Мистер и миссис Смит

Прежде чем Доктор, услышав ее слова, смог отстраниться, как физически, так и духовно, Роуз схватилась за его мокрую рубашку, потянув его назад к ней. Она покачала головой, пытаясь опровергнуть его неправильную интерпретацию. — Подожди. Это не то, о чем ты подумал. Просто позволь мне закончить. — Нет, нет, я понимаю, — отрезал он. — Если ты передумала, или все еще сомневаешься по поводу всего этого, или просто не в настроении в данный момент … ммпфф! Она перебила его тираду самым эффективным способом: поцелуем. Когда Роуз отстранилась, она получила его безраздельное внимание. — Доктор, я не передумала, я не сомневаюсь, и я определенно в настроении, — Роуз мягко коснулась его губ и прошептала, не отрываясь от них. — Хорошо? Он кивнул, но, как только Роуз встретилась с его взглядом, она могла заметить сохранившееся опасение, что подтверждает необходимость разъяснить все в первую очередь. Больше никаких неопределенностей. Роуз потянулась рукой и выкрутила кран в обратную сторону, чтобы не быть заглушенной потоком воды. Она хотела, чтобы он слышал каждое слово. Роза вздохнула. — Я имела в виду то, что я не хочу заниматься любовью, пока мы не будем абсолютно уверены в этот раз, что хотим сделать именно это. Он сглотнул. Конечно, не было сомнений в том, что она собирается сделать дальше. Роза вздохнула и отпрянула от него. Она кратко улыбнулась и пожала плечами, как будто это всегда было просто. Может быть, так и было. — Я тебя люблю. Безнадежно и полностью. Зрачки Доктора расширились, а взгляд был прикован к ней. Оба они знали. Конечно, они любили друг друга. С момента первой встречи, все подводило их к этому моменту, когда нужно было говорить открыто, были или не были они готовы к признанию в своих чувствах. Хотя Роуз понимала, что эти слова не из тех, что даются легко такому мужчине, как Доктор. Не с его жизнью. Не с его потерями. Через несколько секунд лишь звук слабо капающего крана разрезал тишину. Доктор тяжело вздохнул, и затем ответил торжественным тоном, но его слова были не совсем те, что она ожидала. — Я любил раньше, Роуз. Много раз, по-разному, в течение многих веков. Она сглотнула. — Ну, конечно же, любил, — она удивилась, как только услышала свои слова. Роуз поняла, насколько наивна была, раз думала иначе. — Но то, что я чувствую к тебе, это… — он разочарованно выдохнул, всколыхнув облако пара, висевшее в воздухе. — Это больше, чем то, что, как я думал, мог иметь. Со времен Войны. Больше, чем я заслуживал. Роуз прижалась ближе, размещая ладони на его груди, на каждом из его сердец. — И я хочу показать тебе, что любовь — это именно то, чего ты заслуживаешь. То, что ты можешь иметь. Его улыбка дрогнула. — Ты уже начала. И ты заслуживаешь того же, если не больше чем я. Я… это просто… — Я не вынуждаю тебя говорить это, — заверила Роуз Доктора, заметив его борьбу со словами. - Все, что тебе когда-либо нужно было сделать — это показать мне свои чувства. И ты уже сделал это. Теперь я понимаю, как много раз. И мне жаль, что я не смогла распознать твои попытки. Я была слишком напугана, чтобы поверить в то, что все могло так обернуться. Но это оказалось возможным. Теперь я понимаю. Тебе не обязательно говорить об этом, потому что я уже знаю. Но я хотела… нуждалась в том, чтобы дать тебе эти слова. Они твои. И были таковыми очень долго. Роуз посмотрела вниз, чувствуя прилив уязвимости. Она вдруг вспомнила о своей наготе, и инстинкт убежать и прикрыться дал о себе знать. Но любая попытка отступить не повлекла бы за собой ничего хорошего на этом решающем этапе. Доктор провел рукой по мокрым волосам вперед и назад, теребя и встряхивая их. — Все не так. Я не… ну, ты знаешь… не чувствую себя таким образом. П-потому что я… — Все нормально. В самом деле. Я все