Сверкающие глаза

      Выйдя из Зала Связи, Найлус и Сарен спустились по лестнице и подошли к дверям своего салона. Старший Спектр отметил задумчивость младшего, потому не стал ничего говорить, пропустил Найлуса вперёд, подошёл к креслу, сел, откинулся на спинку кресла. Найлус остановился у иллюминатора, закрытого бронезаслонкой. Несколько минут тишины показались обоим турианцам совершенно естественными и необходимыми.       - Явик снова сумел нас удивить, – тихо сказал Крайк.       - Думаю, дело не в удивлении, Най, – негромко ответил Сарен. – Ему, единственному, оставшемуся «на свету» протеанину, необходимо было убедить нас всех в том, что Маяк ни в коем случае нельзя сдавать цитадельским сидельцам – Советникам и связанным с ними, а точнее – подчинённым им - умникам – разумникам. – Артериус сделал короткую паузу. – Думаю также, что он прекрасно понял: Маяк – компетенция Корпуса Спектров. Потому он хочет, чтобы именно Корпус, как структура, наименее ограниченная расовыми и межрасовыми законами, помогла ему забрать у умников-разумников Цитадели имеющиеся у них Маяки.       - Убедить-то он нас и убедил. Возможно, убедил меня, – ответил Найлус. – Только как мы за считаные часы перевоспитаем руководство Корпуса, Сар? Опять будем рассчитывать на могущество Явика?       - А ты думаешь, что готовя такой показ, Явик не провентилировал ситуацию, которая может сложиться с момента нашего прибытия на Цитадель? – спросил Артериус. – Уверен и даже убеждён, что протеанин просмотрел ситуацию так, как недоступно нам всем, включая, естественно, азари-матриарха и всех землян. Старшая Раса. У него, как чистокровного протеанина, можно сказать, в подчинении была сотня рас, в то время как Советники и с чуть больше чем десятком далеко не всегда справиться могут. И только благодаря тому, что подчинение было достаточно полным, протеане не сдались, а сумели воевать столетиями, Най. Я не уверен, что у нас у всех хватит ресурсов и желания воевать хотя бы десять лет. Вот не уверен и всё.       - Твоя неуверенность имеет основания, – согласился Найлус. – Но тогда… Речь идёт не о нескольких часах стоянки на Цитадели. Опять неясности со сроком стоянки.       - У людей тоже есть выражение «действовать по обстоятельствам», Най. – Сарен крутнулся в кресле. – Здесь оно тоже будет весьма точно определять сценарий, по которому нам всем придётся действовать с момента постановки фрегата на внешний рейд у Станции. Я знаю, что Ингвар просчитывает множество вариантов действий, но основа этих вариантов едина – нам всем на Станции найдётся дело.       - Условно говоря, – сказал Найлус, – после постановки «Нормандии» на внешний рейд, на нескольких челноках прибываем на Станцию и разбегаемся в разные стороны. Действуем одновременно и параллельно.       - Только так и сможем хоть что-то сделать, в частности – заложить фундамент Базы, которую я, к примеру, - сказал Сарен, - уже склонен называть Штаб-Квартирой. И решить, конечно, многие вопросы и проблемы, оставь которые без решения – и жизни штабквартировцам на Цитадели не будет никакой.       - Почему-то мне кажется, что придётся изрядно переформатировать жизнь цитадельцев, – отметил Найлус. – Снизу доверху и обратно. Серьёзно притом переформатировать.       - Без этого не обойдётся, но придётся потратить энное количество времени только на то, чтобы заложить основу, – сказал Сарен. - Всё равно будет необходимо работать параллельно – пока нанятые штабквартировцы будут решать первый и второй уровни проблемной совокупности, мы должны будем решить вопрос с «Омегой» и пройти немного дальше по пути нашего Большого Круга по Галактике.       - Мне представляется, что уже на «Омеге» придётся озаботиться многими проблемами, – подтвердил Найлус. – Оттуда многое видно по-иному. Центр криминального мира галактики, что бы там кто ни говорил. Да ещё эта «Омега-Четвёртая». Рыжий ретранслятор.       - Если быть точным, то - почти кроваво-красный, – ответил Сарен.       - Может быть, может быть. Явик, думаю, уже знает о Коллекционерах и весьма озабочен этими жукообразными, – сказал Найлус. – Изображений этих «купцов» известно мало. Но те, что есть - заставляют теперь, когда рядом – протеанин, задуматься.       - Слишком Коллекционеры похожи на протеан. Слишком, – подтвердил Найлус. Некоторые отличия, конечно, есть, но… Существование и деятельность Коллекционеров заставляет нашего коллегу очень сильно нервничать. Дополнительная, сложная и серьёзная проблема.       - Если окажется, что Коллекционеры – трансформированные Жнецами протеане – эта проблема, согласен, станет очень острой, но она всё равно вполне укладывается в максиму: все Жнецы и их пособники, которыми в том числе могут стать и Коллекционеры, должны быть уничтожены. Потому я не думаю, что Явик будет уж слишком погружаться в горестные раздумья по этому поводу, – сказал Сарен. – Это – только одна из многих проблем. Как говорил один из моих наставников – достижение цели есть правильное решение сонма проблем. И не важно – последовательно или параллельно. Часто – по ситуации.       - Опять по ситуации, – негромко то ли согласился, то ли возразил Найлус. – У нас, турианцев, вполне вырисовывается война на два фронта, Сар. Для землян это был бы кошмарный вариант развития событий.       - Только в случае неготовности, – ответил Артериус. - К тому же, думаю, что настало время рассказать Явику о том, с кем же нам приходится воевать на Дальних Пределах. Он – поймёт. Почему-то мне кажется, что у протеан тоже были неприсоединившиеся, с которыми надо было воевать именно так, как мы воюем со своими неприсоединившимися сейчас на тех же Дальних Пределах.       - У нас вся система галактической связи «завязана» на буи связи у Ретрансляторов, – сказал Найлус. – Разрушить эти буи Жнецы и их пособники, думаю, смогут очень быстро и качественно. И тогда целые сегменты исследованного Пространства Галактики окажутся отрезанными. Обмен информацией будет нарушен очень серьёзно.       - Потому нам придётся нажать на Корпус Спектров. Чтобы в интересах галактической безопасности инициировать и осуществить огромную работу по строительству и вводу в эксплуатацию системы связи. Части которой размещены не на буях, а на астероидах, планетах и станциях. Многократно дублированы и обладают передатчиками средней, высокой и сверхвысокой мощности. Для того чтобы сигналы не только преодолевали достаточно быстро и без потерь огромные расстояния, но и были способны «пробить» большинство средств глушения. Потому-то, Най, нам нужна мощные и профессиональные Научная и Техническая Группы на Цитадели. Из разговоров с Андерсоном и Адамсом ещё до показа в Зале Связи, я сделал вывод, что определённая работа в этом направлении уже ведётся.       - Безработица будет в очередной раз серьёзно и быстро сокращена, – сказал Найлус.       - И это тоже верно, – подтвердил Сарен. – Параллельно с этим придётся развивать шифрование и создавать ёмкие, мощные, надёжные накопители самой разнообразной информации.       - К сожалению, у нас нет чёткого понимания протеанско-иннусанонских технологий связи и информации, – сказал Найлус.       - Почему нет? – спросил Сарен. - Как бы ни были ограничены в своих действиях умники-разумники, работавшие с Маяками на Цитадели, они уже успели кое-что узнать и понять, а значит, и адаптировать к современным нам с тобой возможностям и нуждам. Иначе - зачем бы они потрошили и препарировали конфискованные Советниками Маяки? Не держали же они Маяки мёртвым грузом по принципу «сам - не ам и другим - не дам».       - Человеческий и не только человеческий принцип, – негромко сказал Найлус.       - Верно. Как и то, что нам придётся, вероятнее всего, забыть о возможности паковать, хранить и передавать видеосигналы в сопоставимых с протеанскими объёмах, – подтвердил Сарен. - Но аудиосигналы в монорежиме и текстовые сообщения, думается, мы вполне способны уже сейчас передавать и хранить в приближаемых к протеанским объёмах с сопоставимым качеством.       - Придётся отучить многих активно пользоваться видеоканалами, – согласился Найлус. – Ты прав, видео придётся урезать до предела, оставив его для самых важных сообщений правительственного и высшего управленческого уровня, а вот аудио… Не думаю, что его не придётся сокращать.       - Придётся, – сказал Сарен. – Здесь ты прав. Значит, основной задачей нашей, пусть в пожарном порядке и модернизируемой, системы связи – становится передача именно текстовых сообщений. Придётся сократить хотелки и иметь то, что реально имеем.       - Вряд ли мы освоим быстро монолитный монтаж… - негромко ответил Найлус. – Я внимательно смотрел на виртразвёртку внутренностей Маяка, сравнивал её с тем, что мне было известно по сопоставимым нынешним технологиям. Боюсь, у нас нет паст и смесей, которые бы смогли соответствовать требованиям новейшего времени. Или – почти нет.       - Нам придётся использовать то, что мы имеем в максимальной степени. Да, рисковать целостностью, дублировать, но мы не сможем позволить себе рассчитывать на быстрое и полное замещение всех систем передовыми образцами, – сказал Сарен. – Монолитные антенны мы сможем сделать достаточно быстро. И, думается, в достаточных количествах, полумонолитные и блочные системы передатчиков, приёмников, накопителей информации – тоже. Я уж не говорю подробно о немонолитных. Далеко не всегда потребуется использовать именно монолитные. Да, необходимо будет время для уточнения параметров, обкатки технологий, наладки сопряжений и всего прочего, но главное – выдержать первый Удар Жнецов. Если мы не сломаемся и не согнёмся под ним… У нас будет возможность выстоять и победить.       - Сначала – выстоять, – негромко заметил Найлус.       - Ты прав. Сначала – выстоять, – согласился Сарен. – И для этого нам придётся, как Спектрам, очень серьёзно заняться изучением Станции.       - Так что поначалу и летать никуда не надо будет, – добавил Найлус. – А то ведь одновременно следует преодолевать один из главных принципов Корпуса.       - «Спектр сам добывает себе средства передвижения», – озвучил Сарен. – Не буду отрицать, это сложно, но необходимо. А Станцию… Ты прав, надо изучать. И надо сделать всё, чтобы она больше никогда не раскрылась в этот страшный и мощный ретранслятор.       - С механикой, пусть это и трудно, мы совладаем, – задумчиво сказал Найлус, а вот с управляющими схемами и системами, построенными на неизвестных нам, нынешним, принципах и законах – думаю, далеко не сразу.       - Да и с механикой будет сложно совладать, – сказал Сарен. - Если мы с тобой за две минуты показа настолько впечатлились, то для наших коллег Спектров, среди которых, как ты знаешь, немало турианцев, это будет очень неслабым шоком. Они до сих пор считают, что Станция – это только место проживания. Сама мысль, что Цитадель способна стать ретранслятором – «ромашкой»…       - Мы оказались потрясающе близоруки, Сар. – Найлус посмотрел на наставника. – Изображение раскрытой Цитадели у нас – знак Совета Цитадели, а изображение Цитадели–оружия – Знак элитных Спектров.       - Условность восприятия и мышления. Никто ведь не верит, что такие положения действительно свойственны и доступны для нынешней Станции, – ответил Сарен. – Но ты прав, мы, Спектры, оказались потрясающе близоруки. В том числе и потому, что выполняем задачи и функции, прямо нигде не закреплённые, не прописанные и не формализованные.       - Над законом и за законом, – сказал Найлус.       Сарен молча кивнул, соглашаясь с мнением младшего коллеги и вспоминая детали двухминутного ролика, показавшего раскрытие Станции в «ромашку» во всей красе. Действительно, трудно смириться с тем, что Корпус Тактической Разведки «сидит» на искусственной конструкции, которую досконально не знает. А Цитадель, оказывается, способна очень серьёзно повлиять на расстановку сил в предстоящем противостоянии. Если даже она одна – это уже серьёзно, но по Экстранету давным-давно ходят легенды о второй Цитадели… Если эта станция обладает сопоставимыми мощностями, то… Действительно, надо сделать максимум, чтобы исключить любую возможность раскрытия Станции в «ромашку» или капсулизации в «орудие Судного дня». Даже если удар этого «орудия» будет направлен только на ретрансляторы и на крупнейшие станции и планеты, то и тогда будет сложно выдержать первый Удар Жнецов. А если подключится вторая Цитадель… Да хоть третья или четвёртая… Значит, аналитики и прогнозисты правы, когда утверждают – надо сделать всё, чтобы по максимуму и в кратчайшие сроки подготовиться и к Противостоянию и к первому Удару.       Подготовиться… В кратчайшие сроки. Слова и фразы - для агиток каких-нибудь. Медленно, очень медленно «раскачиваются» органики. Слишком сильна инерция мирной жизни, мирного времени.       Явик прав – вторжение было осуществлено слишком быстро. Возможно, Жнецы рассчитывали на успех «блицкрига». Не сложилось. Во всяком случае – сразу. Протеане… Да, они стремились к единству. Может быть – даже к единообразию. Но… Это единство, достигнутое к моменту Вторжения, позволило протеанам не сломаться. Не согнуться. Воевать столетиями. Сегодняшние полтора десятка разумных рас… Вряд ли они готовы провоевать с максимальным напряжением даже пять-восемь лет. О десяти годах Сопротивления и подумать страшно. Слишком маловероятно, что на столь долгий срок у большинства рас нынешней Галактики хватит запала, сил и средств. Значит, максимум – пять-шесть лет. Грустно. Потому что и эти пять-шесть лет будут оплачены гибелью или, в очень лучшем случае – постановкой на грань уничтожения одной-двух нынешних рас. Безотносительно к уровню – будет ли это одна из трёх рас-лидеров. Или - одна из трёх-четырёх рас – аутсайдеров. Или - одна из трёх-четырёх-пяти рас-«середняков». А может быть, Жнецы попытаются выбить на Грань по одной расе из всех трёх сегментов списка…       Цитадель надо будет изучать, Цитадель надо будет блокировать, Цитадель надо будет исследовать. И – превращать не в место комфортного размещения богатеев и богемы, а в центр, точнее – в один из центров Сопротивления. Да, командная и штабная станция. Но прежде всего – координирующая станция. Не зря Явик говорил о Маяках, как о передатчиках, не зря. Он намекал, подталкивал к мысли о том, что из Цитадели придётся делать именно станцию-координатор.       Конечно, не только её, но в основном – её. Цитадельских сидельцев можно и оставить, пусть царствуют, как говорят земляне, но не правят, а основную роль должны играть тысячи совсем не знатных, не родовитых и не богатых цитадельцев. Надо сделать всё, чтобы сигнал передатчиков Цитадели смог добраться через биллионы километров в кратчайшие сроки до самых отдалённых уголков исследованной части Галактики. Пусть голос Цитадели звучит ровно, мощно и грозно. Как бы ни назывались главные передающие станции Цитадели, они всё равно будут важны. Нельзя, чтобы Цитадель в очередной раз перешла в руки Жнецов, нельзя, чтобы она замолчала.       Жнецы хорошо просчитали удар по Цитадели в эпоху протеан – нельзя не отдать им должное и не признать стратегического и тактического мастерства - как в планировании, так и осуществлении. Протеане не поинтересовались за, условно, те же самые пятьдесят тысяч лет, на чём же размещается их верховное руководство – во всяком случае, Явик не отрицает этого прямо и аргументированно.       