Centuries

(Little Mix — DNA)

Я резко развернулась. Оказывается, я прошла одну дверь, когда пыталась разобраться в темноте. Там, опиравшись на дверной косяк, стоял он. Вот такого поворота событий я не ожидала. Мужчина, который окликнул меня, был очень высоким. Намного выше меня. Его волосы были темно-каштанового цвета, слегка вьющиеся. Лицо мужчины было удивительно аристократичным, как будто он сошел с какой-нибудь древнегреческой статуи. Он был одет в черную рубашку, через которую слегка просвечивалось рельефное тело и такого же цвета зауженные штаны, как у конных спортсменов. Все, начиная с беспорядка на голове и заканчивая сильными руками, в нем было безупречно. Легкая ухмылка на его алых губах и бегающий по мне заинтересованный взгляд не мешали мне наслаждаться странным наваждением, которое пришло ровно в ту секунду, когда я его увидела. В ту самую секунду, я почувствовала, как мне становится страшно и сжала шокер в левой руке. Мужчина не видел оружия, так как оно было за моей спиной. — Ты Эсмеральда, да? — спросил он. — А вы — господин Сарканов? — наверное, ответ на его вопрос был очевиден. Он же не ждал еще кого-то. — Приятно познакомиться, — я моргнула, и ровно через секунду он стоял прямо передо мной и протягивал свою руку. Я несмело пожала ее, чувствуя грубоватую мужскую кожу. — Раздевайся и проходи за мной. И да, убери свою игрушку, — он указал на левую руку, спрятанную за спиной. — Она мне не навредит. Я удивленно уставилась на него и мысленно фыркнула. Он имеет в виду, что я не смогу применить к нему оружие? Или он какой-то сверхчеловек, который не боится удара током? — Тебе не нужны лишние мысли сейчас, — Владлен обернулся ко мне лицом. — Каждая секунда дорога. — Но Вы не берете денег, — пробубнила я. Послышалась усмешка, и я решила больше не мешкать и снять с себя верхнюю одежду, а то становилось немного жарко. Владлен стоял около того дверного проема, из которого появился. Я подошла прямо к нему, надеясь, что мы не будем заниматься в прихожей. Тот оправдал мои надежды и повел меня куда-то. Дверной проем вел к большой лестнице с железными перилами. Я прижала к себе сумку и куртку. Владлен уверено топал впереди меня, не оглядываясь на меня. — Мы будем заниматься в библиотеке, — сказал Сарканов. — У Вас есть библиотека? — изумленно спросила я. — Конечно, есть, — ей богу, как будто мы с ним говорим о микроволновой печке! Пока мы поднимались, я успела прикинуть все масштабы данного жилища. Со стороны входа оно казалось огромным, а внутри, наверное, этот домик больше самой Быстрицы! Интересно, откуда у него столько денег? Сын криминального авторитета? Или сам ворюга? Замок был похож на тот, что я видела в фильмах о средневековье. Но он, к счастью для меня и моего голоса, кажется, отапливался. И свет тут был не от факелов, а от вполне современных ламп. Наконец, Владлен привел меня в какую-то комнату. Я остановилась как вкопанная, осматривая масштабы этой библиотеки. Нет, серьезно, она была просто огромной! Нет, гигантской! Смотрели мультфильм «Красавица и Чудовище»? Так вот, эта библиотека была в два раза больше. — Бросай куртку, садись, — он указал на средних размеров письменный стол, заваленный какими-то книгами и бумажками, и на два удобных на вид кресла. — Итак, здравствуй, Эсмеральда. — Здравствуйте, господин Сарканов, — ответила я, садясь напротив него в кресло. — Прошу, дорогая, просто Владлен. Я многое услышал от твоей сестры, и крайне озадачен твоими мотивами, если честно, — он задумчиво посмотрел на меня. Голос Владлена был таким красивым, другого слова даже и не подобрать. Он вкрадчиво и тонко выговаривал каждое слово, а тембр голоса был таким приятным и ласкающим слух, словно обволакивал меня с головы до ног. Думаю, он бы неплохо пел. — Я просто не верю этим историческим источникам. Да и зачем нам история, если мы не умеем учиться на ошибках? — я решила не говорить ему про родителей, он