Сверкающие глаза

       «Нормандия» ушла от Иден-Прайма. Явик подумал об этом, запирая за собой дверь каюты и включая на «коридорной» стороне ярко-красный сигнал ВИ замка. Темнота, царившая вокруг, не напрягала – протеанин прошёл к саркофагу, открыл крышку и стал доставать из пазов укладки с кристаллами. Один за другим оживали настенные экраны, показывая карты, схемы, таблицы. В графиках и диаграммах пока необходимости не было.       Иден-Прайм… Явик и не мечтал вырваться когда-нибудь с этой планеты. Он воевал на ней. Держал позицию, атаковал, уничтожал и ослаблял врагов. Как теперь осознавал особенно чётко, уже тогда понимал: эта планета станет последней точкой на его не слишком богатой «звёздной карте», своеобразном дополнении к «послужному списку», как выразились бы земляне.       Отступая к Цитадели подземной базы, многим протеанам так и не удалось найти свои саркофаги. Да, возможно, для нынешних разумных органиков это звучит примерно так же жёстко и неприятно, как, например «свой гроб» или «своя могила». Но… для чистокровных протеан это было обычно и не вызывало никаких – ни положительных, ни отрицательных - эмоций. Хочешь быть на вершине власти – познавай мир и его глубины в возможной полноте и детальности. Тем более что большинство разумных органиков не любят напрягаться. Потому те, кто хочет и любит и может напрягаться – всегда будут как минимум – в выигрыше, а как максимум – они будут практически постоянно на вершине могущества и влияния.       Впрочем… Технологии протеан позволяли обходиться малым. Потому не было большой и значительной разницы в том, в чей саркофаг пришлось лечь… У людей есть интересное выражение «в гробу карманов нет». Если считать саркофаг гробом, то… Это выражение не работает. В саркофаге – любом – было предостаточно карманов. Своеобразная спасательная и эвакуационная капсула. Не в миниатюре – в натуральную, так сказать, величину. И комплект был там стандартный, не на все случаи жизни, но для минимума – вполне достаточный. Основа-то – всё равно в личности отдельного протеанина. А все эти «гаджеты» - костыли и прочие подпорки. Не много стоит раса, становящаяся бессильной вне «скорлупы» своей технической и технологической мощи.       Способность протеанина Явика обходиться без «обвесов» скафандра многочисленными приборами и оборудованием стала одним из оснований для страха, испытываемого поначалу почти всеми – за небольшим исключением – нормандовцами, а затем – очень многими иденцами. Что и уточнять – и земляне, и их соседи-инопланетяне иногда – а бывало – и достаточно часто – просто не умели помыслить себя вне этой «скорлупы» из «гаджетов». Считали, что чем толще и разнообразнее детальки «скорлупы», тем лучше. И очень боялись заглянуть себе самим в душу, в сердце, в разум, в саму суть. Не знали они себя. Не знали. А вот Жнецы – знали. И потому умели раз за разом успешно укладывать в пасту десятки цивилизаций разумных органиков. В лучшем случае, наверное, эти разумные органики могли бы сотню-другую-третью лет посопротивляться, но финал… Он был один и тот же. Гибель всех разумных органиков, в очередной раз – тот самый Цикл – населявших галактику.       Дело даже не в том, кого среди них следует считать высокоорганизованными, кого – среднеорганизованными, а кого малоорганизованными или с той же градацией – развитыми. Дело, в том числе, и в скорости осуществления необходимых внутренних и внешних изменений. А скорость была… мягко говоря, как всё чаще убеждался Явик, крайне недостаточной. И протеане, его погибшие и выжившие соотечественники, и соплеменники, здесь не могли бы сыграть роль стопроцентного примера – «вот так надо развиваться и так надо совершенствоваться». Протеане слишком рано начали отступать. Да, огрызаться, сопротивляться, но – отступать.       Перебирая содержимое «карманов» саркофага, Явик откладывал на пол каюты «пеналы» и укладки с кристаллами. Не хотелось, очень не хотелось включать сразу вот так, во «взрывном» режиме многие части «технологической и технической оснастки», но… «Четвёрка» на Идене – дети, их нельзя нагружать свыше определённого предела, они должны чувствовать и видеть помощь, поддержку. Да и выпускать с Идена после снятия информационной блокады корабли, на которых, скорее всего, уйдут к другим населённым мирам многие протеанские артефакты – нельзя.       