Secrets Kindle Fires

Свернувшись калачиком на диване с наушниками, Найл почувствовал вибрацию телефона в районе ступней. Мне нужно, чтобы ты был рядом. Парень сидел нахмурившись. Чувство острого беспокойства поселилось у него в животе. Обычно Зейн не писал ему такие серьезные сообщения. Вряд ли у них когда-либо вообще была полноценная переписка, кроме редких «доброе утро» или «я скучаю по тебе». Немного колеблясь, Найл стал набирать ответ. Хорошо, но тебе нельзя быть здесь. Слишком поздно… Я почти у твоей двери. х Хоран слегка запаниковал, трясущимися пальцами набирая ему предупреждение о том, что Гарри сейчас в квартире, но несколько глухих ударов в дверь прервали его. Парень метнулся к двери, в надежде, что кроме него никто не услышал этих звуков, пытаясь открыть дверь как можно быстрее и тише. Не успев даже взглянуть на Зейна, тот прижал его к стене напротив двери. Одной рукой обхватив запястья блондина, Найл был словно в ловушке, всем телом прижимаясь к Зейну, скрывшись за большим шкафом в прихожей. Темноволосый парень приблизился к его лицу максимально близко, так, что единственная мысль Хорана была о том, что сейчас их губы сольются в поцелуе. Однако, Малик стоял неподвижно, на секунду задержав дыхание прямо перед губами блондина. Парень старался не встречаться глазами с ирландцем. Вместо этого он слегка приоткрыл губы, чтобы что-то сказать. - У меня был, - он выдохнул, - ужасный день. Он остановился, позволяя их губам ненадолго соприкоснуться. Хоран не осмелился продлить поцелуй, поэтому он позволил парню говорить дальше. Их губы все равно умудрялись соприкасаться, а парень просто наслаждался тем, какими мягкими они были у темноволосого парня. - Я хочу, чтобы ты заставил меня забыть об этом, - охрипшим голосом прошептал Зейн в полуоткрытый рот Найла. Они оба стояли неподвижно до тех пор, пока Зейн не выпустил запястья ирландца из своей сильной хватки. Хоран, воспользовавшись этим, толкнул парня к другой стене, одной рукой придерживая лицо и направляя его губы к своим, чтобы получить жесткий, такой нужный ему поцелуй. Малик ответил незамедлительно, сжимая руки на талии блондина и прижимаясь к нему, словно пытался слить их тела воедино. Плавно двигаясь, каждый их поцелуй разжигал в них еще большую страсть. Это могло продолжаться вечно, пока Малик не отвлекся от губ парня, грубо прильнув к шее. - Зейн, - слабо выдохнул парень. Кудрявый парень был сигналом тревоги в его голове, будильником, который прозвучал лишь сейчас. Напоминание в следующую секунду испарилось в его голове, когда Зейн припал к мочке уха, но ирландец попытался взять себя в руки. - Зейн, - повторил он, запуская пальцы в шевелюру Малика. – Стой. Остановись. Парень неохотно оторвался, удрученно взглянув на него. - Что-то не так? – пробормотал он, плавно переходя глазами от плеч к ключицам, к губам. Парень смотрел куда угодно, только не в глаза. Парень понял, что за мысли сейчас терзают Зейна, его глаза расширились, и он покачал головой. - Нет-нет, глупенький, - заверил он и легко поцеловал его. – Просто, сейчас мы не одни, там, в другой комнате… - Кто? - Гарри. Стайлс. Глаза Малика округлились. Найл закусил губу. Он совсем не хотел, чтобы Зейн уходил, но его не покидало ощущение, что это именно то, что должно произойти. - Черт, - пробормотал темноволосый в такт его дыханию. Слегка сжимая пальцы на талии парня, ему на момент показалось, что он совсем не в состоянии что-либо делать, прежде чем он все-таки взглянул на Найла. - Никто не зайдет, если мы будем в твоей комнате? Озорная улыбка вдруг заиграла на лице Найла и тот с воодушевлением ответил: - Нет, но мы не должны шуметь, - Зейн ухмыльнулся и потянул парня за руку. - Пошли. Быстро, но тихо закрыв дверь, он схватил Найла за талию и повернул его, прижав к запертой двери. Найл сомкнул их губы в поцелуе и, с легкой улыбкой, не отрываясь, повернул темноволосого, поменяв их местами. Зейн мягко застонал, сжав между зубами нижнюю губу блондина. - Тшш, - шикнул Найл, хихикая. Зейн издал томный звук удовольствия, буквально вцепившись губами в шею Найла, пока парень переплетал пальцы в его черных, как смоль, волосах, оттягивая голову немного назад. Теперь на шее блондина красовался небольшой засос. Хоран прервался и повалил парня на кровать. Мягкому приземлению помешала стена, об которую ударился Зейн. После небольшого стука парни замерли. С противоположной комнаты раздался едва слышный смешок и Найл вздохнул, закатив глаза. - Наверно, они думают, что я дрочу, - пробормотал он. Зейн слегка коснулся зубами мочки уха. - Как хорошо, что сейчас ты со мной и тебе не нужно этого делать, - промурчал