С небес на землю

- Молодой человек! – резко пропищал противный женский голос в начале коридора. Артем, который доныне спокойно проходил по холлу и вдумчиво вглядывался в погасшие лампы больницы, почему-то был уверен, что обращаются это к нему, хотя клеймить его «молодым человеком» можно было лет так двадцать назад. Это как минимум. И все же Кировский позволил себе обернуться, чисто ради интереса. Миловидная на первый взгляд дамочка грозным шагом направлялась прямо на Артема и чем-то ему напомнила своей изящной походкой танк. Стук от её каблучков расползался противным эхом по коридору больницы и долбал не хуже наковальни. Но самое, пожалуй, раздражающее, что было в ней, так это её лицо, точнее его выражение. Примерно так же ведьма смотрела на свою жертву, которую только что смогла поймать, благодаря своей магии. В общем, лицо, как и его выражение, было не из приятных. И она была не одна. Через каждый десяток секунд она оглядывалась, чтобы убедиться, что нерадивый муженек плетется за ней. Артем даже не был уверен, трезв ли он и принимал ли он сегодня душ. Мужчина качался из стороны в сторону, едва сдерживаясь, чтобы не поползти за женой на четвереньках. И да, Артем был прав, этот писклявый «молодой человек!» был обращен именно к нему, а то он всерьез начал задумываться о проснувшейся мании величия, которой в нем вроде пока не наблюдалось. - Что вам угодно? – когда женщина подошла к нему, поинтересовался Артем, стараясь быть вежливым, хотя на самом деле он искренне желал, чтобы эти двое испарились. Настроение Кировского не располагало на дальнейшее общение. - Нам? – дамочка удивленно захлопала ресницами. А потом снова оглянулась, будто до этого ни разу так не делала, и улыбнулась. Гаденько так, что Артему невольно захотелось проверить, насколько крепок её череп. Артем немного наклонился в бок и красноречиво посмотрел на прислонившегося к стенке мужчину, который пытался застегнуть грязную рубашку, но у него не получалось – пуговки были слишком маленькие, а петельки для них узкие. - О, это! – залепетала дамочка. «Это» фыркнуло и вернулось к своему занятию. Артем выпрямился и со свойственным ему хладнокровием сказал: - Так что же Вам угодно? Улыбка с лица женщины как-то чересчур быстро пропала и сменилась на то выражение, с которым она шла по коридору. - Это Вы отец Дмитрия Семенова? - с наглыми нотками спросила она скорее для приличия, чем для получения положительного ответа. - Думаю: ответ Вам известен, раз вы обратились именно ко мне, - ответил Артем. - Я Кристина Нельнова, а это, - она рукой махнула и дальше продолжила с мерзким пренебрежением, несвойственным любящим женам: - мой муж, Анатолий Нельнов. Анатолий попытался отойти от стены, изъявляя желание пожать Артему руку в честь знакомства, но потом понял, что это вполне может закончиться проверкой закона притяжения, и лишь кивнул головой. Кировский повторил его жест, ничуть не смущаясь состояния мужа этой несносной дамочки, которая уже начала его раздражать. Сильно раздражать. Если честно, то у Артема Нельнов вызывал более положительные эмоции, чем его жена. - Я рад за вас, но спешу Вас огорчить, я не хотел бы с Вами продолжать знакомство, и, кажется, это взаимно, - Артем внимательно посмотрел на Кристину, которой явно понравилась его последняя фраза, но не понравился тон Кировского. - О, не смею Вас задерживать, - елейным тоном оповестила его Нельнова, - у Вас, наверно, много дел, так ведь? – в её голос прокралась усмешка, несвойственная людям, которые знают, с кем говорят. Артему жутко захотелось потереть глаза, чтобы сбросить хоть немного тяжести сна с век. Хотелось спать, а не стоять тут и наблюдать, как эта дамочка пытается изобразить того, кем не являлась. Эта наигранная гордость