Сверкающие глаза

      Капитан Андерсон встретил вернувшуюся группу в ангаре. Отзеркалив воинское приветствие, командир фрегата считал психологическое состояние землян и, разрешив членам группы высадки быть свободными, жестом приказал увести задержанного в трюмную камеру-выгородку. Подождав, пока двое полисменов отволокут парализованного биотика на порядочное расстояние, Андерсон кивнул, приглашая Шепарда последовать за собой.       - И куда теперь его девать? Шепард, мы не можем возвращаться на Цитадель каждый раз с грузом пленников. – в спокойном и ровном голосе командира фрегата читалось недовольство.       - Он не пленник, он всего лишь задержанный, сэр. – ответил старпом, поймав взглядом короткий согласный кивок начальника. – Его можно передать на крейсер. Посидит в тамошней одиночке тюремной. Среди имперцев тоже есть биотики, они смогут с ним мило побеседовать, вытрясти как коврик на турнике. Сказать честно, сэр, поездка на Прагию была… сложноватой. Особенно для лейтенанта Аленко. Я редко видел его таким… выжатым.       - Ещё сложнее будет дальше. У нас появилась просьба, прошедшая фильтры Корпуса Спектров и признанная правомерной, Шепард. – ответил командир фрегата. – Нам нужно достать майора Кайла с одной из планет в Эте Хокинга. Так что можно считать, что Нубийский Простор нами отработан полностью и корабли уходят в другое скопление, Джон.       - Майор Кайл? – уточнил Шепард. – Я помню одного Кайла, он участвовал в жестокой битве на Торфане.       - Он самый. По материалам, которые мне переслали, Шепард, он был образцовым офицером, но потеря многих людей, служивших под его началом во время Торфанской резни 2178 года, оказалась для его психики слишком тяжёлым испытанием. Он был с почётом отправлен в отставку после того как психиатрическая экспертиза доказала его полную непригодность к службе в ВКС.       - Это было совсем недавно, командир. – размышляя, проговорил Шепард.       - Именно. Вы, Шепард, сирота, вы знаете, что такое быть одному. Очевидно, на Торфане нужно было быть готовыми посылать в бой только солдат и офицеров с психопрофилем «безжалостный». К сожалению, времени на то, чтобы их собрать, Джон, у нас как всегда не оказалось. Вот и пришлось калечить психику прекрасных строевых, отнюдь не паркетных офицеров. А уж скольким солдатам эта бойня стоила психического и физического здоровья – и подумать страшно.       - Вы прекрасно знаете, командир, что меня часто называют «уцелевшим». Эта эдольская высадка показала, что дело далеко не окончено. То, что я пережил тогда, в бою с молотильщиками, вполне можно назвать катастрофой: я выжил тоже один и стал, к сожалению, а может – к счастью – точно не знаю, не могу сказать определённо, единственным свидетелем того, что в действительности произошло с отрядами во время той миссии.       - Именно поэтому вы и будете снова во главе группы высадки, Шепард. – сказал Андерсон. – И Аленко, спасённый вами от проблем, связанных с несовершенством имплантата Эль-Два также пойдёт с вами. И вся ваша группа пойдёт. – Андерсон говорил, прямо глядя в глаза своего старшего помощника. – Потому что мы только начали ворошить это осиное гнездо и распутывать многониточный клубок. Я надеюсь, я просто уверен, Джон, что в конечном итоге нам, вполне может быть, удастся остановить эту Жатву. Как – другой вопрос.       - Командир, сэр. Есть ли дополнительная информация по майору Кайлу? – спросил Шепард.       - Есть. – Андерсон подал ридер. – Чтение малоприятное, но увы, что имеем.       - Действительно. – Шепард просмотрел малообъёмные файлы. – Объявился на луне Пресроп в системе Век Эты Хокинга, основал секту, состоящую из биотиков и требует, чтобы теперь его именовали не иначе, как «отец Кайл»? Крут мужик.       - Он никогда не был биотиком, Шепард. И передавший мне часть пакета на Кайла адмирал Хакет предполагает, что защищая этих биотиков, майор всего лишь пытается успокоить чувство вины за события, имевшие место на Торфане. Ведь тогда он слетел с катушек, видя наши огромные потери и начал пытаться восстанавливать равновесие. Его чуть не назвали «торфанским мясником». Чуть не назвали, Шепард. – сказал Андерсон. – Сами понимаете, в нашей армейской вэкэесовской среде такими ярлыками уже давным давно просто так не бросаются. Люди заметили, что он перешёл Черту.       - И он продолжает удаляться от неё, командир. Здесь отмечено, что именно по заказу бывшего майора Кайла по Экстранету были распространены сообщения с призывом к биотикам объединяться. Более того, бывший майор стал обвинять Альянс во всех бедах биотиков. Столь высокая вредоносная активность бывшего майора не могла оставить Альянс равнодушным. И нас, вас, группу высадки решили сделать ангелами мщения, сэр?       - Вы прочли о том, что Альянс направил к Кайлу двух своих представителей, которые должны были всего лишь переговорить с ним и убедить пройти лечение от «военного синдрома». Но бывший майор Кайл решает, что они – угроза и приказывает своим последователям-биотикам убить обоих переговорщиков. У нас с вами, Шепард, сейчас есть выбор: либо убить Кайла, либо разогнать секту, либо убедить Кайла сдаться. Возможны и другие комбинации, но приказ один, Шепард: майор должен перестать мутить воду. Биотики должны сохранять спокойствие. Их мало и они важны для будущей победы над Жнецами. Да, согласен, что мы сделали немало ошибок с этими имплантатами, повелись на чиновничьи игры. – Андерсон старался говорить спокойно, но в тоне его голоса Шепард отчётливо слышал нотки глухого сильного раздражения. – Скажу прямо, Шепард. Я рассчитываю на вас в этом деле. Майор Кайл – какой-никакой, плохой-хороший, он - вожак, и нам важно вырвать у него из под власти всех захомутаных им биотиков. Если вы и Аленко сумеете их убедить вернуться – это позволит майору понять, что он может тоже найти себя в чём-то более благородном, чем настраивание всех биотиков против Альянса. Присутствие Кайдена позволит биотикам поверить полнее и глубже, ведь Кайден тоже носит Эль-Два, он практически один из них.       - Они моментом почувствуют, что он здоров. Увы, биотики к этому просто невероятно чувствительны, сэр. – сказал Шепард, изучая материалы ридера повторно. – Означает ли это, что для нас в Эте Хокинга нет никаких других задач?       - Задачи всегда есть, Шепард. – Андерсон усмехнулся одними уголками губ. – Мне многое не нравится в этой системе. Пока вы были на Прагии, мне поступила гора материалов. Я не знаю, стоит ли мне злиться на Марка или следует его боготворить, но он накопал про Эту Хоккинга достаточно, чтобы утратить сон на ближайший месяц. – командир фрегата достал из укладки второй ридер. – Узнаёте?       - Второй Жнец? Заброшенный? – Шепард был удивлён, пожалуй, не меньше своего командира. – Назара будет…       - Да знает он, посмотрите вторую закладку.       - Вижу. И что нам делать?       - Решать по месту, Шепард. На месте, если точнее выражаться. – ответил Андерсон. – Так что Кайл с его несколькими десятками последователей – не самая большая наша проблема в этой системе. Марк, посмотрите третью закладку, сделал нам королевский подарок, раскопав, что именно в этой системе мы сможем найти одну из плат, позволяющих преодолеть защиту «Омеги-4». Вам не хуже, чем мне известно, что ни один из нескольких сотен кораблей, кроме кораблей Коллекционеров обратно из этого красного ретранслятора не вышел, не вернулся обратно. Может быть, с этой платой, которую, мы, безусловно, подвергнем самому внимательному изучению, у нас что-то и получится. Во всяком случае – мы хоть как-то подготовимся к возвращению на «Омегу», откуда попытаемся пройтись в гости к Коллекционерам.       - И к «Церберу». – уточнил старпом. – К его заретрансляторной станции. Или к его заретрансляторным станциям, если окажется, что этих скорлупок у него там больше одной.       - И к нему – тоже. – подтвердил командир фрегата. – Марк также раскопал, что в этой звёздной системе мы сможем существенно обновить наши базы данных о минеральных ресурсах, которые нам перед войной очень и очень потребуются. А для наших турианцев есть информация о нескольких турианских эмблемах. Есть данные, что в них заключены интересные файлы, к сожалению, представляющие интерес только для Иерархии. Для нас они, мягко говоря, бесполезны. Мы не потянем такие проблемы, которые связаны с этими файлами.       - Предстоит собрать некий комплект? – спросил Шепард.       - Вроде того. – подтвердил Андерсон. – Вроде того. – повторил он, явно над чем-то раздумывая. – Кроме того, у нас есть информация о некоей совокупности протеанских артефактов, собрав которые воедино, мы получим доступ к протеанским руинам. Я бы не сказал, что мы получим все артефакты именно в Эте Хоккинга, но попытаться хотя бы начать собират, по моему мнению - стоит. Для Явика и его соплеменников эти артефакты могут быть критически важны. У них, прямо скажу, чудом выживших, и так ресурсы очень ограничены, а новые базы или хотя бы - новые данные о прежних поселениях и их сохранности… Сами понимаете.       - Понимаю, командир. – Шепард коротко кивнул. – Полагаю, это не все основания устроить Эте Хокинга тотальное прочёсывание?       - Не все. Этот жетон капитана Мэйлона, который был найден вами на Эдоле – явно не единственный. Для налаживания отношений с саларианцами, а этим нам тоже придётся заниматься плотно - нужно представить информацию о местах расположения этих жетонов и медальонов. Если потребуется – и сами жетоны с медальонами, хотя я бы предпочёл не нарываться на неприятности – у саларов могут быть другие понятия о нормах обращения с телами погибших воинов.       - Джеф, с чего мы начинаем? – Шепард чуть приподнял голову, зная, что пилот через потолочные камеры купольного типа внимательно наблюдает за командиром и старшим помощником.       - С Чандрасекара, сэр. Там расположен масс-ретранслятор и топливный склад. Оттуда можем полететь в любую из соседних звёздных систем. Заправившись, естественно. При всей экономии нам заправка явно не помешает, сэр.       - Будет тебе заправка. – сказал Андерсон.       - Я отметил в плане, командир. – отозвался пилот. – Рассчитывать курс?       - Да. До Чандрасекара. А там – решим. У нас будет время. – принял решение командир фрегата.       - Предварительно – пятнадцать часов хода. К завтрашнему полудню будем на месте. – доложил пилот через минуту.       - Хорошо. Вы свободны, Шепард. – Капитан Андерсон принял назад ридеры, уложил их в планшетку и поднялся к себе в каюту. Старпом направился к себе в «выгородку».       - Прошли ретранслятор. Корабль – в системе Чандрасекар. Курс – планета Гибат. – проинформировал личный состав экипажа фрегата сменившийся вахтенный офицер. – Перед выходом на орбиту планеты запланирована стоянка у топливного склада для заправки.       Шепард как раз открыл глаза – удалось поспать пять часов, до этого времени он изучал материалы Свода Навигации по Эте Хоккинга.       Красноватый Тешаб – газовый гигант, состоящий из водорода и гелия, известный также своими бурыми и оранжевыми пятнами, проявляющимися в верхних слоях атмосферы из за наличия серных примесей, остался позади – фрегат не задерживался у спутников, облепивших орбитальный район планеты, а местные диспетчера, уразумев, что имеют дело с вояками, старались пропускать корабли по кратчайшим путям.       Трудолюбивые китайцы спокойно отнеслись к следующему транзитом военному фрегату и идущему за ним крейсеру – станция для дозаправки гелием-3, построенная на метано-аммиачном ледяном гиганте и поставлявшая топливо для кораблей национальной корпорации, осуществлявшей добычу металлов на Презопе в соседней системе Центурия – была достаточно бойким местом и десять человек обслуживающей станцию бригады не имели возможности долго бездельничать: корабли Китайской Межпланетной Корпорации, имевшей статус национальной, следовали сплошным потоком. Отметив наличие на Гибате богатых залежей иридия, платины и палладия, Шепард убедился, что корабль берёт курс в систему Шварцшильд.       