Малик. Хоран тихо ахнул, взбираясь на парня. Он начал быстро тереться своим пахом об него, совершая ритмичные фрикции. Зейн незамедлительно присоединился к нему. Сначала это выглядело так неуклюже, но вскоре они нашли общий ритм. Бугорки в их джинсах встречались снова и снова. Темноволосый издал тихий, полный наслаждения стон. Движения их бедер стали беспорядочными, парни были переполнены желанием. Найл застонал, когда почувствовал такое знакомое, теплое и скручивающее ощущение внизу живота. Он мог с уверенностью сказать, что Зейн тоже был близок к разрядке. Глаза, в которых читались трепет и волнение, открылись, встречаясь с взглядом Найла. Они были такими распущенными в этот момент, такими, какими не были никогда. Разорвав поцелуй, неглубокие вздохи стали заполнять комнату. Никакими словами нельзя было объяснить, каким совершенным был Зейн сейчас, до такой степени прекрасными, что Найла бросало в дрожь от одного его взгляда или вздоха. Блондин продолжил телодвижения, его тело взмокло. От ощущения того, насколько было горячо в штанах у Зейна, Найла чуть не отбросило в сторону. Немного укусив Малика за шею, Хоран ускорился. Зейн не растерялся и стал подаваться вперед. Их пальцы переплетены воедино, еще немного фрикций и темноволосый вознесется до небес. Когда они закончили, то остались в этой же позиции, задыхаясь, пока Найл обдавал его своим дыханием. Зейн крепко обнял его, ожесточив хватку настолько, что Хоран не смог двигаться. Найл долго не решался, но все же проскользнул чуть ниже, так, что голова оказалась на уровне груди. На какое-то время тишина заполнила их комнату. Первым начал Зейн: - Я не хочу, чтобы мы были тайной, Найл, - прошептал он. Его голос звучал слабо и невинно. Блондин крепко сжал ткань его рубашки и слегка повернул голову, чтобы подарить невинный поцелуй. - Я тоже, - едва слышно ответил он. - Прости меня. На самом деле, я тебя совсем не стою, - на этих словах его голос сорвался. Найл кинулся выше, оказываясь на уровне его лица. Легкий поцелуй в челюсть, и вот его губы уже целуют мочку уха, плавно двигаясь к подбородку и, наконец, они сливаются в одно целое. - Нет, - пробормотал он. – Стоишь. Он посмотрел в его глаза на мгновение, а потом переместился в то же положение, в котором был до этого. Зейн отреагировал очень естественно, стискивая парня и прижимая сильнее к своему телу, которому он так идеально подходил. В их комнате царила полная идиллия и тишина. В этот раз начал Найл: - Расскажешь мне, что так испортило твой день? - Может быть, но не сейчас. Как бы я хотел, чтобы все было так, как сейчас. Хорошо. Найл кивнул, прижимаясь носом к шее, позволяя им обоим закрыть глаза и окунуться в мир бессознательного.

~~~

- Правда или действие? Гарри взглянул на Луи так, словно он был самым счастливым ребенком на свете. - Ты еще не устал? Почти час ночи… Мы играем просто, чтобы убить время. Луи усмехнулся и покачал головой. - Честно говоря, нет. Я узнал много правды о тебе… - Зато совсем нет действий. - Мне кажется, мы сломали систему. “Наибольшее количество правды подряд в игре «Правда или Действие»”. Гарри поморщил нос. - Кто бы хотел начать действовать? Во всяком случае, иногда, правда лучше, - кивнул Луи в знак согласия. За это время он узнал совсем немного о Гарри. Игра начиналась довольно спокойно и невинно. Основные вопросы о семье, личности и друзьях детства. Конечно, кое-чем из своей жизни поделился и Луи. Однако игра стала интересной лишь спустя час после начала. Они стали говорить о таких вещах как сексуальный опыт и предпочтения. Луи даже осмелился спросить о том, почему Гарри причиняет себе вред. Оказалось, что единственной причиной, почему он делает это, является его ориентация. Он не хочет быть геем, но и менять ориентацию тоже не желает. Его семья никогда не была достаточно понимающей. Отчим всю жизнь был гомофобом. У мамы развилась депрессия после смерти его отца. Решение выйти за Робина сделало ее немного счастливее, но она продолжала отдаляться от Гарри и его сестры Джеммы. У него были друзья, воспитанные в глубоко религиозных семьях, что повлияло на его отношение к гомосексуализму. У Луи разрывалось сердце во время его рассказа. Гарри всю жизнь был ограничен, навсегда лишен возможности быть тем, кем он действительно являлся и обвинял в этом лишь себя. Луи заметил, что Гарри был очень испуган и уязвим на фоне его уверенности в себе. И теперь, его желание защитить этого кудрявого парня лишь усилилось. - Итак, - тыкнул Луи. – Правда или действие? - Гарри стал мяться и что-то мямлить, прежде чем ответить. - Правда. Луи усмехнулся. - Что же мне спросить? Хм… О, ладно. Я