимательный. Как будто и не ожидает нападения.       - Ты не понял, – послышался другой голос. – Ей - восемьсот лет, Эйблу – двадцать два. У неё - опыт… Десятки, сотни, тысячи реальных боевых схваток. А у Эйбла – одни только тренировки. Она может любому из нас предложить боевой режим, хоть одному, хоть всем сразу. Но мы всё равно не выстоим против неё одной. Даже все вместе.       - Но Эйбл - рискнул, – послышался ещё один голос.       - А куда ему деваться? – возразил собеседник. – Мы еле-еле преодолели квалификационные испытания. Двадцать человек на место – совсем не шутка. Нас бы перестали уважать в наших селениях, если мы бы «срезались». Если он отступит… Мне будет трудно объяснить причину этого… его родителям. Надеюсь, что матриарх не будет опрокидывать его… быстро и сразу.       Шепард посмотрел на Бенезию. Биотическая дымка теперь обнимала всё туловище матриарха и если бы старшая Т'Сони захотела, то, наверное, дымка обняла бы и её голову, и ноги.       Эйбл тоже включил свою биотику. Как отметил Шепард, видевший, как тренировалась Бенезия, он действовал очень медленно. Слишком медленно. Бенезия могла бы опрокинуть Эйбла на спину одним щелчком пальцев левой руки. Могла бы, но не хотела. Происходившее мало походило на урок, на тренировку, на обычное занятие. Почему-то старпому казалось, что Бенезия не будет применять «полный формат».       Матриарх сохраняла полную неподвижность и Шепард, взглянув на окруживших площадку ополченцев, отметил нарастающее удивление и непонимание. Да, они привыкли к тому, что боевая биотика – это что-то зрелищное, что-то такое, что может доставить эстетическое удовольствие. Ополченцы ещё слишком молоды и неопытны, чтобы понять: боевое применение биотики чрезвычайно жестоко и скоротечно. Обернувшись к Бенезии, Шепард почувствовал: ещё несколько секунд – и она нанесёт удар. Неизвестные ополченцы, столь активно обсуждавшие происходящее, правы: она – опытный боец и потому не будет стремиться сразу быстро и жестоко «опрокидывать» капрала. Ей незачем его «опрокидывать». Она вполне способна победить соперника по-другому.       То, что произошло дальше, наверное, сразу осознали не все видевшие эту тренировку ополченцы и офицеры. Матриарх быстро повернулась боком к капралу, подняла левую руку, согнутую в локте… Шепард успел заметить, как засияла дымка вокруг плеча и предплечья напрягшейся левой руки. Направление взгляда азари не изменилось. Ни один мускул на лице матриарха не дрогнул. Разве что губы сжались в линию, утратив полноту и без того небольшую, почти окончательно.       Как распрямилась левая рука Бенезии, как распрямились пальцы, посылая биотический импульс в сторону капрала – это в деталях заметил, наверное, только Шепард. Капрал Льюис не сумел выставить защиту, для него это было слишком быстро. Импульс ударил в грудь ополченца, но не опрокинул его навзничь на землю, а поднял на два – три десятка сантиметров над землёй и…       - В стороны!!! – Аленко, издали наблюдавший за тренировкой, с трудом пробился через плотные ряды ополченцев, замерших и не сводивших взглядов с пылавшей биотикой азари. Крик лейтенанта-гостя подействовал: ополченцы прыгнули в разные стороны, уходя с линии, по которой от Бенезии летел капрал.       - Она сдерживает импульс! – раздался шёпот.       Шепард не стал оборачиваться. Ему не хотелось видеть лицо говорившего, не хотелось узнавать, кто это сказал. – Она сдерживает импульс! Она не хочет его убивать! И я хочу верить, что она не будет его убивать!       Летевший спиной вперёд капрал был перепуган. Шепард это отчётливо чувствовал, видел его побелевшее лицо, выпученные глаза и напряжённые руки. Ещё немного – и он будет пытаться схватиться за воздух.       Взгляды ополченцев и их офицеров и сержантов сосредоточились на капрале. Мало кто из зрителей обернулся и обратил внимание на то, что Бенезия опустила руку и выпрямилась ещё больше. Дымка, обнимавшая её туловище, продолжала сверкать, но уже не так интенсивно. Полусогнутые пальцы едва касались платья. Остановившийся взгляд держал капрала, не позволяя ему упасть.       Аленко видел, как капрал со всего размаху впечатался спиной в стенку деревянного сарая, где хранились ящики из-под зенитных снарядов. От удара стенка выгнулась, спружинив, после чего капрал сполз на землю и замер, с трудом осознавая, что остался жив и относительно цел. Медленно сфокусировав взгляд, Эйбл огляделся и увидел, как матриарх стремительно идёт к нему.       Остановившись в шаге от распростёртого на земле ополченца, Бенезия наклонилась к сопернику:       - Обопритесь на мою руку, капрал и вставайте. Вы не пострадали, переломов и растяжений у вас нет. Небольшие ушибы.       - Вы… - только и смог сказать капрал, ощущая, как Бенезия легко поднимает его, ставит на ноги и прислоняет к оставшейся целой стенке сарая. – Почему вы…       - Потому что вам необходимо ещё многому учиться, – сказала Бенезия. – Очень многому, подчеркну.       - Она права, Эйбл, – к матриарху подошёл Кайден. – Все ваши тренировки… хороши для спорта, для постановочных боёв при съёмках всяких видеороликов, а не для боевых действий. Для них нужно нечто большее. И матриарх сегодня показала вам, что такое начальные ступени боевой биотики.       - Наверное, мне лучше не знать, что такое высшие ступени, – пробормотал капрал, отлипая от стенки и с трудом осознавая, что может стоять прямо и ровно.       - Отмечу, Эйбл, что высшие ступени вам освоить… как вы люди, часто выражаетесь, по-простому – «не светит». Далеко не каждая матриарх азари ими овладевает в необходимой мере. – Бенезия не стала улыбаться, осталась серьёзной. – Кайден, - обернулась она к лейтенанту, - нам придётся подумать над тренировками биотиков. До отлёта фрегата с Идена осталось... Хорошо если три-четыре дня. – Шепард отметил, что Бенезия говорит обдуманно и чётко. – Вы, лейтенант, берёте на себя начальный и средний уровень, я - беру на себя высокий, – она поймала недоумённый взгляд Эйбла. – Не высший, капрал, а высокий. Всего лишь высокий. Идти сможете? – она отпустила руку ополченца.       - С-с-могу, – выдавил Льюис и действительно попытался сделать несколько шагов, отходя от сарая. Как он удержался на ногах – наверное, он и сам не понимал, но пошатывало его изрядно. Подошедшие двое рядовых хотели поддержать его за плечи, но капрал жестом отказался от помощи и направился к балку казармы.       - Упрямый, – тихо сказала Бенезия. – Это – хорошо, – азари обернулась к подходившему Шепарду. – Наверное, я немного превысила… допустимое усилие, Джон.       - Нет, – коротко ответил старпом. – Ничего ты не превысила. У него была возможность отказаться от прохождения такой тренировки. Ты предложила – он отказался. Это был его выбор. Их отбирали в соотношении «один из двадцати». Так что он достаточно силён. То, что он упрям – это действительно хорошо.       - За три-четыре дня мы с Кайденом мало что успеем, Джон, – возразила матриарх.       - Что успеете – то успеете. Тренировку, как ты помнишь, снимали на видео десятки ополченцев. Так что материалов для разбора – достаточно, – ответил Шепард.       - Как и твоё прохождение полосы препятствий и последовавшее за ним занятие. Вроде как индивидуальное, – сказала Бенезия. – Их тоже снимали.       - Пусть учатся. Иначе – придётся учиться на войне. – Шепард обернулся к подходившему Кайдену. – Лейтенант, полагаю, что вам уже сегодня надо начинать тренировки.       - Я готов, капитан. – Аленко кивнул, выражая полное согласие с мнением старшего офицера. – Думаю, что часа через два, переговорив со здешними со старшими лейтенантами, соберу группы. Возможно, к тому времени приедут и представители других воинских частей, где размещены подразделения дивизии.       - Это хорошо, – одобрил Шепард. Тогда - давайте на обед. А мне ещё в штаб надо зайти, представиться командиру части. Пришлёте мне план тренировок, Кайден.       - Есть, сэр, – лейтенант козырнул. – Разрешите идти?       - Идите, – старпом подождал, пока Аленко отойдёт на достаточное расстояние, убедился, что толпа зрителей рассеялась. – Бена, ты - со мной. Полагаю, командир части предложит нам пообедать, так что голодными мы не останемся. А если не предложит – то сами найдём, где перекусить.       - Надеюсь на это, Джон. Трудновато вот так сразу переходить к тренировкам или к показам в боевом режиме, – честно призналась азари. – Идём?       - Идём.              До здания штаба части они дошли достаточно быстро – не прошло и четверти часа.       - Джон, мне внутрь идти незачем. Я хочу… посидеть, подышать свежим воздухом, – сказала Бенезия, повернувшись вполоборота к остановившемуся у крыльца Шепарду. – Вон там, - она указала рукой куда-то влево, - есть прекрасная беседка. Я тебя там подожду.       - Лады, Бена. Согласен, – улыбнулся Шепард. Бенезия удовлетворённо кивнула. Она нисколько не кривила душой – ей действительно хотелось подышать свежим воздухом. И о многом подумать. Да к тому же ей решительно нечего делать внутри штабного здания – Джон и сам там прекрасно со всем справится. – Я пошёл.       - Я жду тебя, Джон. – Бенезия направилась к беседке.              Шепард поднимается на крыльцо, козыряет двум вооружённым ополченцам и проходит внутрь штабного здания.       