Кое-что для усиления защиты от хищений удалось сделать и до отлёта, и во время отлёта, и сразу после отлёта с планеты. Но, ясно же, что многие разумные органики – как обыватели, так и приближённые к властным вершинам, рассматривают экипаж фрегата-прототипа «Нормандия» как смутьянов. И потому очень заинтересованы, чтобы ни фрегат, ни члены его экипажа никогда в самое ближайшее время не возвращались на Иден. Потому сейчас многие из пребывающих на Идене «заинтересованных в болотном спокойствии лиц» испытывают даже некоторое облегчение. Прототип идёт к Цитадели, пусть с ним тамошние обитатели разбираются.       Настало время усилить давление, усилить контроль, усилить управляемость ситуации. Для этого надо подключить расовые личностные и расовые технологические возможности. Развернуть их применение оптимально, тем более что на Цитадели их придётся задействовать в ещё большей степени.              Явик выпрямился, закрыл крышку саркофага, сел на капсулу, наклонился, стал сортировать укладки, лежащие на полу. Что-то придётся задействовать в самое ближайшее время, а что-то надо будет отложить до того момента, когда фрегат-прототип приблизится к Цитадели едва ли не вплотную. Хотя, учитывая туман вокруг станции… Этот момент очень трудно определить однозначно. Да и не нужно, наверное.       Хорошо, что служба РЭБ согласилась с тем, чтобы протянуть в каюту, занимаемую протеанином, дополнительные кабели связи. Сотрудники службы уже привыкли к тому, что протеанин часто получает и отправляет глубокозашифрованные послания. Пришлось, конечно, пояснить Ингвару и его коллегам, что там – и тексты, и снимки, и таблицы. Нельзя бросать детей на амбразуру, нельзя. Да и самому протеанину надо держать планету под контролем и влиянием – ослаблять «колпак» - недопустимая роскошь.       Дети… Для кого-то они ещё – несмышлёныши, а для кого-то – вполне взрослые люди. Если уж многие взрослые в ряде моментов неотличимы от детей по своему поведению, то… Условности, условности. А куда деваться от условностей, если у большинства разумных органиков об окружающем мире представлений устойчивых – слишком мало. Учёные – они тоже безответственными бывают очень часто. Как говорят земляне, «прокукарекал, а там хоть и не рассветай». Вот и «кукарекают», а потом ищут гуманизма и мягкости у быстро «нарисовавшихся» вокруг судей и прочих оппонентов. Нет, сейчас выпускать Иден из-под своего влияния нельзя. Надо выдержать линию.       Джессика, Мигель, Луис, Ванесса, их родители и приятели с друзьями… С кого-то же надо начинать санацию Идена? Вот с них и пришлось начать. Редко, конечно, «четвёрка» имеет возможность прислать многостраничные доклады. Чаще – короткие сообщения-рапорты. Это - нормально. У протеанина есть и другие возможности – всё же Иден – не только что открытая планета, на ней и правоохранительные структуры есть, опирающиеся, в том числе и на писаные законы. Этот инструмент обычно, как помнил и понимал Явик, используется далеко не в полной мере. Лень человеческая никуда не делась. Передали планету цитадельские сидельцы землянам, а те и не стали напрягаться. Может, и правильно, что не стали, всё же напряжение – физическое, интеллектуальное, психическое - сокращает срок жизни разумного органика. А это не каждому понравится – и в качестве перспективы и в качестве реальности.       Да, может быть, не сразу удастся «раскачать» правоохранителей, но… Расовые технологии воздействия тоже можно применить. А от них на всём Идене укрыться будет нельзя. Проверено.       Так что… Выявление, сопровождение, накопление компрометирующих данных, паковка этих данных в удобоваримые для наиболее тупых и ленивых правоохранителей «пакеты», отправка, обеспечение «проникающего воздействия». Есть законы, есть местные постановления, есть даже процедуры, кое-как прописанные. Пока там провернётся машина бюрократическая в сторону даже не совершенствования – отмены этих «механизмов» - можно сделать многое для укрепления давления «снизу». «Четвёрка» окрепнет, наберёт силу, сможет «накрыть» Иден. Сейчас это необходимо для того, чтобы остальные иденцы поняли: за них, без них и для них никто не будет особо напрягаться. Не просто поняли – осознали и свыклись с необходимостью… Да, да, напрягаться, преодолевать, превозмогать. Удобная журналистская формулировка: гражданская ответственность, гражданская активность. Но силу этой активности и ответственности, полную силу вряд ли кто из иденцев хотя бы в минимальной степени ощущал. Не любят люди – и не только люди – напрягаться и превозмогать. А теперь – придётся. Теперь надо будет свыкнуться с такой необходимостью. Потому что надо будет выжить и выстоять под первым, самым мощным, сильным, а главное – неожиданным, внезапным ударом Жнецов. Слово «удар» многие журналисты теперь в своих писаниях оформляют с заглавной, прописной буквы. Подчёркивают важный смысл этого слова.       