Бесконечная игра

Сценарист стоял посреди комнаты и внимательно смотрел на мёртвую Алису. Она и в правду была красивая, не ошиблось его второе я. Даже сейчас, когда жизнь её покинула, можно было рисовать с неё картины. Сценарист сжал кулаки, обдумывая следующие шаги. Затем он снял с Алисиной шеи пионерский галстук. Дотронулся рукой до арматуры, и та растаяла в воздухе. Потом мягко подхватил Алису, положил на кровать и накрыл одеялом. Так было правильно. Не стоило ей лежать на полу. Быстрым движением Сценарист повязал Алисин галстук себе и вышел на улицу. Режиссёр уже был на ногах и приближался к крыльцу. Он заметил Сценариста и остановился. - Ну-ка, ну-ка, - сказал Режиссёр, вглядываясь в его лицо, - Ну надо же! – воскликнул он, - Ты вернулся. Узнаю знакомый блеск в глазах! Я рад тебя видеть, старый друг! Сценарист недобро посмотрел на того и щёлкнул пальцами. В тот же миг Режиссёр упал на землю и захрипел. С силой тысяч атмосфер на него давил воздух. Режиссёр скрёб руками по земле, но ничего не мог поделать. - Ты мне не друг больше, - процедил Сценарист, подходя ближе, - Как ты можешь быть другом, когда устроил всё это? – он окинул взглядом пространство, некогда бывшее лагерем. – Ты - эгоистичный ублюдок. Настоящий друг оставил бы меня в покое, если бы видел, что мне хорошо здесь. И ты… - он наклонился к лицу Режиссёра, перекошенному от злобы и боли, - ты убил её. - Какое тебе дело… до неё? – прохрипел тот, - Ты уже не «Семён», ты – это ты. Настоящий. - Ты никогда не стирал свою память, - ответил Сценарист, - ты всегда держался в Играх со стороны. За всю вечность, ты никогда ничего не чувствовал, кроме азарта, – он выпрямился, - Я был таким же, знаю. Но многое изменилось. А теперь… - он снова посмотрел на Режиссёра, - теперь ты умрёшь за всё что натворил. – с этими словами он начал усиливать давление воздуха. Казалось, можно было услышать хруст костей Режиссёра. Тот орал от нестерпимой боли, как вдруг неожиданно исчез. - Ты стал слаб, - послышался его голос с крыльца, - Ты прогнил от своих бессмысленных чувств. Ты думал, что сможешь убить меня воздухом? – он расхохотался, - Наивно. Я один из тех, кто сильнее самого создателя. Как и ты. И убить нас не так-то уж и просто. И знаешь, - он посмотрел вверх, в серое небо без солнца, - ты прав. Мы уже больше не друзья. И мне наплевать, останусь я один или нет. Я не хочу и думать, что общался с такой тряпкой как ты. Ты хочешь убить меня? – он посмотрел на Сценариста, - Не раньше чем я убью тебя. Прощай, пионер. В эту же секунду, что-то врезалось в грудь Сценариста, и тот отлетел на пару метров, глотая пыль. Он не успел опомниться, как сама земля вздыбилась, и из неё выпрыгнул Режиссёр, спрессовывая воздух вокруг Сценариста. Как две бетонные плиты, врезались два потока в валяющееся на земле тело. Но Сценарист уже падал на противника сверху. Исчезая и появляясь вокруг Режиссёра он наносил удары во все части тела, до которых мог дотянуться. Наконец, тот смог достать его свои кулаком и сражающиеся разлетелись друг от друга. - Кажется, хватит играть, - крикнул Сценарист, - Если уж мы хотим друг друга убить, то ограничений быть не должно. Режиссёр лишь ухмыльнулся в ответ и бросился вперёд, превратившись в поток света. Сценарист кинулся ему навстречу, тоже распадаясь на лучи. Само естество мироздания содрогнулось. Удары, которые противники наносили друг другу, создавали и разрушали новые вселенные в мгновение ока. Время вокруг них взбесилось, воздух кипел и пузырился, ткань пространства рвалась, сворачиваясь сама в себя. Измерения смешивались друг с другом, ломая все мыслимые и немыслимые законы физики. Звук становился светом, а свет – твёрдым веществом. Вспыхивали сверхновые, которые тут же исчезали во мраке чёрных дыр, миры менялись как в калейдоскопе. Ни один человек бы не выдержал даже и секунды взгляда на эту битву. Он просто бы сошёл с ума от невозможности настоящего. Наконец, противники снова отпрыгнули друг от друга, тяжело дыша и вытирая пот со лба. Континуум более менее стабилизировался. - Я был не прав. Ты не слабак, - выдохнул Режиссёр. Сценарист молчал. Пока он не вступил в схватку, то держал свои эмоции под контролем. И только сейчас он понял, как он ненавидит этого человека перед ним. Он уничтожил всё хорошее, что появилось в жизни его альтер-эго. Он убил Алису. Девушку, которая сломала законы мироздания, и стала якорем для Сценариста… Нет, для Семёна. Сценарист чётко ограничивал себя от своей второй сущности, которая так ярко теперь пылала яростью в его мозгу. Они разные люди. Слишком разные. Но всё же, настоящие друзья. Семён подарил Сценаристу больше чем Игру. Он подарил ему жизнь. А то существо, которое сейчас злорадно глядело на него исподлобья, никогда не было ему даже товарищем. Его интересовала только Игра и больше ничего. Столетия, миллениумы, квадриллионы лет Режиссёр просто