Усевшись на лавочке в беседке, матриарх откинулась на деревянную жестковатую спинку и позволила себе задуматься. Ей не нравилось то, что произошло с капралом, почему-то ей казалось, что она превысила границы допустимого. Снова и снова она прокручивала в памяти случившееся, старалась посмотреть на ситуацию со стороны, использовать разные подходы к оценке происшедшего.       Шепард прошёл в кабинет заместителя командира части. Переговорил с капитаном о плане работы с учётом результатов обычной и биотической тренировок. Согласовал план работы лейтенанта Аленко и матриарха Бенезии с ополченцами на лекционных, практических и тренировочных занятиях. Кайден прислал текстовое сообщение, что первое занятие с ополченцами начнётся через полчаса. Заместитель командира части не возражал – всё укладывалось в согласованный и утверждённый план работы.       - Командир дивизии, полковник Конрад Хилл ждёт вас, капитан, – сказал заместитель командира части, прочтя сообщение, пришедшее на его настольный инструментрон. Идёмте.       Шепард поднялся с кресла и вышел из кабинета. Несколько минут - и он входит в кабинет комдива.       Откозыряв полковнику, Шепард и капитан Харрел с разрешения хозяина кабинета разместились в креслах. Хилл сообщил Шепарду, что уже просмотрел записи, сделанные во время обычной и биотической тренировок и их результатами полностью удовлетворён. Он также выразил согласие с планом тренировок, лекций и практических занятий, которые за два-три дня должны будут провести матриарх и лейтенант Аленко. Офицер сообщил, что расписание тренировок уже переслано в другие подразделения дивизии. Их командиры получили указания обеспечить явку представителей подразделений для участия в тренировках.       - Капитан, после таких тренировок неплохо было бы хорошенько перекусить, – усмехнулся Хилл. – Мы с Харрелом уже успели поесть, так что я попросил накрыть вам с матриархом стол в офицерской части столовой. Какие у вас планы на вторую половину дня?       - Если позволите, мне бы хотелось посетить расположение двух-трёх частей вашей дивизии. На месте ознакомиться с тем, как идёт реформирование ополчения, – ответил капитан.       - Не возражаю. – Хилл поднялся. – Лейтенанту Аленко будут созданы все условия для проведения лекций и тренировок. Как и матриарху Бенезии, – уточнил он, видя, как встают оба офицера. - Буду рад встретиться и пообщаться с вами, капитан Шепард. Кстати, капитан Андерсон распорядился прислать водителя для вашего бронетранспортёра. Он уже ждёт у машины на стоянке.       - Спасибо, сэр. – Шепард откозырял командиру дивизии и его заместителю, вышел из кабинета. Через несколько минут он миновал крыльцо, откозыряв часовым у входа.              Отвечая на воинские приветствия ополченцев, Шепард дошёл до беседки, отметив, что Бенезия выглядит задумчивой и чем-то недовольной.       - Джон. – Матриарх очнулась и встала. – Мне тут прислали сообщение, что командир дивизии организовал нам что-то вроде обеда в столовой части. Я правильно поняла?       - Правильно. А после обеда мы с тобой посетим ещё несколько ополченческих частей дивизии. Посмотрим, как идёт процесс реформирования подразделений, оценим уровень подготовки. Кайден потратит три-четыре часа на лекции и тренировки. Учений сегодня он проводить не будет – пока рано, думаю, что начнёт завтра. Тогда и ты подключишься, – активировав инструментрон, Шепард переслал Бенезии на её инструментрон расписание и план занятий. Матриарх активировала экран, глянула на таблицу. – План и расписание уже утверждены и согласованы, Бена. На занятиях будут присутствовать представители других частей. Биотики. Так что тебе и Кайдену не придётся мотаться по другим воинским частям, где размещаются подразделения дивизии.       - Кайден остался на несколько часов здесь. Нам надо ехать, Джон… А я…       - Бена, всё нормально. Дэвид прислал водителя. Скорее всего, это – Стив. Сегодня у него выходной от полётов, он решил сменить транспортное средство, пересел на колёсный транспортёр. «МАКО», конечно, не лимузин…       - Джон, меня он вполне устраивает. Особенно, если рядом будешь ты, – улыбнулась матриарх.       - Рад это слышать, Бена. Идём в столовую. В офицерском зале нам приготовили столик.       - Таких приятных уточнений в моём сообщении не было, Джон. – Бенезия сбросила с себя задумчивость и лучилась удовлетворением и радостью. – Знаешь, я прекрасно отдохнула и продышалась. После таких биотических упражнений надо хорошенько провентилировать тело, насытить его закуточки кислородом.       - Закуточки… - Шепард посмотрел на азари. Та ответила ему прямым и нежным взглядом. – Изысканно выражаетесь, Бена.       - Стараюсь. Я хочу научиться… немного выходить за рамки пожилой азари. Да, я помню, что я матриарх. Но ты, Джон, помог мне понять, что возраст – понятие очень и очень относительное. Идём?       - Идём, – сказал Шепард.              Бенезия чувствовала, что Шепарду очень хочется взять её за руку. Не под руку, а именно за руку. Всё же он очень молод по сравнению с ней. Карин как-то сказала, что он – мальчишка. У людей принято так добродушно подначивать друг друга. А такая опытная и мудрая женщина, как Чаквас владела искусством подначивания в совершенстве. Её подначки были совершенно не обидны. И она ими никогда не злоупотребляла. Она просто… Просто любила Шепарда. А он – любил её.       Джон не хочет показаться легкомысленным перед ополченцами. Ладно там у контрольно-пропускного пункта… Но ведь там он не постеснялся открыто показать уровень своих взаимоотношений с матриархом азари. Он – старший офицер корабля, старпом. Он - элитный спецназовец и потому вполне может позволить себе не стесняться. Да и нечего тут стесняться – обычные взаимоотношения между двумя взрослыми разумными органиками. Он достоин её, матриарха азари. И всё, на этом тезисе вполне можно остановиться в своих размышлениях.       Вот уже и столовая.       Шепард шагает чуть впереди, где-то, как выражаются люди, «на полкорпуса». Он ведёт её, свою спутницу, прокладывает путь и одновременно - оберегает. И от нескромных взглядов и от опасностей. Это – приятно, очень приятно.       Дневальный по кухне проводил капитана и его спутницу к одному из уже сервированных столиков. Пожелал приятного аппетита и ушёл. Шепард подождал, пока к столу подойдёт Бенезия, приотставшая на несколько шагов и с интересом оглядывавшая интерьер офицерского зала столовой.       Матриарх остановилась в шаге от стула. Как ей поступить? Формально, да, она должна сесть напротив Шепарда. Вроде бы так положено по статусу, ведь они находятся на территории воинской части с деловым, можно сказать - даже официальным - визитом. А ей самой хотелось сесть рядом с Шепардом. Отодвинуть куда-нибудь ритуалы и протоколы - и сесть рядом с Джоном. Передвинуть тарелки и столовые приборы с противоположного края стола и несколько минут... А хорошо – если и несколько десятков минут - быть рядом с Джоном. В то же время мало ли кто из ополченцев или здешних командиров зайдёт вдруг в офицерский зал. Слухи среди людей, в чём старшая Т'Сони убедилась неоднократно, очень быстро разносятся. Если уж заместитель командира дивизии видел её, матриарха азари, на руках у Шепарда, то вряд ли получится сыграть роль официальной гостьи до конца.       Помедлив ещё несколько минут, Бенезия решительно отодвинула от стола одно из кресел и села:       - Джон, садись рядом, – азари коснулась лица Шепарда мягким взглядом, чуть подняв и повернув голову. – Всё равно нас, как вы, люди, часто говорите, «расшифровали».       - Охотно, Бена. – Шепард переставил свои столовые приборы и тарелки с чашками и блюдцами с противоположного края стола. Пододвинул второе кресло, сел. – Не спеши, у нас времени достаточно.       - Не буду, Джон, – усмехнулась матриарх, принимаясь за еду.       Шепард не торопился закончить обед в короткий срок. Бенезия искоса посматривала на старпома. Тот ловил её взгляд, но оставался спокойным и серьёзным. Разговаривать ни о чём не хотелось. И не потому, что люди часто следовали известной пословице «когда я ем, я глух и нем». А потому, что впереди были поездки по нескольким – матриарху казалось, что как минимум двум - частям, где располагались подразделения ополченческой дивизии. Там предстояло поработать - и ей, и Джону. Говорить же в бронетранспортёре о чём-то личном Бенезии не хотелось. Она понимала, что ей хочется остаться наедине с Джоном. Но, увы, ни обстановка, ни обстоятельства этому никак не способствовали. Хорошо ещё, что Джон не стал просить её присоединиться к Карин в очередных поездках по селениям. Бенезии было гораздо спокойнее и комфортнее рядом с Шепардом. А Карин… Нет, пусть женщины корабля сами теперь пока что разберутся с этим участком работы. Люди с людьми быстрее договорятся.       Всё же Шепард закончил обед раньше и сразу встал, собирая посуду и приборы на подносы. У воинов Альянса и у ополченцев, как помнила азари, было принято самим обслуживать себя и Шепард не стал отступать от этого правила. Матриарх спокойно наблюдала, как старпом уложил подносы на стол для грязной посуды. Увидела, как лента транспортёра ожила, увлекая подносы в зев моечной машины. Хорошо, что здесь есть автоматика, хотя начнётся война – и, вполне вероятно, придётся многое часто делать вручную.              Выходя из столовой залы, Шепард поблагодарил дневального и попросил передать благодарность поварам и наряду по кухне. Дневальный откозырял офицеру и сказал, что обязательно всё передаст в точности.       