Сообщения от «четвёрки» приходят более-менее регулярно. Да, написаны они простым языком, без излишнего канцелярита. Эмоции с чувствами тоже присутствуют, всё же авторы этих сообщений – дети, ну, в очень лучшем случае – подростки. Всё условно в этих «делениях». Можно по этим сообщениям отслеживать, как работают взрослые, основные системы, обеспечивающие пресечение вывоза и иного незаконного использования протеанских артефактов. «Полный колпак» должен быть действительно полным, потому что именно Иден стал кузницей кадров Сопротивления, планетой, население которой – так уж повернулась ситуация – столкнулось с реальностью Жнецов как уничтожающей всю разумную органику силой. Встряска получилась сильная, но она и должна быть такой. Теперь иденцам – не всем, так многим – надо будет преодолеть себя в очень многом… Чтобы не стать гарантированными жертвами первого удара Жнецов. Ошеломляющего, лишающего воли к сопротивлению.       Протеане… не хотят, чтобы иденцы – и не только они – погибли в огне Столкновения со Жнецами. Потому… надо сделать всё, чтобы помочь нынешним расам разумных органиков выстоять. Если люди – молодая раса, им придётся действовать предельно нестандартно. У землян – немало задатков – своих собственных, эволюционных, а не сформированных протеанами. Эти задатки надо будет использовать, чтобы образовать из конгломерата рас оружие возмездия, способное уничтожить, именно уничтожить Жнецов, прервать череду Циклов, прервать череду Жатв.       Далеко не всегда, во всяком случае – не часто эволюция даёт возможность объединить усилия Старших и Молодых рас. Потому это объединение, его потенциал, его энергию надо использовать в максимальной степени. О том, что протеанин – один-единственный – выжил, теперь известно многим разумным насельникам нынешней Галактики. Часть из них хорошо понимает, что выживший должен будет рано или поздно воспользоваться своими расовыми возможностями и способностями – когда частично, а когда и в полной мере. Да, он может восприниматься как чужеродный элемент, но это нормально – далеко не всегда вокруг разумного органика только друзья, коллеги, товарищи, приятели, родственники. Потому ясно, что использовать свой расовый потенциал протеанину придётся в той или иной степени почти постоянно.       Мастерство Старшей расы состоит в том, чтобы, прежде всего, использовать потенциал ныне живущих и ныне существующих рас – те части этого потенциала, которые по тем или иным причинам не используются в обычных, не кризисных условиях реальной, вполне обычной жизни. И только если этого полно, чётко и направленно-эффективно использованного потенциала окажется недостаточно – добавить к нему потенциал возможностей и способностей представителя Старшей Расы. Да, одного единственного, оставшегося «на свету», но… Как говорят земляне – и не только они – действовать надо, опираясь не только на число, но и на умение. Прежде всего – на умение.       Надо многое теперь делать по-другому, по-новому. Рассчитывать на то, что разумные органики, вступившие в пору так называемого «среднего возраста», не говоря уже о тех, кто укрепляется или уже укрепился в рамках «старшего возраста» будут способны к быстрым, эффективным и реальным изменениям, по меньшей мере - наивно, а по большей – глупо. Потому ставку надо делать на молодёжь, хотя… Старшие поколения всегда склонны считать малышей несмышлёнышами и глупцами – так удобнее, комфортнее, спокойнее. Кому? Да именно старшим поколениям – и те, что среднего возраста, и тем, что старшего возраста. Молодёжь - быстра, остра, мобильна, способна к глобальным и локальным изменениям, к быстрым эффективным контактам, не отягощённым множеством протоколов-реверансов. Потому придётся опираться на «четвёрку» и помогать ей в приоритетном порядке, что, собственно, реально и регулярно делается.              