забавлялся. А теперь, когда все игрушки у него отобрали, он сошёл с ума. Абсолютно обезумел. И жаждет крови. Сценарист посмотрел на свои руки. А чем же тогда он отличается от Режиссёра? Борьбой за правое дело? Или он должен убить его, потому что обещал Семёну? «Да!» - крикнул я, - «Потому что он отобрал нашу Алису. Мою Алису!» «Но это же не повод марать свои руки… Не повод становится таким же как он?!» - воскликнул Сценарист. «Я… я не знаю» - я хотел заплакать, но не мог. – «Я просто… я так её любил, а теперь её нет!» «Я не буду его убивать» - после непродолжительной паузы ответил Сценарист. – «Но остановить его нужно. Он совсем стал ненормальным». Внутренний диалог закончился как раз во время, потому что Режиссёр, вновь размазавшись в пространстве-времени, летел к Сценаристу. - Остановись! – крикнул Сценарист, - Не вынуждай меня идти на отчаянные меры! Мы можем всё это закончить, если ты просто навсегда исчезнешь из моей жизни! - Я уйду, только когда ты подохнешь, предатель!! – заорал Режиссёр. - Тогда… Прости, - тихо сказал Сценарист. Он сделал шаг, сжимая пространство, и оказался прямо перед Режиссёром. Затем вытянул руку и дотронулся кончиками пальцев до его лба. - Что ты..?! – вскрикнул тот, потом его глаза удивлённо округлились и он осел на землю. Сценарист покачал головой. - Вот и всё, - сказал он в никуда, - осталось только двое. Он присел перед Режиссёром, который просто смотрел в землю. Потом тот поднял голову и внимательно всмотрелся в лицо Сценариста. - С… - он запнулся, - С… Семён… - он удивлённо оглянулся, - А что… что случилось с лагерем? - О! Ну… тут как бы… что-то случилось, - ответил Сценарист, пытаясь подражать Семёну, - Ты… это… знаешь что? Ты лучше сейчас поспи, а когда проснёшься всё будет куда лучше, - он мягко улыбнулся бывшему противнику, - А завтра на линейку не забудь. Ольга Дмитриевна будет ругаться, - с этими словами он положил ему руку на плечо, и Режиссёр постепенно заснул. Сценарист встал с земли и огляделся вокруг. То что когда-то было «Совёнком» уже даже нельзя было назвать миром. Тут и там зияли дыры, за которыми скрывалась бесконечная чернота. Где-то виднелись причудливые формы абстрактных изгибов реальности. Сзади послышался знакомый скрип. Сценарист повернулся. В воздухе открылась дверь. - А, вот вы где, - сказал человек вышедший из неё. Это был мужчина средних лет, с небольшой бородкой, непослушными каштановыми волосами и квадратными очками. На нём был твидовый пиджак и поношенные брюки. Мужчина присвистнул: - Ну, вы тут и наворотили, - он обратился к Сценаристу, - здравствуй, дорогой. Давно не виделись. - Привет, Продюсер, - Сценарист подошёл к нему и дружески пожал руку. - Ты же, на сколько лет заигрался? – спросил Продюсер. - Точно уже не скажу, но лет десять точно. - Неплохо, неплохо. – мужчина одобрительно покивал головой, - погружение стопроцентное вышло. Я ведь помню, как мы втроём собирали все блоки для этой Игры. – он вздохнул, - я-то сам уже играть бросил. Что-то скучно стало. Думаю… - он посмотрел в сторону, - думаю уйти уже. К остальным. - Я тоже хочу уйти, - ответил ему Сценарист. - А где наш виновник торжества? – Продюсер стряхнул с себя мимолётную грусть - Вон лежит, - Сценарист указал пальцем на спящего Режиссёра, - я прочистил ему память. Он теперь часть этого мира. Ты его забери ненадолго. У меня ещё есть дела. А потом я его интегрирую. - Ладненько, - улыбнулся Продюсер и вдруг задумался, - Слушай, это что же получается… Всё? Больше никого не остаётся? Мы с тобой уходим, а этот интегрируется с чищенной памятью. - Выходит что да, - печально ответил Сценарист, - Прав был Декоратор. Ничто не длится вечно. Даже мы. - Это были славные…. Хм-м… много лет… очень много лет, - рассмеялся Продюсер. Потом он подошёл к Режиссёру поднял его с земли. Тот нехотя встал и, продолжая спать, опёрся мужчине на плечо. - Слушай… - Сценарист нервно вытер лоб, - Я уже немного забывать стал… Ты не знаешь?.. - он не договорил. Продюсер внимательно посмотрел на него и мягко улыбнулся. - Прайм, - ответил он. – Таких суррогатов не бывает. - Спасибо, - Сценарист улыбнулся ему в ответ, - И, прощай, Генда. Продюсер усмехнулся. - Давно меня так уже никто не называл, - он открыл дверь в воздухе, - Прощай, Сценарист, - махнул рукой и исчез. Сценарист ещё постоял некоторое время в одиночестве, улыбаясь своим мыслям. Потом огляделся, наморщил нос, вспоминая свою проблему с дверями из воздуха, и нарисовал в воздухе деревянную дверь. Потом открыл её и вышел. На озеро Монтажного Стола он не пошёл. Он развернулся к нему спиной и двинулся вперёд по песку. Вдалеке виднелись двери, которые были натыканы как попало. По мере приближения на них стали различимы надписи: Прайм, 616, N52 и другие. Сценарист подошёл к двери с надписью «Прайм» и уверенно толкнул её. За дверью шёл снег. Сценарист поёжился и вошёл. Дверь мягко закрылась.