Месть меняет нас

Время шло, и самочувствие Морганы приходило в норму. После того, как ее спас тот маг-незнакомец, девушка поселилась в какой-то хижине, которая была надежно спрятана глубоко в лесу. По этому месту можно было сказать, что раньше тут жил лесничий или охотник. Дом был давно заброшен и хорошо спрятан, снаружи его стены затянулись плющом, и благодаря этому хижина сливалась с окружающей средой и была довольно подходящим местом, здесь ее точно никто не найдет. Наверно, тот парень все продумал и подготовился, но… кто он такой? Этот вопрос мучил Моргану каждый день, каждый час и каждую секунду. Она с нетерпением ждала того момента, когда незнакомец явится к ней и, как девушка надеялась, прояснит всю сложившуюся ситуацию. Ей было очень любопытно, почему это вдруг магу понадобилась какая-то ведьма? С чего это вдруг такая потребность в ней? Конечно же, Моргана была искренне благодарна ему за спасение, но все же некоторые вопросы не давали покоя… Голова волшебницы была забита только этой персоной. Она пыталась вспомнить его скрытое под капюшоном лицо, крепкие руки и рокочущий как гром среди ясного неба голос, но почти все было тщетно. Сознание Пендрагон категорически отказывалось воспроизводить ту ночь в деталях. А хотя… может это было и к лучшему, то, что с ней случилось в тот день до спасения, лучше не вспоминать… Хоть эта хижина и была безопасной, но Моргане не слишком тут нравилось. Дряхлые стены, сырой пол и худая крыша оставляли не очень приятные впечатления, но это лучше, чем вообще ничего, девушке зато не приходилось спать в грязной пещере, как это было до ее пленения. После той неудачной попытки захвата Камелота ведьму везде преследовали рыцари, и колдунье приходилось все время проводить в бегах. Именно тогда она и повстречала белого дракона, который когда-то спас ее от смерти. Сначала Эйсуза ходила за чародейкой по пятам, что настораживало и пугало одновременно Моргану, но вскоре она привыкла к такому обществу, и это магическое существо стало единственным лучиком света в жизни жрицы. Но, к большому сожалению, про это узнал и Саррум. Когда-нибудь ведьма отомстит ему за все их с Эйсузой страдания, и вот тогда он будет валяться на земле и просить пощады. Вспомнив о драконе, раздумья Пендрагон перетекли в другое русло. Моргана не знает, где она и что сейчас делает. Тревожные мысли посещали девушку одна за другой, но тут неожиданно к арсеналу вопросов добавился еще один, довольно навязчивый, но конкретный… Как это удалось тому незнакомцу освободить Эйсузу, да к тому же, чтоб она не превратила его в жаркое? И снова ее мысли плавно перетекли на довольно навязчивую персону. Опять этот маг заполонил ее голову. Чтобы как-нибудь отвлечься, волшебница отправилась на улицу подышать свежим воздухом. Выйдя, она осматривала окружающую среду, наслаждаясь утренней свежестью. В хижине Пендрагон просидела уже где-то дня три. Восстанавливала силы и просто морально отдыхала, в тишине и спокойствии… Хотя, порой, становилось слишком одиноко. Моргана прежде всего человек, и за эти дни ей не хватало общества. Эта вечная темнота навевала на нее страх, как и тогда, в колодце. Теперь, когда наступала ночь, Моргана зажигала свечку, и та все время горела. Когда она начинала гаснуть, девушка просыпалась и тут же зажигала новую. Она стала бояться темноты и, чтобы хоть как-то успокоиться, старалась все время поддерживать свет. Моргана была не из пугливых, но ночь стала приводить ее в ужас, и только эти лучики света, исходящие от свечей, помогали девушке успокоиться. Все эти три дня колдунья ни в чем не нуждалась, ее спаситель обо всем позаботился. В той сумке была провизия, вода, свечи (которыми Моргана очень часто пользовалась) и даже одежда. Маг великодушно положил туда черное теплое платье и плащ. Хоть это было и скромно, но ведьма была искренне благодарна ему за все. И он обещал вернуться как раз через три дня. На улице было довольно прохладно, и колдунье стало зябко. Она решила вернуться обратно в хижину, но тут неожиданно раздался чей-то рев. Чародейка подняла голову вверх и увидела Эйсузу. Дракон летел к ней навстречу… Он летел? Лицо Морганы озарила улыбка. С ее любимицей