Отвлёкшись от сортировки-перебирания разложенных на полу каюты укладок и пеналов, Явик включил свой наручный инструментрон. От ярлыков сообщений немного зарябило в глазах – всё же он на несколько оказавшихся слишком долгими минут прервался, ушёл со связи. И теперь надо было побыстрее «разгрести завалы», отсортировать, отреагировать. Просматривая записи в информационных «баллонах», протеанин сортировал ярлыки – какие-то продвигал вперёд, в начало, какие-то – в конец. Эта работа отняла ещё несколько минут. Пока эта задержка не критична, но… Уже сейчас ясно, что пора сокращать продолжительность таких пауз. Для него это – возможно и привычно, а для «четвёрки» и её сподвижников? Не для всех, не везде и не всегда. К огромному сожалению.       Да, Джессике, Ванессе, Луису и Мигелю теперь придётся напрягаться не по-детски. Впрочем… Если вспомнить, что когда-то, по космическим-то меркам – совсем недавно – продолжительность жизни землян составляла каких-то тридцать лет, то… тогда напрягаться приходилось и детям, так как начинать напрягаться следовало приучаться слишком рано.       По нынешним-то оценкам жизнь раньше была менее интенсивной, что, впрочем, тоже справедливо подмечено, но ведь воевали и тогда. Пусть между собой, но война – это скорость, быстрота, натиск, эффективность. Так что медлить тоже не приходилось. Как-то ведь справлялись, не доживавшие и до личного полувекового юбилея земляне долгие века? Пусть и не знали ничего о пятнадцати расах других разумных органиков, не знали, что Земля – это планета, обращающаяся вокруг Солнца… Хотя… Зачем тогдашним землянам по большей части – обычным неграмотным людям все эти «деталюшки» знать-то. Не за чем.       Детям всегда доставалось. И хорошего, и плохого. Полной мерой. Взрослые в угоду своей идентичности и своему душевному спокойствию не всегда признавали, что дети страдали тоже. Отсутствие единства, отсутствие согласованности. За это протеане заплатили двумя тысячами лет постепенного, но неуклонного отступления перед флотами Жнецов и их пособников, а иннусанонцы… Вполне возможно, они заплатили ещё более быстрым переходом из категории «вполне живые» в категорию «безусловно мёртвые». Нет, если вопрос стоит не только о сопротивлении, но и о разгроме Жнецов, то… Надо преодолевать и отсутствие единства и отсутствие согласованности быстро и качественно.       Прочитывая содержимое файлов, раскрываемых в отдельных «окнах» после выбора конкретных ярлыков, Явик обдумывал новую информацию, сортировал её, анализировал, связывал с уже известными «детальками», планировал пути и пункты дальнейшего изучения и реагирования, составлял на отдельном экране тексты сообщений, которые предстояло отослать в ближайшее время.       Обычная работа, столь привычная для офицера высокого ранга, почти «штабисту». Протеане никогда не были чистыми «штабистами», они предпочитали воевать «в поле» чаще, чем находиться позади войск, в уютных городках штабных подразделений. Наверное, в том числе и поэтому им удалось избежать опасности панического отступления перед «катком» Жнецовских флотов. Паникёры? Да, были. Отрицать это – глупо. Протеане – не однородны. И теперь…. Предстояло помочь выстоять другим расам.       Какие-то из подготавливаемых к отсылке файлов будут важны для «четвёрки», какие-то – для их сторонников и сподвижников, а какие-то уйдут прямо во «взрослые» части иденского общества. Слежение, контроль, управление. Всё это надо делать в комплексе и тогда удастся сохранить на Идене всю совокупность протеанского наследия, тогда можно будет обеспечить сохранность этого наследия, дать возможность местным жителям – не только землянам, кстати – изучить это наследие и легально и быстро и профессионально.       Да, понапрягаться иденцам придётся. Но тогда, когда ты оказываешься перед перспективой окончания своего существования… Тогда в разумном органике может проснуться не только воля, но и тяга к жизни. То, что, возможно, в слабой степени отражено в известной человеческой поговорке «перед смертью – не надышишься».       Есть файлы, важные для штабной работы «четвёрки». Есть файлы, важные для конкретного члена «четвёрки». Есть файлы, важные для «ближнего кольца» сподвижников и сторонников. Есть файлы, важные для родителей членов «четвёрки» и их ближайших родственников и знакомых. Дифференциация служит единению. Парадокс? Для протеан – это рабочая технология, а для многих землян и их инопланетных соседей – вполне может сойти за парадокс. Всё равно придётся реагировать быстро и эффективно.       Благодаря задействованию своих расовых технологий, Явик выходил за рамки, диктуемые иден-праймовскими письменными законами и чиновничьими установлениями и процедурами, вскрывал пробелы и недостатки в правилах и нормах, указывал пути обхода вредоносных процедур и сценариев. Да, многие из этих процедур были заметны и понятны многим иденцам, но… Сейчас важна скорость и полнота использования этих недостатков в целях подготовки Идена и его населения к Удару Жнецов.       