понимаю, — попыталась заверить его Роуз, поднимая руку, чтобы коснуться его лица, выражающего раздражение. Ей не нравилась его капризная гримаса сейчас: она хотела приласкать его. Он взял ее руку и поднес к груди, не собираясь уступать. — Но слова имеют силу. Некоторые слова гораздо более мощные, гораздо более опасны, чем другие… — Доктор, ничего страшного… — Что делает их еще более важными, вот почему они не могут произноситься с легкостью, — продолжал он. Роуз сглотнула и кивнула, мысленно готовя себя к тому, что некоторые вещи никогда не будут сказаны. Но в тот же миг он прижался к ней, окончательно стирая расстояние между ними. Доктор поднес свои губы к ее уху и прошептал так тихо, словно боялся, что Вселенная могла услышать и взорваться. — Я люблю тебя, Роуз Тайлер. Так помоги мне сделать это. Он отстранился. Их взгляды встретились. И управляемая силой, которая стара как мир, Роуз бросилась в его объятия. Их рты ищут, а языки находят друг друга. Доктор повторил свои слова, не используя голос. Он передал их в страстном скольжении своего языка, трепетной ласке рук на ее коже, окутывая нежностью все ее тело. Роуз, наконец, выдохнула. Она коснулась носом его щеки, поведя кончиком пальца по бакенбарде, и развернула его лицо к себе. — Доктор? — его взгляд был проникновенным, их губы почти соприкасались, а дыхание выражалось неглубокими вздохами. — Займись со мной любовью? Его ответ был слишком хорош, чтобы быть правдой. И она, наверняка, почувствовала, как подкашиваются колени, если бы его руки не держали ее так крепко. — Тебе нужно было лишь попросить. На этот раз их поцелуй не был медленным и совершенным, как в прошлый раз. Этот был хищным, некрасивым и немного грубым, зубы клацали, а носы натыкались друг на друга под странными углами, но это никого не заботило. У этих двоих было собственное понятие о совершенстве, к которому они слишком долго готовились. Не разъединяя их губ, Доктор поднял Розу на руки, помогая вылезти из ванной. Наспех, но все же нежно, он завернул ее в полотенце, при этом забывая вытереться сам. Доктор снова поднял ее на руки и поспешно двинулся к выходу из ванной, направляясь к кровати, стоящей в центре мягко освещенной комнаты. Роуз уткнулась лицом в его шею и засмеялась, осознав невозможность всей ситуации. — Это обычно делают только по телику, знаешь? Носят на руках. Он подошел к краю кровати. — Роуз, меня абсолютно не волнует, что они делают в телевизоре. Моей единственной целью было переместиться из пункта А в пункт Б в кратчайшие сроки. Она хихикнула. — Я просто теряю способность дышать от такого романтического разговора. Взгляд Доктора стал мягче, он опустил ее на кровать, медленно и мучительно скользя вдоль ее тела. — О, я полностью намерен управлять твоим дыханием. — Т-ты на верном пути, — прохрипела она. Доктор одарил ее небольшой самодовольной улыбкой. Ей было все равно. Он заслужил это. Не нарушая зрительный контакт, Роуз медленно отстранилась от него, упав на кровать и отодвигаясь дальше. Она опиралась на локти, и полотенце еле держалось вокруг ее тела. Их подшучивание друг над другом давало ей возможность выглядеть более спокойно, но сердце все еще чувствовало, что вот-вот выпрыгнет из груди. Этот раз не должен быть быстрым и неконтролируемым. Нет. Они собираются прочувствовать каждую секунду. Мокрому и жаждущему Повелителю Времени потребовалось три медленных шага, чтобы достичь изголовья кровати. Он задал вопрос и его брови взлетели вверх. — Что же улучшит мое положение? Она опустила ресницы. — На тебе все еще слишком много одежды. Реши эту проблему, и увидим, что можно сделать. Это было даже смешно, как быстро он сбросил свою промокшую рубашку. Снять брюки, с другой стороны, оказалось более сложной задачей. Мокрая ткань, плотно сидевшая раньше, сейчас