Непростая командировка

      Телефон жужжал на тумбочке, заставляя меня приоткрыть один глаз. Солнечный луч пробивался сквозь щель в шторах, золотистой полосой ложась на простыню. Я потянулась за телефоном, едва не сбросив на пол чашку с остатками вчерашнего чая.        - Да, Настя, - прозвучал в трубке голос Элис, бодрый, несмотря на ранний час. - Зайдешь в офис тогда к четырем?        Я зевнула, пытаясь прогнать остатки сна.        - Да, отлично, - пробормотала, но тут же нахмурилась. - Стоп, а чего так рано? Ты же до пяти работаешь.        На другом конце провода короткая пауза.        - Ну просто… ты мне нужна будешь.        Голос подруги звучал странно, но я не стала копать.        - Ну ладно, договорились. До вечера тогда.        - Пока. Увидимся.        Я положила телефон на грудь, глядя в потолок. Дом. Это слово все еще казалось непривычным, хотя я уже почти три недели жила в Лондоне. В доме Тома. Нашем доме.        Скрипнула дверь - Томас вышел из ванной, закутанный в полотенце, с каплями воды на плечах.        - Кто звонил? - спросил он, присаживаясь на край кровати.        - Элис. Надо зайти в офис к четырем.        Он нахмурился.        - Опять?        - Ну да, - я потянулась к нему, проводя пальцами по мокрой спине. - Не ревнуй.        - Я не ревную, - он фальшиво хмыкнул. - Просто мне не нравится, что ты каждый день пропадаешь.        - Том, я ищу работу, - вздохнула я. - А пока что у меня только собеседования. Или ты хочешь, чтобы я сидела дома, как принцесса в башне?        Он улыбнулся, но в глазах мелькнула тень.        - Я хочу, чтобы ты была счастлива. Но если честно… мне будет чертовски не хватать тебя в Уэльсе.        Уэльс. Через неделю. Десять дней. Я сжала зубы, чтобы не заныть вслух.        - Я тоже буду скучать, - прошептала.        Том наклонился, коснувшись губами моего виска.        - Ты справишься. И работу найдешь. Я в тебя верю.        Но вера - штука эфемерная. А реальность такова: резюме разосланы, собеседования пройдены, а ответа все нет. Мама вчера звонила и, как всегда, бодро заявила:        - Ну конечно, Настенька, тебя не берут! Ты же с российским паспортом. Тут тебя ждут только на позиции уборщицы, если повезет.        - Спасибо, мам, очень поддерживаешь.        Я встала с кровати, подошла к окну. Лондон шумел внизу велосипедисты, такси, спешащие куда-то люди. Город возможностей. Ха. Если бы.        - Черт, - прошептала я, сжимая кулаки. - Ну почему?!        Том уже оделся и собирал вещи в сумку.        - Все будет хорошо, - сказал он у двери. - Обещаю.        Я кивнула, но внутри все сжималось от страха. А что, если нет?        Через неделю он уедет. А я останусь здесь. Одна. Без работы. Без привычного круга общения. С одной только Элис и Эммой, сестрой Тома, которая, к счастью, оказалась потрясающей.               Но этого мало.        Я должна найти себя здесь. Иначе… иначе я действительно сойду с ума.        Я шла по знакомым улицам, вдыхая прохладный воздух. Холодный март уже сдавал позиции, но в тени высоких зданий еще витало зимнее дыхание. 25 минут пешком. Не так уж и далеко. И тут меня осенило: значит, еще в январе, когда я только приехала в командировку, мы с Томом жили буквально в соседних районах. Судьба? Возможно.        Здание офиса встретило меня холодным блеском стеклянных фасадов. Я задержала взгляд на вывеске. Столько воспоминаний. Никаких стрессов, никаких скандалов - только интересные проекты, уютные чаепития с коллегами и чувство, что я на своем месте.        Лифт мягко поднял меня на мой этаж. Двери открылись, и меня тут же окутал знакомый запах - дорогой бумаги, свежесваренного кофе и едва уловимого аромата дерева от массивной мебели в холле.        - Добрый день, Анастасия! - секретарь за ресепшеном подняла на меня взгляд и улыбнулась.        Я на секунду замерла. Она помнит мое имя. А вот как ее зовут, вылетело из головы.        - Добрый день! - ответила я, слегка смутившись.        - С возвращением! - ее улыбка стала еще шире.        - Спасибо! А Элис… - начала я, но она перебила меня легким движением руки.        - Проходите в кабинет. Не забыли ведь, где он? - ее глаза блеснули лукавством.        - Конечно нет! - рассмеялась я и направилась по длинному коридору, сердце невольно забилось быстрее.        Каждый шаг отзывался в памяти: вот здесь я когда-то уронила папку с каталогами, а тут чуть не споткнулась, когда утром торопилась и жутко боялась опоздать. И уверенным шагом я иду по коридору до нужного кабинета. Открываю дверь.       - Привет, Анастасия, - отрывается от монитора Элис и улыбается.       У нее как обычно завален стол всякими документами. И как она умудряется ориентироваться здесь? Никогда это не понимала. Смотрю в сторону моего бывшего рабочего стола, он пуст. Только скромно стоит компьютер.       - Привет, - подхожу к ее столу.       - Ну и зачем я тебе понадобилась так рано? Ты ведь все равно работаешь, - спрашиваю я ее, садясь в кресло напротив.       - С тобой кое-кто хочет пообщаться. Подожди немного, - хитро смотрит она на меня.       - Кто этот кое-кто? - непонимающе смотрю я на нее.       - Жди! - только и сказала она.       Ну ок. Жду. Минут пять я просто крутилась в кресле, ожидая кого-то. И тут в кабинете показывается мистер Честер. Мой бывший начальник. Я рада его видеть.       - Добрый день, мистер Честер, - искренне улыбаюсь ему.       - Добрый, рад вас вновь видеть в нашей компании. С возвращением, - говорит он мне.       - Спасибо, - прошептала я, опустив глаза. Пальцы сами собой сжали край стола - будто проверяли, реально ли это.               Мистер Честер оглядел кабинет, его взгляд скользнул по пустующему столу, и он кивнул в его сторону:        - Давайте присядем.        Я машинально двинулась к своему месту. Нет, не своему. Бывшему. Хотя... Кожаное кресло мягко приняло меня, как старого друга. Он устроился напротив, сложив руки в замок - его любимая поза для важных разговоров.        - Ну как, Анастасия, вам живется в Лондоне? - в его голосе теплилась искренняя заинтересованность.        - Отлично. Я без ума от этого города. Всегда была.        Он усмехнулся, словно читая между строк:        - Я не об этом. Как с работой? Устроились?        Моя улыбка растаяла.        - Никак, - голос дрогнул. - Мне везде отказывают.        - Они просто не понимают, кого теряют, - его улыбка стала шире.        - Они даже шанса не дают показать, что я достойный специалист, - вырвалось у меня с внезапной горечью.        - Вот в этом их ошибка. Но я-то вас знаю.        - Вы - да, - кивнула я, чувствуя, как в груди теплеет.        Он медленно провел ладонью по столу, будто смакуя момент:        - Как ты уже заметила, твое рабочее место все еще пустует.        - Вижу, - прошептала я, непроизвольно выпрямляясь.        - Мы будто знали, - рассмеялся он. - Оно ждет вас.        - Что? - я уставилась на него, не веря ушам.        - Вы готовы вернуться в наш коллектив, Анастасия?        В голове резко зазвенело.        - Я... - голос предательски дрогнул. - Конечно. Да!        - Только учтите, должность будет рядовым менеджером, не начальником отдела, как в Петербурге, - он приподнял бровь. - Но с чего-то надо начинать. И кто знает...        Я не дала ему договорить:        - Конечно! Я все понимаю, - слова посыпались, как горох. - Я и на большее не рассчитывала!        - Отлично, - он поднялся, поправляя манжеты. - Тогда в понедельник ждем. Со всеми документами.               - Спасибо! - это прозвучало почти как вздох.        - Да не за что, - он уже был в дверях, но обернулся. - Я рад, что такой профессионал снова в строю.        Дверь закрылась.        Я сидела, буквально раздавливая подлокотники пальцами, затем медленно повернулась к Элис. Она наблюдала за мной, притворно-строгая, но уголки губ предательски дергались.        - Элис... - голос сорвался на смешок.        - Да-да, коллега? - она нарочито официально подняла бровь.        - Это же... КРУТО! - я вскочила, едва не опрокинув стул. - Как он... Ты! Ты ему сказала?!        - Я просто обронила в разговоре, что ты в городе и ищешь работу, - она небрежно махнула рукой. - Он сам предложил тебя позвать. Ну а я... позвала.        Я взмыла к ней, схватив за плечи:        - Если бы не ты!        - Ой, да ладно! - она отмахнулась, но глаза смеялись. - Через пятнадцать минут идем отмечать. И да - первый раунд за мной.        - За! - Элис весело подмигнула, доставая из сумочки помаду. - Тут недалеко открылся новый бар. Заценим?        - Давай! - я уже достала телефон. - Только Тома предупрежу.        - Ну конечно, - она закатила глаза, но улыбка выдавала ее умиление. - Как же не предупредить своего ненаглядного.        Я выскользнула в коридор, прижимая телефон к груди. Сказать ему сейчас? Нет, лучше оставить сюрприз на вечер - пусть увидит мои сияющие глаза, когда я объявлю, что с понедельника снова часть компании. А пока...        Трубка была поднята после первого же гудка.        - Привет, солнце, - его голос, теплый и чуть усталый, мгновенно заставил меня улыбнуться.        - Привет! Мы с Элис решили заскочить в бар. Просто предупредить, чтобы не волновался.        - Тебя потом забрать? - в его тоне тут же появились нотки заботы.        - Да не стоит, я на такси...        - Нет, - он перебил мягко, но твердо. - Я как раз и буду беспокоиться. Поэтому сам заберу.        Я прислонилась к прохладному стеклу панорамного окна, наблюдая, как внизу зажигаются вечерние огни.               - Ну если так. Просто думала, ты устал, лучше бы дома отдохнул...        - Вот заберу тебя - тогда вместе и отдохнем, - он намеренно сделал паузу, и по моей спине пробежали мурашки.        - Да-а, - протянула я сладко. - Отдохнем...        - Напиши адрес. И... - он внезапно замялся.        - И?        - Ты там только с Элис? - подозрительная нотка заставила меня рассмеяться.        - Ну да. А что?        - Да так.        - Кто-то ревнует? - я прикусила губу, представляя его нахмуренный лоб.        - Ну а как иначе? - он фальшиво вздохнул. - Моя красавица идет в бар с подругой, которая, между прочим, недавно рассталась с парнем... Она наверняка захочет «случайно» с кем-то познакомиться, а ты...        - Стоп! - я фыркнула. - Мы просто посидим и поболтаем. Вдвоем. Ну правда, Том.        Тишина в трубке. Потом - покорный вздох.        - Окей. Но недолго.        - Есть, сэр! - игриво отсалютовала я воображаемой фуражке и услышала его смех перед тем, как связь прервалась.               Я отправила Тому адрес с подмигивающим смайликом и откинулась на спинку барного стула, наблюдая, как Элис кокетливо перекидывает волосы на один плечо, ловя взгляд бармена.               - Ну что, коллега, - она звонко чокнулась со мной бокалом мартини. - Поздравляю с возвращением в ряды трудящихся!               