Сортировка иден-праймовских протеанских артефактов продолжалась. Явик выполнял свою угрозу установления тотального контроля над протеанским наследием, наполнял её реальным смыслом и содержанием, задействуя правоохранительные структуры, влияя дистанционно множеством доступных ему средств и добиваясь реального положительного результата. Приходилось подталкивать, обеспечивать, стимулировать, настаивать и заставлять. Конкуренцию за артефакты древней расы ни в теневом, ни в легальном секторах оборота никто не может отрицать. Всегда существует возможность реализации сценария силового перераспределения. Важно сделать всё, чтобы в результате задействования такого сценария не пострадали сами артефакты. Можно сколько угодно вопить, негодуя, что «люди гибнут за металл», но… Не будь стимула – наличия протеанских артефактов на Идене – многие иденцы и другие земляне не стали бы чрезмерно активничать. А если уж они ввязались в оборот протеанских артефактов, то должны понимать: с появлением выжившего протеанина их права на обладание, распоряжение, владение и изучение этих артефактов – изменены слишком реально и чётко.       Да, внешняя сила. А как иначе? Надо ведь контролировать, ограничивать и карать не только «теневиков», но и вполне легальных исследователей, тех же академических учёных, к примеру. Тех же археологов. Потому что далеко не все тайны артефактов должны быть поняты, далеко не все особенности артефактов должны быть раскрыты и осмыслены вот прямо сейчас, даже если это - вполне легально. Потому что есть разница в пятьдесят тысяч лет. Да, календарная, но влекущая за собой с необходимостью и неотвратимостью разницу в готовности к пониманию и овладению. Люди говорят: «всему своё время». Даже сейчас, когда, казалось бы, любой протеанский артефакт может способствовать укреплению защиты от флотов Жнецов и их пособников, готовых вот-вот вторгнуться в пределы Галактики, нельзя показывать нынешним разумным органикам всю силу и мощь, скрытую в протеанских артефактах. Понимание и готовность к ответственному, продуманному использованию. Именно так. Только так и никак иначе.       Да, не будь выжившего протеанина Явика, всё было бы так… как было. Что-то поняли, что-то познали, что-то как-то активировали, вызвав определённые последствия. Но теперь… теперь надо сохранить следы материальной культуры протеан. Стремление сделать всё для того, чтобы протеане не исчезли, как понимал теперь Явик, не позволило ему самому окончательно впасть в отчаяние, когда он не знал ещё, что кроме него выжила почти сотня соплеменников. Хотя… Может быть, это была и часть реализации стремления «убежать от войны». От очередной войны со старым врагом в новых, существенно изменившихся условиях. Да, он хорошо помнил о том, как увидел Жнеца-наблюдателя, как напрягся. Понимал, что это напряжение отметил Шепард, да и не только он. Старый враг – вернулся. И теперь судьба распорядилась так, что и Явику и выжившим протеанам придётся столкнуться снова со Жнецами и их новыми, рекрутированными уже из нынешних разумных органиков, пособниками. Всё это, конечно, напрягало, лишало покоя и стабильности. На этом фоне забота об иденской совокупности протеанских артефактов выглядела… Как некая игра, приличествующая разве что подростку, только-только пробующему войти в реальную строгую и горькую взрослую жизнь. Игра, недостойная взрослого, сложившегося телесно и личностно элитного офицера-спецназовца.       Явик не считал, что он играет. Потому что всегда помнил о том, что родные, материнские планеты протеан были распылены Жнецами. На их месте теперь – облака космической пыли, так и не рассеявшиеся за пятьдесят тысяч лет. У протеан – живое и богатое воображение, но представлять себе такую картину… очень больно. И если ему суждено было проснуться на Идене – планете, входящей в своеобразный «золотой фонд» населённых миров Протеанской империи, то надо было начать с сохранения протеанского наследия на ней, что Явик и сделал так, как смог. Не одномоментно, сумев заставить себя продолжить своё деятельное участие в процессе сохранения протеанских артефактов и после ухода «Нормандии» с Иден-Прайма.       