липла к телу, словно вторая кожа. Роуз переместилась и встала на колени перед ним, готовая помочь в его трудном деле. — Ты и твои узкие брюки, — проворчала она, дергая с усилием. — И не то чтобы я жалуюсь… Доктор качнул бровями, и сделал еще одно усилие, пошевелив бедрами. — Я всегда подозревал, что тебе нравятся эти брюки. Я надел их в первый раз тогда специально для тебя. Роуз усмехнулась. — Они определенно нравятся мне на тебе. Но будет просто чудесно, если их тут не будет. — Не будет… хорошо, — сказал он, наконец, двинув бедрами, стягивая мокрую ткань до колен. Он издал долгий вздох облегчения, когда она, наконец, достигла лодыжек. — Так просто отлично. Роуз была слегка разочарована тем, что его трусы все еще оставались на нем. Белые боксеры, плотно прилегавшие и промокшие, оставляли очень мало простора для воображения. Когда он наклонился, чтобы освободить ноги от мокрого комка брюк, Роуз открылся замечательный вид. Она не упустила возможности полюбоваться на округлые формы его упругой задницы. — Отлично, — повторила она, чувствуя сухость в горле. Он бросил взгляд через плечо, затем повернулся, зная, что она наблюдала за ним. Доктор медленно зашагал вперед. В этот раз у Роуз не было шанса полюбоваться частями его тела, так как он следил за ее взглядом. — Это уже третий раз, когда я оказываюсь без штанов рядом с тобой, Роуз Тайлер. Она облизала губы. — Пожалуй, что так, — Роуз отвела взгляд, краснея. Она вспомнила, как пыталась не воспользоваться возможностью поглазеть во время их сеанса массажа. — Но… предполагается, что я не смотрела в первый раз. Или… старалась не смотреть, по крайней мере. Он коснулся пальцами ее подбородка, наклоняя ее лицо, когда опустился на колени рядом с ней на кровати. Близость его полуобнаженного тела заставила желудок Роуз сделать сальто. — Я был бы не против, если бы ты смотрела, — признался Доктор. Вопросы смешались в ее голове. Вопросы, на которые она не могла найти однозначные ответы сама. — Ты действительно… хочешь меня? Вот почему ты казался таким… естественным тогда? Два пальца погладили линию ее подбородка. — Я хотел, чтобы ты чувствовала себя комфортно. Со мной. Я хотел, чтобы ты видела, что я не сопротивляюсь чувствам. — Значит, я была единственной, кто сопротивлялся, — с сожалением пробормотала она. — Но только потому, что ты казался мне не особо обеспокоенным всей ситуацией, я думала, что это не значило для тебя нечто большее. Ты мог быть таким чувственным в одну минуту, и равнодушным в другую. Я просто запуталась. Он немного согнул колени и встретился с ней проникновенным взглядом.  — Я никогда не был равнодушен. Мне просто… немного не хватило мужества показать это, — его губы изобразили слабую улыбку. — Полагаю, когда дело доходит до вещей такого рода, мы должны несколько… улучшить наши навыки общения, — признал Доктор. Роуз опустилась на кровать, и он сделал то же самое. — Ну не знаю, — она выдохнула, коснувшись его влажной кожи, поведя пальцами по его восхитительному голому торсу. — Я думаю, что все довольно справедливо сейчас. Он хмыкнул в согласии, выгибаясь, как кошка, от ее прикосновения, путешествуя взглядом по ее телу. — Ммм… Но я думаю, что мы можем сделать еще лучше. Мы просто должны сделать наши намерения… явными. — Он облизнул губы. — Например… — кончиком пальца он провел по краю ее полотенца, останавливаясь в верхней части ее правой груди, где был слабо заправлен угол, — …я хочу, чтобы ты сняла это. Она сглотнула, встретившись с его взглядом. — Так сделай это. Доктор ответил Роуз ломаной улыбкой, быстро подняв левый уголок его губ. Он потянул за верхний край, скрывающий ненужную махровую ткань. Единственный намек на его волнение отражался небольшой дрожью его прикосновения. Одна сторона полотенца упала, обнажая