Осколки льда

Вас не бывает. Вы лишь отражение. Мыслей и сказок Из старых времен.

Глубокое черное небо ощерилось белыми безразличными звездами, рассыпанными щедрыми руками богов. Яркие созвездия вспыхивали мириадами звериных глаз, освещая землю тусклым, мертвенно-бледным, но таким притягательным светом. Светом песен и легенд, рассказанных далекой ночью в незапамятные времена, когда мир был молод, а боги юны. Высокие звезды несли не только свет, вместе с сиянием на землю опустилась зима. Холод пробирался под несколько слоев одежды и сковывал тело в ледяные доспехи, не давая двинуться с места. Снег искрился серебром, звонко хрустя под быстрой поступью шагов одинокого путника, спешащего в тепло дома, куда не в силах пробраться стужа. Зима правила властительной хозяйкой, держа в ладонях скипетр-мороз и державу-вьюгу. Но холода пришли не сразу. Лишь Праздник Перехода года ознаменовал начало сурового времени. Мороз тонкой рукой рисовал на стеклах удивительно красивые сказочные узоры, сплетая их звенья в единую цепь картины с лесным мотивом, создавая гобелен из грез. А в деревянных маленьких оконцах домов небольшого поселка, преломляясь в острых заснеженных морозных узорах, отражался приветливо горящий свет свечей и каминов, не впускающий в помещение холод. В такие вечера единственным желанием было сидеть с семьей около теплого камина и рассказывать древние истории и легенды. Вечер дарил покой и редкую возможность собраться всей семьей у камина, освещая дом рождающимися из огня и человеческой речи сказками. Именно так и собралась провести время одна из деревенских семей. Арнэр – глава семьи, мужчина за тридцать, похожий чем-то отдаленно на медведя, был прекрасным охотником, а летом работал на лесоповале, помогая рубить деревья и сплавлять их по реке. Мариэн, его жена, еще молодая женщина, занималась не только хозяйством, она была хорошей травницей. Рассказывали, что ее предки пришли из-за гор, из тех мест, где до сих пор властвует легенда и свершаются чудеса. Колдовать она, конечно, не умела, но рука у нее была легкая, а сердце доброе, поэтому она была готова помочь всем, кто к ней обращался за помощью. У них было двое прекрасных детей, старший, сын, Андрэк, такой же сильный и смелый, как и отец. Он уже старался всячески походить на Арнэра, хотя и исполнилось ему всего семь этой зимой. И была у них прекрасная дочурка по имени Хиллэна. Совсем еще ребенок, но ее голубые глазки могли покорить любого. Вся семья, закончив бытовые дела и обязанности, собралась около весело горящего камина, приготовившись слушать удивительную, чудесную, полную приключений и таинственных поворотов историю, которую расскажет Арнэр. Историю, сотканную из снов, снившихся на рассвете, росы на траве, так похожей на брильянты в диадеме сказочной принцессы и присыпанных снегом лап сумрачных елей. Только отец сел спиной к огню и приготовился рассказывать, как в дверь постучали. -Кого ночь нам принесла? – недовольно спросил Арнэр, вставая и идя к двери. -Мы не ждем гостей, - несколько взволнованно проговорила Мариэн. Что-то колыхнулось в груди, а Мариэн привыкла верить своим предчувствиям. Незнакомец, стучащийся в дверь, не простой путник. Женщина, в чьих жилах текла кровь древних колдунов, могла поклясться насчет этого. Но спроси кто-нибудь, откуда она это знает, Мариэн бы никогда не ответила. Арнэр снял засов и потянул на себя тяжелую дверь, впуская в уют и тепло дома мороз и ночь улицы. На пороге стоял старик, закутанный в совсем легкий плащ голубоватого цвета. В руках путник держал дорожный посох, а за спиной котомка, что говорило о дальнем расстоянии проделанным пожилым мужчиной. - Мое имя Клариэс, - путник легко склонил голову в знак приветствия. - Я свершил долгий путь, путешествуя и идя на запад. Позвольте остановиться у вас на ночь и прогреть старые кости перед дальним переходом, милые хозяева, - попросил старик. - Но у меня нечем заплатить, разве что удивительной историей, так подходящей под сегодняшний вечер. Арнэр отчего то замешкался, оборачиваясь на жену и глазами спрашивая совета. Все знали, что находится на Западе. Непроходимые страшные горы, хранящие даже летом глубокий снег. Там нет ничего, ни одного человеческого жилья. Все, кто уходил туда, не возвращались. Старики еще помнили древние предание о могучем герое, заковавшем сердце Зимы в хрусталь льда и подвесившего его на самые пики, уходившие в небеса. - Конечно, проходите, вы, наверное, ужасно замерзли. На улице просто смертельный холод, - хозяйка поднялась, ссадив дочку с колен на шкуру. Старик, прихрамывая, прошел в дом, оставив посох за дверью, на