В погоне за прошлым

      Джесс растерянно смотрела на огромный замок, висящий на воротах академии. Простирающаяся за воротами территория казалась безлюдной и пустынной. Не было видно учащихся, спешащих из корпуса в корпус, из парка не доносились веселый смех и болтовня. Вокруг царила непривычная, а потому немного жуткая тишина. Странно, ведь учебный день как раз в самом разгаре. На душе у девушки было неспокойно, ей начали овладевать пока еще смутные, но определенно нехорошие предчувствия. Уитли постучала еще раз и уже хотела уходить, но вдруг услышала, как кто-то крикнул: — Эй, кто там еще?       Джесс обернулась. К воротам ковылял мистер Таннер, старый дворник. Он приближался, приставив ладонь козырьком к глазам и, подслеповато щурясь, пытался разглядеть пришедшую. Наконец, он приблизился настолько, что смог узнать девушку. Его лицо, в выражении которого до этого читалась настороженность, прояснилось. — А, это ты, Джесси! — радостно воскликнул старик. Он всегда с симпатией относился к этой девочке. Как-никак она была своя, из простых, не то, что эти заносчивые дворянские отпрыски, с ней и поболтать можно было, при случае. – Ты, наверное, вещи какие-то забыла? Сейчас, пожди немного, я открою.       Мистер Таннер снял с пояса связку ключей и принялся сосредоточенно возиться с замком. — Вещи забыла… – ошарашено повторила Джесс. – Подождите, мистер Таннер, я не совсем понимаю… Скажите пожалуйста, вы не знаете, почему отменили занятия? Что случилось? Сегодня что, какой-то праздник? — Праздник? – от удивления старик выронил ключи, и они со звоном упали на вымощенную булыжником дорожку. - Да ты, дочка, никак с неба свалилась! Неужели ничего не знаешь?       Потом, припомнив что-то, он хлопнул себя по лбу. — Ну точно, вот я старый дурак! Откуда тебе знать, что академия закрылась, ведь ты же к родителям в деревню ездила, а туда вести всегда долго доходят. — Академия закрылась? — не веря своим ушам, переспросила девушка. - А не знаете, почему и надолго ли?       Мистер Таннер только развел руками. — Да кто его знает. Нам ведь руководство толком ничего не объяснило. Просто поставили, так сказать, перед фактом. А началось все еще с прошлой недели. Может, ты тоже заметила, в Лютвидж несколько раз приезжали родители и забирали учащихся прямо во время занятий?       Джесс кивнула, однако она не видела в этом пока ничего удивительного. Такое и раньше бывало. Семейные обстоятельства или что-нибудь еще в этом роде. Ребята отсутствовали день–два, а потом возвращались. — Так вот, эти ученики так и не вернулись, а родители стали приезжать все чаще и чаще. В воскресенье вообще целое родительское нашествие случилось. Во дворе от экипажей не протолкнуться, столпотворение дикое! По коридорам, сталкиваясь лбами, носились перепуганные графья, графини, прочая знать их слуги, в спешке собирая учеников. Спрашивать что-то у них, конечно, было бесполезно. За два дня Лютвидж опустел - всех птенцов расхватали и развезли, как говорят, по отдаленным дворянским гнездам.       Эх, чует мое сердце, девочка, неспроста все это, темные времена нас ожидают. Вон и в столице нынче неспокойно. Ходят слухи о том, что проклятый герцог Баскервиль воскрес, собирается начать войну и повести армию темных тварей Бездны против правящих герцогских домов. Видать, поэтому дворяне так и всполошились… Да что далеко ходить, невестка моя, когда с рынка возвращалась, и еще несколько горожан недавно видели в небе над городом какое-то огромное, темное существо, на дракона похожее.       Дворник хмуро посмотрел на Уитли. — Видишь, какие дела творятся? Так что ты лучше не мешкай и возвращайся поскорее к себе в деревню. Так спокойней и безопасней будет.

