Закон законченности круга

65daysofstatic – Drove Through Ghosts To Get Here - Так ты веришь мне? – он усмехается. – Я не понимаю почему. - А почему нет? - Ну, может быть потому, что в припадке ярости я убиваю всех подряд и без разбору… Действительно, почему бы и нет? – Флиппи старается говорить шутливо, но глаза его выдают с головой – в них грусть и ничего больше. - Не знаю, - Флэйки улыбается в ответ, пытается объяснить «почему», но окончательно запутывается и смущается еще больше. Флиппи думает о том, что его новая соседка здесь всего месяц, а он уже успел привыкнуть к её обществу, более того, ему это нравится. Странно, но рядом с ней на него находило удивительное чувство покоя, словно она обладала какой-то энергетикой, способной удерживать его в рамках нормальности. Вздор, конечно, но так оно и было. Еще Флиппи думал, что ему нравится, когда Флэйки так сконфуженно и виновато опускает голову, сжимает в кулачках края рукавов свитера и вздрагивает от каждого шороха; нравится говорить ей, что «все хорошо», и наблюдать как благодарно и тепло она смотрит на него большими, арахисовыми глазами. Флэйки – его самый большой друг. Пожалуй, что и единственный. Поэтому его весьма озадачило появление слёз в её глазах. Конечно, раньше Флиппи видел, как плачут люди и обычно это не ставило его в тупик, но сейчас он просто растерялся. Чувствуя, что должен сделать хоть что-то, Флиппи притянул к себе девушку и попытался выяснить в чем дело. - Это было весной. Тогда погибла вся моя семья, и я все лето провела в психиатрической клинике. А потом ко мне пришел человек и спросил: «Не хочу ли я поселится в маленьком лесном городке»? И я ответила да, а что мне было терять? А выходит было что… Целую жизнь… * * * Флэйки распахивает глаза, книга выпадает из рук. Должно быть, она уснула за чтением, после тяжелого трудового дня. Но это сейчас не важно, потому что за двустворчатой дверью, находящейся перед неподвижно застывшей Флэйки, подозрительно хрустит. Комната наполнена едким дымом, он выворачивает лёгкие наизнанку, щиплет глаза. - Мама? Папа? – неуверенно произносит девушка и дотрагивается до ручки двери. – Ай! Ручка раскалена добела, Флэйки обматывает ладонь рукавом свитера и открывает дверь, тут же отскакивая назад. Пламя тянется к ней жадными языками, оно завораживает, кажется ласковым, но уничтожает все на своем пути: шторы, обои, мебель, людей… - Флэйки! Флэйки, беги, уходи из дома, к-х… Последнее, что видит девушка – протянутая вверх рука матери, затем все скрывается в дыму и огне. Флэйки отступает назад, её глаза полны слёз. Она натыкается на плачущего младшего брата, берёт его на руки и… Воспоминания обрываются. Дальше Флэйки помнит только то, как сидит на подоконнике, чувствуя жар за спиной, прижимая к себе брата. Внизу люди кричат, что поймают её и чтобы она непременно прыгала. Флэйки разжимает руки и видит, как брата благополучно поймали трое мужчин, где-то вдали ревёт пожарная машина. Девушку мутит, она собирается прыгать, но оглядывается назад… * * * - Вот значит как… Так тебе сказали, что все мы здесь – мертвецы? – тихо говорит Флиппи. Он обнимает всхлипывающую Флэйки, чувствует, как суматошно бьется её сердце.- Разве похоже? Флэйки удивленно поднимает голову и видит улыбающегося Флиппи. Она вытирает рукавом слёзы и мотает головой. - Даже если и так, - продолжает солдат,- Пусть мы все умерли, но не похоже ведь, правда? Я так не чувствую,- уверенно произносит Флиппи. Он смотрит прямо в глаза Флэйки, в те самые арахисовые глаза и понимает, что, конечно, конечно же, не похоже.