Я сделала глоток, чувствуя, как холодная сладость напитка смешивается с теплым облегчением внутри.        - Спасибо. Если честно, до сих пор не верю, что все так удачно сложилось.        - Да ладно, - Элис фыркнула. - Честер и без меня давно тебя вспоминал. Ты у нас звезда продаж была, помнишь тот бельгийский антиквариат?        Я засмеялась, вспоминая, как три месяца уговаривала упрямого коллекционера расстаться с бронзовыми часами XVIII века.        - Ох, не напоминай...        Бар постепенно заполнялся пятничной толпой. Где-то зазвучал смех, кто-то заказал текилу, и Элис уже пятый раз украдкой поглядывала на высокого брюнета у стойки.        - Слушай, - я наклонилась к ней. - Может, познакомишься? Я побуду третьей лишней.       - Не-а, - она решительно тряхнула головой. - Сегодня твой день. Да и... - ее взгляд скользнул к моему телефону. - Твой ревнивец скоро примчится, я угадала?        Я покраснела, проверяя время: 22:00.        - Блин, я и не заметила, как так поздно...        - Типично, - Элис закатила глаза, но улыбнулась. - Ладно, давай закругляться. Хотя...        «Том, приедешь? Или я такси возьму» - отправила я сообщение, наблюдая, как Элис уже заказывает себе Убер.        Телефон тут же завибрировал в руке:         «Жди! Через 15 минут буду»       И как всегда слово сдержал. Ровно через четырнадцать минут его синий ягуар плавно подкатил к тротуару.        - Наконец-то официальное знакомство! - рассмеялась я, когда Том вышел из машины и поздоровался с Элис. Они обменялись парой любезностей, но я видела, как он украдкой проверяет часы - ему не терпелось увезти меня.        Элис, конечно, заметила это и театрально вздохнула:         - Ладно, голубки, не задерживайтесь ради меня.        Мы тронулись в путь. Лондонские огни мелькали за окном, окрашивая профиль Тома в теплые оттенки.        - Как посидели? - спросил он на светофоре, повернув ко мне голову.        - Отлично! - я улыбнулась. - Элис изливала душу про бывшего. Типичные девичьи посиделки.        - Как насчет завтра за город?        - О, это же прекрасно!        - Подумал, что стоит выбраться подальше от смога. Погода обещает быть сносной.        - Это Англия, Том, - рассмеялась я. - Дождь тут появляется без приглашения.        - Точно, - он присоединился к смеху. - Ты уже говоришь, как настоящая британка.        В этот момент я не выдержала:        - Кстати! У меня новость.        - Выкладывай, - он бросил на меня быстрый взгляд.        - С понедельника я выхожу на работу! - выпалила я, не скрывая восторга.        Его лицо озарилось:       - Ты умница! Я же говорил! Куда?        - На старое место! - я чуть не подпрыгнула на сиденье. - Честер сам предложил вернуться.        - Идеально, - он одобрительно кивнул. - И коллектив знакомый, и дорога недалеко...        Но тут мой энтузиазм слегка поугас:       - Да, только... теперь я просто менеджер. Не начальник отдела, как в Питере.        На его лице появилась тень вины.       - Прости, Насть, - он коснулся моей руки. - Из-за меня ты...        - Эй! - я резко повернулась к нему. - Никаких «из-за меня»! Я ни о чем не жалею. Это всего лишь ступенька. Кто сказал, что здесь я не вырасту до руководителя?        Он молча сжал мои пальцы, но в глазах читалось сомнение.        - Просто... теперь ты будешь меньше дома, - тихо сказал он.        - Не намного! - я пожала плечами. - Ты же тоже не домосед. А вечера - они наши.        - Но спонтанные поездки...        - Ты забыл, в чем плюс продаж? - я лукаво подмигнула. - Моя зарплата зависит от меня. Захочу - возьму выходные за свой счет.        Том задумчиво провел пальцем по рулю:        - Хм... Мне определенно нравится такой расклад.        - Вот и мне тоже, - прошептала я, наблюдая, как улыбка снова появляется на его лице.        За окном замелькали знакомые улицы. Наш дом. Моя работа. Наше будущее. Все складывалось, как надо.       Мы провели день именно так, как и мечталось - вдали от городской суеты, вдыхая свежий воздух и наслаждаясь редким для Англии солнцем. Но вечером Тому пришлось уехать к Люку - какие-то срочные вопросы по съемкам в Уэльсе.        Я включила музыку - что-то джазовое, ненавязчивое и устроилась за ноутбуком, собираясь проверить почту перед выходом на работу.        Звонок в дверь заставил меня вздрогнуть.        - Кому бы в такую рань явиться? - пробормотала я, спускаясь по лестнице.        Открываю - и вижу сияющую Эмму.        - Привет, Настя! - ее голос звенит, как колокольчик.        - Привет! - автоматически улыбаюсь в ответ. - Тома нет, если ты к нему.        - Да и ладно, - она небрежно машет рукой и достает из сумки черный футляр. - Просто вернула его драгоценность.        Я открываю крышку - и у меня перехватывает дыхание. Canon EOS R5. Мечта любого фотолюбителя.        - Чай, может быть? - спохватываюсь я, наконец отрываясь от камеры.        - С удовольствием!        Кухня. Когда я только переехала, это место казалось мне лабиринтом - где кружки, где чай, почему плита включается только после трех попыток... Теперь же я двигаюсь уверенно, будто жила здесь годами.        - Зеленый или эрл грей? - спрашиваю, доставая две любимые кружки Тома - синюю в белый горох и мою, ту самую из Белфаста.        - Эрл грей, пожалуйста.        Через пару минут мы усаживаемся друг напротив друга, и пар от чая рисует в воздухе замысловатые узоры.        - Так... - Эмма делает первый глоток и прищуривается. - Том сказал, что ты с понедельника возвращаешься в ту компанию?        - Да, я так рада, что все так удачно сложилось.       Эмма прищурилась, наблюдая, как я снова невольно провожу пальцами по корпусу камеры.        - Я заметила, как ты смотрела на фотик, - её голос прозвучал игриво. - Ты любишь фотографироваться?        - Люблю, - рассмеялась я. - Но куда больше мне нравится быть по ту сторону объектива. Ловить моменты, снимать красивые места... Это же магия - остановить время в одном кадре.               - Согласна. Хотя я в этих всех настройках ничего не понимаю, - Эмма закатила глаза, но улыбка выдавала её интерес.        - Это только кажется сложным. На самом деле, когда увлекаешься - всё само запоминается.        - И вновь ты права, Настя, - она сделала глоток чая, пристально глядя на меня через край кружки.        В воздухе повисла лёгкая пауза.        - Как у тебя в театре дела? - спросила я, чтобы заполнить тишину.        - Ой, - Эмма откинулась на спинку стула. - Устаю, конечно. Но... - её глаза вдруг блеснули. - Это же не сложно, особенно если интересно!        Мы одновременно рассмеялись, узнавая мои же слова.        - Том всегда так говорит, - улыбнулась я. - Хотя я вижу, как он выматывается после съёмок.        - О, это ещё мягко сказано! - Эмма оживилась. - Он настолько вживается в роли, что порой неделями не может выйти из образа. А после съёмок - эти бесконечные фанаты, фотографии, автографы... - она покачала головой. - И ведь с каждым найдёт время переброситься парой слов, каждому улыбнётся. Откуда только силы берутся?        - Такой уж он, - кивнула я, чувствуя, как в груди теплеет при мысли о его доброте.        Эмма внезапно взглянула на часы и ахнула:        - О боже, мне уже пора! Я ведь просто фотик завезла, а засиделась. Увидимся завтра.       - Ты завтра к нам приедешь? - спросила я, провожая её до прихожей.        Она замерла с курткой в руках, лицо её выражало явное замешательство.        - Хм... Том тебе не говорил?               - О чём ты? - мои брови поползли вверх.        - Ну... - она закусила губу, явно жалея, что начала эту тему. - Спроси лучше у него. Кажется, я лишнего наговорила.        - Эмма! - я схватила её за рукав. - Да говори, раз начала!        Она вздохнула и понизила голос:        - Просто... мама завтра собирает всех на ужин. Меня, Тома и, само собой, тебя. Вы ведь так и не познакомились как следует - в прошлый раз ты улетела как раз перед его Днём рождения...        Воспоминание ударило, как током. Тот прощальный звонок, слёзы в аэропорту, пустота в груди...        - Да, - мой голос прозвучал тише, чем я планировала. - Это было... сложное время.        Эмма мягко коснулась моего плеча:        - Но теперь-то всё иначе! Только, чур, я тебе ничего не говорила! - она хитро подмигнула, натягивая куртку.        - Окей, - ответила я тем же, провожая её взглядом.        Дверь закрылась, оставив меня наедине с новыми мыслями. Завтра. Ужин. Его мама. Сердце забилось чаще - это будет настоящее испытание.        Эмма ушла, а я осталась стоять посреди прихожей, обхватив себя за локти. Его мама. Та самая женщина, перед встречей с которой я сбежала в прошлый раз. Конечно, я не хотела тогда уезжать - но командировка закончилась, босс был неумолим... А теперь? Теперь у меня не будет оправданий.        Я медленно поднялась наверх, сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. Почему это так страшно? Я же не робкий подросток - работала с капризными клиентами, вела переговоры, даже выступала на конференциях! Но мысль о том, что завтра мне предстоит смотреть в глаза женщине, которая вырастила Тома, заставляла меня дрожать.        А вдруг я ей не понравлюсь?       Этот вопрос крутится в голове, как назойливая муха.        Я вошла в спальню и уставилась на гардероб. Что надеть? Это должен быть идеальный баланс. Не слишком откровенно, чтобы не выглядеть легкомысленной. Не слишком строго, а то подумает, что я зануда. Не слишком ярко - но и не как серая мышь...        Я рылась в шкафу, вытаскивая одно платье за другим. Чёрное, «монашеское» отвергнуто сразу. Выглядела в нём, как сотрудница похоронного бюро. Облегающее трикотажное, Том обожал, когда я его надевала, но для знакомства с матерью? Перебор. Юбка с блузкой - слишком офисный вариант. Джинсы - нет, это вообще не вариант.        - Блин! - я плюхнулась на кровать. У меня нет ничего подходящего!        В отчаянии я залезла в самый дальний угол шкафа, и тут мои пальцы наткнулись на что-то мягкое.        Бежевое платье миди. Трикотажная ткань с кашемиром - элегантно, но не вызывающе. Аккуратный квадратный вырез - женственно, но не вульгарно.  Завязки на талии подчеркивают фигуру, но без лишнего облегания.        - Вот оно! - я прижала платье к себе и подошла к зеркалу. Да, это то, что нужно.        С одеждой определилась, но оставался ещё один враг - волосы.        Я металась между вариантами в виде хвоста и просто распущенных локонов. В конце концов, я сделала две тонкие французские косы по бокам, собрав их сзади в низкий пучок. Элегантно, но не вычурно.        Я стояла перед зеркалом, критически разглядывая себя. Духи - лёгкий, ненавязчивый аромат. Макияж - естественный, с акцентом на глаза. Аксессуары - тонкая золотая цепочка и маленькие серёжки.        