половину тела Роуз. Его взгляд потемнел, а рот дал слабину. Не теряя времени, он дернул другую часть вниз и откинул полотенце в сторону. Роуз почувствовала, что у нее перехватило дыхание, когда он смотрел на нее так чувственно, словно видел ее в первый раз. Она ощущала все в полной мере, и это было совершенное обожание. Роуз все еще была влажной. Капельки воды скользили по её телу, оставляя прохладные дорожки на нагретой коже. Это была теплая ночь в сочетании с теплотой его взгляда, поэтому охлаждающий эффект был как нельзя кстати. Доктор наклонился вперед и его мягкие губы коснулись ее губ. Они просто целовались какое-то время. Их рты встречались и расставались, встречались и расставались, под разнообразными углами, неторопливыми движениями, Роуз чувствовала себя так, словно густой поток меда растекается по ее венам. Они ждали слишком долго, чтобы спешить, они намеренно смаковали каждую секунду. Затем он начал осыпать поцелуями ее подбородок и шею невозможно нежными, почти невесомыми прикосновениями. Она вздрогнула, когда его язык поймал капли воды, скопившиеся у ее левой груди. «Его любимое место», — начала подозревать она. Роуз испустила стон и выгнулась, когда он опустился ниже. Он взял в рот её затвердевший сосок, посасывая, играясь с ним, тем самым даря Роуз ощущение полного блаженства. Доктор слегка отстранился, освобождая розовый бутон на мгновение, и затем заключил нежный поцелуй на самом кончике. — Твой вкус… удивителен, — прошептал он, не отрываясь от ее кожи, прокладывая такую же чувственную дорожку к другой груди. — Я… я даже не могу описать это. И ты хочешь меня… Я чувствую это. Изысканный, терпкий коктейль из гормонов и феромонов разносится по твоей крови и исходит из пор кожи. Стон Роуз послужил ответом. Ее руки искали его ласк, погрузив пальцы в его густые влажные волосы, царапая ногтями его голову. Он застонал от ощущения и оказался сверху, накрывая ее рот своими губами. Открытые, ищущие ладони Роуз проделали весь путь вниз по его спине до его бедер, достигая единственного, что сейчас разделяло их. Ее пальцы забрались под резинку его боксеров, и он вздрогнул. — Хочу, чтобы ты снял их, — прохрипела она, удивившись собственному командному тону. Роуз, возможно, покраснела бы, если бы он не выглядел таким возбужденным. — Кстати говоря, об улучшении наших навыков общения, — прохрипел Доктор. Он прижался к ней всем телом, поднимаясь на колени, чтобы выполнить ее желание. Роуз прикусила нижнюю губу, пока наблюдала, как его пальцы начинают тянуть тонкую ткань вниз по бедрам. Она оперлась на локти. Будто фантазия воплотилась в жизнь, Роуз, наконец, могла путешествовать взглядом по всему его телу. У нее не было этой роскоши в первый раз, ослепленный страстью, проходивший в головокружительной спешке. Ее глаза хотели исследовать каждый дюйм. Его грудь была жилистой, но грудные мышцы на удивление четко очерчены, его подтянутый живот имел слабый рельеф, мужские бедра, и… Ее глаза остановились на выявление того, что, как она ожидала, должно быть на стадии эрекции. Но все, кажется… оставалось без изменений. Она подняла бровь в недоумении. — Ммм… Т-ты не… — Роуз метнула взгляд от Доктора вниз к его телу, а затем в сторону. Его собственный неловкий взгляд последовал на юг. — Что «не»? — прохрипел он, выглядя и обиженным, и обеспокоенным в равной степени. — Не возбужден, — отметила очевидное она, удивляясь, как ей вообще удалось не дрожать от осознания того, что Доктор не отвечает ей физически. Она делала что-то не так? Он, казалось, определенно наслаждался всем этим. Он издал краткий смешок и отбросил боксеры в сторону.. — Моя текущая частота дыхания говорит об обратном. — Но я говорю не о частоте дыхания… Хмурый взгляд Доктора сменился широким выражением понимания. - О. О! Конечно. Люди