Теперь, когда рядом – пусть и немногочисленные, но выжившие протеане, соплеменники, такая работа ещё более важна. У протеан к моменту их возвращения в открытый мир, в сообщество разумных органиков после противостояния со Жнецами должна быть не только своя новая материнская планета, но и своё представление о Галактике, накрепко, намертво связанное с протеанским наследием – материальным и духовным. Цепочка не должна прерываться – протеане живут долго, несколько тысяч лет для каждого протеанина – далеко не предел.       Иден-Прайм стал начальной точкой, точкой отсчёта для этой огромной и сложной работы, но она… позволяла отвлечься и очень глубоко переключиться, уйти от мыслей о прошлой и грядущей войнах. У протеан должны быть свои точки соприкосновения с нынешней галактикой и её обитателями. Протеанское материальное наследие – важная часть совокупности этих точек соприкосновения.       Далеко не сразу после победы над Жнецами протеане выйдут из тени. Явик это понимает очень остро и полно. Пройдут, возможно, десятки лет, если считать с даты, признанной как дата официального окончания противостояния со Жнецами, победного для обитателей Галактики противостояния, прежде чем протеане проявятся в Галактике открыто. И всё это время протеанское наследие должно быть защищено от исчезновения.       Конечно, если война будет затягиваться на десятилетия и на столетия, протеанам придётся проявиться намного раньше. Повысив своим прямым вмешательством шансы нынешних разумных органиков на победу в противостоянии. Но и тогда будет важно доказать своё право стать частью нынешней совокупности рас разумных органиков раскрытием части смыслов протеанских артефактов.       Приходится планировать, просчитывать варианты, сценарии, приходится выдвигать и отбрасывать гипотезы. Надо понять и принять как факт, что Жнецы каждый раз внимательно и детально изучают, наблюдают, собирают информацию, готовятся нестандартно, индивидуально к очередному витку противостояния с разумными органиками, к очередной Жатве. Для них Жатва – любая – не рутинная процедура, а действительно противостояние. «Раз на раз не приходится» - говорят многие земляне и Явик склонен согласиться со смыслом этого высказывания. Действительно, каждая Жатва уникальна, ведь оппонентом у Жнецов каждый раз выступает новая совокупность цивилизаций разумных органиков. Возможно, что редко когда Жнецам, как цивилизации полумашин, противостояла единая цивилизация органиков. Возможно, что далеко не всегда все цивилизации разумных органиков в одинаковой степени противостояли «креветкам».       Возможно. От обилия и разнообразия таких возможностей могла пойти кругом голова, но… Надо было сохранять спокойствие, надо было находить решения множества проблем и вопросов. Потому… Разные сообщения приходилось получать Явику с Иден-Прайма. И сухие деловые документы, оформленные по всем правилам канцелярско-бюрократического искусства, и чрезмерно эмоциональные и чувственные сообщения и обращения, и информацию, упакованную в формы, находящиеся где-то между этими двумя «пределами-крайностями».       Явик работал. Действовал. Влиял. Реагировал. И находил в этом странное удовлетворение. Для него война уже началась. Для чинуш-иденцев – она ещё даже и не планировалась. Многие жители Идена тоже совершенно искренне считали, что вокруг – мир и ни о какой войне нет необходимости даже на секунду задуматься. Вряд ли это благостное отношение – следствие привычки. Тут сложнее.       В большинстве случаев во множестве учебников и даже умных книг древняя история излагается предельно сжато, коротко, нечётко, даже мифологично. Да, редко кто из авторов и составителей ударяется в крайность излишней сказочности, но… Так уж устроена психика разумных органиков, что сориентирована, прежде всего, на обеспечение интересов существования-жизни в настоящем времени, а не в прошлом. И тем более – не в будущем. «Жить в отсеке сегодняшнего дня» для многих разумных органиков – безотносительно к расовой принадлежности – и спокойнее, и привычнее, и комфортнее. Даже ограничившись одним днём, а то и одним часом далеко не каждый разумный органик способен действовать, мыслить, воспринимать окружающую действительно «на полную» используя свои возможности и способности. А тут… Тут явная близость к «Грани», дыхание которой уже чётко и вполне явственно ощущают слишком многие разумные органики.       