было все в порядке, к тому же, она была цела и невредима. Когда она спустилась на землю и с радостным видом направилась к ведьме, та подошла к дракону и ласково погладила его по макушке. Реакция Эйсузы не заставила себя ждать, ведь она тоже был очень рада видеть ведьму, и охотно подставила свою голову. Артур сидела на троне в главном зале и напряженно о чем-то думал — его лицо было сосредоточено, а взгляд прямой и серьезный. Встав, король подошел к столу, на котором лежала куча бумаг и, взяв один листок в руки, отчаянно вздохнул. У него было много работы, но браться за что-либо совершенно не хотелось, в последнее время парня охватила тоска. Когда исчез Мерлин, Артуру показалось, что из его жизни забрали что-то важное, одну вещь, к которой он давно привык. Все чаще и чаще на лице Пендрагона можно было увидеть задумчивость. Теперь поутру к королю заходил молчаливый слуга, с которым не поговоришь и не поделишься мыслями. Он не даст совет и не подбодрит в трудную минуту. Артур скучал по своему другу, хотя сам это еще не признал. После того разговора с Гаюсом, несмотря на большую усталость, монарх не спал всю ночь, размышляя о Мерлине. Одна мысль сменяла другую. В глубине души он был благодарен своему другу за все, но другая, которая тоже засела довольно глубоко, твердила о Мерлине, как о маге. Его слуга был нарушителем закона, все это время, проведенное вместе с рыцарем, он врал, скрывая свое второе я. Но ведь, с другой стороны, у него не было выбора. Если верить придворному лекарю, то Мерлин не выбирал, кем ему быть. Он просто родился особенным и все. Неужели только из-за этого Пендрагон откажется помогать жителю своего королевства, да что там жителю — слуге, человеку, которого знал давно, товарищу, другу в конце концов. Артур решил во что бы то ни стало найти мага. Но только с какой целью? Чтобы покаяться в своей ошибке, попросить прощения, или… То, что он сделал, трудно простить, если, конечно, возможно, но с другой стороны, он обязан был защитить свой народ. Артур убивал чудовище, не заколдованную девушку. Он просто не мог знать всего. Но вот если бы Мерлин рассказал ему обо всем, этого можно было бы избежать. Но он сам побоялся. Король не спорил, какая-то его часть хотела видеть своего слугу, но другая не давала ему покоя. Мерлин — маг. Всю жизнь отец твердил ему, что магия зло, а колдуны — враги. Несмотря на то, что рассказал Гаюс, слова отца не могут просто так исчезнуть из головы Артура, раз и навсегда. Даже если речь идет о его слуге. Пендрагон, безусловно, хотел найти Мерлина, но еще не определился, как он поступит при их встрече. Из размышлений монарха вывел шум открывающейся двери. В тронный зал зашел один из верных рыцарей короля и учтиво поклонился. Подойдя поближе, он посмотрел на правителя и помотал головой. Вот уже четыре дня, как рыцарь отправлял поисковые отряды, которые объезжали королевство в поисках Мерлина. Много раз они осматривали место битвы рыцарей с чудовищем, но следов слуги нигде не было, мага никак не могли найти. Закат. С небосвода медленно сползало солнце, уступая место Луне. Сегодня Моргана почти весь день провела с Эйсузой, только под вечер дракончик улетел на охоту и оставил девушку одну. Сейчас она удобно устроилась в кресле, поджав под себя ноги, и смотрела на языки пламени, которые догорали в старом и уже давно облупившемся камине. Неожиданно за окном что-то зашумело. Сначала колдунья напряглась, но потом подумала, что это, наверное, Эйсуза прилетела, и решила выйти наружу, проверить местность. Накинув на себя плащ, Моргана не спеша вышла из хижины, но, к ее удивлению, вокруг никого не было. Пройдя несколько шагов вперед, девушка осмотрелась, но из-за полумрака было плохо видно, и она уже собралась вернуться обратно, как ее снова привлек хруст переломившейся ветки. Чародейка резко обернулась, но перед ней снова оказалось лишь пустота. У ведьмы возникло чувство, что кто-то с ней попросту играется. Моргана недовольно сдвинула брови. Поправив на себе плащ, волшебница обернулась и… чуть не столкнулась с каким-то мужчиной. От неожиданности чародейка отскочила от появившегося из ниоткуда незнакомца на три метра. Пендрагон настороженно