мужского пола действуют немного по-другому, я полагаю. Я отличаюсь. Роуз зажала нижнюю губу между зубами, бросая взгляд от Доктора к… ну… нему. Он выглядел достаточно по-человечески. Великолепно, на самом деле, и, конечно, внушительного размера. Но помимо обидной вялости, ничего не выходило за рамки обычного. — Чем отличаешься? — тихо спросила Роуз, чувствуя себя немного застенчиво, несмотря на то, что они уже зашли так далеко. Доктор откашлялся, когда опустился на спину рядом с ней. — Возбуждение у Повелителей Времени очень подвержено… намерению. Это требует большего, чем просто желание. Процесс должен быть основан на гарантии последующей деятельности. В противном случае это довольно непрактично. Я могу испытать влечение и иметь биологическую возможность к спариванию, которая приводится в действие откликом симпатической нервной системы, вызванная… необходимостью и требует фокусировки внимания на этом. Но без прямой стимуляции окончательная эректильная стадия не достигается. Боже, как же ему удалось заставить звучать что-то научное как нечто эротическое? Роуз подумала, что ему стоит повторить это… надев очки. Возможно, в следующий раз. Она кашлянула и придвинулась ближе, чувствуя дрожь от соприкосновения их голых бедер. — Итак, какую стимуляцию ты имел в виду…? Голос Доктора стал низким, а кончик его пальца провел по ее животу линию в демонстрации. — Прикосновения. Кожа к коже. — О, — выдохнула она. — Но…, но я не… ну… ммм…- Она покраснела. — Я непосредственно не… стимулировала тебя раньше… Он усмехнулся. — Роуз, мы оба были голые, и ты буквально извивалась на мне. Удивительно, как мне удалось сопротивляться этому так долго тогда. Ее румянец усилился. Он поймал ее взгляд и мягко произнес. — Роуз? — Да? — Я весь твой. В груди Роуз затрепетало от искренности в тоне его голоса, эти слова означали гораздо больше, чем одну мысль. На ее сердце было легко, а глаза излучали радость. — Ты мой … Роуз прижалась ближе к телу Доктора, ее рука двигалась с намерением, удивляясь, как такое могущественное существо могло так полно и открыто отдаться человеческим прикосновениям. Ее прикосновениям. Она танцевала пальцами по животу Доктора, его мышцы двинулись, когда он втянул воздух. Роуз почувствовала, как ее тело реагирует на его ответ. Она продолжила двигаться вниз к бедру, слегка щекоча кожу ноготкам, и спустилась во внутреннюю часть бедра. Как только ее пальцы коснулись гладкой мужской плоти, он издал низкий гортанный стон, запрокидывая голову назад, прикрывая глаза в экстазе. Роуз спрашивала себя, как долго это должно длиться для него. Он сдерживал себя так долго. — Так хорошо? — Боже, да! — прошипел он. Доктор изгибался и двигал бедрами, когда она гладила и сжимала его. Роуз очарованно смотрела, как расцветала жизнь под ее прикосновениями. Тело Доктора буквально искало ее ласк. Он обхватил ее руки своими, удвоив тем самым импульс под тугой, бархатистой кожей. Ее сердцебиение ускорило темп. Она хотела чувствовать этот импульс внутри себя. Он наклонил голову в сторону, встречаясь с Роуз туманным взглядом. Его дыхание становилось беспорядочным. — Т-ты впечатляюще мощный стимулятор. — А ты впечатляюще быстро реагируешь, — удивилась она, плененная видом и ощущением его нарастающей эрекции. Она сжала бедра в ожидании того, что должно было произойти, отчаянно, чтобы облегчить страстное стремление. Его щеки покрылись легким румянцем. — Если я отвечу гораздо быстрее, я… я не буду таким впечатляющим. — О! Верно. Прости, — застенчиво извинилась она, отпуская руку. Роуз уж точно не хотела, чтобы все закончилось раньше времени. Доктор сделал пару медленных вздохов, успокаиваясь. Тогда одним быстрым, ловким движением он поднялся на четвереньки и оказался сверху. Такое перемещение и позиция их