бы мог задать другой вопрос, но это пока все, что есть у меня в голове. Ты девственник? Стайлс ничего не ответил, лишь покачал головой, что означало «нет». Живот Луи сделал сальто. Гарри неуверенно взглянул на него. - Я имею в виду… С девушками. А с парнями да. Томлинсон кивнул, поджав губы. - Теперь твоя очередь, - сказал Гарри. Его лицо не выражало ничего. – Правда или действие? - Правда, - без колебаний ответил Луи. На секунду парень притих. Будто собирался с мыслями, чтобы задать свой вопрос. - Каково это? – наконец спросил он. – Целовать парней? Есть какая-то разница? Луи оцепенел, не зная, что ответить. - Да, - уклончиво ответил он. – Грубее. У девушек губы мягче. Хотя, это вовсе не плохо. Гарри кивнул, задумываясь. - Правда или действие? - Правда. - Ты когда-нибудь целовал парня? – спросил Луи, думая, что знал ответ, но, все же, желая убедиться. Гарри прикусил губу, прежде чем ответить. - Нет, – пробормотал он. Сердце Луи подпрыгнуло от того, каким очаровательным и невинным был этот парень. Гарри нервно взглянул на него, беспокоясь о том, почему Луи все еще молчит, тем самым, выводя его из транса. - Твоя очередь, - сказал он, подталкивая Гарри, который быстро улыбнулся. - Правда или действие? - Правда, - рассмеялся Томлинсон, - это же очевидно. - Есть ли кто-то, кого бы ты хотел поцеловать прямо сейчас? – сказал Гарри, робко вглядываясь в его лицо. Луи был ошеломлен. Правда? Единственным человеком, кто был сейчас с ним и на кого мог быть намек… Гарри. Он что, хочет поцеловать его? Или это его собственная реакция на слова Гарри? Томлинсон подумал, что он спрашивает, чтобы решить. Так или иначе, его губы такие мягкие… - Да, - признался он. Гарри приподнял брови, ничего не говоря в ответ. - Правда или действие? - Правда. - А ты? – Гарри фыркнул. - Луи, я уже говорил, что мне нравится парень. Конечно, я хочу его поцеловать. - Он гей? - Да. Гарри немного смутился. - Так почему ты его не поцелуешь? А вот теперь Гарри был в абсолютном смущении. - Я не думаю… Что он чувствует… То же, что и я, - он говорил обрывками, но все же сумел. Луи с любопытством наклонил голову. - Кто это? Гарри застыл, и Луи смог заметить, как сильно он сейчас был напряжен. Он ничего не говорил, тогда Томлинсон нерешительно протянул руку, дотронувшись до бицепса. - Эй, - тихо протянул он. – Все хорошо. Расслабься. Ты не обязан мне рассказывать. Гарри удовлетворительно моргнул и тогда Луи понял, что неосознанно наклонил голову так, что теперь их лица находились в парах дюймов друг от друга. Гарри не выглядел беспокойным и не думал отодвигаться. - Ты в порядке? Кудрявый кивнул. - Хорошо, - сказал шатен, неохотно двигаясь назад. - Не хочешь просто поговорить, вместо того, чтобы играть? – внезапно попросил Гарри. Луи взглянул на него и кивнул. Они оба немного подвинулись, облокачиваясь на спинку дивана. Они немного поговорили о какой-то чепухе. Луи вдруг понял, одна его рука, согнутая в локте, лежит перпендикулярно Гарри, а вторая хочет бессознательно утонуть в его шоколадных кудрях. Он понятия не имел, что делал. Все было как в тумане – Томмо очень устал.

~~~

Луи распахнул глаза в своей комнате предположительно через час. Он не смотрел на часы. Все, что он хотел – остаться в своей супер комфортной позе как можно дольше. Парень почувствовал небольшое движение под рукой и понял, что все это время она лежала у Гарри на груди, который до сих пор размеренно сопел. Наверняка, он проснулся из-за того, что рука начала падать. Он собирался подвинуть ее, но прервался. Казалось, будто кто-то щекочет её тыльную сторону. Глаза еще не совсем привыкли к темноте, поэтому он не мог это проверить. Тем временем прикосновения стали более выраженными. Он понял, что это была рука Гарри, которая медленно и нерешительно покрывала его руку, пытаясь не разбудить шатена. Наконец, кудрявый добился своего и Томлинсон понял, что может чувствовать, как бьется его сердце. Действительно ли его сердцебиение ощущается через пальцы, или это лишь иллюзия? Ему захотелось сжать его руку, или переплести их пальцы. Дать ему какой-то знак, чтобы Гарри понял, что он не спит, и ему очень хорошо сейчас. Однако, стоит ему двинуться хоть на миллиметр, Стайлс тут же одернет руку, будто ничего не произошло. Беззвучно вздохнув, он решил переплести их пальцы, окунаясь в приятное тепло. Гарри слегка взъерошил свои кудряшки, и сердце Томлинсона пропустило удар. Он совсем не хотел ввязываться в отношения со студентом и уж тем более не хотел, чтобы первые отношения Гарри были с профессором. Он надеялся, что кудрявый найдет своё счастье с тем парнем, который ему нравится.