Отметка на экранной карте передвигалась в точном соответствии с действительным положением фрегата в пространстве. «Волга» следовала чуть позади, имперцы заправили все топливные танки своего корабля и Андерсон уже получил от Стрельцовой уведомление о том, что в случае необходимости крейсер поделится топливом с фрегатом. Пока корабли шли к соседней звёздной системе, Шепард взялся изучать материалы по биотикам – Аленко мог помочь, но и он сам, как командир группы, обязан играть первую скрипку в процессе и командовать ситуацией, а не идти всегда на поводу у обстоятельств. Поэтому старпом обложился ридерами и попросил Марка присылать ему все выловленные в Экстранете материалы по биотикам кроме самых популярных и неоднократно откопированных на самых разных серверах.       Средняя система с четырьмя планетами встретила корабли отряда обычно. Первой под сканеры фрегата и крейсера попала Рихали – типичный водородно-гелиевый гигант, окружённый небольшими спутниками. Отметив в базе данных наличие подтверждённых умеренных запасов полезных ископаемых, специалисты отряда направили сканеры кораблей на следующую планету звёздной системы, не забывая накрывать конусами излучения окружающее пространство.       Линосса – второй водородно-гелиевый гигант в системе, окружённый кольцами из обломков искусственного происхождения. Старпом отметил включение дополнительных сканеров: спецы фрегата и крейсера приняли решение использовать пребывание отряда в системе по полной программе, выделив резервные ресурсы для получения более точной информации о хрупких и древних частях этих обломков, в которых только недавно были обнаружены нанотехматериалы.       Линосса, по всей вероятности, как свидетельствовал Свод Результатов исследований, активно использовалась обитателями следующей, более близкорасположенной к местному светилу планеты – Этамиса. Жители Этамиса, эти, безусловно, разумные существа, добывали на Линоссе гелий-третий, а может быть - и что-нибудь другое. Шепард включил ещё два экрана, отрегулировал фокусное расстояние и уровень чёткости изображения, долго смотрел на Этамис.       Планета-сад, столь редкая в исследованном пространстве Млечного Пути, была, однозначно, атакована из космоса. На берегах высохших океанов виднелись кратеры от ковровых бомбардировок, проведённых по самым скромным оценкам, не меньше чем кинетическими орудиями кораблей класса дредноута. Такая варварская бомбардировка не могла остаться без тяжёлых последствий – Шепард предполагал, что именно в результате их проведения атмосфера планеты была практически полностью уничтожена. Детали процесса, приведшего к такому результату, старпома сейчас не интересовали – важно было то, что двадцать-сорок миллионов лет здесь, на этой планете, существовала культура, представители которой сумели осуществить выход в космос.       Получалось, что обитатели этой планеты могли жить и действовать в эпоху всевластия легендарных Левиафанов и только потом начался страшный период результативных Жатв, с машинным постоянством осуществляемых Жнецами. Прочитав ещё несколько текстов из ридера, Шепард одними уголками губ усмехнулся: осторожные учёные опасались делать чёткие выводы – двадцать или сорок миллионов лет в любом случае внушали уважение, потому ни оценить численность населения этой планеты, ни понять, была ли она материнским, ключевым, родным миром погибшей цивилизации, или же всего навсего являлась пусть и единственной, в чём были сомнения, но всё же колонией, современные Шепарду высоколобые, как и их предшественники, так и не сумели. Для исследователей такие древние периоды на девяносто процентов были настоящей «террой инкогнитой», в пределах они чувствовали себя слишком неуверенно.       Спектр не знал, что Явик также внимательно рассматривает Этамис на настенных экранах своей каютки, перебирая и перечитывая на своём инструментроне полученные от Таэлы файлы. Обитатели Этамиса были намного старше даже иннусанонцев, предшественников протеан. Всё же сто двадцать пять тысяч лет – это не миллион и не несколько миллионов. Воин древней расы понимал, насколько условна принятая разумными органиками хронология, но чувствовал – обитатели Этамиса были незимеримо старше любой из известных протеанам древнейших и древних рас.       Засверкали в лучах местного светила дополнительные силовые поля, окутывавшие оба корабля – отряд приблизился к первой планете звёздной системы – Атахилю. Это была типичная венерианская «теплица», которую также не обошла разразившаяся в глубокой древности в этой звёздной системе война – на ней были заметны несколько огромных кратеров, а также присутствовали и другие следы, характерные для последствий орбитальных бомбардировок. Близость к светилу позволила планете сохранить плотную атмосферу, предполагалось также, что в силу малозаселённости и высокой температуры поверхности оппоненты обитателей Этамиса не ставили перед собой цель превратить Атахиль в каменный мёртвый булыжник – им было важно уничтожить только опорные пункты, именовавшиеся современными Шепарду разумными органиками аванпостами.       - Внимание по кораблю. Система Шварцшильда отработана полностью. Фрегат и крейсер направляются к звёздной системе Верр. – донёсся по общекорабельной трансляции голос главного вахтенного фрегата.       Вернувшийся к изучению материалов по биотике, Шепард краем глаза отметил, что корабль выполнил разворот и теперь направлялся по кратчайшему пути к границе системы. Предстоял перегон, на который, согласно плану было выделено не больше пяти часов. Старпом встал, прошёлся по «выгородке», обвёл взглядом настенные экраны. Работа отряда только начиналась, а уже сколько признаков богатейшей истории разумной органической, да и не только органической жизни были найдены и буквально вопили о недопустимости успеха очередной Жатвы. Дни истекали стремительно и неуклонно, три календарных года до Удара начали ощутимо таять.       Пройдясь по кораблю, Шепард зашёл в пилотскую кабину, постоял, всматриваясь в усеянный мириадами звёзд чёрно-серый ковёр. Моро, понимая состояние Шепарда молчал, изредка точными и скупыми движениями исправляя что-то в настройках автопилота.       В небольшой каютке, созданной стараниями техников фрегата у рабочего стола возился Мордин. На появление Шепарда учёный никак не отреагировал, полностью уйдя в работу.       - Много работы, Шепард. Очень много работы. – сказал Солус, не отрывая взгляда от окуляров микроскопа. – Очень много работы, а времени очень мало. Очень мало. Я должен был поблагодарить вас после того как поблагодарил капитана за эту каюту. Благодарю вас сейчас. Знаю, что в проекте корабля она не была предусмотрена и знаю, что вы предполагали – я обязательно превращу её в лабораторию. Склонен жить там, где работаю. К счастью, сейчас нет необходимости разворачивать приборы и оборудование в полной мере, но и то, что уже есть – обнадёживает. Смотрели на Этамис?       - Да, Мордин. – кивнул Шепард, останавливаясь справа и чуть сзади хлопотавшего у микроскопов и центрифуги саларианца.       - Тридцать, сорок миллионов лет, Шепард. Тридцать-сорок лет. Улавливаете соответствие?       - Да. – Шепард коротко кивнул, что сразу же заметил чуткий саларианец:       - Как всё же жаль, что мы, саларианцы, при всей своей быстроте не сумели достичь столь же высокой эффективности нашей работы. Всё время мы тратим основные ресурсы на войну. Не только саларианцы, к сожалению.       - На Этамисе тоже была война. – отметил старпом.       - Но ковровые орбитальные бомбардировки – это не война, это – геноцид, уничтожение огромных масс гражданского, невоюющего населения. – вспыхнул Мордин. – Хотя… Понимаю, мы вышли в космос и поняли, что теперь невоюющего населения, случись что, просто не будет. Планеты маленькие, флоты большие и защищать свои дома придётся всем и каждому. Пришлось. Тридцать-сорок миллионов лет назад наши предшественники уже это знали. Добраться бы до заводил этого негативного процесса.       - Уверены, что есть заводилы?       - Даже знаю имя. Левиафаны. Миллиард лет они владели Галактикой. И правили так, как желали и хотели. Потом – ввергли жизнь в Галактике в хаос, обернувшийся многочисленными войнами. – переключив режимы экранов на стенах «выгородки», Мордин распрямился, разминая чуть затёкшие плечи под лабораторным мягким комбинезоном. – Старость – не радость, как говорите вы, земляне. Только не надо убеждать меня в том, что я молод. Если я и молод – то только душой. А тело… Увы. Тело всё чаще и всё фундаментальнее меня подводит. Если бы не подготовка, которую я прошёл в отрядах ГОР, я был бы не меньшей развалиной, чем многие, многие мои соплеменники. Знаете, Шепард, если вам удалось найти контакт с Жнецом-наблюдателем, то у нас у всех есть шанс. Шанс выжить.       - Он всегда есть, Мордин. – Шепард опустился в рабочее кресло, наблюдая, как профессор быстро передвигается от рабочего стола к укладкам с реактивами и приборами и спешит обратно, изредка что-то отмечая на настольном инструментроне.       - Согласен, всегда есть. Реализовать бы его. Наша работа только начинается, но объёмы её… по-хорошему просто потрясают. Никогда не думал, что мне удастся принять участие в столь длительной экспедиции, увидеть столько миров. Кстати, Шепард…       - Если мы наедине, профессор, называйте меня по имени.       - Хорошо… Джон. – Мордин склонился, выдвинул один из ящиков, достал два ридера. – Я приготовил вам тут материалы по биотикам и по молотильщикам. – он передал ридеры старпому. – Бессонница, чувство утекающего времени. Вот ночами и собирал. Кое-что – из архивов ГОР. Нам теперь потребуется знать каждую мелочь и иметь в наших рядах всех возможных союзников. – губы саларианца вытянулись в упрямую едва заметную линию. – Столько работы, столько возможностей, столько перспектив и сдаться? Погибнуть? Нет. – в глазах старика-профессора блеснул молодой огонь. – Вы правы, Джон. Нам нужно подтолкнуть разумных органиков к деятельности. Пусть мы, каждая цивилизация, будем, скорее всего, бороться в изоляции… Я знаю, что Жнецы смогут отключить ретрансляторы и тогда… Тогда каждая раса будет биться с войсками «креветок» в одиночку в своих материнских звёздных системах… Пусть они и обязательно попытаются лишить нас топлива, разрушив направленными ударами флотов главные топливные склады в системах… Но мы не можем сдаваться. Не можем. Слишком много работы. Но потери будут… Какие будут огромные потери… Наша многонаправленность…       - Сохранится. Жнецы хотят нас уничтожить. В этом их задача и они узки в своём стремлении. – сказал старпом.       - Да… Вы правы. Они – узки. Мы сможем их охватить, лишить манёвра… - размышляя, сказал Солус, склоняясь над центрифугой, откидывая крышку и лапой в изолирующей перчатке доставая оттуда укладку с пробирками. – Но сколько же разумных органиков поляжет. Вы правы, нам нужна поддержка синтетиков. Догадываюсь, что синтеты разделились на две неравные в своём потенциале и в своей направленности части: патриотов и еретиков. Это… так свойственно органикам. Но синтеты это свойство раскроют по-новому. Не смогут не раскрыть по-новому. Ваш Марк… Вы сумели поставить себе на службу творение вашего «Цербера». Он… прекрасный собеседник. Знаете, когда у меня бессонница, я часто прихожу к нему и мы беседуем на самые разные темы. Видеть рядом высоченного киборга, способного держать в руках весь Экстранет и одновременно – говорящего с тобой как с равным себе, ощущать его мощь, умную силу… Это… тонизирует, Шепард, заставляет желать и стремиться к чему-то большему. Бессонница перестала оказывать на меня своё разрушающее влияние, Джон. Благодаря Марку. Он… своеобразен, если даже и сделан по вашему образу и подобию. Настоящая личность. Иметь его среди союзников и друзей-партнёров – ценно. Простите, Джон. Время технологического перерыва заканчивается. Мне надо провести ещё серию экспериментов.       - Тогда, возможно, изредка я буду составлять вам компанию в ваших беседах с Марком, Мордин. – сказал Шепард, вставая и направляясь к дверям каютки.       - Буду рад, Шепард. – переключаясь на рабочий настрой, пробормотал саларианец, открывая крышку второго настольного инструментрона и пробегая по сенсорам его клавиатуры гибкими пальцами обеих рук. Похоже, слепой десятипальцевый метод набора текста дети саларианцев изучали наравне с азбукой – Шепард едва смог различать движения отдельных пальцев лап салара.       