тел позволила установить максимальную близость между ними. Он ловил ртом ее дыхание, его страстный взгляд полностью принадлежит ей. Рука Доктора легла на ее колено, поднимая бедро вверх, а затем обратно вниз так, что все ее тело содрогнулось. Эти мучительные ласки сводили ее с ума. Роуз не хотела, чтобы это заканчивалось, но если это продолжится дольше, она может не выжить. — Я не только быстро реагирую, — прохрипел он возле ее уха. — Люди… Вы всегда так готовы и жаждете… — он остановился, и Роуз подумала, что причина в том, что это предложение начинало звучать менее лестно. Но потом он закончил мысль настолько мягким голосом, что она едва смогла различить слова. — Любви. А ты, Роуз… — продолжил он, его рука скользнула вниз, чтобы расположиться на ее согнутом колене. — Ты прекрасный пример. Такая розовая и мягкая… — его рука поднялась выше по бедру, аккуратно отодвигая его в сторону, обнажая ее полностью. Роуз почувствовала, как внизу живота все тянуло и ныло в ожидании. Воздушно-легким прикосновением, которое почти довело ее до пика, он проследил ее гладкие изгибы. — И женственная, — его указательный палец обвел ее вход и медленно вошел внутрь. Она выдохнула. — И готовая. О, Роуз. Ты так готова… — Была готова для тебя уже очень долго, — смогла ответить она на одном дыхании. Доктор посмотрел ей в глаза. Его рука заскользила обратно по ее телу. — Больше не нужно ждать, — пробормотал он ей в губы. Пальцы Роуз зарылись в волосы Доктора, прижимая его ближе. Она поцеловала уголок его рта и прошептала. — Больше никакого ожидания, — ее живот сжался от предвкушения. — Я люблю тебя. — Р-Роуз. О, Роуз. Я… — он прислонился к ней лбом и выдохнул самую завораживающую последовательность слов, которую ей когда-либо доводилось слышать. Каким-то образом Роуз поняла, что это был его родной язык. Она каким-то образом поняла, что слова означали нечто глубокое. На мгновение по всему телу прошла дрожь. Тело Роуз словно окутал поток крошечных электрических разрядов и внутри, и снаружи, проникая через каждую клеточку ее существа — казалось, даже в мысли. Будто что-то коснулось и достигло ее самых сокровенных глубин, посылая сильную вибрацию. — Ч-что ты сказал? — прошептала она у его щеки. Если бы не их непосредственная близость, Роуз, возможно, не услышала бы его шепот. — Эквивалент тому… что ты только что сказала мне, — он ласкал ее ухо своим дыханием. Доктор слегка отстранился, чтобы посмотреть на нее своими темными, бездонными глазами-омутами. — И отражение меня самого. То, что связывает меня с тобой настолько, насколько это возможно. — Твое имя, — благоговейно пробормотала она, понимая суть его слов. — Мое имя и моя любовь. Настолько, насколько возможно, Роуз, не будет никакой другой для меня, — он был над ней, и теперь лишь миллиметры разделяли их от того, чтобы стать единым целым. — Никого другого. Только ты, — выдохнула она, двинув бедрами. Она почувствовала, как он проскользнул внутрь нее лишь на часть, будто пробуя. Роуз сглотнула, вспышка удовольствия разнеслась по всему ее телу, ощущая первый вкус того, чего она так жаждала. Больше. Ей нужно больше. — Д-доктор? Он закрыл глаза, сжав зубы в отчаянии. — Рассилон, Роуз! Если ты скажешь мне снова ждать, то я просто… Она покачала головой из стороны в сторону, расположив свои ладони на заднице Доктора, чтобы привлечь его ближе. — Я лишь собиралась сказать тебе: не останавливайся. Это было все, что он хотел услышать. С диким рычанием он рывком вошел в нее. Роуз вскрикнула от внезапной полноты, которая уступила мгновенному совершенству, и начальное ощущение сменилось ослепляющим удовольствием. Наконец-то! Доктор наполнил ее тело с глубоким стоном. Ее напряженные стенки дрожали вокруг него, нежно стимулируя реакцию его члена, и у нее перехватило