и самодовольство, которые мелькали на лицах его деловых партнеров, пестрила не хуже павлиньих перьев среди обычных воробьевых. - Что ж, разрешите поблагодарить за Вашего сына, - сказал Артем с должным почтением. Кого бы эта дамочка ни старалась изобразить или «снять под копирку», как это называл сам Кировский, а за сына ей действительно огромнейшее спасибо. Артему, даже с его нелюбовью к людям, этот паренек понравился, да и Ксюша его расхваливала так, что Кировскому невольно стало страшно за его будущее. Хотя бы потому, что Подольская любит таких «бриллиантов» и обязательно их втюхивает в свой бизнес. - О, не стоит! – усмехнулась Кристина. – Я как раз пришла поговорить о нем. Артем хмыкнул. Почему-то ему не верилось, что этот разговор закончится благоприятно как для него, так и для Сергея. Кристина, так и не дождавшись ответа, продолжила: - Я хотела бы поговорить о тех взаимоотношениях, которые царят между вашим сыном и моим, - женщина говорила медленно, пытаясь подобрать более-менее нейтральные слова. Правда, она это делала скорее для себя, чем для Артема. Во всяком случае, от фразы «о тех взаимоотношениях, которые царят между вашим сыном и моим» захотелось от души рассмеяться. Как-то глуповато звучит. - Говорите, - пожал плечами Артем, сложив руки на черепе своей трости. Кристина невольно опустила взгляд и пронаблюдала за этим жестом. - О, простите, не могу не интересоваться, как Ваше имя? - Артем. Без отчества, - Артем про себя усмехнулся. Действительно не знает, с кем разговаривает, а ещё строит из себя непонятно кого. - Артем, Ваш сын гей, так ведь? – Кировского уже начала бесить манера разговора Кристины. Любой вопрос она высказывала с утвердительной интонацией, будто она и так все прекрасно знает, даже имя Артема. К тому же, Кристина была уверена, что Кировский не знает об ориентации сына, по крайней мере в её глазах появился огонёк разочарования, когда она не увидела реакцию, которую просто жаждала застать. Кировский едва не вздохнул вымученно. Ещё одна. Артему сразу вспомнилась Мария, его жена, которая примерно так же выговаривала слово «гей», словно это порочное клеймо, ложащееся на всю семью неизбежным позором. Только если для Маши это было потому, что она немного съехавшая с ума фанатичка, то Кристина была вполне в здравом уме и доброй памяти, но с огромными и, наверно, нерушимыми установками по поводу гомосексуализма. - Слушайте… - начал Артем, желая высказать все, что он думает по этому поводу, но его прервали. - О, нет! Это вы послушайте! – набросилась Кристина на Кировского, словно и ждала подходящего случая. – Мой сын не такой, как Ваш! Я не знаю, что Ваш сын сделал с Сергеем, но я не хочу, чтобы они больше… общались! – выплюнула она. - Хорошо, - сказал Артем, скрывая своё раздражение. За всю свою жизнь подобных истеричек он наведался сполна, поэтому прекрасно знал, что криком тут делу не поможешь. – Что Вы от меня хотите? - Усмирите своего сыночка! – гаркнула Кристина. Она взмахнула руками, словно пытаясь показать, что должен сделать Артем, но Кировский её не вполне понял. Точнее вообще не понял. - Вы, наверно, ещё не заметили, но Дима сейчас лежит в палате. Он не бегает за Вашим сыном. Он не звонит ему. Не просит приходить. Не шантажирует Сергея ничем. Да и нечем ему его шантажировать, - прерывисто ответил Артем, чеканя и подчеркивая предложения, на которые стоило бы обратить Кристине внимание. Нельнова нахохлилась. Для неё не существовало невиновных людей, зато виноватые были все. Во всяком случае, именно это читалось в её взгляде. Анатолий что-то прокудахтал, но что-то именно ни Артем, ни Нельнова разобрать не смогли. И Кристина разозлилась от этого ещё больше. - Я хочу, чтобы мой сын вырос нормальным! – рыкнула