же не психиатр какой-то. — Ну, дорогая, мне ты можешь верить, — усмехнулся Владлен. — Мои источники никого еще не подводили. — А Вы раньше учили детей? — спросила я, надеясь вытянуть из него больше информации, в надежде, что это хоть как-то объяснит его поведение и материальное положение, которое явно было хорошим. — Детей и взрослых, да еще и таких глупых, что ты бы сама засмеялась. У тебя — то есть голова, и она вполне соображает, как я вижу. Ты просто не заинтересована, а я уверен, что сумею это сделать. — Сарканов пристально посмотрел на меня. В этот момент я почувствовала себя так, как — будто меня рассматривают через рентген. Он что, Шерлок Холмс что ли? — Я на это надеюсь, — ответила я, надеясь, что на этом беседа закончится, и мы сможем начать заниматься. — Твоя сестра сказала мне, что ты поешь? — несмотря на мои внутренние пожелания, продолжил Владлен. — Да. — Значит, ты — человек искусства, и я тебя за это не осуждаю. Просто и у музыки есть своя невероятная история, и она тебя заинтересует, я уверен. А теперь, позволь оценить твои знания. — Вам даже не стоит стараться, господин, — я одернула себя, — Владлен. — А я все-таки посмотрю, — лукаво улыбнулся он и протянул мне листок с тестом. Следующие двадцать минут я старалась сосредоточиться на вопросах. Они все были знакомы мне, что-то я успела услышать на уроке от госпожи Греку, а что-то рассказывали родители, когда мы все сидели за столом, ужиная. Все это время, Владлен неотрывно смотрел на меня, подперев подбородок рукой. В итоге, я протянула ему листок. — Что ж, я вижу, что ты ответила на все вопросы, — констатировал репетитор. — Но только на один правильно. — Я же Вам говорила, — пожав плечами, оправдалась я. — Но мы справимся, иначе быть не может, — Сарканов улыбнулся и открыл какую-то книгу. — Итак, начнем с самого начала. Он принялся рассказывать мне о теориях сотворения мира: о Божественной, о древних и современных теориях, и даже о теории палеовизита. Сарканов рассказывал так интересно, что я невольно заслушалась. Госпожа Греку бы заставила конспектировать скудные строки из старого учебника, а Владлен рассказывал так красиво и вкрадчиво, что я, кажется, все запомнила. — Древние греки считали, что сначала был лишь хаос. Представляешь себе хаос? — спросил он. — У каждого свое представление о хаосе, — ответила я. — В обыденном смысле, хаос — неразбериха, беспорядок. Греки же считали, что хаос — это разверзшаяся бездна. Представь себе такую картину на досуге, дорогая. Я завороженно кивнула, продолжая слушать. — Ученые сейчас не могут сказать, как на самом деле был сотворен мир, и откуда появились люди, но именно загадки и тайны делают нашу жизнь интереснее. Впрочем, такого у тебя в экзамене не будет. Перейдем к теории. Ты запишешь то, что может встретиться у тебя в вопросах, но и то, что я тебе рассказываю, не стоит выкидывать из головы. Я подумала про себя, что уж никак не смогу выкинуть из головы этот интереснейший рассказ. Так даже мои археологи-родители не рассказывали. Дальше, Владлен продиктовал мне какие-то строки, которые научно обобщали все то, что он до этого объяснял. — Мне кажется, ты устала, — сказал он, когда я ставила последнюю точку в конспекте. — Закругляйся. Я закрыла тетрадь и убрала ее обратно в сумку. — Позволишь мне взять у тебя ваш школьный учебник по истории? — спросил он, на что я кивнула. — Конечно, тем более, на уроках я толком не занимаюсь. А когда пытаюсь заниматься, то понимаю, что не в теме, и забиваю на эту мысль. А следующий урок прогуливаю с подругой в столовой, — безапелляционно заявила я. Владлен посмотрел на меня, и я заметила, как его глаза сузились. Через секунду он засмеялся, откидываясь спиной в кресло. — Я не поощряю школьные прогулы, но твое заявление очень логично, и я не буду уговаривать тебя одуматься и ходить на все уроки. Я улыбнулась. — Впрочем, давай обсудим наши занятия. Денег я не беру и иду