Дежурные по КПП ополченцы откозыряли Шепарду, попрощались с Бенезией и капитан со своей спутницей заняли места в бронетранспортёре.       Зайдя ненадолго в водительскую кабину, Шепард отметил на планшете-курсопрокладчике два городка, посчитав, что на сегодня вполне этого хватит. Дорога туда займёт минимум час, возможно – два часа, там нужно будет пробыть по часу в каждом городке – уже четыре часа. Да ещё надо и вернуться на фрегат: Бенезия утомлена, хотя пытается тщательно скрыть усталость. Завтра предстоит заниматься участием в реформировании местных сил противокосмической обороны. Тоже хороший кусок работы. Хорошо, что Бенезия на челноке прилетит в расположение штабной части ополченческой дивизии. Вместе с Кайденом проведёт занятия – на это уйдёт три часа как минимум. Потом, возможно, захочет пройтись по территории части, пообщаться с ополченцами и их командирами. Пусть.       - Бена. – Шепард вышел из водительской кабины в салон. – Не надо… пристегнись. Пожалуйста. – Он присел рядом с азари. Помог ей застегнуть замки привязной системы, расправил ремни. – Вот так, – он пристегнулся сам, отметив, что бронетранспортёр покинул стоянку у ограды части и выехал на дорогу. – У нас есть как минимум полчаса или чуть больше. Посетим два подразделения дивизии и вернёмся на фрегат.       - Согласна, – тихо сказала матриарх, едва заметно улыбнувшись. – Вернёмся. Это будет лучше всего.       «Как приятны касания его рук, – подумала матриарх, поглядывая на экран забортной обстановки. – Жаль, что я не могу вот так просто коснуться его. Скафандр… Нет, он не мешает, но… Ладно, мне надо привыкать к тому, что Джон умеет и любит полностью отдаваться делу. А сейчас, перед войной – тем более. Конечно, нормандовцы не всесильны, но они и так уже успели немало сделать за прошедшие дни. Иденцы теперь хотя бы знают, с чего следует начать и как проводить подготовку к этой новой войне. Войне с совершенно неизвестным, сильным и безжалостным врагом. Пленных в этой войне – не будет. Разве что… Разве что на начальных этапах индоктринации. А там… там – небытие. Безвозвратное, – матриарх опустила взгляд на свои колени. – Такой войны не было пятьдесят тысяч лет. Более пятидесяти поколений азари. Страшная цифра даже для нас, представителей долгоживущей расы. А для короткоживущих… Это - ужасная цифра. Мне… Мне хочется быть рядом с Джоном, но придётся делить его с его работой, с его заботами, с его службой. Как же не хочется делить, как же хочется быть рядом с ним целыми сутками. Никуда не отпускать, обнимать, целовать. Да, мне хочется… мне хочется верить, что я смогу забеременеть. Я до сих пор продолжаю в это верить. И сейчас я знаю, что Джон… Он может подарить мне ребёнка. И я буду тогда предельно счастлива, ведь рядом со мной останется частичка Джона. Да, «Нормандия» уйдёт в длительный полёт. А начнётся война – фрегат и его экипаж и команда будут воевать, будут сражаться. Будут руководить и командовать. Далеко не всегда Джон сможет прилететь на Тессию, а я буду воспитывать нашу общую дочь. Ещё одну дочь, – матриарх невольно улыбнулась своим мыслям, ощутив, как Шепард заинтересованно и мягко взглянул на неё. – Джон заботится обо мне. И совсем не потому, что я старая и немощная азари. А потому… что любит. Любит, не требуя от меня ничего взамен. Любит так, что я буду довольна, спокойна и счастлива, даже если не забеременею от Джона. Мне будет вполне достаточно помнить, знать, понимать и чувствовать любовь Джона. Чтобы быть сильной, чтобы иметь силы ждать его, чтобы действовать. Я буду действовать, потому что… Потому что Джон подарил мне возможность вернуться. Я – вернулась. И я буду жить полной, предельно полной жизнью».       За размышлениями Бенезия и не заметила, как бронетранспортёр подрулил к воротам КПП одной из ополченческих частей. Шепард вышел первым, подал матриарху руку. Азари благодарно опёрлась о неё, ступая на плитки тротуарного покрытия.       Пройдя через КПП, они встретились со старшим офицером части – капитаном Бреттом Бондом.       - Капитан, сэр, – встречающий откозырял Шепарду, принял ответное воинское приветствие. – Командир дивизии распорядился, чтобы я сопровождал вас. Не скрою, я осведомлён обо всём. Прошу за мной.       В этот раз Бенезия постаралась держать свои биотические возможности в более жёстких рамках. Конечно, и в этой части тоже нашлось два десятка ополченцев-биотиков, некоторые из них, как убедилась матриарх, были вполне «на уровне». Это позволяло надеяться на то, что при боевом столкновении они доставят и Жнецам и их сообщникам массу неприятностей. Азари не пришлось никого швырять – разве что несильно отбросить, чтобы показать истинную силу биотического воздействия. Ополченцам нескольких отбрасываний, мастерски выполненных матриархом, вполне хватило чтобы понять: шутки кончились, началась настоящая боевая работа.       