женщина. - Ну а я тут причем-то? И мой сын? Мы Сергея силками не тащим сюда. Это его выбор, и я Вам советую его уважать. Ваш сын, как-никак, уже вырос, - притихшим голосом сказал Артем. Он пытался хоть как-то донести суть их разговора Кристине, но та опять-таки считала виноватыми именно его с Димой. Что ж, если не хочешь смотреть на действительность, просто создай несколько фильтров, и жить станет легче. - Да как ты смеешь! – прошипела Кристина и подалась вперед. Запахло неплохим скандалом. Бровь Артем вздернулась вверх, как бы показывая, что госпожа Нельнова перегнула палку. - Поверьте, - Кировский сделал акцент на последнем слоге, - я знаю, что говорю. - О! И теперь видно, что из этого вышло! Ваш сын гей! Гей! – вскрикнула она своим противным писклявым голосом, вкладывая в него все презрение, которое в ней теплилось до этого. Кристина даже топнула ногой, только непонятно зачем: то ли ради усиления эффекта, то ли для выхода негодования, проснувшееся в ней от того, что её не понимают. Анатолий невольно вздрогнул от стука каблука его жены. - И? Кто-то от этого умер? Это вызвало бубонную чуму? Это лишь обрушило Ваши устоявшиеся предрассудки, которые, кстати, не имели какой-то особой важности, - спокойно ответил Артем, однако, конечно, хотелось «ответить» по-другому. - Да как ты смеешь! – повторилась она, словно другой фразы для такого случая у неё припасено не было. Лицо Кристины начало покрываться красными пятнами, видно, от злости, которая сейчас бултыхалась в её глазах. – Я запрещаю видеться им! – крикнула она. – Запрещаю! - Запрещайте сколько угодно, - пожал плечами Артем, - но ко мне-то вы зачем пришли? «А»,- подумал Кировский и едва заметно усмехнулся. Ну да, Кристина, похоже, думала, что найдет единомышленника в лице Артёма, который, конечно же, поможет ей сохранить её честь и достоинство (хотя Кировский не понимал, что в ориентации сына такого зазорного), а теперь, когда убедилась в обратном, не знает, что делать. - Толик, скажи ему! – взмолилась к мужу Кристина, словно он её последний шанс. Но Нельнов старший уже самозабвенно започивал на полу. - И, кстати говоря, если Вы хотите разрушить отношения с сыном, то благодаря Вашим последующим действиям, у Вас это получится отлично, - предупредил её Артем. - Да что ты знаешь! – вскрикнула Кристина. – Я… Да ты… У меня такие связи! Твоего сына знаешь куда засунут? И тебя вместе с ним. Артем не выдержал и рассмеялся. Нет, правда, это было действительно смешно. Кировский невольно вспомнил басню Крылова «Слон и Моська». - Связи? Это какие же такие связи смогут меня, Артема Кировского, засунуть куда-то? – Артем криво улыбнулся. Кристина немного приутихла. К её позору, она не понимала, с кем разговаривала, даже узнав его имя, но по тому, как Кировский сказал, сразу стало ясно – она тут что-то вроде мелкой сошки. – Дамочка, идите лесом. Если хотите ломать жизнь своему сыну – пожалуйста, я мешать не буду, он же все равно от Вас сбежит, в какой бы Вы его конец света не засунули. Кристина слова больше не сказала. Она лишь кинула убийственный взгляд на Артема и, даже не позаботившись о своем муже, побрела к выходу. Кировский тяжело вздохнул, наблюдая, как Нельнова покачивает бедрами, усмехнулся. - Эй, сестра! – Артем обратился к девушке, которая изредка выглядывала из-за своего стола. Её заинтересованные взгляды, которые иногда падали на скубающуюся парочку, уже прекратились, теперь она в открытую пялилась на Кировского. – Позаботьтесь о господине Нельнове. Капельницу ему, что ль, поставьте. Все за мой счет. И все же это маленькое представление, которое развернулось в больнице, стало прекрасным объяснением, когда Сергей не явился на следующий день. И на следующий. И через неделю, и даже через две.