Осталось только дождаться Тома и... не умереть от волнения до завтра.        Дверь приоткрылась, и в комнату вошел Том. Я замерла у зеркала, всё ещё сжимая в руках платье, а он уже был готов - в своих любимых серо-синих джинсах и голубой рубашке, которая так подчеркивала цвет его глаз. Двухдневная щетина, которую я обожала, добавляла ему лёгкой небрежности.        - Ты ещё не собралась? - спросил он, скрестив руки на груди и прислонившись к дверному косяку.        Я обернулась к нему, и всё моё напряжение вырвалось наружу:        - Том... - голос дрогнул. - Я не знаю, что надеть! Я хочу произвести хорошее впечатление, но я так нервничаю. Вдруг я ей не понравлюсь?        Он мягко улыбнулся, подошёл и обнял меня сзади, положив подбородок мне на макушку. В зеркале отражались мы вдвоём - он, спокойный и уверенный, и я, вся в сомнениях.        - Это невозможно, - прошептал он, губы коснулись моего уха.        - Возможно! - я надулась, но уже чувствовала, как его тепло растворяет мою панику.        Он покачал головой, не отпуская меня:        - Не нервничай ты, - его руки мягко сжали мои плечи. - Посмотри, какая ты у меня красивая.        Я закатила глаза, ведь понимаю, как глупо выгляжу, стоя перед ним в нижнем белье и нервничая, точно перед выпускным, но в уголках губ уже дрожала улыбка:        - Ты просто обязан так говорить.        - Нет, - он повернул моё лицо к зеркалу. - Видишь? Эти глаза... - палец коснулся века. - Эти губы... - провёл по губам, заставив меня вздрогнуть. - И вот это вот всё... - он обнял меня крепче, прижимая к себе. - Как ты можешь думать, что кому-то не понравишься?        Я рассмеялась, наконец расслабляясь:        - Ладно, ладно... Но всё равно - что надеть?        Он взял из моих рук бежевое платье и поднял бровь:        - Это. Оно идеально.        - Ты уверен?        - Абсолютно, - он поцеловал меня в шею. - Но если будешь переживать - просто смотри на меня. Я буду рядом.        Я глубоко вздохнула и кивнула. Он прав. Всё будет хорошо.        Я замерла перед зеркалом, изучая наше отражение. Он - высокий, статный, с идеально лежащими волосами, в той самой голубой рубашке, которая делала его глаза похожими на тропический океан. А я... Я стояла рядом с этим воплощением мужского совершенства в смешной майке с ананасами и простом белом белье, чувствуя себя героиней плохой комедии.       - Боже, я же выгляжу как туристка на пляже, - мелькнула мысль, когда я поймала себя на том, что нервно тереблю край майки. Только прическа - аккуратные французские косы, собранные в низкий пучок - хоть как-то спасала положение.       Его поцелуй прервал мой внутренний монолог.       - У тебя 15 минут, - он легко чмокнул меня в губы, оставив после себя легкий аромат мятной зубной пасты. - Жду внизу.       Когда его шаги затихли, я глубоко вздохнула и принялась за дело. Бежевое платье мягко обняло фигуру, словно созданное специально для этого момента.       - Все-таки неплохо, - подумала я, поворачиваясь перед зеркалом. - Но не слишком ли просто?       Спускаясь по лестнице, я ловила себя на мысли: А вдруг она подумает, что я слишком стараюсь? Или наоборот - что мне все равно? Боже, почему это так сложно!       Том ждал у двери, перебирая ключи от машины. Когда его взгляд скользнул по мне, я невольно замерла, ловя каждую эмоцию на его лице.       - Стоило столько ждать, - произнес он, но в глазах читалось явное одобрение.       Я сделала небольшой поворот, позволяя платью мягко колыхнуться вокруг колен:       - Нравится?       Он шагнул ближе, и его пальцы нежно обняли мою талию.       - Люблю тебя! - в его голосе звучала такая нежность, что сердце екнуло. - В платье и без.       От этого признания по спине пробежали мурашки. Я притворно нахмурилась:       - Это не ответ на мой вопрос!       - Самый честный ответ, - он улыбнулся той самой улыбкой, от которой у меня подкашивались ноги. - Мама будет в восторге. Но даже если бы и нет... - его губы коснулись моего виска. - Мне-то ты нравишься. И это главное.       Его слова растворили последние сомнения. Когда он открыл дверь, пропуская меня вперед, я уже почти не волновалась. Почти. Ведь какими бы ни были итоги этого ужина, я знала одно - он будет рядом. А это значило куда больше, чем любое, даже самое идеальное первое впечатление.              Я украдкой наблюдала за Томом, пока он вел машину. Отблески фанарей играли на складках его голубой рубашки, подчеркивая рельеф плеч. Да, в ней он прекрасен... но без нее еще лучше, мелькнула дерзкая мысль, заставившая меня улыбнуться.        Но чем ближе мы подъезжали к его родному дому, тем сильнее сжималось сердце.        - Дыши ровно, - вдруг заметил Том, бросая на меня быстрый взгляд. - Перестань паниковать.        - Просто... твоя мама, - мои пальцы нервно теребили пояс платья. - Ты же сам говорил, как она важна для тебя.        Он рассмеялся, одной рукой управляя рулем, другой - поймав мою:        - И ты для меня важна. Видишь, как все просто?        Я хотела ответить, но тут мы свернули на знакомую ему, но незнакомую мне улочку. Дом оказался таким, каким я его и представляла: кирпичный, двухэтажный, с аккуратным палисадником и синей входной дверью. Именно таким должен быть дом, где вырос Том, подумала я.        - Мы приехали, - он выключил двигатель и повернулся ко мне. - Напоминаю: просто будь собой.        - Легко сказать, - я вздохнула, поправляя платье. - А если я...        - Если ты будешь собой, а я знаю, какая ты - она тебя полюбит.        Его уверенность была заразительной. Я кивнула, собираясь с духом.        Звонок в дверь.        Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно через всю прихожую. Но когда дверь открылась, я выдохнула:               - Эмма!        - Ну наконец-то! - она сияла, как всегда, и тут же обняла меня. - Мама на кухне, готовит что-то умопомрачительное.        Том снял с меня пальто, шепнув на ухо:        - Видишь? Уже почти семья.        Эмма повела нас в гостиную, где пахло свежей выпечкой и чем-то уютным, домашним. Где-то на кухне звенела посуда, и я знала - вот-вот произойдет самое важное знакомство в моей жизни.        - Пойдем, - толкнула меня Эмма. - Или ты передумала?        Я сделала шаг вперед. Просто будь собой, напомнила я себе. Ведь если он меня любит, значит, есть за что.       Мои глаза скользили по снимкам, развешанным на стенах и расставленным на полках. Казалось, вся история семьи Хиддлстонов была собрана здесь, в этой уютной гостиной.        - Смотри, это мне лет пять, - Том ткнул пальцем в пожелтевшую фотографию, где озорной мальчишка с льняными кудряшками и знакомой лучезарной улыбкой сидел верхом на велосипеде. - Мой первый велик. Я тогда разбил коленки в кровь, но был так счастлив, что даже не заметил.        Я рассмеялась, разглядывая его детское лицо - те же ямочки на щеках, тот же задор в глазах.        - А это Сара? - указала на фото, где девочка-подросток с гордым взглядом обнимала двух младших - Тома и Эмму.               - Да, ей тут лет четырнадцать, - его голос стал теплее. - Она всегда нас защищала. До сих пор пытается, хотя мы уже взрослые.        На камине красовался снимок молодой женщины с тремя детьми на пляже. Том, совсем малыш, сидел у нее на плечах, а девочки висели на руках, как обезьянки.        Эмма вернулась, неся поднос с чашками:        - Мама говорит, еще пять минут... О, я вижу, ты уже изучаешь наши семейные тайны! - она подмигнула, ставя поднос на стол.        Том крепче сжал мою руку, будто чувствуя, что я снова начинаю нервничать:        - Никаких тайн. Только хорошие моменты.        Я окинула взглядом остальные фотографии - вот Том в школьной форме, вот они с Эммой строят песочный замок, вот семейный ужин с сияющими лицами... И поняла, что больше не боюсь. Потому что это не просто дом - это место, где он стал тем, кого я так люблю.        - Значит, скоро я увижу женщину, которая сделала тебя таким? - я подняла на него глаза.        Он улыбнулся той самой улыбкой, которая покорила меня в лондонском кафе:        - И которая, я уверен, полюбит тебя так же, как я.        Где-то на кухне зазвенела посуда, и Эмма торопливо выбежала из комнаты. Мы остались одни - среди этих фотографий, среди его воспоминаний.        - Готова? - спросил Том.        Я глубоко вдохнула и кивнула. Ведь что бы ни случилось дальше - теперь я часть этой истории.       - Мама!        Том выпустил мою руку и шагнул вперёд, широко раскрыв объятия. Я замерла, наблюдая, как он обнимает хрупкую женщину с короткими серебристыми волосами. Когда она повернулась ко мне, я сразу поняла - вот откуда у Тома эта лучезарная улыбка, способная растопить лёд.        - Зови меня просто Дайана, - её голос звучал тепло, как летний ветерок. Она легко пожала мою руку, и я почувствовала в её ладони удивительную мягкость и силу одновременно. - Приятно наконец с тобой познакомиться.        - Взаимно, - ответила я, и к моему удивлению, это действительно было искренне.        Я боялась неловких пауз, напряжённого молчания, оценивающих взглядов. Но атмосфера за столом оказалась настолько домашней, что тревога растаяла, как сахар в горячем чае.        Том, размахивая вилкой, как дирижёрской палочкой, с упоением рассказывал:        - Я просто стоял и смотрел на неё, как завороженный. Она бежала к лифту, а я даже не догадался кнопку зажать!        За столом раздался дружный смех. Дайана прикрыла рот ладонью, а Эмма так и вовсе чуть не поперхнулась водой.        - А помнишь, как я врезалась в тебя в кафе? - не удержалась я, ловя его взгляд.        Том откинулся на спинку стула, лицо озарилось той самой улыбкой, от которой у меня до сих пор перехватывает дыхание:        - О, да! Ты так растерялась…       Мы переглянулись, и в этот момент я заметила, как Дайана и Эмма синхронно переводят взгляд с Тома на меня. На их лицах - ни тени напряжения, только искреннее веселье и какое-то тёплое любопытство.        Дайана неожиданно положила руку на мою:        - Анастасия, тяжело, наверное, так далеко от семьи?        Вопрос застал меня врасплох. Я на секунду задумалась, собирая мысли:        - Конечно, скучаю... - мои пальцы невольно поиграли с салфеткой. - Но мама у меня сама вечный трудоголик. Даже в Петербурге мы редко виделись - она в командировках, я на работе. Сестра и вовсе в Швеции учится. Так что скайп - наше всё.        Том тут же подхватил, горделиво выпрямив плечи:        - Настя вся в маму - такая же упёртая трудяга. Завтра, кстати, первый день на новой работе.        Дайана смотрела на меня с одобрением, её глаза светились искренним интересом:        - Молодец, - её голос звучал тепло, как солнечный луч. - Том рассказывал, что ты в своём городе стала руководителем. Да ещё в столь юном возрасте.        