дыхание, когда он, казалось, становился больше в ответ. Она была так полна. Один полный толчок и выход мог стать для нее гибелью. Тогда так тому и быть. — Готова? — точно прошептал он. — Более чем готова, — Роуз согнула ногу, обхватив его ягодицы. Доктор приподнялся на согнутом колене, достигая тем самым физического предела близости их тел. Он погрузился в нее во всю глубину, и у Роуз перехватило дыхание. Он отстранился только чтобы снова войти в нее, даря невообразимое удовольствие и боль одновременно. Он начал двигаться внутри нее, неустанно обладая ее телом. Доктор явно решил взять инициативу на себя в этот раз. Роуз не протестовала. Он двигался сверху, все его тело выгибалось в нее снова, снова, и снова. Роуз не видела и не чувствовала его в этом положении прежде, и это было невероятно. Он был сосредоточенным, сильным и требовательным настолько, что чуть не потерял контроль. Какофония криков и стонов заполнила знойный воздух. Роуз небрежно поцеловала его подбородок, ища еще больше контакта с ним. Она была голодна. Но Доктор был столь же ненасытным. Он опустил лицо вниз, чтобы поймать ее открытый рот своим. Их губы и языки сплетались в жадном танце, пока их тела сливались воедино — сильнее, быстрее, глубже. Ее руки блуждали по всему телу Доктора, жадно хватаясь за каждый его сантиметр, даже когда он заполнил ее полностью. Роуз не могла насытиться им — его спина, его сильные плечи, длинная шея, его сочные губы сводили с ума. Ее пальцы зарылись в его волосы и проложили дорожку к вискам. Она мгновенно почувствовала, как приливная волна любви захлестнула ее заново. В тот момент совершенно новые слова на галлифрейском вырвались из уст Доктора, а вместе с ними и его тело в ней. Он опустошил себя в мощном фонтане, наполняя ее. У Роуз перехватило дыхание от ощущений того, как он достиг своего пика. То, что Доктор опустошил себя, выразил всю свою любовь, давало легкое разочарование от того, что она, возможно, уже не сможет достичь того же финального блаженства, которое теперь казалось недостижимым. Но внимательный любовник продолжал двигаться в ней, хотя его толчки слегка ослабли. Мощные удары замедлились, он прижал таз к ней и в одном толчке просто… сделал это. Ее рот открылся в беззвучном вздохе, а ее тело реагировало с разрядом удовольствия. И низким, урчащим голосом он прошептал несколько слов ей на ухо: что она была великолепна, как неописуемо чувствовать ее изнутри, что он хочет дарить ей эти ощущения каждый день своей жизни. Он вызывал последнюю рябь сокращений мышц, растягивая блаженное удовольствие, пока ее мысли не заполнились белым туманом эйфории. Доктор рухнул на нее с сытым выдохом, утыкаясь лицом в сгиб ее шеи, обжигая дыханием ее кожу. Нога Роуз соскользнула с его бедер, и ее тело полностью обмякло. Блаженство, оставшееся после чувственного акта, казалось, продлится вечно. «Это было настоящее совершенство», — подумала Роуз. Как они могли спешить в прошлый раз? Доктор, наконец, отстранился достаточно, чтобы заглянуть ей в глаза. Он коснулся лбом ее головы и вышел из нее. Роуз чувствовала, как ее переполняет любовь, даже когда он расставался с ней. Доктор был нежен и осторожен, но не смог сдержать легкий стон при трении гиперчувствительной плоти. Мышцы Роуз дрогнули в последний раз, приспосабливаясь к отсутствию его внутри. Временному отсутствию, — радостно напомнила себе она. Доктор перевернулся на бок, и она одновременно придвинулась ближе. Больше никакого расстояния между ними. Роуз легко улыбнулась и эта улыбка переросла в хихиканье. Она просто не смогла сдержать свое счастье. Роуз почувствовала вибрацию напротив, и услышала звук, присоединяющийся к ее восторгу. — Боже мой, это было… Это было просто… Он прогудел. — Так уж просто? — Да, — она остановилась. — Но мы будем