Стремясь сохранить стабильность – хоть реальную, хоть умозрительную – чиновники пытаются что-то сделать, но инерция их мышления усугубляется инерционностью деятельности и неспособностью к мгновенным воздействиям не вполне реальную ситуацию во всей её сложности. Да, вроде бы ограничиваясь только защитой от неправомерного и вредоносного использования протеанского наследия, Явик не мог не интересоваться всеми сопутствующими проблемами и вопросами. Армия могла быть самодостаточным организмом только в одном случае – если она выставляла надёжную, эффективную защиту против недостатков, свойственных гражданскому, штатскому обществу. Тогда она могла быть, а не казаться профессиональной, требующей от разумного органика всей жизни – от юности до старости включительно.       Можно было переловить всех курьеров, можно было их допросить, вскрыв схемы и наказав помощников и пособников. Но это – только часть решения проблемы. Какие-то артефакты Явику приходилось распылять, а затем – снова собирать воедино уже вне зоны любой мыслимой доступности для очень многих иден-праймовцев. Какие-то артефакты приходилось насильно, используя расовые технологии и возможности, изымать из рук перевозчиков и недобросовестных владельцев и посредников с тем, чтобы передать их под ответственное хранение энтузиастам и подлинным знатокам. Какие-то – побудить исследовать в самое ближайшее время, подсказав учёным средства, способы и методы получения необходимой информации – не секрет, что очень многие дипломированные умники-разумники страдали «слепотой невосприимчивости» в ошеломительных по меркам выжившего протеанина, масштабах.       Хорошо, что теперь нет необходимости выходить за пределы фрегата, можно ограничиться дистанционным воздействием. Да, для кого-то из нынешних разумных органиков такое воздействие будет слишком необычным и непривычным, но… Явик выполняет свою часть договора, в основном занимается защитой протеанского наследия. Многим обитателям Идена понятно, что это наследие столь многогранно и сложно, что не может не затрагивать многие стороны нынешней обычной рутинной жизни. И потому более-менее спокойно иденцы относятся к тому, что влияние единственного выжившего протеанина простирается далеко за пределы интереса к протеанским артефактам и их безопасности.       Важно не впасть в другую крайность – не начать подменять собой «четвёрку» и её сподвижников. Пусть они сами действуют, достигают успехов, ошибаются, исправляют недостатки, контролируют, анализируют, влияют, взаимодействуют. Это теперь в очень значительной степени и надолго – их мир, их Галактика. Они - очень разные. Протеане стремились, пусть медленно, но неуклонно, к единству, но, может быть, разность, неодинаковость тоже содержат в себе уникальные и действенные ключи к победе над Жнецами. Именно к победе, а не только к успеху в сопротивлении Первому Удару. Для протеан Первым Ударом стала активация Цитадели, приведшая имперскую расу к тотальному обезглавливанию. Каким будет Первый Удар для нынешних обитателей галактики – можно только предполагать. Ясно, что он уже не будет одномоментным – Жнецы вполне в состоянии измыслить и реализовать какой-нибудь новый сценарий. Скорее всего, Первый Удар будет комбинированным – и моментальным и «ползучим». К нему надо тоже подготовиться.       Отвечая на запросы, Явик влезал в детали, просматривал файлы с дополнительной информацией, прибывшие из самых разных баз данных, обдумывал взаимосвязи, использовал привычные для нынешних разумных органиков процедуры, механизмы и структуры, ограничивая себя в свободе обращения к расовым протеанским возможностям и способностям. Пусть нынешние расы раскрывают свой собственный потенциал. Протеане, даже выжившие, не могут обеспечить всех нынешних насельников галактики беспроблемным существованием. Как не смогут и воевать со Жнецами в одиночку.       Постепенно росло количество файлов в папке «Отправить». Уменьшалось количество файлов в папке «Входящие». Несколько файлов отправилось в папку «Отложенные». Надо подумать подольше, посмотреть повнимательнее, поднять дополнительные данные. Протеанские артефакты не должны сразу обрушиться на иден-праймовцев, они должны войти в их бытие постепенно, как вошли протеанские башни. Явик знал, что работа только-только начата, что она продолжается, понимал, что она должна быть продолжена, в том числе и потому, что впереди – пребывание нормандовцев на Цитадели. Уже сейчас он понимал, пусть и не полностью, насколько сложным оно будет для него. Понимал и готовился к тому, чтобы продолжать свою работу для иденцев даже там, где ему будет очень горько и очень тяжело – на Цитадели, ставшей мгновенной могилой для цвета Протеанской империи, местом гибели попавшей под индоктринационное воздействие его возлюбленной - азари. Эту тяжесть придётся перенести, эту горечь – стерпеть. Потому что впереди – длительный, сложный и очень трудный полёт по Галактике.       