Протеане не знали, что Цитадель способна стать ретранслятором и оружием, а если и знали, то не полностью и потому легкомысленно рассчитывали на то, что ни одна из этих двух крайностей не будет никогда реализована практически. Итог – удар по Цитадели, раскрытие Цитадели и зачистка Цитадели в кратчайшие сроки от всех и любых разумных органиков одновременно с полным взятием под контроль всей информационной инфраструктуры Станции и всех баз данных. Здесь речь не о тотальном разрушении Станции, а о переходе её под контроль оппонирующей стороны Противостояния.       Цитадель не просто стала ретранслятором, извергнувшим из себя десятки тысяч кораблей флотов Жнецов, она замолчала и стала недоступной для протеан на долгие сотни лет. Если в мирное время далеко не каждый протеанин мог бы физически побывать на Цитадели... Империя была, как оказалось, гораздо более густонаселённой, чем нынешнее Пространство Исследованной Части Галактики. Которое некоторые комментаторы склонны не совсем точно именовать Пространством Цитадели. То - в военное время на Цитадель далеко не всегда попадали и группы протеанского элитного спецназа. Проще говоря, Цитадель для протеан была потеряна, стала недоступной.       Кроме Цитадели передающей и принимающей аппаратурой высокого класса придётся насыщать все имеющиеся космостанции. Работа не на недели, а на месяцы… Но её придётся делать и быстро и качественно. Надо создавать сеть передающих, принимающих станций, сеть станций хранения информации. Да, всё в рамках подготовки к Противостоянию, к войне со Жнецами. Конечно, следует учесть, что многие станции в ходе боестолкновений будут повреждены или разрушены, часть – и значительная при том – данных будет утеряна или повреждена. Значит, надо резервировать и дублировать, что только удорожает и усложняет работу по строительству и совершенствованию Сети.       Надо также создавать сеть станций «Архивов Времени», чтобы в случае поражения информация о противостоянии со Жнецами в предшествующем Цикле дошла до будущих рас разумных органиков в понятном, неискажённом виде, чтобы опыт противостояния был усвоен в кратчайшие сроки.       Если просмотреть эти направления хотя бы обзорно, станет ясно, что ни о какой безработице в ближайшее время нельзя будет даже помыслить. Наоборот, придётся привлекать к общеполезному труду тех, кто до этого времени спокойно жил на дивиденды или тратил сбережения, а также занимался так называемым «свободным трудом».       Есть на Станции область, которая на самых засекреченных картах Цитадели называется «Архивы Времени». Явик в ходе показа в Зале Связи, помнится, ни словом не упомянул эту область и не озвучил её название, но, говоря о Маяке, он говорил и о фундаменте артефакта, где хранились Записи. И Сарену, и Найлусу, и многим другим Спектрам, долгие годы прослужившим в Корпусе, было известно, что там, в этой области на Станции хранится богатейшая информация о временах, уходящих в далёкое прошлое, за пределы хронологий и империи Протеан, и империи Иннусанон.       Сохранение этой информации важно, но по некоторым данным на основе неких не слишком понятных технологий в Архивы постоянно, может быть – даже периодически, но попадает информация и о том, что происходило и происходит в пределах современного Цикла. Значит, Цитадель на самом деле гораздо более сложна и неоднозначна, чем принято было полагать совсем недавно… Нормандовцы-люди – правы, Цитаделью надо заниматься вплотную.       - Явик вполне мог бы ограничиться рассказом о Маяке, – негромко сказал Найлус. – Но он сказал больше. Я отметил, что ему было очень больно рассказывать о Протеанском Квадрате. Но он… собрался и рассказал. Очень многое. И – не ограничился этим, рассказал немало и о других уголках поистине гигантской – куда там нашей исследованной к настоящему моменту части Галактики – Империи Протеан. Они, да, отступали, но они боролись, они сопротивлялись. Настолько мощно, сильно и уверенно, что Жнецы, одержав победу, всё же задержались в Галактике для того, чтобы распылить все планеты Протеанского Квадрата. – Найлус замолчал, делая трудную для себя паузу, затем продолжил. – На их месте… облака космической пыли. Я знаю, многие нынешние учёные предполагают и вполне обоснованно, что там были планеты. И теперь мы имеем доказательство от чистокровного протеанина. Горькое доказательство. Как же нам, нынешним, придётся сопротивляться, чтобы… устоять.       - Думаю, нам придётся готовить расы к тому, чтобы они были готовы воевать в условиях полной изоляции и полной блокады, – тихо сказал Сарен. – И, как ни избито это прозвучит, готовиться самим. И обороняться, и наступать…       - И предоставлять Флоты в распоряжение других рас. Учиться воевать в пространстве исследованной части галактики, – добавил Найлус.       Сарен молча кивнул.       - Явик поступил правильно, когда пусть и предельно обзорно, кратко познакомил нас с расами, входившими в состав Протеанской Империи. И теми, кого можно отнести к чистокровным протеанам, и теми, кто сохранил в себе многое от исходной уникальности и теми, кто, войдя в состав Империи, не предали свою самобытность и стали полезными членами нового для них сообщества. Пусть и не совсем единого, – размышляя, продолжил Найлус. – Я увлёкся и показом и рассказом. И мне было очень интересно. Явик… многое учёл. Можно было подойти, рассмотреть любую деталь и при этом не помешать, не заслонить изображение кому-то из оставшихся сидеть в креслах зрителей и слушателей. Наверное, мы все мечтаем чаще встречаться с такими профессионалами, как Явик.       - У них столичная планета не стала резервацией для чистокровных протеан, – отметил Сарен. – И не только потому, что были созданы вполне приемлемые условия в пределах городов и более мелких населённых пунктов. А у нас, турианцев… далеко не каждый гость чувствует себя комфортно в пределах материнских миров Иерархии. И, к сожалению, мы тоже не везде чувствуем себя комфортно. Например, у ханаров.       - Давай перебросим на внешние накопители настольных инструментронов информацию, которую мы собрали во время показа, Сар, – сказал Найлус.       - Давай. – Сарен встал, подошёл к рабочему столу, включил настольный инструментрон.       Найлус отшагнул от иллюминатора, достал из шкафа свой настольный инструментрон, установил его на стол, раскрыл, активировал, дождался появления на экране заставки, подключил кабель от наручного инструментрона, посмотрел на индикатор переноса файлов.       – Больше половины свободной памяти было занято. Явик… многое сумел подготовить. Не зря он надолго скрылся в своей каюте, – негромким голосом отметил Сарен.       - Он хорошо спланировал и осуществил показ, – сказал Найлус. - Дал нам возможность не стать тупыми зрителями и слушателями, заставил многое вспомнить, побудил многое понять по-новому. Сделал немало, чтобы мы… лучше и полнее поняли свою роль, свои задачи… в ближайшей и отдалённой перспективе.       - Согласен, – кивнул Сарен. – Показ не был зациклен на Маяках и потому он впечатлил всех нормандовцев. Ясно, что будут разговоры, будут обсуждения.       - Пойдёшь на второй показ? – спросил Найлус.       - Нет, – ответил Сарен. - Думаю, что это время у меня уже будет занято. Хоть распорядок дня и ночи на фрегате – изрядная условность, но даже если считать, что второй показ, точнее – дубль, пусть и не полный, состоится вечером этих ходовых суток, уверен, что мне надо будет многое обдумать и решить, а также - переговорить с Андерсоном и Шепардом.       - Считаешь, что их обоих надо будет ввести в состав членов Корпуса? – Найлус отсоединил кабель от настольного инструментрона, посмотрел, как блёкнет экран, сложил «восьмёркой» кабель и уложил его в пазы столешницы.       - Да. Андерсона – в любом случае. Шепард, знаю, будет упираться, но… Надо их обоих вводить в состав Корпуса, – подтвердил Артериус.       - Четыре Спектра на одном корабле… - задумчиво произнёс Найлус.       - То, что может быть использовано – рано или поздно будет использовано, – ответил Сарен. – И дело тут не в том, что тогда корабль надо будет бюрократически выводить из подчинённости земному Альянсу Систем. А в том, что это будет сделано автоматически, как только Андерсон и Шепард получат «звёзды» Спектров. Бюрократией пусть занимаются чиновники Штаба Корпуса на Цитадели. И это, уверен, будет не самой сложной для них задачей.       - Да, если предположить, какие изменения ждут Станцию и её обитателей в самом ближайшем будущем… - сказал Найлус.       - Без этих изменений мы не выстоим под первым Ударом и не сможем победить. – Сарен выключил инструментрон, смотал кабель, сложил его в паз на рабочем столе, посмотрел на экран наручного инструментрона. – Если следующей у нас будет стоянка на «Омеге»… Туда мы должны прибыть, уже проведя и одновременно – начав большую работу на Цитадели. Хорошо, если к тому моменту, как мы окажемся на «Омеге», протеане смогут хотя бы обнаружить пригодную для их нужд планету.       - Нагрузка на Явика легла… сказал бы, что «врагу такой не пожелаешь», но тут, наверное, она ещё более значительна, – сказал Найлус. - И вроде бы нет никакой особой необходимости единственному «оставшемуся на свету» протеанину вот так активничать на десятках направлений, но…       - Он и его соплеменники хотят, чтобы мы не только выжили, но и победили Жнецов, – почти шёпотом ответил Сарен. – А для этого должны понапрягаться не только все полтора десятка нынешних рас, но и выжившие протеане. Им, да, нельзя будет вот так сразу показаться «на свету» до войны со Жнецами или во время Противостояния, они, думаю, далеко не сразу проявятся и после войны, но, наверное, так будет правильно. А помочь… Явик ни на чём во время Показа не настаивал, он призвал нас не торопиться задавать вопросы и выслушивать ответы. Он попросил нас всех, обитающих на фрегате «Нормандия», подумать о многом. Покопаться в себе самих. Потому что ключ к победе над Жнецами, ключ к нашему успеху в Противостоянии с «креветками» - во всех нас, а не только в протеанах. Явика… нельзя упрекнуть в бездеятельности, но управлять сотней рас и оставаться столетиями и тысячелетиями на вершине власти и влияния можно только постоянно напрягаясь… Хотя, для протеан такая насыщенная и тяжёлая жизнь, возможно, рано или поздно стала не просто привычкой, а необходимостью. Потому Явик и работает так, что мы считаем – он перенапрягается, а он просто живёт так, как привык. – Сарен помолчал несколько секунд. – Благодаря показу я, например, узнал Явика глубже и понял… можно сказать, что полнее.       - Я – тоже. – Найлус помедлил. – Сар, ты не находишь, что… если Явик захочет с нами обоими пообщаться, то надо бы… взаимообразно, что ли.       - Нахожу. Ещё как нахожу, – подтвердил старший Спектр, снова устраиваясь в кресле поудобнее. – Садись, Най. Ты слышал о проекте «Андромеда»?       - Меня больше беспокоит то обстоятельство, Сар, что в этот проект попытались втянуть младшую Т'Сони. А для Бенезии это… С перспективой невозможности увидеться с дочерью вживую… Неполезно, если мягко говорить, – ответил Найлус. – Я не всё успел осмыслить, но… Можно ли считать этот проект неким «Резервным космодромом».       - Хуже, чем космодромом, Найлус, – ответил Сарен. – Потому что если верить всему, что я узнал из разговоров со своими приятелями – и не только из числа членов Корпуса… Ситуация с проектом – аховая. И проблемы будут только множиться. Руководители проекта – существа весьма упёртые, но, вероятнее всего, у них нет другого выхода, кроме как идти до конца, причём – любого. Победного или не очень.       - Да уж. Я тут подчитал в Экстранете, – сказал Найлус. - Молодые земляне так выражаются в похожих случаях: «Будешь думать о провале – не дойдёшь, а быстро «свалишь». Если «свалишь» - это обозначение быстрого ухода, скажем так, в противоположную от намеченной сторону… То…       - Проект готовился в спешке, это - во-первых, Найлус, – сказал Сарен. – Во-вторых, готовился чиновниками, которые, в том числе, прежде всего слишком сориентированы на прошлое.       - «Готовятся к прошлой войне», – вставил Найлус.       - В том числе и это, – не стал возражать против замечания коллеги и ученика старший Спектр. – Но главное… Они направили корабли Проекта именно в ту сторону, которая лежит за нашими Дальними Пределами. Примарх, понятное дело, не стал информировать руководство Проекта о многих известных деталях…       - Будем говорить с Явиком об «Андромеде» и всём, что нам известно? – спросил Найлус.       - А куда мы денемся? Я, например, уверен и даже убеждён, что протеанин, как представитель Старшей Расы и без наших потуг многое знает из того, что относится к не самым мелким тайнам Иерархии, – сказал Сарен. – Так что… Пригласи его к нам, Най. Отпиши сообщение. И - подождём его решения. Думается, что такой разговор… нужен. А то мы слишком зациклились на Цитадели. Надо смотреть и за пределы Галактики.       - Хорошо. – Найлус активировал свой наручный инструментрон, набрал сообщение, надавил когтем сенсор «отправить» и свернул экран. – Я настроил… - Послышался тихий, доступный только турианскому слуху сигнал. – Вот… Явик скоро будет у нас. Он принял наше предложение.              Несколько минут – и на пороге салона появляется фигура протеанина. Найлус встаёт, подходит к двери, закрывает створки и включает красный запрещающий сигнал на внешней, коридорной стороне интерфейса ВИ замка.       - Явик… - Сарен оборачивается к гостю.       - Давайте поговорим о проекте «Андромеда», друзья, – негромко говорит протеанин, усаживаясь в свободное кресло. – А потом, если останется время – и о многом другом. Итак…       - Мне известно о некоей «Инициативе «Андромеда», – сказал Сарен. – Я постепенно восстанавливаю старые многолетние связи, не используя при этом личные встречи, полагаясь только на аудио и видеоконтакты, и - на обмен сообщениями. Это – организация, которая занимается переселением некоторого количества представителей каждой из ныне известных представителей разумных рас из галактики Млечный Путь в галактику Андромеда. Основана она была в две тысячи сто семьдесят шестом году и запущена в практическом режиме совсем недавно, меньше года-двух назад. По большинству информационных материалов позиционируется как «мирный проект многих народов».       - Обтекаемая и слишком неконкретная формулировка, – отметил Найлус.       - Согласен. Но об этом позвольте уточнить позднее, – сказал Сарен. - Согласно большинству открытых для доступа материалов по проекту, первопроходцы и поселенцы должны отправиться в галактику Андромеда в поисках нового дома. Благодаря поддержке – финансовой и иной – со стороны малоизвестных и неизвестных влиятельных персон, «Инициатива «Андромеда» с момента своего основания значительно выросла. Конечной целью Проекта позиционируется постоянное присутствие совокупности ныне известных нам всем рас нашей Галактики в богатой ресурсами Андромеде и создание устойчивого сообщения с Млечным путём.       - Сразу несколько проблем, – вставил Найлус. – Постоянное присутствие? Эта галактика может быть уже населена разумными существами, которые, скорее всего, совершенно не заинтересованы в соседстве с новоприбывшими постояльцами.       - Заселена. Вполне возможно, – подтвердил Сарен, отметив лёгкий малозаметный кивок Явика. – Но проект, как маховик, уже слишком раскрутился. И тормозить – и тем более останавливать его – почти безнадёжное занятие. Вложены миллиарды кредитов, построены катапульты, станции и корабли. Я уже не уточняю относительно разнообразнейшего стандартного, древнего и пионерного оборудования, не обращаю особого внимания на стоимость подбора, расстановки и подготовки кадров поселенцев и первопроходцев.       - Вот у нас и элита образовалась, – сказал Найлус. – Эти самые Первопроходцы.       - Элитой они станут только на время первичного освоения, – сказал Сарен. – А когда картина прояснится… они уже перестанут быть сверхзаметными и сверхважными.       - Постоянное присутствие? – спросил Найлус, выслушав возражения наставника. – Значит…       - Возвращение не планируется, – подтвердил Сарен. – Большую часть времени все колонисты, включая первопроходцев, проведут в анабиозе, а может быть – даже в криосне – я сейчас в детали не вдаюсь. Корабли поведут автоматы, которые передадут вахту разумным органикам только тогда, когда до планет, намеченных предварительно к колонизации, будет совсем недалеко.       - Опять-таки - богатые ресурсы… Многое ли мы поняли об этих ресурсах сейчас, изучая галактику разве что в сверхмощные телескопы, – сказал Найлус.       - Немного, согласен. И о том, что тамошние местные жители совсем не будут в восторге от новых нахлебников, тоже мог бы заявить открыто сейчас, в ходе нашего разговора. Но… Если сейчас об этом заявить руководству Проекта, то придётся останавливать или жестоко модернизировать десятки направлений и сценариев Проекта, а на это никто не пойдёт, если кратко, не вдаваясь в детали, выразиться, – ответил Сарен. – В телескопы, ты прав, Най, многое не разглядишь. Тем более что разумным существам-органикам безотносительно, кстати, к расе, чаще всего свойственно видеть то, что хочется, а не то, что есть на самом деле. Потому да, многие исследователи – и мне об этом известно – уже отметили следы разумной жизни на многих небесных телах галактики Андромеда в квадрате, куда будут направлены корабли с поселенцами и первопроходцами. Да, есть понимание этого обстоятельства у части администраторов Проекта, но на крутые изменения они пойти не могут – уже сейчас по доступным мне данным, Проект испытывает финансовый голод. Администрация Проекта вынуждена «на ходу» перекраивать почти половину средних и финальных сценариев.       - А создание устойчивого сообщения с Млечным Путём? Это как понимать? – спросил Найлус.       - Заяви сейчас администрация Проекта о том, что возвращение не планируется, как ты полагаешь, Най, многие ли согласятся участвовать в Проекте, предусматривающем переселение в одну сторону? Я уж не говорю о том, что, конечно же, первенство среди поселенцев удерживают турианцы, азари, саларианцы, там участвуют даже кроганы и некоторые другие расы предоставили многочисленные отряды в распоряжение «Инициативы». Если уж на то пошло, то нетрудно представить, что один корабль из назначенных к старту, пришлось бы просто разобрать на запчасти, потому что для него банальным образом не нашлось бы пассажиров. И всё потому, что организаторы, представим себе такую вероятность, честно заявили о том, что возвращение в пределы Млечного Пути не планируется.       - Но удар Жнецов планируется, если мне не изменяет память, по части Галактики, – сказал Найлус. - А не по всей Галактике Млечный Путь.       - Мы не знаем, – ответил Сарен, – во всяком случае не знали достаточно чётко, точно и определённо ещё несколько суток назад, а это очень мало, согласись, Най, по космическим меркам. Что же касается того, что находится за самыми дальними пределами этой исследованной части Галактики… Сравнительно недавно мы узнали, что даже протеане. – Сарен взглянул на наклонившего лобастую голову Явика, – не владели всей галактикой Млечный Путь, если принять во внимание её стандартное астрономическое представление. И посылать корабли куда-то в границах Млечного Пути сейчас… Нет, вряд ли на это найдутся сейчас не только ресурсы – возможности. Из-за нашей медлительности и лености. Из-за того, что лишь в последние десять тысяч лет мы хоть как-то нормативно активировались. Из-за всего этого - нам придётся согласиться с тем, что лучше будет направить корабли с поселенцами на борту куда-то в пределы галактики Андромеда. Чем менять просчитанные для автоматов траектории и маршруты и направлять корабли туда, откуда их могут «достать» Жнецы.       - Но хотя бы… - в глазах сказавшего это Найлуса Сарен увидел острую душевную боль. Что-ж, молодому турианцу, только-только примерившему статус и форму Спектра, такая нервность и чувствительность… простительны, что-ли.       - Вот именно в силу этого твоего «хотя бы», Най, и было во всеуслышание заявлено, что предполагается сообщение с Млечным Путём. Хотя специалистам, которых среди моих знакомых не так уж и мало, ясно, что вернуть корабли без перезарядки топливных элементов, используя выработавший свой ресурс маршевые двигатели – не удастся. Значит…       - Значит, придётся строить новые корабли. Массовая полная колонизация, которая при наличии там разумных рас… станет ещё более проблематичной. – негромко сказал Найлус.       - Придётся, – подтвердил Сарен. – Потому, Най, учти, что было уже построено шесть кораблей – пять так называемых «ковчегов» с переселенцами и головной корабль «Нексус». Предполагается к тому же, что даже на сверхсвете путешествие займёт более шестисот лет и колонисты всё это время должны будут провести в криостазисе.       - Шестьсот лет?! – произнеся эту цифру, Найлус вздрогнул. – Значит…       - Значит, независимо от того, победим ли мы, оставшиеся в границах исследованной части Млечного Пути, Жнецов или же погибнем в ходе противостояния с ними, - сказал Сарен, - вернуться поселенцы Андромеды смогут не раньше чем через тысячу лет, не считая этих шестисот, что придётся потратить на дорогу «туда». Никого из знакомых, близких и дальних родственников, скорее всего, вернувшиеся из Андромеды переселенцы в живых уже не застанут. Учёные Проекта опирались на азарийские астрономические исследования, чтобы выявить жизнепригодные планеты, однако информация о жизнепригодности, как ты понимаешь, Найлус, устарела из-за огромности астрономического расстояния между галактиками более чем на два с половиной миллиона лет. То, что наблюдали за последние несколько тысяч лет синекожие красотки, на самом деле можно сравнить со светом давно погасшей звезды. Проще говоря – обстановка в квадрате назначения могла более чем существенно измениться.       - Два с половиной миллиона лет? Выстрел… в никуда… - потрясённо произнёс Найлус. Он, конечно, понимал, что Сарен гораздо опытнее его, у него – огромный круг разнообразнейших знакомых, но к такому заявлению молодой Спектр оказался совершенно не готов.       - Глава «Инициативы», некая Джиен Гарсон, не желала обрекать колонистов на верную гибель. Поначалу были трудности с обоснованием места назначения. Да к тому же, проще говоря, никто из нынешних разумных органиков не пожелал бы столько проспать, – сказал Сарен. – Кварианцы на окраине Вуали Персея ещё до начала активной миграции гетов обнаружили заброшенную гетскую конструкцию, состоящую, если верить ряду изученных мной разнообразных источников, из трёх ретрансляторов массы.       - Геты… собрались утилизировать органиков, – произнёс шёпотом Найлус.       - Может быть и так. Может быть, они не бросили, а только заморозили эту конструкцию, – согласился Сарен. – Нам, разумным органикам, проще, а может быть, даже выгоднее считать, что геты забросили эту конструкцию, всё же разум органика и разум синтета руководствуются разной хотя бы в деталях логикой. Так вот, этот конгломерат для простоты обозвали «Массивом Холас», который наиболее «безбашенные» умники-разумники ряда ныне существующих в нашей галактике рас сумели адаптировать для создания сверхсветового коридора, а, следовательно, получили в своё распоряжение своеобразный телескоп. Не хочу сейчас вдаваться в подробности, на каких принципах они там основывались в ходе адаптации и активации, но с помощью «Массива Холас» разумные органики сумели заглянуть за пределы Млечного Пути, получив массу разнообразной информации. После её анализа было обнаружено в значительной степени теоретически богатое ресурсами скопление звёзд, окружающее, если верить картографической информации, доступной членам Спецкорпуса. – Сарен активировал свой наручный инструментрон и развернул максимально его экран, повернув виртуальную пластину так, что проступившее изображение стало видно и протеанину и младшему турианцу, - чёрную дыру. Удалось также опознать возможные миры, пригодные, так же в значительной степени теоретически, для будущей колонизации. Для краткости и понятности их обозначили как «Золотые Миры» или, проще – «Жилища». – Сарен сменил изображение на экране, добавил «окна» с таблицами и схемами. – Всего семь миров. Где-то больше выгод для добычи полезных ископаемых, где-то удобнее селиться разнорасовым колонистам. Для первой волны колонизации уже построены колониальные суда, каждое - длиной более полутора километров и весящие около двадцати миллионов тонн. Головным кораблём Проекта является «Нексус» - своеобразный аналог Цитадели. Этот корабль отправится в сверхсветовое путешествие в недостроенном, но функционирующем виде, закончить постройку планируется после прибытия отряда кораблей на место назначения. По доступным мне данным всего для первой волны колонизации построено пять «ковчегов», четыре – по одному для каждой расы – основного члена Совета Цитадели – людей, саларианцев, турианцев, азари и кварианцев.       - Непонятно, – сказал Найлус. – Люди – не члены Совета, а кварианцы вообще по статусу, официально, кстати, признанному, раса-изгой. Хотя… если учесть, что спасаться надо сразу всем или никому вообще – от стремления к реализации крайних сценариев вообще трудно отказаться… Это понятно. Но внешне…       - Внешне всё выглядит так, что никто не любит и не привечает ни людей, ни саларианцев, – подтвердил Сарен. – Это только усложняет и удорожает ситуацию, но нельзя забывать и о том, что от самих себя мы убежать никуда не сможем. Кварианцы до сих пор настаивают на том, что именно на их корабле должны улететь ханары, элкоры и прочие, включая ягов. И предпринимают для этого определённые практические усилия, что, на мой взгляд, может привести к задержке старта их «ковчега».       - Значит и при строительстве кораблей, и при просчёте курса и квадрата. И при комплектовании оборудованием и ресурсами, и при наборе и подготовке экипажей и команд. Везде были допущены малые, средние и большие ошибки и просчёты, – продолжил Найлус. – Которые «аукнутся» колонистам и во время полёта. И - при входе в пределы галактики Андромеда. И - при прибытии на место.       - Именно так и будет, но когда спасаешься… Трудно просчитывать все детали. – Сарен, говоря это, взглянул на неподвижно сидевшего и продолжавшего хранить молчание протеанина. – Я знаю, что каждый из «ковчегов» несёт около двадцати тысяч колонистов, но самое большое количество колонистов, которое мне точно установить не удалось, будет размещено именно на «Нексусе». На Первопроходцев, которых готовят как опытных бойцов, учёных и командиров в одном лице, будет возложена, а фактически – уже возложена обязанность: найти новый дом среди этих «золотых миров».       - Но их семь… Уже обозначенных, – отметил Найлус. – Почему «дом» позиционируется в единственном числе?       - Потому что слишком многое неизвестно. Я, например, уверен, что руководство Проекта понимает условность, умозрительность и откровенно непростительную неточность полученной информации, поэтому пытается в очередной раз объять необъятное. Дальнее сканирование скопления Элея в галактике Андромеда действительно выявило семь «жилищ» и не факт, что эти планеты необитаемы или приветливы для колонистов. Но направляться куда-то надо.       - А если воспринять цель Проекта не как Переселение, а как Спасение? – спросил Найлус.       - При всей кажущейся одинаковости это – разные вещи, – ответил Сарен. - Спасающийся разумный органик совершенно не горит желанием возвращаться туда, откуда ему пришлось бежать очень быстро. И переселяющийся далеко не всегда хочет снова увидеть свой старый дом. Столь масштабный проект требует мощнейшего финансирования. И я знаю, что уже сейчас «Инициатива «Андромеда» столкнулась со многими трудностями. Некоторые мои знакомые указывают на вероятность присутствия среди жителей Млечного Пути гостей из Андромеды, которые, вполне ожидаемо, могут не желать успеха запланированной миссии отряда «Ковчегов». Одновременно среди замаскированных агентов Андромеды могут быть и такие, которые особенно остро понимают, что выхода другого нет и необходимо обеспечить хоть какое-нибудь бегство значительной части поселенцев Млечного Пути от ярости Жнецов. Мне, к сожалению, не известно, предпринимались ли подобные проекты в протеанскую или иннусанонскую эпохи…       - В протеанскую – не предпринимались, – твёрдо сказал Явик. – А насчёт иннусанонской… Мы слабо изучали историю своих предшественников, старались не лезть в детали и не стремились изучать досконально многие взаимосвязи между фактами и событиями. Но, скорее всего, не предпринимались.       - Потому лучше куда-то убежать, чем оставаться и покорно ждать собственной гибели. Хотя, не спорю, - продолжил Сарен, - нас, турианцев, не учат спасаться бегством от опасности и от гибели. Нас учат бороться и сопротивляться.       - Получается, что… - несмело сказал Найлус.       - Недавнее, отмеченное многими моими корреспондентами усиленное финансирование «Проекта «Андромеда» позволило ускорить строительство и комплектование «Ковчегов» и в целом – кораблей Проекта, – сказал Сарен. - Есть информация о том, что всё это ускорение оплачено неким «Благодетелем». Есть также данные о том, что руководитель Джиен Гарсон предпринимает попытки установить, кто же скрывается за ником «Благодетель». – Но нам нужно остановиться более подробно на двух моментах, имеющих непосредственное отношение к ситуации на Цитадели и к матриарху Бенезии, – старший Спектр посмотрел на протеанина, не изменившего своей позы. – Первопроходцем от землян назначен некий Алек Райдер, который, как свидетельствуют несколько моих приятелей, несколько раз ранее, не в этом году, но ранее связывался с Лиарой Т'Сони. Ему были интересны её изыскания в области археологии и изучения древних цивилизаций, которые могли быть полезны в Андромеде. Не знаю точно, от лица руководства Проекта или от лица Алека Райдера Лиаре поступило официальное предложение присоединиться к Инициативе, но азари отказалась, заявив, что вряд ли сможет в ближайшее время покинуть Млечный Путь, когда предстоит ещё столь много узнать о протеанах. – Сарен сделал паузу, снова взглянув на Явика. – Она переслала Алеку некоторые данные своих исследований, но больше не общалась с ним в течение нескольких лет. Двое моих приятелей добыли данные, что сравнительно недавно, ещё до Иден-Праймовской ситуации, Лиара, вероятнее всего, поняла, что в галактику могут вернуться Жнецы и потому решила сообщить о своих предположениях Райдеру. В своих сообщениях очень недавнего времени она отметила, что колонисты Инициативы – это всё, что может остаться от цивилизаций Млечного Пути, попросила Алека не забывать эти цивилизации и помнить, что теперь Инициатива может остаться последним живым наследием нашей галактики. Один из моих приятелей предположил, что Лиаре, в силу профиля её деятельности, стали известны некоторые детали «дела о Горне». Какие именно детали, мне, к сожалению, не известно, но Лиара высказала в своём последнем сообщении, адресованном Алеку, осторожное предположение, что Горн может победить Жнецов.       - И туда залезла, – негромко заметил Найлус.       - Возможно. Любопытство многие разумные органики считают пороком, хотя это всего лишь свойство личности. У кого-то более активное, у кого-то менее, – согласился Сарен. – Эта деталь – из последнего сообщения Лиары Алеку Райдеру. По утверждению большинства моих знакомых больше Лиара Т'Сони с Райдером не связывалась. Во всяком случае, мне об этом пока что ничего нового не известно. Это – то, что может быть важным для матриарха Бенезии и для успеха нашей миссии по воссоединению матери и дочери, – сказал старший Спектр. - Важно другое. Впереди у нас – Цитадель. Я недавно в рамках уточнения деталей «Проекта Андромеда» просмотрел с помощью моих знакомых списки личного состава многих служб и подразделений Станции. Там сейчас работает Гаррус Вакариан, следователь СБЦ. Его отец – Кастис Вакариан, так же был сотрудником СБЦ. В настоящее время живёт на Палавене. Женат. Двое детей – Гаррус и Солана Вакариан. – Артериус сменил картинку на экране своего инструментрона, сменил содержимое в раскрытых на экране дополнительных «окнах». - Алек Райдер и Кастис Вакариан подружились ещё в те времена, когда Алек Райдер был военным представителем в посольстве Альянса Систем при первом после Альянса, а фактически – человечества на Цитадели – Гойл. По некоторым признакам, сообщённым мне несколькими приятелями независимо друг от друга, Кастис мог что-то узнать о грядущей угрозе расам нашей Галактики, исходящей от Жнецов. В свою очередь, далеко не сразу, мне удалось узнать также о том, что узнав об угрозе Жнецов, Алек Райдер связался с «Благодетелем», будучи уверен в том, что последнему известно о существовании и роли Жнецов. И только поэтому именно «Благодетель» столь щедро и эффективно профинансировал завершение Проекта, сделав богатые резервы для будущего успеха предприятия в целом. Так вот, мне стало известно, что «Благодетель» подтвердил подозрения Райдера. Следовательно, угроза со стороны Жнецов - так или иначе, но - осознавалась, осознаётся и будет осознаваться многими разумными органиками.       - А мы, прибыв на Цитадель и пообщавшись с Гаррусом Вакарианом, сможем сориентировать поточнее и СБЦ на противодействие этой угрозе, – сказал Найлус.              - Если немного дополнить вас, коллеги, – тихо сказал Явик, чуть повернув к турианцам голову и полуприкрыв все четыре глаза. – То, отслеживая ситуацию своими расовыми средствами и возможностями, я могу кое-в-чём уточнить детали. Да, колонисты прибудут не на пустое место, – подчеркнул протеанин. – Скопление Элея – сложное пространство, уже заселённое разумной органической и синтетической жизнью.       - Это как? – выдохнул Найлус.       - Просто, – ответил Явик. – Местными жителями являются так называемые «ангара» - развитая цивилизация разумных органиков. Им противостоят так называемые «кетты» - агрессивная высокоразвитая цивилизация разумных органиков, родина которых находится в Галактике Андромеда, но – за пределами скопления Элея. Дополнительная, хотя и существенная сложность состоит в том, что все местные элейцы – хоть ангара, хоть кетты, хоть обе расы вместе, действуют на территориях, которые в древности освоены были сверхразвитой, ныне исчезнувшей цивилизацией, именуемой «джардаан». Эта цивилизация, условно позиционируемая как органическая, а может быть – и полуорганическая, создала так называемых «реликтов» – высокотехнологичные машины, основная задача которых – охрана наследия джардаан.       - Какого такого наследия? – поинтересовался заинтригованный Найлус. Сарен тоже слушал протеанина очень внимательно, погасив и свернув экран своего инструментрона.       - По доступным мне данным, – ответил Явик. – Назову это так, джардаан таинственным образом исчезли из галактики Андромеда, предположительно – в результате воздействия на них феномена, названного по доступным мне источникам Скверной. Именно Джардаан по ряду источников, с которыми мне удалось обзорно ознакомиться, являются создателями и реликтов, и ангара. Те же источники аргументированно утверждают, что джардаан, вполне возможно, ранее были одной из самых могущественных рас галактики Андромеда, они оставили после себя монументальное технологическое наследие. На многих планетах скопления Элея по сей день находятся загадочные артефакты и строения джардаан, в том числе – многочисленные так называемые «хранилища» на планетах, которые, взаимодействуя с расположенными на поверхности «Монолитами», способны как менять климат, так и терраформировать всю планету. В результате неизвестного доподлинно ныне конфликта джардаан оказались либо полностью или частично уничтожены, либо просто насильно изгнаны из скопления Элея. При помощи явления, обозначенного как «Скверна». Которое я, ознакомившись с рядом доступных мне источников, определил бы как супероружие. Поскольку оно по-особому взаимодействовало с галактическим пространством, автоматически точно нацеливаясь на корабли и технику джардаан и уничтожая их. Сами джардаан, как утверждают просмотренные мной весьма скупые на детали источники, слишком хорошо скрывали мотивы и цели своих действий. Но, на мой взгляд, достоверно можно утверждать хотя бы то, что эта раса занималась как созданием, так и преобразованием обитаемых миров в скоплении Элея. А возможно – и во всей галактике Андромеда. В качестве командного центра в Элее джардаан создали «Меридиан» – весьма своеобразный на мой взгляд мир-механизм. Который является своеобразным венцом творения для терраформических возможностей джардаан. Этот мир-механизм также мог координировать работу сети «хранилищ», расположенных на остальных планетах Элея. Могу лишь предположить, что технологии, ставшие частями «хранилищ» и Меридиана, могли как создавать жизнь, так и уничтожать и преобразовывать её. Также могу предположить, что по совокупности деталей и взаимосвязей, обнаруженных мной в доступных источниках, джардаан не погибли, а ушли из скопления Элея. И намерены вернуться позднее, чтобы закончить начатое. Думаю и даже уверен, руководствуясь не сколько логикой, сколько чувствами и эмоциями, что джардаан могли быть достаточно могущественны для того, чтобы погибая, уничтожить все следы своего пребывания в Элее. И - в галактике Андромеда в целом, – заключил протеанин. – Если там осталось слишком многое, и это многое не было уничтожено ни скверной, ни таинственными оппонентами джардаан. То… слишком велика вероятность, что джардаан однажды могут вернуться.       - Да уж… - потрясённо вымолвил Найлус. – Если колонисты прибудут в Элей через шестьсот лет… они действительно могут попасть, как выражаются земляне, «из огня да в полымя». Не на пустое место – раз, противостояние синтетов и разумных органиков – два, раса-уникум, которая может вернуться и преобразовать всех и вся по своему разумению – три. Явик…       - Я не буду передавать эту информацию в Проект, Найлус, – строго и чётко ответил протеанин. – Во-первых, для того, чтобы ознакомиться с источниками, на основании изучения которых я сделал только что изложенные выводы, у администрации Проекта и низовых исполнителей уйдёт непозволительно много времени – больше нескольких календарных месяцев. А, во-вторых, даже простая вера в мои выводы потребует переформатирования Проекта в целом, на что сейчас нет ни времени, ни других ресурсов. Распространение этой информации внесёт только сумятицу и в мышление и в действия разумных органиков, вовлечённых в проект, находящийся, если я правильно оценил ситуацию, на финальном этапе своей реализации. Так что… Нет, эта информация останется Проекту недоступной.       - Насколько мне известно, Явик, никакие исследования, проведённые даже с помощью гетского Массива, не указывают… - сказал Сарен.       - На наличие Скверны и её действия? – уточнил протеанин. – Согласен, не указывают. Как и на многое другое. Не буду спорить, в Проекте действуют достаточно профессиональные учёные и исследователи. Но - для полного охвата всего нужного массива информации у них нет ни средств, ни возможностей. А без этого… невозможно даже определить достаточно точно и чётко, что же такое этот Проект на самом деле – отступление или бегство. На отступление – мало похоже. И бегством тоже вроде бы по большинству признаков – не является, – уточнил воин древней расы. – Между тем мы все стоим между рождением и смертью и должны переживать не только подъёмы и возвышения, но и падения. Да, разные по форме, скорости, полноте влияния и прочим параметрам. Но… Скверна, как утверждают источники, с которыми я успел ознакомиться, никуда не делась. И против её воздействия у нынешних наших современников, родившихся и выросших в Млечном Пути, а теперь отправляющихся далеко за пределы исследованной части нашей Галактики, нет противоядия. Никакого, – подчеркнул Явик. – Жнецы возвращались раз за разом. И не факт, что возвращение джардаан будет благом для ангара, реликтов и наших новопоселенцев, которые сумеют и успеют прибыть в Элей до прибытия туда же джардаан. Реликты – ещё хуже, по моему мнению, чем геты и воевать с ними новопоселенцам тоже придётся отчаянно, – отметил Явик. – К чему может привести такая война? Реликты – охрана артефактов, которые принадлежат джардаан. Многочисленные боестолкновения с реликтами вполне доказательно убедят джардаан во вредоносности новопоселенцев. И тогда… всем обитателям ковчегов, даже успевшим высадиться на планеты придётся воевать не только с реликтами, но и с флотами и подразделениями живых, условно говоря, джардаан. Вернувшиеся в Элей джардаан вполне могут учесть, что у новопоселенцев не было времени сколько-нибудь полно уточнить, что же окружает это скопление. И тогда вероятность не только победы, но и нормативного более-менее сосуществования с реликтами и джардаан ставится под обоснованное сомнение.       - Кетты – органики, – заметил Найлус.       - Они отнюдь не няшки, Крайк, – жёстко и чётко заявил протеанин. – Им тоже может не понравится подтверждение такого простого и одновременно – очень сложного факта, что именно джардаан являются создателями органиков ангара. Расы, населяющей всё скопление Элея. Есть определённые факты, изложенные в источниках, указывающие на то, что джардаан присутствовали, как мне представляется, по вполне понятным причинам, не только в скоплении Элея. Если обратить внимание на детали, то можно, например, понять, что кетты занимались ассимиляцией многих рас. В источниках есть информация о тусали – расе, представители которой жили вне Элея и, тем не менее, поклонялись тем же реликтам – созданиям джардаан. Источники, к сожалению, во всяком случае – те, с которыми мне удалось ознакомиться к этому времени, ничего не говорят о том, в каком регионе Андромеды обитали эти самые тусали, однозначно и чётко указывая лишь на то, что регион Элея для них – чужой.       - Если джардаан создали органиков ангара… – сказал Сарен.       - По звучанию, что отмечается в ряде источников, языки джардаан и ангара, во всяком случае – относимые к разряду привычных для нас звуковых, весьма схожи. Но это не означает и не может однозначно доказывать, что расы джардаан и ангара родственны друг другу. Кроме звукового языка есть ещё и письменность, которая воспринимается иным, часто – очень непривычным и чуждым нам, нынешним разумным органикам, способом. В источниках отмечается, что джардаан и ангара по-разному, с разной полнотой, глубиной и чёткостью воспринимали, казалось бы, одинаково начертанные на самых разных поверхностях письменные знаки. Кстати, как и изображения Жнецов, эти знаки на планетах Элея сохранились только в нескольких, точнее – в некоторых местах.       - Весело, – сказал Найлус. – Но смеяться – не хочется. Мало того, что поселенцы столкнутся с разумными расами органиков и синтетов, они окажутся перед перспективой столкновения с расой, которую даже сложно однозначно отнести к полумашинам в нашем обыденном и даже специализированном понимании.       - Может быть и весело, если рассматривать смех и веселье как защитную реакцию организма на стресс и неблагоприятные воздействия внешней среды, – отметил Явик. – Как бы там ни было, ясно одно – нам нужно победить Жнецов. И - победить тех, кто стоит за ними. Потом, в перспективе, мы сможем придти в Андромеду, в Элей. И понять, что же там произошло. Не факт, что мы найдём там кого-то из наших соплеменников, особенно, если вернутся джардаан. Но… Нам нужно решать сначала «домашние» проблемы и вопросы. Если «Инициатива «Андромеда» - проект по организации и осуществлению эвакуации-переселения, то нет особого смысла обозначать и определять это действо только как бегство. От себя самих, своих внутренних настроек и связанных с ними проблем разумные органики любой известной нам сейчас расы убежать, к сожалению, никогда не смогут. Я помню о том, что вы хотели мне рассказать – о ваших оппонентах на Дальних Пределах. Давайте отложим этот разговор. – Явик встал с кресла. – Мне надо будет несколько часов – даже точно сейчас не могу сказать, сколько именно, потратить на отслеживание ситуации на Идене, так что я пойду к себе. Потом мне надо будет провести второй сеанс в Зале Связи. И, думаю, он будет последним – времени ещё на один сеанс в графиках загруженности нормандовцев почти не осталось. Да и подготовка к работе на Цитадели требует своего, – он шагнул к двери салона. – Был рад пообщаться с вами, коллеги, – с этими словами протеанин открыл дверь, переступил порог и закрыл створку за собой.       - А нам, полагаю, тоже надо подумать над тем, как повлиять не только на Корпус, но и на Службу Безопасности Станции. Этот Гаррус Вакариан… С ним придётся плотно сконтактировать, – сказал Сарен.       - Я поищу данные о нём в Экстранете, – сказал Найлус, включая свой наручный инструментрон и разворачивая средний экран. – Потом обсудим.       - Ты прав. А я пока посмотрю на ситуацию на Идене и немного покопаюсь в общих файлах «Андромеды». Этот проект меня заинтересовал. Явик прав – менять что-либо поздно. Главное – спасти побольше разумных органиков разных рас, переселить их в другую галактику. Он как-то крайне удачно обошёл вопрос о нашей турианской роли в боях на Дальних Пределах.       - Возможно, он в очередной раз не захотел усложнять ситуацию и пользоваться передачей информации мыслеобразами. Всё же он – Старшая Раса, а мы… Хорошо, если Младшая, а не Молодая, – сказал Найлус, выводя на экран «окна» с текстами и картинками.