Безупречное ничтожество

Christina Aguilera — Hurt И я позволяю взять ему то, на что он так надеется. Так больно и мерзко, но я всё равно расплываюсь в ненастоящей улыбке. Но его эйфория слишком велика, что бы он заметил это. Что бы заметил хоть что-то. Подрагивающие веки и срывающийся голос сейчас моя религия. Моё развлечение. Я не хочу быть кукловодом, но вынужден. Слова любви, бесконечные слова любви, льющиеся непрерывным потоком. Он хватается за меня, пытаясь дышать мною. Но во мне нет кислорода. И я так хочу сказать ему «Зря стараешься, мальчик», но лишь отвечаю ему любезной улыбкой, позволяя касаться себя. Seems like it was yesterday when I saw your face You told me how proud you were, but I walked away If only I knew what I know today Он держит наши руки, и они дрожат в унисон. Я чувствую, возможно, скорее интуитивно, какими болезненно яркими красками взрывается его сердце. И я хочу так же. И потому позволяю Фрэнку безнаказанно держать мою ладонь в своей. Но я не чувствую. Ни черта. I would hold you in my arms I would take away the pain Thank you for all you've done Forgive all your mistakes There's nothing I wanna do To hear your voice again Однажды прогнанный из моего дома, но теперь такой желанный там гость Счастье, больше никогда не придёт навестить меня. Из принципа просто, наверное. А сука судьба тыкает меня лицом, будто слепого котёнка в молоко, в нежность этого мальчика, но я ни могу слизнуть и капли; у меня нет рта, разве не видите? А Фрэнк всё растворяется в расцвете, будто и впрямь заглатывая и впитывая в себя каждый случайно брошённый луч. Каждую тень. Я чувствую почти воздушные прозрачные прикосновения пальцев на своей шее, и думаю о крови. О серой крови, что течёт в моих венах. Would you tell me I was wrong? Would you help me understand? Are you looking down upon me? Are you proud of who I am? There's nothing I want to do Внутри меня что-то резко обрывается, заставляя распахнуть глаза, заставляя сглотнуть застрявшую в горле кровь и выдохнуть из своих лёгких полупрозрачные комки надежды. Я чувствую, что я больше не должен терпеть слишком долго. Тело будто само отдаёт призывные импульсы: Скоро. Скоро. Скоро. И грёбаная, мать её, тётушка жизнь, будто говорит мне: потерпи, малыш Джерард. Недолго тебе осталось. И ласково улыбается. Я чувствую это. Чувствую всем нутром. И улыбка, улыбка в ожидании конечной точки, растягивает мои слегка кровоточащие губы. I'm sorry for blaming you for everything I just couldn't do And I've hurt myself By hurting you В коридоре Фрэнк тянется ко мне, и я позволяю в первый раз ему поцеловать себя, потому что знаю: осталось недолго. Просто знаю, чую каждой клеткой своего переполненного ядом организма. Игра здорового воображения с больным организмом, наконец завела меня в тупик. Но конец лабиринта мерещится мне лишь выходом. И пока язык Фрэнка находится в моём рту, я думаю о том, что тоже хотел бы, сбросив с себя оковы неподвижности, невыносимую апатию, тоже хотел бы чувствовать Фрэнка. Именно чувствовать, а не любить. Я не хочу любить. Никого. Но я не чувствую. Всё так же. Просто не чувствую. Ничего.