Саркофаг был снова открыт. Его карманы заполнялись укладками и пеналами. Кристаллы теснились рядами в гнёздах держателей. Светились, переливаясь приятной для протеанских глаз сложноцветной радугой, настенные экраны и экраны расового и офицерского инструментронов. Явик переходил от стены к стене, взглядывал на пластины мониторов, касался когтями сенсоров виртуальных клавиатур, изредка отмечая стремительность смены цифр на табло каютных часов.       Как всегда, когда идёт напряжённая работа, время течёт очень быстро. Нельзя терять темп, нельзя терять полноту вовлечённости. Главное – он выжил, вернулся в этот мир, сможет снова вступить в борьбу со старым врагом, которого, вполне возможно, на этот раз сможет одолеть, победить, отправить в небытие.       Да, теперь протеанские артефакты на Идене – под усиленным контролем, теневые дельцы потеряли значительную часть свободы владения и распоряжения, а также перераспределения протеанского наследия. Именно наследия, которое должно стать важным, значительным и ценным не только для протеан, но и для нынешних рас разумных органиков. Постепенно и, хочется верить, что неуклонно, иденцы просыпаются от спячки, повышают интенсивность и полноту своей индивидуальной и коллективной жизни. Да, Жнецы могут не воспринять эти импульсы как угрозу, но… То, что имеет своё начало, имеет и свой конец. Слишком долго и слишком постоянно «креветки» побеждали в битвах с расами и цивилизациями разумных органиков. Наверное, стоит напрячься для того, чтобы победить Жнецов и – продолжить жить в огромной, многоликой и сложной галактике. Дать возможность вернуться и расцвести наследию ушедших в небытие носителей разума.              Лёгкое касание когтя клавиши на виртуальной клавиатуры – и в окне почтового клиента пошли «столбики», обозначающие ход процесса шифровки отправляемых файлов. Адресатов – много, надо преодолеть «эффект паузы», показать, что контроль и слежение – не ослаблены, что никакой свободы в обращении с протеанским наследием ни для кого из разумных органиков больше не будет.       Глядя на растущие «столбики», Явик думал о том, что сегодня ему удалось избежать многих проблем. Если бы он промедлил ещё несколько часов – пришлось бы применять многие расовые возможности и технологии. Нельзя ими пользоваться часто и массово – время для таких «всплесков» ещё придёт, когда развернётся во всю силу противостояние со Жнецами и их пособниками. А пока – надо готовиться. Надо формировать фундамент и каркас системы, способной сломать хребет этой расе «уничтожителей». Они – не идеальны, они – реальны, а значит – смертны. И на этот раз их необходимо умертвить.       Снова начали расти столбики, обозначающие приход новых сообщений. Автоматика расового инструментрона включила в работу обычные программы текущего анализа и сортировки. Какие-то пришедшие файлы сразу раскрывались на настенных и инструментронных экранах в отдельных окнах – они были важны. И на них требовалось отреагировать немедленно. Какие-то - вполне могли подождать несколько часов. А какие-то содержали в себе информацию в значительной степени перспективного характера – с ознакомлением с их содержимым можно было подождать даже несколько суток.       Нельзя позволять себе замуроваться надолго в каюте – внимания и участия протеанина ждут очень многие нормандовцы. Надо в очередной раз выйти за пределы своего обиталища, надо познакомить нормандовцев с мощью и совершенством Маяка. Должен быть сделан следующий шаг к осознанию нынешними коллегами единственного, оставшегося «на свету» протеанина невозможности передачи Маяка в руки цитадельских сидельцев и их умников-разумников.       Прохаживаясь вдоль стен с экранами – где погасшими, а где ещё продолжавшими светиться, Явик иногда взглядывал на экраны инструментронов – и настольного и наручных. Всё же четыре глаза, способных фокусировать и направлять взгляд независимо – большое подспорье в активной и интенсивной работе с информацией. Ощущение своей ненужности, брошенности, слабости отступает всё дальше и глубже, ослабевает. Импульс, связанный с отслеживанием ситуации с протеанскими артефактами, отработан вполне успешно, следующий ожидаемый импульс, связан с Маяком. Надо готовиться к «переключению».