Час тренировки и для Бенезии, и для её учеников пролетел незаметно. Завершив занятие, матриарх сообщила, что основной цикл занятий она будет проводить завтра в расположении штабного городка дивизии. Ополченцы-биотики уже знали об этом. Уточнили, что им разрешили завтра с утра прибыть в расположение для участия в лекциях и тренировках.       Попрощавшись с участниками занятия, Бенезия вышла за пределы тренировочного поля.       Шепард, как она понимала, будет занят ещё как минимум в течение получаса. Обсуждение деталей плана подготовки Ополчения Идена к противостоянию с Жнецами и их приспешниками не могло быть быстрым и лёгким. Поэтому она решила пройтись по территории части, посмотреть, что здесь и как, и подумать. Конечно, полчаса – это немного. Но рядом с Шепардом каждая минута была способна растянуться на час. И это очень нравилось азари.       Шагая по дорожке, матриарх радовалась: Она может быть вместе с Джоном не только тогда, когда он на фрегате, когда он выполняет обязанности старпома... Или когда он отдыхает в своей каюте, но и тогда, когда он действует вне корабля. Выполняет задачи как высокоподготовленный офицер спецназа. Да, конечно, пройдёт несколько дней, фрегат прибудет на Цитадель, а затем... Очень скоро она увидится с дочерью. Вернётся с ней в Азарийское Пространство. Будет вести обычную жизнь пожилой азари, не имеющей никакого особого статуса. Будет жить вместе с Лиарой и Этитой и будет довольна тем, что выжила, что вернулась. Будет вспоминать всё, что случилось на Идене. И - будет помнить и любить Джона. Будет радоваться любой весточке с борта «Нормандии».              - Бена, ты утомлена. – Шепард, подошедший совершенно незаметно, остановился в шаге от матриарха. – Может…       - Джон, я в норме. И в этот раз я не перенапрягалась. Ополченцам занятие понравилось, – обернулась старшая Т'Сони. – Спасибо, но отменять занятие во второй воинской части нет необходимости.       Шепард внимательно взглянул в глаза спутницы. Бенезия не стала отводить взгляд. Ей были приятны забота и внимание Джона. Она сказала правду, не стала приукрашивать своё состояние. За эти полчаса раздумий она сумела расслабиться настолько, что усталость куда-то исчезла.       - Всё равно, Бена. Постарайся обойтись лекцией и тренерским показом. Пожалуйста.       - Если ты так хочешь, Джон – я так и сделаю, – с готовностью ответила матриарх. – Едем?       - Едем. Сорок минут – и мы на месте. – Шепард взял её за руку.       Они направились к КПП.       Бенезия успела подумать о том, что сейчас они вдвоём очень напоминают школьников. Шепард знал, что ей нужно изредка вот так касаться его, ощущать и чувствовать.              Время в пути пролетело незаметно.       Бенезия дремала в кресле, Шепард читал с экрана инструментрона новые, пришедшие с фрегата файлы.       - Если хочешь, Бена, я буду рядом во время тренировки, – сказал старпом, когда они миновали КПП и вошли на территорию части.       - Джон, – азари обернулась, мягко и нежно взглянула на спутника. – Спасибо, конечно, но давай… разделим сферы. Я подремала в бронетранспортёре и сейчас – в хорошей форме. Честно, Джон. Я не склонна приукрашивать и преувеличивать такое. Поскольку знаю, что ты всё равно поймёшь меня правильно. Я постараюсь обойтись, как ты и советовал, лекцией и тренерским показом.       - Буду рад, Бена, если ты так и сделаешь. – Шепард остановился на перекрёстке. – Не перенапрягайся, пожалуйста, Бен.       - Не буду, Джон, – азари поняла, что если Шепард почувствует малейшую слабость своей спутницы, он не оставит её одну на время тренировки. Да, потом он найдёт возможность пообщаться с офицерами и рядовыми ополченцами, но это будет потом. – Иди. Встретимся у КПП.              Глядя вслед уходившему Шепарду, Бенезия подумала о том, насколько Джон совершенен. Да, он необычен. Но его необычность не выходит на первый план. Он ровен в отношениях с офицерами и воинами ополченческих частей, он не стремится подчёркивать свой ранг подготовки.       Войдя в здание спорткомплекса, Бенезия прошла в зал, поприветствовала собравшихся там ополченцев-биотиков и начала свою лекцию-показ. Если уж она обещала Джону не перенапрягаться – она выполнит своё обещание. Всё равно основные занятия – завтра. А сегодня, через несколько десятков минут, она и Шепард смогут вернуться на фрегат. Там, конечно, у Джона будет старпомовский обход корабля и старпомовская вахта у Звёздной Карты. Но всё время до завтрашнего утра будет принадлежать ему и ей. Только ему и ей.       