Четыре часа Шепард потратил на внимательное изучение материалов, предоставленных Солусом. ГОР ещё раз подтвердила свою высокую квалификацию – повторов и аналогов с общеизвестными материалами в файлах обоих ридеров не было. Только новая информация.       Час он провёл среди офицеров фрегата, собравшихся за раскладными столами для приёма пищи. Для кого-то из них это был завтрак, для кого-то – обед, а для кого-то – ужин. Рваный график питания был обычным для боевых условий, в которых часто приходилось действовать носившим погоны ВКС Альянса систем и войск Турианской Иерархии. Явик хранил молчание, внимательно прислушиваясь к разговорам соседей и обдумывая услышанное за столами. Найлус и Сарен по обыкновению тихо обсуждали события в Корпусе и в Пространстве Иерархии. Аленко с интересом изучал переданную Шепардом на его инструментрон часть информации о биотиках.       - Корабль в системе Верр. Локационным сменам – на посты. Активируются излучатели. – главный вахтенный офицер фрегата по громкой связи объявил об окончании очередного периода «ожидания». Столы исчезли в стенах, дневальные быстро разобрались с приборами и посудой и вернулись к своим постам.       Небольшая система с тремя планетами оказалась под прицелами сканеров фрегата и крейсера. Серао, Алуса, Коранг – такой порядок облёта системы высветился на одном из настенных экранов в старпомовской «выгородке». Водородно-гелиевый газовый гигант Серао был известен и даже знаменит своими огромными грозовыми областями, одна из которых располагалась в северном, а другая – в южном полушарии. Гелия-третьего здесь было больше, чем на Алусе, но слишком бурная атмосфера газового гиганта делала добычу слишком затратной и корпорации обратили внимание на Алусу, оставив Серао в качестве резерва и рассчитывая на то, что в будущем, возможно, техника позволит удешевить процесс добычи и сделать его менее затратным и опасным. Пока же обладавший более чем восемьюдесятью спутников Серао привлекал только исследователей и учёных, среди которых первенствовали азари, владевшие построенной на одной из крупных лун гиганта наблюдательной станцией.       Несколько минут полюбовавшись на буйство штормов, в очередной раз властвующих над планетой, Шепард подождал, пока фрегат выполнит сход с орбиты газового гиганта и направится к следующей планете. Марк приготовил очередную порцию свежих материалов по биотике и их требовалось изучить до прибытия к майору Кайлу.       Маленький и плотный ледяной гигант – планета Аллуса - встретил корабли отряда суетой многочисленных грузовых кораблей вокруг нескольких автоматических топливных станций, заправлявших грузовики гелием-третьим. Датчики корабля передали на экраны информацию о высоком содержании на Аллусе воды, аммиака и метана. Активность добывающих компаний здесь была очень высокой – разумные органики явно торопились исчерпать ресурсы Аллусы как можно быстрее.       Бросив быстрый взгляд на общую диаграмму активности корпораций, показывавшую прогресс за последние два-три десятка лет, Шепард отметил, что причин столь резкого скачка может быть слишком много и среди них – ощущение надвигавшейся на галактику угрозы.       Локаторы кораблей уже вовсю ощупывали первую, самую ближайшую к светилу системы планету Коранг, отмечая высокую плотность и бурную тектоническую активность, фиксируя высокий уровень содержания тяжелых элементов. Этот мир был богат минералами, но удалённость планеты от ретранслятора делала их активную добычу невыгодной. Только несколько недель назад экономические обозреватели отметили активизацию профильных корпораций, начавших подтягивать к планете строительные и монтажные отряды на грузовых кораблях и раздумывавших о присылке кораблей «эскадр освоения». Метан, аммиак и водяные пары складывались на Коранге в первобытный бульон, существовавший когда-то и на Земле. Планета словно медлила, не решаясь стать колыбелью органической, пусть и неизбежно очень своеобразной жизни. Индикаторы экранов показали, что датчики локаторов и сканеров отметили наличие простых декстроаминокислот, означавших прохождение подготовительных к возникновению реальной органической жизни этапов, но светило системы – красный карлик Керр излучал в почти что всём исследованном и известном диапазоне слишком скупо, заставляя поверхность Коранга испытывать нешуточный энергетический голод, преодолеть который могла только вулканическая активность, также прилежно отмеченная датчиками.       - Исследование звёздной системы окончено. – известил главный вахтенный фрегата. – Корабли отряда направляются в звёздную систему Центурия. Капитану Шепарду подойти в командирскую каюту.       Заметив, что фрегат, как обычно, первым встал на курс перегона между звёздными системами и увеличил скорость до маршевого уровня, Шепард встал из-за стола, оправил комбинезон и направился к лифту.       - Прошу разрешения, командир. – старпом откозырял стоявшему у экранов Андерсону. – Я уже предупредил всех членов группы высадки. Они готовятся к работе на Пресропе. С материалами я ознакомился и переслал часть данных членам группы высадки. Полагаю, они уже скоро окончат изучение и уверен – они и сами достаточно много времени потратили на розыск и уточнение многих деталей.       - Уверены в Аленко, Шепард?       - Да, командир.       - Я получил рапорт от капрала Ричарда Дженкинса. Он, как вам хорошо известно, уже вполне освоился с ролью вечного дневального по фрегату. И его это, скажу прямо, закономерно, не удовлетворяет. Он просит разрешения присоединяться к вашей группе высадки. Хотя бы изредка. Виза лейтенанта Аленко свидетельствует о том, что капрал Дженкинс уже избавился от многих недостатков, свойственных салагам и новичкам в нашем военно-космическом монастыре. Какое решение вы, Шепард, посоветуете мне принять, как командиру корабля.       - Дженкинс может присоединяться к нам на высадках, командир. – ответил Шепард после минутного раздумья. – Но, тем не менее, как капрал, он должен ещё многому научиться, многое понять и уразуметь. Слишком сложная впереди у нас у всех работа, чтобы вот сейчас направлять Дженкинса на десантирование. Полагаю, его следует оставить на должности дневального по фрегату. Пусть продолжает подготовку и совершенствуется. Если же говорить о предстоящей миссии на Пресропе – она точно не для уровня подготовки, достигнутого Дженкинсом, командир. Я не могу включить в группу высадки воина, который окажется слабым звеном. Биотики – сложные субъекты, для Дженкинса – слишком неоднозначные. Замешкается с выбором – будут сложности. У него и у всех остальных членов группы высадки, сэр.       - Согласен. – произнёс Андерсон, оборачиваясь к стоявшему у рабочего командирского стола старпому. – Пусть пока совершенствуется. – старший офицер подошёл, черкнул на ридере решение и нажатием нескольких сенсоров отправил рапорт на адрес ридера капрала. – Отсканируем систему, Пресроп – в последнюю очередь. Готовьтесь.       - Есть, командир. – Шепард развернулся на месте и вышел из командирской каюты, возвращаясь к себе в «выгородку». – Готовность к высадке всей группе. – он активировал наплечный командирский спикер. – третья.       Выслушав квитанционные ответы членов группы, Шепард прикрыл за собой дверь «выгородки» и опустился в кресло перед рабочим столом. Дженкинс. Закономерно чувствующий надвигавшуюся угрозу и желавший принять активнейшее участие в миссиях. Старпом знал, что дневальный – необходимое должностное лицо в расположении военного контингента – будь то наземная, подземная, орбитальная база или космический корабль. Он не сомневался в том, что Дженкинс также знает о ценности, важности и необходимости этой работы, тем не менее он хотел, желал и стремился к большему. И всё же он был слишком слабо подготовлен – на высадках мало спокойных, предсказуемых моментов. И терять членов группы Шепард не хотел. Категорически. Несмотря на то, что Дженкинс пропадал в ангарном трюме каждую свободную минуту и тренировался до сто сорок пятого пота, невзирая на то, что он даже на обеды приходил не иначе, как в самой тяжёлой броне, доступной ему по статусу и званию, он ещё был слишком неопытен.       Опыт… Его предстояло добывать в боях, которые, как чувствовал Шепард, ждут его группу в очень близком будущем. Что-то подсказывало старпому, что первыми оппонентами, на которых мог бы совершенствоваться Дженкинс, станут геты. Пусть на них и тренируется. – решил Шепард, погружаясь в изучение финальной части материалов по биотике.       Средняя по размерам звёздная система, обладавшая четырьмя планетами, одной луной и поясом астероидов, встретила отряд равнодушно. Старпом отметил активацию полного комплекса локаторов фрегата, включил дополнительный настенный экран с картой системы Центурия и увидел проступившую отметку крейсера. Светлана вела свой корабль чётко, как по ниточке, ни на миллиметр не отклоняясь от заданной схемы сопровождения фрегата. Локаторы крейсера также активировались в полном объёме, хотя Шепард знал – «Волга» не включила ещё и одну треть из наличествующих на её борту систем и датчиков. Не было пока необходимости, да и фон от работающих систем смог бы насторожить и местных диспетчеров. Пусть уж козыри отряда пока прячутся от посторонних взглядов: надо будет – крейсер включит дополнительные контуры в импульсном режиме – мало кто успеет снять характеристики задействованных систем. Газовый гигант Таропто отметился подтверждением наличия в своей атмосфере следов хлора и серы, а сотня спутников и широкая система колец, состоявших из каменной пыли, были со всем прилежанием исследованны чуткими датчиками обоих кораблей. Системы виртуализации попытались даже совместить останки в целостные системы, в очередной раз подтвердив правильность гипотезы, утверждавшей, что когда-то раньше Таропто обладал гораздо большим количеством спутников.       - Сигнал, сэр. – на связь с Шепардом вышел специалист локационного поста фрегата. – Мы нашли небольшой спутник, с поверхности которого идут странные сигналы. Прошу вашего разрешения на включение схемы «Вуаль-4». Нужно уточнить характеристики спутника, сигнала и места расположения точки излучения.       - Разрешаю. – Шепард взглянул на экран второго инструментрона, уясняя сложившуюся на момент доклада специалиста обстановку. – Старшему инженеру Адамсу – подключиться к работе с материалами.       Через несколько минут, потребовавшихся техникам для активизации ранее спавших систем, на экран инструментрона старпома поступила первая уточнённая информация.       - Капитан. – доложил Адамс. – Мы нашли на спутнике обломки спасательной капсулы. Для дополнительного изучения необходимы два зонда. Предполагаю, что в обломках будет что-то ценное – сигнал слишком мощный – такие генераторы ставились только на капсулах, перевозивших что-то очень важное или - кого-то очень важного.       - Согласен, Грэг. – Шепард отстучал на клавиатуре инструментрона доклад Андерсону. – Санкция командира фрегата, - взгляд в левый верхний угол экрана инструментрона, - получена. Два зонда - в вашем распоряжении, Адамс. Действуйте.       Главный инженер ушёл с канала связи, приступив к работе. Фрегат, не дрогнув, отпустил на волю, в управляемый полёт два зонда, быстро приблизившихся к одному из спутников. Экраны на стенах «выгородки» транслировали информацию с датчиков зондов. Лапа манипулятора одного из аппаратов под прицелами сканеров и датчиков выкопала из обломков медальон, покрутила его перед окулярами видеосенсоров. Это был, вне всякого сомнения, медальон Лиги Единения. Получив серию команд, зонды быстро завершили полный обыск обломков капсулы и стартовали обратно к фрегату. Лишённый атмосферы спутник не смог сохранить жизнь тех, кто попытался спастись из повреждённого, вне всяких сомнений, космического корабля.       