вам навстречу. Я сам буду возить тебя с занятий домой, мне совершенно не трудно. Единственное, что я принципиально не люблю — опоздания. Постарайся приходить вовремя, пожалуйста. И в следующий раз, когда придешь, заходи сразу в библиотеку. Надеюсь, что ты запомнила дорогу. Вопросы есть? Я помотала головой, хотя вопросов была целая куча. Зачем такому буржую (ну, по другому не назовешь, с такой-то недвижимостью), кого-то учить? Почему он так яростно идет нам навстречу? Почему согласился заниматься поздним вечером? Все это выходит за рамки привычного расклада, а, следовательно, немного пугает. — И еще кое-что, — добавил репетитор, — не ругайся при мне. Я готов разорвать на части все, что меня окружает, если вижу ругающуюся девушку. Я сдержанно кивнула, стараясь не пугаться. Его заявление было вполне адекватным. Но когда он говорил, в глазах его мелькнуло что-то пугающее. Владлен встал, и я последовала его примеру. — Пойдем в гараж, — сказал он, и вышел из библиотеки. Я последовала за ним, стараясь осмотреться, чтобы представить реальные габариты этого «домика». Мы шли по каким-то коридорам, сворачивая в неожиданных местах и спускаясь по лестницам. В итоге, мы пришли в гаражное помещение, которое снова заставило меня потерять дар речи. Мало того, что этот репетитор жил в замке, так у него еще и было столько автомобилей. Иоланта бы в обморок грохнулась, увидев две спортивные тачки, несколько стандартных легковушек, называемые хетчбеками, пикап, универсал, фургон и даже кабриолет с лимузином! И все они были черными, за исключением одной спортивной темно-синей машинки. Черт, да он просто олигарх! Наверное, он и подтирается стодолларовыми купюрами! Пока я изумленно рассматривала содержимое гаража, Владлен успел посмотреть на меня и усмехнуться. Наверное, он был репетитором королевской семьи, чтоб ее! Иначе откуда у такого молодого парня такое приданное? — Эсмеральда, — позвал он меня, открывая заднюю дверь хетчбека. — Прошу. Я поспешила сесть, и Владлен захлопнул за мной дверь. Тьфу ты, джентльмен! И пока он заводил машину, я успела надеть куртку и шарф с шапкой. Мы выехали из гаража на улицу, и я успела подметить, что стало совсем темно. Хорошо, что Владлен будет подвозить меня на обратном пути, а то я не смогла бы преодолеть кладбище в такой темноте. Я смотрела в окно, раздумывая о новом знакомом. Он очень странный, но стоит отдать ему должное, Владлен Сарканов — преподаватель от Бога. Он сумел заинтересовать меня, да так, что я до сих пор помню все то, что он рассказал. Уверена, что не упустила ни слова. Но черт, какой же странный мужик… Я и не заметила, как уснула. Когда я открыла глаза, машина стояла на месте, а я лежала в неестественной позе, отчего шея ужасно затекла. — Мы приехали, — сказал Владлен. Я потерла глаза, осматриваясь, и повертела головой в разные стороны, ведь шея неприятно побаливала. Это действительно мой район, но как он узнал адрес? — Спасибо, господин, — я снова себя одернула, — Владлен. — Не за что, дорогая. Увидимся завтра. Если что, ты можешь позвонить мне, я написал свой номер на обложке твоей тетрадки, — проговорил Сарканов и снова завел машину. Я проследила глазами за тем, как он поехал по пустой дороге в обратную сторону. Подул ветер, и я поспешила пойти в подъезд, дабы не заболеть. Район у нас тихий и безопасный, маньяков тут нет (кроме Амалии и ее компашки), поэтому я спокойно поднялась по лестнице к собственной двери. Наверное, Иоланта уже была дома и крепко спала. Я тихонько разделась и промелькнула в комнату. Несмотря на то, что день был насыщенным, я не чувствовала сонливость. Но слова Владлена никак не выходили из головы. Я включила настольную лампу и решила записать все, что он мне говорил. Это дело не вызвало у меня особых трудностей, но после всей проделанной работы, мне ужасно захотелось спать. Я переоделась в пижаму, выключила свет и юркнула под одеяло. Сон пришел сразу же.