Том, не выпуская моей руки из своей, лукаво улыбнулся:        - Она у меня маленький босс, - его пальцы нежно сжали мои, заставляя меня смущённо опустить глаза. - Только вот теперь придётся снова завоёвывать карьерные высоты.        - Просто много работала, - я пожала плечами, чувствуя, как тепло разливается по щекам.        Дайана задумчиво наклонила голову:        - И в таком красивом городе ещё родилась. Я там никогда не была, но много читала.        Том оживился, его глаза загорелись тем самым огнём, который появлялся, когда он говорил о чём-то, что его по-настоящему впечатляло:        - Мама, тебе обязательно нужно туда съездить! - он размахивал руками, словно рисуя в воздухе очертания зданий. - Там даже станции метро - произведения искусства!        Я не смогла сдержать улыбку, вспомнив тот самый момент, когда мы ехали по Невскому проспекту.        Такси плавно скользило по дороге, а Том, прижавшись лбом к стеклу, то и дело спрашивал:        - А это что за здание? А что там раньше было?        И вот мы проезжаем мимо величественного сооружения с колоннами и лепниной.        - А это что за красота? - Том оторвался от окна, указывая на него.        Я взглянула и рассмеялась:        - Это? Да это же станция метро «Площадь Восстания»!        - Что?! - его глаза округлились. - Это всего лишь метро?        - Это Питер, - я покачала головой, улыбаясь. - Типичный Питер.        Том с упоением пересказывал эту историю, а Дайана и Эмма смеялись, представляя его удивление.        - Да уж, - Эмма подмигнула мне. - Но ведь и Лондон тоже ничего себе городок.        - Согласна! - я рассмеялась. - Я безумно люблю этот город!        Том наклонился ко мне, его голос прозвучал тихо, будто только для меня:        - Как и я влюблён в Санкт-Петербург, но больше всего - в мою петербургскую принцессу, - произнёс Том, его голос прозвучал особенно нежно, и я тут же почувствовала, как по щекам разливается предательский румянец.        Дайана заметила мою реакцию - в уголках её губ дрогнула едва уловимая улыбка, но она лишь слегка наклонила голову, будто сохраняя этот миг между нами.        - Ты себя сейчас, кстати, как чувствуешь? - её голос внезапно стал серьёзнее. - Том рассказывал про аварию.        Я машинально провела рукой по бедру, где когда-то был синяк, теперь уже давно исчезнувший.        - Сейчас всё в порядке. Чувствую себя здоровой, спасибо.        Дайана вздохнула, её глаза на мгновение стали грустными:        - Когда ты попала в аварию, Том бросил всё и помчался в Россию. Я его таким никогда не видела... Такой растерянный, напуганный.        Эмма кивнула, подхватывая нить разговора:        - Да, сам не свой был. Бледный, как мел.        Я перевела взгляд на Тома. Его лицо изменилось - лёгкая тень пробежала по нему, губы сжались. Он явно вспомнил тот день, тот звонок, те часы ожидания...               В воздухе повисло молчание, ставшее вдруг слишком громким.        - Ладно, наверное, можно и чай нести! - Эмма вскочила со стула, разряжая обстановку.        Я бросила ей благодарный взгляд - она вовремя перевела тему.        - Тебе помочь? - предложила я, тоже поднимаясь.        - Да, давай, спасибо!        Мы вышли на кухню, оставив Тома и Дайану за столом. Дверь прикрылась, но через тонкую стенку всё ещё были слышны их голоса - тихие, будто они говорили о чём-то важном.        Эмма, стоя у плиты, вдруг повернулась ко мне:        - Не переживай. Он просто... Он тогда реально испугался. Впервые в жизни видела, чтобы он так паниковал.        Я молча кивнула, берясь за чайник. Руки дрожали чуть заметно.        Кухня оказалась крошечной, но пропитанной уютом до последней детали. Полочки ломились от баночек с пряностями, на подоконнике стояли горшочки с травами, а у плиты - потертая, но аккуратная прихватка в виде совы. В воздухе витал аромат корицы и чего-то домашнего, возможно, того самого пирога, что сейчас красовался на столе под стеклянным колпаком.        Эмма ловко доставала кружки - не простые, а с историей: одна с надписью «Лучшей сестре», другая с едва заметным сколом, но явно любимая.        - Наконец-то вы познакомились, - она поставила передо мной кружку с котятами. - Том о тебе сказал ещё когда вы только начали общаться.        Я провела пальцем по краю кружки, улыбаясь:        - Я тоже рада. Она... какая-то очень тёплая.        - Ты ей понравилась, - уверенно заявила Эмма, насыпая чайные листья в заварочник.        Я подняла на неё глаза:        - Думаешь?        - Уверена, - Эмма на секунду задумалась. - Знаешь, она постоянно за Тома переживала больше всего. Сара давно замужем, ребёнок есть. Я пока не в приоритете, так как младшая. А он...с ним все сложнее.       - Почему? - я нахмурилась.        Эмма вздохнула, поправляя завиток, выбившийся из хвоста:        - Представь: вокруг толпы фанаток, которые обожают Локи или его миллионы. А ему-то нужно, чтобы видели его самого - обычного Тома, который вечно забывает, куда положил ключи, и ненавидит будильники. А ты его вообще сначала не узнала, - Эмма хихикнула. - Он мне рассказывал. «Представляешь, она спросила, не наркоторговец ли я!»        В этот момент зазвонил её телефон.        - Ой, извини, - она скорчила рожицу, выбегая в коридор.        Я осталась одна на кухне, где тикали часы в форме яблока.        - Так, - прошептала я, разглядывая фотографию на холодильнике.        