уставилась на него, выставив вперед руку, но присмотревшись, начала различать в нем знакомые черты. Этот плащ, голос, телосложение… — Разве так встречают своих спасителей? — мягко спросил парень, следя за ее рукой. Если честно, то Моргана ждала прихода этого человека. Хотя бы ради того, чтобы он ей ответил на все нужные вопросы, которые так ее волновали. Колдунья сделала шаг навстречу незнакомцу, а тот хоть и смутился, но не отступил. Когда волшебница подошла слишком близко и притронулась к капюшону, намереваясь снять его, ее спаситель сразу же отдернулся и отошел, оставив Моргану стоять в недоумении. — Разве ты не хочешь показать мне свое лицо? — спокойно спросила ведьма. — А разве ты не хочешь позадавать мне вопросы? — парировал незнакомец. Ведьма, прищурив глаза, посмотрела на парня. — Не хочешь раскрываться? Ладно… Я пока потерплю, все равно рано или поздно тебе придется это сделать. Сейчас нам действительно есть о чем поговорить, — чуть помедлив, она продолжила, — почему ты меня спас, назови причину? Но колдун не хотел тут же отвечать на вопрос ведьмы. Сначала он пристально уставился на нее оценивающим взглядом, потом из-под капюшона сверкнула улыбка, открывающая зубы, но вскоре Мерлин снова стал серьезным и уже деловым тоном заговорил: — Моргана, ты же давно мечтаешь о троне Камелота, не так ли? Чародейка заметно напряглась. — Я спас тебя для того, чтобы стать твоим союзником в этом деле, помочь тебе захватить власть и разделаться с «любимым» братцем. Взамен я ничего не прошу, только хочу помочь, — но маг не смог договорить, потому что его тут же перебили. — Не верю! Освобождать меня из плена Саррума было рискованно, да к тому же очень опасно, ты либо безумец, либо что-то не договариваешь. Ну же, признайся, что тебе нужно? — Твой трон меня не интересует, но в чем-то ты права. Есть одна вещь, которую я жажду больше, чем ты власти. Она и подтолкнула меня на такой «рискованный подвиг», как спасение дочери короля из темницы. — Ну же, колдун, не томи, — с нетерпением ожидая ответа, ведьма смотрела на своего спасителя. — Я хочу смерти короля Камелота — Артура, — решительно заверил незнакомец. — Мне надо, чтобы он мучился и страдал за все то, что причинял нашим собратьям. Он ничуть не лучше своего отца. Такой ответ поразил Моргану. В словах парня было столько ненависти. Столько же, сколько и в ней самой. — Вот оно что… То есть, как я поняла, ты предлагаешь мне сделку? Трон в обмен на жизнь Артура? Неужели… — Я не шучу, Пендрагон! Трон будет твой в скором времени, от тебя мне нужен лишь король. В полном моем распоряжении. — Значит, я нужна тебе только как могущественный союзник… — скорее для самой себя отчеканила Моргана, отводя взгляд от незнакомца. — Без тебя я не справлюсь. А ты не справишься без меня, — проговорив это, Мерлин уставился на колдунью в ожидании ответа. Ведьма тут же подняла на него свой хмурый взгляд, сверля черными глазами. Моргана задумалась. Сейчас в ней боролись два чувства: согласившись, она может подвергнуть себя опасности, как случилось в прошлый раз. Несмотря на все, это может быть ловушка. Но если нет, то это новая возможность обрести трон. Будет глупо ее упустить. — Знаешь, — заговорила Моргана. — Может, я и хочу принять твое предложение, но где гарантия, что ты меня не обманешь? — Ты хочешь, чтобы я доказал правоту своих слов? — отозвался парень. — Да, — коротко отозвалась ведьма. — И как? — Для начала, хотя бы сними капюшон. Давай, спаситель, покажи мне свое лицо. Я хочу знать, с кем имею дело. Повисла тишина. Мерлин долго решал и обдумывал, как ему поступить, а терпение Морганы с каждой секундой становилось все слабее и слабее… Но вот маг занес руку над головой и взялся за кончик своего капюшона, а ведьма затаила дыхание в ожидании. Еще секунду поколебавшись, волшебник резко скинул его с себя, открывая свое лицо девушке. Перед тем, как солнце полностью скрылось за горизонтом, оно успело быстро кинуть последний тусклый лучик на чародея и, сделав это, скрылось из виду. Лес заполнила тьма, но на этот раз колдунья не обращала никакого внимания на столь ненавидимую ею ночь. Моргана, не отрываясь, смотрела на человека, стоящего напротив.