лучше. Он поднял голову и скептически произнес. — Oй! Я не думаю, что совершенство может быть еще лучше, — он помолчал в раздумье. — Но мы, конечно, можем попытаться… Она поцеловала его, по-прежнему сияя, и прошептала: «Я люблю тебя». Он слегка дрожал напротив нее. Она отстранилась, чтобы видеть его лицо. — Все это… еще пугает тебя? Он неуверенно выдохнул. — Чрезвычайно. Но не так сильно, как альтернатива. Он сгреб ее в свои объятия, поворачиваясь на спину. Она натянула простыню, чтобы покрыть их влажные, разгоряченные тела. Оба молчали несколько секунд, осознавая по отдельности все, что произошло между ними в эту ночь. Несколько часов назад она боялась, что поспешный поступок был их концом. Теперь же все ощущалось как их начало. Разрываясь между усталостью и ненасытным желанием обладать им снова, Роуз лежала на изгибе руки Доктора, перебирая пальчиками тонкие волосы на его груди. Она удивлялась, насколько это было просто и легко вот так лежать и ничего не делать. Отблеск от ее пальца привлек внимание Роуз. Ее рука замерла. Она подняла ладонь, чтобы поразмыслить об источнике этого блеска. Роза смотрела на кольцо, которое Доктор надел ей на палец в самом начале этого фантастического путешествия. Он купил это кольцо специально для нее. Было время, когда Роуз думала, что такой жест слишком нереален для нее. Теперь она понимает, не могла различить половины всех знаков его внимания. — Я даже фантазировала, каково быть миссис Смит, — Роуз озвучила мысли вслух, как только ее дыхание вернулось в нормальное русло. Но потом она поняла, какие последствия повлечет за собой такое заявление. Она также понимала, как трудно ей давалось скрывать свои чувства так долго. Поэтому она решилась продолжить. — Мечтала быть твоей женой, — Роуз бегло взглянула на Доктора. Он смотрел на нее с чувственным, сосредоточенным видом. — Связывающие намерения, помнишь? Когда мы говорили те слова друг к другу, я говорила искренне. Он сглотнул и ответил голосом, по-прежнему хрипящим после их страсти: — Так же как и я, — вместо облегчения от такого заявления, выражение его лица осталось напряженным. Роуз почувствовала, как его грудь поднялась, когда он сделал глубокий медленный вдох. — Но несмотря на все то, что я могу тебе дать, останется много вещей, что я дать не в силах. И это одна из причин, почему я изначально старался ни на чем не настаивать, потому что я, честно говоря, не думал, что имел на это право. Я никогда не остепенюсь. Никогда не перестану путешествовать. Никогда не дам тебе место во Времени, чтобы построить жизнь… Она заставила его замолчать, накрыв его губы своими в нежном поцелуе, и потом прошептала. — Но ты дал мне себя. Доктор отвел взгляд. — И этого всегда будет достаточно? — Нет, — она подождала, пока его взгляд не вернулся к ней. — Этого не достаточно. Этого более, чем достаточно. На лице Доктора постепенно росла улыбка, выражающая искреннее согласие. Они, несомненно, обсудят это еще раз снова в будущем, но в ее ответе никогда не будет места сомнениям. Роуз снова положила голову ему на грудь. Он заключил ее в объятия, отслеживая пальцами нежный путь сверху вниз по ее руке. Роуз все еще чувствовала покалывание во всем теле от их недавней близости. Она потянулась к его ладони и взяла его за руку. Взгляд Роуз упал на его кольцо, украшающее сейчас его безымянный палец. Это не было той вещью, что она привыкла видеть на нем, но оно смотрелось так, будто всегда ему принадлежало. — Оно хорошо смотрится на тебе, — пробормотала Роуз. — Тебе стоит надевать его чаще. Он переплел их пальцы вместе, кольцо к кольцу. — Насколько часто? Она пожала плечами против него, даже, как ее грудь сжалась и сердце ускорило свой темп. — Всегда? Он помолчал. Когда Доктор ответил, его слово прозвучало как клятва. — Всегда.