Там, запечатлённый в солнечный день, молодой Том лет десяти корчил рожицу, обняв щенка. Обычный парень...        И вдруг осознала - вот оно, самое ценное. Не его слава, не роли, а эти моменты: кухня, чай, простые истории.        Я стояла у окна, наблюдая, как чайник медленно нагревается. Вода внутри ещё даже не начала булькать. Эмма куда-то пропала, и кухня вдруг показалась слишком тихой, несмотря на тиканье тех самых яблочных часов.        Как же всё изменилось, подумала я, разглядывая магнитик в виде ромашки на холодильнике. Он явно был сделан детскими руками - неровный, с потрёскавшейся краской.        Вспомнила нашу первую встречу в кафе. Тогда он казался мне просто очаровательным британцем с безупречными манерами. Высокий, с этим бархатным голосом, умеющий поддержать любой разговор... А теперь? Теперь я знала, что он ненавидит будильники и всегда переводит их на 10 минут вперёд, приглаживает назад волосы рукой, когда нервничает, умеет готовить лучшую в мире лазанью.        И вот я здесь. В доме его детства, где на стенах - следы его жизни.        Голоса за стеной вывели меня из раздумий.        - Том, ты хоть понимаешь, на что пошла эта девушка ради тебя? - голос Дайаны звучал тихо, но я невольно замерла.        Мне не хотелось подслушивать, но ноги будто приросли к полу.        - Да, мам. Я ценю это, - ответил Том. Его голос дрогнул. - Ты же помнишь, каким я был, когда она уехала...        Я закрыла глаза, представив его тогда - растерянного, испуганного, бросившего все свои дела, чтобы приехать ко мне.       - Я стараюсь создать для неё идеальные условия. Не хотел, чтобы она шла на работу, но...        - Но она упрямая, - закончила за него Дайана.        - Я не могу без неё, - прошептал он так тихо, что я едва расслышала.        В этот момент чайник наконец закипел, его свист разорвал тишину. Я поспешно схватилась за ручку, будто пойманная на чём-то.        - Я понимаю, она тебе дорога. Я вижу это. И я рада, что она появилась в твоей жизни. Она и правда особенная - такая молодая, но столько всего добилась. Очень красивая... Неудивительно, что она привлекла твое внимание.        Губы сами растянулись в улыбке. Чёрт, я не должна это слышать... но как же приятно!       Том ответил тихо, но с той самой ноткой в голосе, которая всегда заставляла меня таять:        - Да, она необыкновенная.        Спасибо, любимый, мысленно ответила я, случайно уронив ложку. Она со звоном покатилась по полу.        - Кто бы мог подумать, - продолжала Дайана. - Что мой сын в Англии так и найдёт себе спутницу.        - Так получилось. Россия богата на красавиц - вот одну я и похитил, - он рассмеялся, и я представила, как его глаза сейчас блестят.        Но затем тон Дайаны изменился:        - И ты с ней стал... другим. Давно я тебя таким не видела. Не то что эта твоя Арти? Или как там её?        Том резко оборвал:        - Мам, вот только не начинай.        В этот момент в кухню ворвалась Эмма:        - Насть, чайник отключился! Давай, чай сделаем, - она бросила на меня хитрый взгляд, будто знала, что я подслушивала.        Я поспешно подняла ложку:        - Да-да, уже завариваю!        Арти. Джейн Арти.       Имя вертелось в голове, как заноза, хотя я изо всех сил старалась его выкинуть. Мы уже сидели за столом, пили чай с тем самым пирогом, смеялись над историями из детства Тома, но где-то в глубине сознания продолжала крутиться одна мысль:        Они были вместе. Серьёзно. Настолько серьёзно, что мама его до сих пор помнит.        Я украдкой взглянула на Тома. Он как раз рассказывал про то, как в десять лет пытался приручить лису в саду. Смеялся, жестикулировал - обычный, мой Том.        Какая разница, что было до меня? У нас у всех есть прошлое.        Но вопросы лезли в голову сами собой: как долго они были вместе, почему расстались? Она тоже актриса? И почему Дайана её так... недолюбливает?        Эмма вдруг толкнула меня под столом.        - Ты чего задумалась? - прошептала она.        - Да так... - я натянуто улыбнулась.        Том поймал мой взгляд и подмигнул. Точно, он же не знает, что я слышала.        Когда вечер закончился, Дайана обняла меня на прощание - крепко, по-матерински.        - Надеюсь, вы скоро вновь нагрянете ко мне в гости, - сказала она просто.        Это должно было меня успокоить. И почти успокоило.        Машина мягко покачивалась на поворотах, а я сидела, уставившись в темное окно, где отражались огни ночного Лондона.        - Ты чего такая? - Том осторожно коснулся моей руки. В его голосе была та самая нотка заботы, из-за которой я всегда таяла.        Я заставила себя улыбнуться:        - Да немного устала.               Он рассмеялся, довольный:         - Все прошло просто замечательно. А ты переживала.        - Да, - я выдохнула, сжимая пальцы на коленях. - Ты прав, зря я так нервничала. У тебя замечательная мама, Том.        - Это точно, - он улыбнулся, ненадолго оторвав взгляд от дороги. - Ты ей тоже понравилась.        - Надеюсь...        Машина ехала дальше, а я снова вертела в голове тот обрывок разговора. Джейн Арти. Имя звучало как-то... театрально. Актриса? Певица? Я украдкой взглянула на Тома. Его профиль в свете фонарей казался особенно четким - прямой нос, плотно сжатые губы. Что их связывало? Надеюсь, что сейчас уже ничего…Хотя что-то мне подсказывает, что я о ней еще услышу.