потеху морозу. Хозяин накрепко запечатал дверь, а Мариэн угостила Клариэса ужином и подогретым вином. А потом путник сел вместе с ними у камина и началось время сказок. Казалось, что старик знает их множество. Он рассказывал такие сказки, которых никогда никто не слышал в деревне. Хитросплетение слов были невероятные, сказочные, интересные, захватывающие дух и заставляющие дрожать от напряжения. Но вот часы пробили полночь. Мариэн спохватилась и стала укладывать всех спать. Сон окутал дом, даря сладкие и невероятные сны всем обитателем. Только маленькая голубоглазая Хиллэна не могла уснуть. Она тихонько выскользнула из-под одеяла и босиком прошла по деревянному настилу пола и добралась до окна. Светила полная луна, освещая видные из окна высокие горы. Западные горы, недоступные, хранящие много легенд и сказок. Она была уверена, что там можно встретить настоящих драконов и эльфов, и тех, о ком рассказывал сегодня вечером старик. -Почему маленькая принцесса не спит? – услышала она тихий голос сказочника. Хилли обернулась, светло улыбаясь. -Я хотела посмотреть туда, - она указала пальчиков за окно, - говорят, что в старые времена можно было увидеть ночью дракона, пролетающего на фоне полной луны. Старик странно улыбнулся и подхватил малышку на руки, отнес на кровать, уложил и укрыл. -Хочешь, я расскажу тебе нечто особенное, а, принцесса? Хочешь, я расскажу тебе старую сказку своего народа? – спросил тихо странник – В ней добро сильнее зла, а истинна и любовь сметают на своем пути все преграды, мыслимые и немыслимые. А пока я буду рассказывать, ты уснешь. Я уверен, что ты никогда и ни от кого не слышала и не услышишь эту сказку. Хилли кивнула, уставившись голубыми мечтательными глазами на старика. Его слова запали ей в душу. Она уже точно знала, что никогда не забудет ни слова из того, что он ей сейчас расскажет. -Далеко-далеко, где вершины гор встречаются с небесами, где облака наполнены тяжелым серебром мягкого снега, существует королевство. Оно не видимо обычным людям и о нем никто не знает, туда не ходят торговцы и там не бывает ярмарок. Шпили дворца в этом королевстве в изяществе и красоте могут поспорить с ледяными витыми сосульками, а его стены - белизной сравняться со снегом. И живут в том королевстве дети зимы. Те, кто уже бывал за гранью. Они родились зимой, в буран и вьюгу, когда не разобрать, где небеса, а где земля. Они уже видели то, что не предназначено видеть никому. Они родились не живыми, не сделали первого вдоха, но ожили, когда зимний ветер вдохнул в их уста жизнь. Их кожа бела, как снег, глаза голубы, как лед, а характер колюч, как зимний ветер. И правит ими король. Прекрасный король, чьи волосы чернее воды в проруби, а глаза синие и прозрачнее льда. И носит король на шее знак власти - снежинку, искусно сделанную из снежного золота, настолько тонкой работы, что не отличишь от настоящей. Они, дети зимы, также как и вы растут, стареют и, в конце концов, просто уходят в ночь, где рассыпаются и растворяются в снежном вихре. И встретить их вы тоже можете, правда, только зимой. Лишь зимой они могут покинуть свое королевство и спуститься к людям. Не покидает своего дворца лишь король. Тот, кто носит символ власти, хранит и оберегает народ. Стук его сердца откликается в каждом. Их сердца покрыты льдом. Людские чувства слишком горячие для их сердец. И если, они полюбят, спадет дыхание вьюги, их сердца оттают и остановятся. Ты хочешь спросить, бывают ли у детей зимы малыши? Да, бывают, конечно. Они также живут семьями, только нет в них вашей бури чувств и эмоций. Их сердца не могут выдержать такого. И дети у них всегда уже рождаются с дыханием вьюги на устах. А, если все же, ребенок родился живым, с бьющимся сердцем, то его тело должно умереть, чтобы он стал одним из своего народа. Тогда король по просьбе матери или отца ребенка, высекает из прозрачного льда фигуру младенца и когда душа покидает тело, то она перемещается в созданное королем. И лед оживает, теплеет, становится настоящим телом владельцу. И тогда ребенок уже становится полноценным жителем страны. Но слишком редко такое случается, почти никогда. Я слышал много ваших сказок, девочка, про Снежную королеву. Так знай, Снежных королев не бывают, бывают только короли. И они бывают очень одиноки. Когда старик закончил говорить, Хилли уже крепко спала, обхватив подушку маленькими ручками. Утром, когда Мариэн проснулась, сказочника уже не было в доме. Она потеплее укутавшись в платок, вышла на порог дома. Следов от шагов, как она и предполагала, тоже не было видно. -Побыстрее бы весна, - проговорила женщина, заходя в дом.