Завтра Джон займётся работой по реформированию местных сил противокосмической обороны. А матриарху предстоит на полдня, как минимум, остаться в расположении штабного городка ополченческой дивизии. Минимум на полдня она и Джон расстанутся: ему предстоит посетить уже не ополченческие, а кадровые воинские части, решить множество вопросов и проблем.       Да, рядом с ней будет Кайден Аленко, но… Ей очень хотелось, чтобы рядом был Джон.       Жаль, что не всегда можно получить то, что хочешь.       Неизвестно ещё, когда завтра Джон сможет освободиться – он ведь неуёмен в своём стремлении сделать работу как можно лучше. А значит, вряд ли он освободится в обед. Скорее всего, он будет свободен от первоочередных забот не раньше, чем после шести вечера. Интересно, захочет ли он вернуться на фрегат? Послезавтра, как знала матриарх, Шепард запланировал поучаствовать в восстановлении инфраструктуры, повреждённой атакой фрегата на Жнеца. Значит, он пообщается и поработает вместе с гражданскими специалистами. А ей снова придётся остаться в штабном городке: второй день занятий тоже важен - за один день невозможно ничему серьёзному научить. Снова Джон будет далеко от Бенезии.       Проведение лекции не отвлекало Бенезию от размышлений. Нормандовцы и иденцы правы – у неё огромный опыт, который сейчас позволяет ей многое делать, как часто говорят люди, «на полном автомате». Завершив получасовое теоретическое вступление, матриарх перешла к показу основных поз и упражнений, стараясь не особо не напрягаться – ведь она обещала беречь себя не кому-нибудь, а Джону. Ополченцам и этого уровня хватит, а завтра, на основных занятиях в штабном городке дивизии она даст себе волю. Потому что… Потому что отдохнёт очень хорошо, отоспится.              Побывав у командира части, Шепард прошёл в Координационный Центр, где уже собрались офицеры и сержанты со старшинами, подошёл к вирт-планшету. Несколько минут короткого вступления – и работа поглотила всё внимание старпома. Главное – поучаствовать, главное – помочь. Остальное иденские ополченцы сделают сами, поскольку никто кроме них не знает многих деталей, не видит и не понимает правильно многие взаимосвязи, без разумения которых любой приказ, отданный сверху, мёртв с момента подписания.       Ополченцы не хотели отпускать Бенезию. Уговорили пройти в столовую и поесть. Уточнив у дневального, что Шепард ещё не закончил свою работу в координационном центре, матриарх отправила на инструментрон капитана сообщение с подтверждением, что будет ждать его у КПП. Затем, в окружении ополченцев-биотиков, направилась в солдатскую столовую. Да, как гостья и матриарх, она вполне могла бы воспользоваться и офицерским залом – такой уж был у людей порядок. Но сейчас ей не хотелось дистанцироваться от тех, с кем она провела больше двух часов. Провела не в спорах, не в никчёмных разговорах, а в работе.       Старшая Т'Сони постаралась, чтобы её не воспринимали как умудрённую жизненным и профессиональным опытом пожилую азари – холодную, неприступную и замкнутую. На лекции-показе она шутила, смеялась, старалась говорить просто и чётко. И, кажется, людям это понравилось. Да, земляне, конечно, не природные биотики, но за три десятка лет они смогли освоить многие ступени мастерства. И сейчас не выглядели и не были новичками. Так что лекция-показ получилась содержательной, насыщенной и – неформальной. Это понравилось как её слушателям-участникам, так и старшей Т'Сони.       Выйдя из столовой, Бенезия направилась к КПП, вспоминая отдельные моменты прошедшей лекции-тренировки и представляя, как расскажет об этом Лиаре. Обязательно расскажет, будет много и долго говорить со своей дочерью. Потому что… Потому что постарается, не попытается, а именно постарается наверстать упущенное за пять десятков лет молчания, отчуждения, изоляции. Лиара, конечно, будет задавать очень много вопросов. Будет слушать очень внимательно. Бенезии очень хотелось верить, что именно так и будет. Тогда салон не будет просто местом для медитации и сна. Салон на борту фрегата-прототипа станет местом общения. Необходимого и важного общения.              Бронетранспортёр уже стоял у крыльца КПП, но Шепарда не было. Ополченцы-дневальные по КПП, сообщили, что капитан ещё не покидал пределов координационного центра – так им сказали в Дежурной части.       Джон неуёмен. Старается вложить в минимум времени максимум возможного и необходимого.       Водитель предложил матриарху разместиться в салоне, но Бенезия отказалась. Пояснила, что хочет пока подышать воздухом и походить.       