***

      Джесс сидела на скамейке возле городского фонтана и рассеянно крошила воробьям завалявшийся у нее в сумке кусочек ржаного хлеба. Ей нравилось кормить птиц, но теперь погруженная в свои мысли Джесс не слишком обращала внимание на суетящихся воробьев и разгоревшуюся у ее ног борьбу за хлебные крошки. Лишь иногда девушка отрывалась от своих мыслей, поднимала глаза и напряженно всматривалась в лица проходящих мимо людей. Она пыталась оценить обстановку, прочесть на лицах людей отголоски произошедших недавно событий, но, может быть, ей двигало не только это, и в глубине души она надеялась на то, что среди толпы ей удастся заприметить до боли знакомые черные патлы. Впрочем, даже если и так, Джесс скорее умерла бы, чем призналась в этом. Даже себе самой       Казалось, все было как всегда, город жил своей обычной повседневной жизнью, народ спешил по своим делам. Но чем больше Уитли наблюдала, тем больше ощущала, что горожане чем-то встревожены, а эта обыденная и беспечная атмосфера – всего лишь видимость. В ней чувствовалось какая-то искусственность и напряженность. Прямо как затишье перед бурей.       « Лео… Неужели Лео и есть тот воскресший проклятый герцог о котором болтают в народе? Или, может быть, он является каким-нибудь внебрачным потомком Баскервиля? Глен Баскервиль - человек, который при помощи черной магии стер с лица земли целый город. И этот человек на протяжении нескольких лет являлся ко мне во снах, прекрасный, таинственный и печальный… Вот уж правду говорят наши священники, зло коварно и способно принимать самые красивые формы, для того чтобы сбивать с пути истинного доверчивых людей. Но если я еще могу поверить в то, что Глен Баскервиль, как сказал один классик: Дракон в обворожительном обличье! Исчадье ада с ангельским лицом… Ничтожество с чертами божества! Пустая видимость! Противоречье!       Произнося мысленно последние строфы вспомнившегося монолога, Джесс невольно вздохнула: «Чем занята природа в преисподней, Когда она вселяет сатану В такую покоряющую внешность? Зачем негодный текст переплетен Так хорошо? *       Но поверить в то, что Лео, мой друг, несет в себе зло, что он разожжет войну и станет убивать людей… Чушь! Характер у него, конечно дрянной, тут ничего не скажешь, (ха, как будто у него одного!) но он на такое не способен…       А может все-таки права тетя Абигейл - герцог не убивал невинных людей и его просто подставили… Может быть был еще кто-то второй, и именно к нему, а не к герцогу, как нельзя лучше подошли бы слова великого драматурга. И этот кто-то, наверное, был очень близок к Глену Баскервилю, кто-то, кому тот доверял, как самому себе, и чье предательство было для него полной неожиданностью… Например, лучший друг».       В воображении девушки одна за другой стали возникать картины: неизвестный злодей строит заговор под носом у ничего не подозревающего герцога и заставляет с помощью темной магии Бездну разверзнуться, потом сражается с ним спина к спине против хлынувших оттуда темных тварей, как и положено лучшему другу, ни чем не выдавая своих истинных намерений. Однако затем он дожидается удобного момента - и раз! Глен Баскервиль получает предательский удар мечом в спину от человека, от которого он меньше всего этого ожидал. Джесс не могла не пожалеть герцога. Бедняга! Врагу не пожелаешь такого конца! Неудивительно, что он выглядел таким печальным. Наверное, подозревал что-то, но никак не хотел верить…. Ну а что вероломный друг? Ему удается продержаться до прибытия подмоги, и затем он представляет произошедшее в самом выгодном для себя свете, попутно вешая всех собак на Баскервиля.       Мысль о том, что герцог – преступник, почему-то казалось Джесс очень неприятной. Даже не неприятной, а кощунственной. С чего бы это? Может, причина в том, что его когда-то любила женщина, которая была очень похожа на нее, может даже ее прабабка?       «Постойте-ка… почему-то вдруг вспомнилось… Ада и Элиот… Причина его неприязни к ней и ее семье… Элиот очень не любил об этом говорить, но Ада мне объяснила. Один из предков Ады – Джек Безариус. Человек, победивший Глена Баскервиля. Герой, благодаря которому род Безариусов возвысился. Найтреев же, которые, по слухам, были близки с Баскервилями, стали считать чуть ли не предателями.       Как глупо! Я настолько увлеклась личностью герцога, что совсем забыла про человека, имеющего к нему непосредственное отношение. Человек, который его победил и который… был его другом!» Джесс встрепенулась и замерла, словно громом пораженная. Нет, ну как же удачно реальные факты вписывались в нафантазированную ей историю! «Но как-то с трудом верится в то, что предок Ады мог быть убийцей, предателем и черным магом». Перед глазами Джесс на минуту предстал образ ее подруги: ее лицо в обрамлении золотистых локонов, наивные и чистые зеленые глаза.       «Однако копнуть в этом направлении все равно стоит. Но если это был все-таки друг, то что могло толкнуть его на предательство? Тут, конечно, причины могут быть самые разные – власть, богатство, слава, любовь… Впрочем, последнее вряд ли, хотя… Это наводит мысли на другую версию событий. Если речь идет о любви, то в таком случае скорее следует, как говорится, поискать женщину. Герцог собирался связать себя узами брака и поэтому становился менее опасным соперником на любовном фронте, так что кавалеры могли бы вздохнуть спокойно и не бояться за сердца своих дам, если кто-то желал бы свести с ним счеты из-за возлюбленной, то, скорее всего, сделал бы это раньше. Ну а гувернантка, если она действительно была очень похожа на меня, точно не из тех женщин, за которых мужчины протыкают друг друга мечами и сжигают города. А вот какой-нибудь леди женитьба Глена Баскервиля могла бы запросто разбить сердце – ведь он был так красив. Эта леди могла оказаться колдуньей и захотеть отомстить…».       Девушка раздраженно тряхнула головой, решительно встала и смахнула с платья хлебные крошки. Фантазировать можно сколько угодно и дофантазироваться до чего угодно, но одним этим делу не поможешь. Нужно начинать действовать.       Возвращаться в деревню она, конечно же, не собиралась. В ее планы входило снять комнату в какой-нибудь недорогой гостинице, остаться в городе и пронаблюдать за дальнейшим развитием событий. Возможно, получится узнать что-то полезное. Необходимо придумать какую-нибудь отговорку и отправить письмо Мэтью и Тэсс, приемным родителям. Скоро вести о закрытии академии дойдут и до деревни, и они будут волноваться, не понимая, почему Джесс до сих пор не вернулась. Мэтью еще чего доброго отправится ее разыскивать. Только этого не хватало. Сейчас же следовало пойти и где-нибудь пообедать, а заодно послушать, о чем судачат в городе.       Джесс перекинула сумку через плечо и направилась в сторону ближайшего заведения. Вдруг, из-за угла, как черт из табакерки, выскочил мальчишка лет одиннадцати и со всей дури врезался в нее. Они оба упали на мостовую. — Смотри, куда несешься! — крикнула мальчишке Джесс, затем поднялась, морщась от боли и потирая ушибленный бок, и подобрала отлетевшую в сторону сумку. Мальчишка быстро вскочил на ноги и, бросив на бегу: «Простите, мисс», — полетел себе дальше. В сердце Джесс закралось смутное подозрение… Она сунула руку в карман и … Да, так оно и было! Мелкий паршивец ее обворовал! Старинный приемчик карманников, и надо же так попасться!       В кошельке были не все ее деньги, но потеря все равно была достаточно чувствительной. Тем более, отдавать невесть кому половину стипендии за отличную успеваемость было как-то, обидно, что ли. — Держи вора! — закричала девушка и бросилась вслед за карманником.       Уитли пришлось нелегко, сумка, которую она несла в руках, чтобы не била по спине, была не слишком тяжелой, но все-таки затрудняла бег. Мальчишка был быстр и ловок, подобные забеги, по всей видимости были ему не в новинку, он знал город как своих пять пальцев и то и дело пытался ускользнуть через какие-нибудь скрытые лазы и проходы, или просто замаскированные дырки в заборах. Казалось, он хотел увести девушку подальше от центра города. Когда она это поняла, ей это совсем не понравилось. Пару раз Джесс даже думала прекратить погоню, но мальчишка, как будто читая ее мысли, замедлял бег, и Уитли казалось, что еще чуть-чуть, и она его настигнет. В конце концов, она так увлеклась преследованием, что совсем потеряла бдительность.       Но вот Джесс и воришка оказались в каком-то узком переулке, заканчивавшемся тупиком. Мальчишка, тяжело дыша, остановился около стены и повернулся к Джесс. Бежать ему больше было некуда. — Ну что, попался? — с ликованием воскликнула девушка и протянула руку. — А ну, отдай кошелек!       Маленький карманник бросил на нее недобрый взгляд и процедил сквозь зубы: — Прости, сестренка, но это ты попалась, а не я. — Что ты …       Уитли не успела договорить, как откуда ни возьмись, появились двое. Один схватил ее, другой прижал к лицу тряпку, пропитанную каким-то дурманящим раствором. Девушка пыталась кричать и вырываться, но бесполезно. Она скоро почувствовала, что начинает слабеть, все мысли как будто окутал туман, и затем она потеряла сознание. ___________________________________________________________________________ * Уильям Шекспир "Ромео и Джульетта". Если мир Пандоры напоминает Англию, там есть английские реалии, а также имена и фамилии, и существует французский язык (где-то в манге Брейк смеялся над Лиамом из-за того, что его фамилия переводится с иностранного языка как "очки", "lunettes"- очки по-французски), то почему бы там не мог существовать великий драматург, который бы написал похожую трагедию? ;)