Вахтенный доставил медальон в каюту Андерсона. Ещё одна страничка финала истории Лиги Единения лежала перед человеком, тускло блестя острыми гранями. Предательство политиков и политиканов стало вечным проклятием разумных органиков. Не сумев в очередной раз удержать ситуацию в нормативных пределах, облечённые высшей политической властью разумные с лёгкостью отступали, не задумываясь о цене и неминуемых жертвах, которые будут принесены в ходе этого отступления. Полная информация об обстоятельствах изъятия медальона с многоканальной записью видеофиксации уже была записана на кристаллы памяти. Убрав медальон в контейнер, Андерсон передал его младшему вахтенному, приказав поместить находку в хранилище фрегата.       Землеподобная планета средних размеров, названная Кантрой, обладала атмосферой, состоявшей из азота и аргона. В замёрзшей коре Кантры наличествовало олово с вкраплениями кальция. Равнодушные и внимательные локаторы и сканеры обшарили поверхность и толщу планеты, проанализировали состав тверди и атмосферы, после чего обрабатывавшие поступившую информацию контуры и системы подтвердили: планета не представляет ни малейшего интереса для прибывшей группы кораблей, а лёд, скопления которого было в очередной раз отмечено у полюсов Кантры не был интересен землянам, составлявшим большинство членов экипажа и команд двух военных разведывательных звездолётов. Внеся в базы данных наличие лёгкого металла – кобальта, месторождение которого было выявлено сканерами военного класса, автоматика выдала на экраны старших офицеров корабля запрос на разрешение выхода с орбиты Кантры и полёта к другим планетам звёздной системы.       Получив разрешение от Андерсона, Моро привычно положил фрегат на курс, ведущий к поясу астероидов. Сканеры последовательно меняли режимы излучений: обычно в таких местах можно было найти что-нибудь новое или выявить ранее скрытое. На этот раз было обнаружено не отмеченное ранее в Своде Космогеологии Млечного Пути крупное месторождение палладия. Сканеры военного класса в очередной раз подтвердили своё совершенство и высочайшую чувствительность и избирательность.       Корабли, совершив полный облёт поля астероидов, легли на курс к ближайшей к местному светилу планете звёздной системы – Тамагере, атмосфера которой состояла из углекислого газа и ксенона, а поверхность покрывал лёд из оксида натрия с кальциевыми вкраплениями. Почва планеты была, как доложили сканеры, в основном каменистой, в ней присутствовали примеси распространённых металлов.       Видеодатчики транслировали на экраны дисплеев обоих кораблей изображения каньонов и пройм, заставляя разумных органиков верить в то, что когда-то на Тамагере была война, а значит – и более плотная атмосфера, предполагавшая возможность развития жизни, как органической, так и неорганической. Подтвердив наличие богатых залежей платины, иридия и палладия, сканеры и локаторы ощупали окружавшее Тамагеру пространство и переключились на исследование Клендагона.       Большеразмерная, засушливая планета, кора которой состояла из олова и аллюминия и была покрыта пустынями, над которыми дули непрекращавшиеся ветры, встретила отряд равнодушно. Видеодатчики привычно нащупали главную достопримечательность Клендагона – Великий разлом, протянувшийся через всё южное полушарие. Включившиеся дополнительные сканеры и локаторы начали собирать информацию для того, чтобы систем обработки подтвердили или опровергли в очередной раз одну популярную гипотезу – об искусственном происхождении Разлома. Очень многие исследователи, принадлежавшие к разным расам Пространства Цитадели, стремились доказать, что Разлом есть не что иное, как шрам от работы ускорителя массы невероятной мощности. Учитывая то обстоятельство, что последние исследования датировали этот след отметкой в тридцать семь миллионов лет тому назад, данная гипотеза волновала умы не только учёных, но и простых обывателей.       - Это могло быть оружие против Жнецов, Шепард. – сказал Явик, вошедший в «выгородку» и плотно прикрывший за собой дверь. – А тот Жнец, к которому мы вскоре направимся – жертва этого удара. – протеанин передал старпому ридер. – Очередная порция информации от Таэлы. Профильной информации.       - Подтверждение. – только и произнёс Шепард, ознакомившись с содержимым файлов ридера. – Кто же это мог быть, оказавшийся способным создать столь мощное оружие?       - Кто знает, Шепард. Кто знает. – сказал, явно задумавшись, Явик, смотревший на экран, транслировавший изображение Великого Разлома. – Впечатляет. Пусть даже мы с вами знаем, что такое оружие не могло быть скорострельным и таких, с позволения сказать, стволов, не могло быть много по определению, но сам факт создания разумными существами такой мощной и эффективной системы… словно бы указывает нам путь.       - Посчитаем траекторию? – спросил старпом, сделав приглашающий жест.       - Охотно. – протеанин опустился в свободное рабочее кресло и открыл свой инструментрон. – По нашим данным снаряд пробил Жнеца насквозь, вывел корабль из строя и продолжил своё движение через космос, в конечном итоге поразив планету Клендагон. Наша отметка – тридцать семь миллионов лет до эры Совета, время угасания силы власти Левиафанов.       - Считаете, что они породили Жнецов? – уточнил Шепард, набирая очередную совокупность команд на своём инструментроне.       - Вполне работоспособная версия, Джон. Умирающий властитель создаёт наследников, веря в то, что они поддержат его власть. Как и насколько – его мало интересует. Сомневаюсь, что Жнецы были изначально запрограммированы на то, чтобы решать возникшую проблему подобным варварским жесточайшим способом, каким является Жатва.       - Эксцесс исполнителя?       - Вне всяких сомнений, Джон. Левиафаны – при всей их силе и могуществе могли быть только органическими существами, озабоченными своим долголетием и всевластием. Мы теперь знаем, что органикам свойственно создавать себе помощников – сначала в виде орудий туда и систем механизации и автоматизации, а затем – и разумных, в известной степени автономных. В конечном итоге всё направлено на умягчение перехода в полевую форму жизни. Страшно, рискованно, непонятно, но – неизбежно. – Явик повернул к старпому экран своего инструментрона. – планета Видазла, звёздная система Фладек. Сожалею, но, по всей вероятности, «Цербер» попытается достичь этой планеты, опередив нас.       - А что нам даст это?       - Оружие, Шепард. Оружие против кораблей Жнецов.       - Назара.       - Он – один из них. Сомневаюсь в том, что даже будучи разведчиком-наблюдателем, он предаст своих соплеменников. На этом этапе он наш временный союзник, но нас от смерти, от гибели спасает только его статус и задача наблюдателя и разведчика. Если этот статус будет изменён – а я не верю в то, что у него нет многоканальной связи со своими, то мы окажемся перед лицом гибели первыми: убрать нас, оба корабля, этому Жнецу не составит никакого труда. Сила приказа материнской системы. Сами понимаете. – сказал Явик, вставая и подходя к одному из экранов. – Не спорю, не хочется говорить о таком, когда он наш союзник, но быть глупцами и тупицами для нас, для нашего отряда – смертельно опасно, согласитесь, Шепард.       - Согласен. Скопление Мёртвой Руки?       - Оно самое. Сложное, не спорю, Джон. Просчитываю, пытаюсь просчитывать варианты. Майор Кайл – не проблема, проблема – мёртвый Жнец. Мы рискуем получить от Назары ситуацию выбора. И нам, вполне возможно, придётся искать третий вариант, создавать третий выбор. Ибо два имеющихся нас явно не устроят, не придутся никому по нутру. Полагаю, вы передадите эту информацию Андерсону – пусть он решит, включать ли это в план нашей работы. Но если «Цербер» получит это оружие – нам будет сложно. Тем, кто вне «Цербера» и против Жнецов и их Жатвы. – уточнил протеанин, складывая инструментрон. – Я пойду, Джон. Надо многое обдумать. Появились новые детали. Их надо вставить по-умному в мозаику. – Явик переступил порог «выгородки» и прикрыл за собой дверь, оставляя Шепарда в одиночестве.       - Внимание по кораблю. Фрегат выходит на орбиту Пресропа. Крейсер занимает стационар-позицию на орбите Клендагона. – известил главный вахтенный «Нормандии» по громкой связи.       Мигнувшие экраны сменили картинки на изображение холодной бесплодной планеты, чрезвычайно тонкая атмосфера которой состояла из двуокиси углерода и этана. Поверхностная кора Пресропа содержала большое количество залежей тяжёлых металлов.       В других условиях здесь было бы не протолкнуться от представителей администраций и исполнителей работ от самых разных добывающих компаний, которых Пресроп вполне мог бы озолотить всех без исключения, но близость кольца «Пяти килопарсеков», в котором до сих пор происходило активное образование звёзд, сводило на нет все планы и перспективы активного освоения недр Пресропа – транспортные перемещения через Кольцо и по сей день оставались чрезвычайно опасным делом, а в своей совокупности, учитывая планируемый объём добычи минералов, способны были разорить добытчиков только за счёт цены на перевозки руды к местам переработки, будь то орбитальные заводы или наземные комбинаты. На такие траты разумные органики пойти не могли, а автоматизация работ и перевозок ещё не достигла такого уровня совершенства, чтобы можно было с лёгкостью отказаться от присутствия на бортах исполинских грузовиков многочисленных экипажей, состоявших из органиков. Рисковать жизнями своих соплеменников в таких масштабах не были готовы представители ни одной из известных ныне рас Пространства Цитадели.       Поверхность Пресропа, как докладывали датчики, транслируя информацию, прошедшую обработку, на экраны мониторов и дисплеев кораблей отряда, представляла собой чудовищно испещрённый рельеф, состоявший из пересекавшихся весьма причудливым образом горных хребтов и неизбежно сопутствовавших им геологических впадин – немых свидетелей и порождений масштабных катастроф, происшедших много лет назад. По сей день продолжались попытки геологов-браконьеров нажиться на минеральных ресурсах Пресропа, за что эти авантюристы слишком часто платили собственными жизнями и жизнями доверившихся им работников. На такой планете было легко скрываться криминальным элементам и тем, кто хотел, чтобы его оставили в покое до тех пор, пока он и его сторонники не наберут достаточно сил и ресурсов, чтобы выступить на галактическую сцену и начать действовать, достигая только своих собственных, подчас очень личных целей.       - Группе высадки на двух транспортёрах – к работе. – распорядился Шепард, одевая комбинезон, скафандр и броню, подхватывая укладки с оборудованием и оружие. – Сбор в ангаре через десять минут. – он переключил каналы. – Командир, группа готовится к высадке.       - Дополнительная информация – на ваших экранах. Основные точки: ваша цель – биотическая лаборатория, в которой и находится майор Кайл. Там - наземное и подземное строения. Сам майор, вне всякого сомнения, как доказывает сканирование, знает о нашем прибытии и уже перешёл из наземного строения в подземный бункер. Вторичные цели, которые вы можете отработать в любом порядке, это – разбившийся зонд, обломки турианского корабля – там отмечена эмблема, думаю Гаррусу и Найлусу это будет важно и ценно увидеть вблизи. Следующая цель – повреждённая горная машина, по всей вероятности принадлежавшая группе шахтёров-нелегалов. Сканеры докладывают, что машина, используя заряд аккумуляторов, подпитываемых солнечными батареями, ползает по колее, соединяющей две горных цепочки. Автоматику транспорта, по всей вероятности, замкнуло, так что можно посмотреть, изучить, но вряд ли что следует делать – машина безобидна. Тела шахтёров расположены на всём протяжении этой колеи, они лежат в хаотичном порядке, но есть свидетельства того, что их смерть не была естественной. Конкуренция. Кроме транспортёра - заброшенный рудник с наземным лагерем. Там есть запертые контейнеры, можно будет покопаться, уточнить детали происшедшей катастрофы. Рядом с лагерем отмечена засада наёмников, вероятно, они караулят слабовооружённых и не слишком хорошо оснащённых любителей лёгкой наживы, каких в таких местах всегда хватает с избытком. Наконец сканеры подтвердили наличие гнездовья молотильщика. Если это не связано с тем, что творят биотики майора Кайла, можно будет обойтись без общения со змеечервём. Но если молотильщик и биотики как-то связаны между собой… Придётся вступить в контакт. Будете решать на месте, Шепард. У меня – вся информация.