Возвращаться на территорию части не хотелось. Хотелось, чтобы Джон поскорее вернулся. И тогда, добираясь до фрегата уже не полётом, а по земле Идена, они смогут несколько десятков минут провести наедине друг с другом.       Матриарх огляделась по сторонам, оценила размеры площадки перед воротами КПП. Решила, что будет нелишним походить по пешеходной дорожке. Сто пятьдесят метров туда, сто пятьдесят метров обратно. Походить и подумать, повспоминать, поразмышлять. Что поделаешь, преимущество возраста: проявлять повышенное внимание к своим мыслям и воспоминаниям.              Увидев выходящего из здания КПП Шепарда, Бенезия порадовалась тому, что успела подойти достаточно близко. Ей не придётся бежать к Джону от противоположного конца пешеходной дорожки. Несколько десятков метров матриарх преодолела как на крыльях.       Шепард улыбнулся, шагнул навстречу спутнице и Бенезия, не стесняясь никого и ничего, обняла его, чувствуя, как крепкие и нежные руки Джона обнимают её. Подкатил бронетранспортёр и Шепард помог Бенезии подняться в салон.       - На фрегат, – спокойно и коротко сказал Шепард. Водитель понимающе кивнул и прикрыл дверь в свою кабину, дав возможность матриарху и капитану остаться наедине.       Машина набрала скорость.       Шепард усадил Бенезию в кресло. Помог пристегнуться. Сел рядом, защёлкнул замки привязной системы. Старшая Т'Сони склонила голову на плечо Шепарда, чуть ослабив плечевые ремни. Хорошо, что с возрастом у азари отростки становятся не такими длинными и не такими чувствительными.       Тускло светившийся экран забортной обстановки совершенно не мешал – так, светлое пятно, не более того.       Шепард молчал. Бенезия догадывалась: он обдумывает то, как прошло общение с офицерами и сержантами части.       Рабочий день подходил к концу. «МАКО» с опознавательными знаками «Нормандии» на бортах уходил к фрегату по просёлочной дороге. Джон, как понимала азари, вспоминает эпизод за эпизодом, готовит, формулирует вопросы, на которые следует обратить внимание завтра, а, возможно, уже и сегодня, по прибытии на борт корабля.       Включив инструментрон, капитан начал набирать недлинные тексты сообщений и заметок.       Бенезия, уважая право спутника на конфиденциальность, задремала, наслаждаясь тишиной и покоем.       Очень скоро машина придёт к фрегату, а там Джону надо будет заняться старпомовским обходом и старпомовской вахтой. Ей же предстоит вернуться в салон.       Карин, конечно же, не замедлит появиться и сделать «втык» за чрезмерную активность и недопустимую нагрузку.       Пусть. Карин – заботится. Её забота не выглядит натужной и потому – неестественной.       В салоне можно будет покушать и даже поспать – всё равно раньше, чем через три-четыре часа Шепард не освободится. У старпома на борту корабля всегда много забот.       Зато потом, когда Шепард сменится с вахты у Звёздной Карты, азари сможет увидеться с ним, может быть – даже в его каюте.       Наверное, он возьмёт гитару, сыграет несколько мелодий, а может быть – даже споёт.       Он умеет хорошо петь, хотя старается делать это редко, строго под настроение. А вот играет – часто. Наверное, музыка помогает ему расслабиться и отдохнуть.              За несколько минут до въезда на территорию стоянки корабля матриарх очнулась от дремоты. Взглянула на экран дисплея забортной обстановки. Пандус ангара был закрыт, что означало – бронетранспортёр останется рядом с фрегатом, его не будут поднимать на борт корабля.       - Бена, – тихо позвал Шепард. Азари расстегнула замки привязной системы.       - Я сама, Джон. Спасибо, что разбудил, – она встала, опёршись о протянутую Шепардом руку. – Немного подремала.       - Я, знаешь, тоже подремал. Спасибо тебе, – улыбнулся Шепард, открывая боковую дверь. Выйдя на плиты площадки, он протянул руку. Матриарх с радостью опёрлась о неё, покидая уютное нутро бронированной машины. – Идём.       - Идём, Джон.              Оказавшись в шлюзе, Шепард коснулся глаз спутницы извиняющимся взглядом.       - Прости, Бен. Время старпомовского обхода. А потом – старпомовская вахта, – сказал капитан, наблюдая, как открывается внутренний люк шлюза. – Доклад Андерсону я отправил, командир разрешил сразу приступить к обходу. Я тебя провожу.       - Хорошо, Джон. Разрешишь потом, после вахты придти к тебе?       - Буду рад, Бена. Приходи. – Шепард перешагнул через порог шлюза и через несколько минут остановился перед дверью обиталища азари. – Отдохни и поешь поплотнее, прошу.       - Обязательно, Джон, – матриарх обняла Шепарда, помедлила, разомкнула объятия и перешагнула порог салона. – Успехов тебе.       - Спасибо. – Шепард повернулся и пошёл по коридору, направляясь к БИЦ. Сегодняшний обход он решил начать оттуда.