Мёртвая Петля

Truditur dies die. Один день вытесняется другим.

Десятый мир, Япония, Токио 2021 год

С того момента, как Эйден присоединился к собранному в одно целое отряду из другого мира, прошёл год. Он считал, что привык к такому образу жизни, да и остальные давно перестали называть его новичком. Некоторым компаниям отчаянно не хватало рассудительного человека, к тому же — Сноу так и не добрался до улучшения медицинского кабинета (или хотя бы его создания), и пришлось Картеру поднимать хозяйство. Последней каплей, чтобы убедить капитана в этой необходимости, была крупная битва, ради которой они мотались в Иокогаму: после этого половина бойцов вернулась с серьёзными ранениями. Всё было немного не так, как он ожидал: планы планами, но серьёзное обучение на медицинском было бы не по зубам даже Эйдену, когда на фоне потенциальное спасение мира и необходимость раз в неделю минимум с кем-то драться (и не всегда человеческого происхождения). Пришлось ограничиться курсами по оказанию первой помощи, открытыми лекциями и прочим, но большую часть времени он посвящал самообразованию, пытаясь как-то собрать информацию воедино. Единственное, на что самоучка отвлекался — вопли RSH на мёртвом асском языке, когда кто-то крал печенье на кухне. Ему помогали Энджел и Андре. Вообще богиня хотела постепенно перевести всех, у кого были проблемы с Силой, на роль медбратьев и медсестер, но удалось уговорить только одного Андре, который, помимо всего прочего, был ужасным лентяем и драться не очень хотел. Сора, его друг, помялся и решил, что будет помогать время от времени, а Шона и Полину нельзя было заставить даже подойти к кабинету: они упирались и говорили, что на них ещё можно положиться, что это за оскорбление и т.д. и т.п. Конечно, они делали вид, что их совершенно не волнует собственное здоровье, но обмануть друзей становилось всё сложнее. Полина часто пропадала с обычными друзьями — подружками из колледжа. На всякий случай у неё была готова масса оправданий, но все помалкивали, зная, что она готовит себе путь к отступлению. Шон тоже отходил от дел, но немного по-другому. Он по-прежнему тратил время на тренировки больше кого-либо, вечно ходил усталый и в синяках — тут уж ничего не изменилось. Но наблюдавшие за ним Эйден и Энджел заметили, что Ламберт практикуется во всём, что не имеет отношения к Силе. Выискивает редкие боевые искусства, смотрит какие-то фильмы… Но всё это человеческое. Умирать от собственного сверхъестественного преимущества не хотелось никому. Как богиня и часть всеми покинутого мира, Энджел достаточно быстро прижилась в коллективе. Но она всё равно чувствовала себя лишней, проводила больше времени с капитаном Сноу, помогая ему с какими-то внешними делами. Ещё её можно было увидеть с Шоном (как ни крути, а последние полгода они встречались, и никаких намёков на глобальную ссору пока не было) и с Эйденом, которого девушка обучала способам восстанавливать Силу, свою и чужую. Пару раз, шокировав капитана и друзей, семнадцатилетняя Эндж умотала на неделю в Китай, так и не рассказав никому, зачем ей это понадобилось. Судя по всему, ездила она к своей божественной матушке, но вышло слишком неожиданно. Кайла было невозможно увидеть в одном и том же месте хотя бы полчаса: он постоянно куда-то уходил. Не спешил, нет, но в общежитии и на территории домика он проводил меньше времени. Если уж он здесь, то либо с Полиной — никто не знал, о чём они говорили, знали только, что дальше разговоров дело не заходит; либо с Кендаллом и Реном из своего отряда: те буквально силком тащили его в зал тренироваться, и только аргументы «да не будь же ты как лох, а то налажаешь опять, как с Полиной» могли заставить его практиковаться. Но остальное время Фабиан отсутствовал. Последний год в вузе — вот вам и всё объяснение. Ни Шон, ни Сноу ни разу не верили, что этот парень способен столько времени честно учиться. Было очевидно, что в университете он занят чем-то ещё. И, что окончательно рушило все предположения, он мог сорваться с ужина в девять вечера или подорваться в семь утра в выходной, выпросить у капитана служебную машину и стремительно умотать неизвестно куда. Казалось, что все ведут свою жизнь, но постоянное напоминание о приближающемся зле давило на каждого. Иногда ребята собирались где-нибудь в одной комнате, молча и с неопределённым чувством глядя друг на друга. В такие дни Сноу старался их не беспокоить. Все чувствовали, что вскоре всё перевернётся с ног на голову. И далеко не у каждого был шанс с этим справиться.

***

Десятый мир, Япония, Токио, парк развлечений и отдыха Касай 2021 год

Она сидела на траве, скрестив ноги по-турецки, и неподвижно смотрела перед собой. Впереди плескалась река, за спиной шумели туристы и местные, затеяв любительский матч в бадминтон. Но никакая суета не могла оторвать девушку от размышлений. Среднего роста шатенка с аккуратным карэ и ровной чёлкой выделялась здесь разве что европейским лицом, светло-голубыми глазами и изредка срывающимися с губ русскими фразочками. Но в этот век люди мигрировали, переезжали и просто путешествовали по поводу и без, так что к этой особе никто не приставал. Если говорить начистоту, Таню это обстоятельство расстраивало донельзя. Она-то приехала в гости и ожидала, что за ней приедут тоже. Поэтому отсутствие незнакомых пристающих людей огорчало. А на знакомых рассчитывать не пришлось — сестрёнка Энджел на телефонные звонки не отвечала, а больше Таня тут никого не знала.  — Она что, обиделась на меня? — спросила Таня у воды. Как ни странно, вода не дала никакого ответа. Собственно, ей в голову не пришло, что её ждали ещё в прошлом году. Задерживаться на 365 дней — явно дурной тон. Таня поднялась на ноги и небыстро пошла вдоль берега, засунув руки в карманы. Маленький бзик маленькой богини — на любой её одежде должны присутствовать карманы. Что на толстой джинсовой жилетке, застёгнутой на три пуговицы посередине, что на белых шортах с ярким принтом. Она брела по траве и сосредоточенно думала, где разыскать сестру. Именно в этот момент Таня почувствовала сильную отрицательную энергию со стороны одного из входов в парк. Богиня резко остановилась — в неё даже врезался бредущий позади мальчишка-иностранец и что-то недовольно пробурчал — и вскинула голову, будто принюхиваясь. Без сомнения, позади неё, на стеклянной конструкции типа входных ворот, под которой проходили в парк люди, находилась какая-то нечисть. Может быть, этот безымянный вурдалак и не собирается никого убивать, но Таня не могла позволить, чтобы он спокойно разгуливал в общественном месте. А парк отдыха Касай ей очень даже понравился. Решительно развернувшись, Таня бросилась к прозрачному сооружению. Даже обычному оперативнику было бы непросто выполнить эту миссию, оставшись незамеченным, и богиня Десятого мира вовсю пользовалась своим статусом: сделай так, чтобы тебя не могли увидеть смертные люди, а дальше — хоть трава не расти. Чем ближе невидимая для многих девушка подбегала к цели, тем чётче осознавала местоположение своей будущей жертвы. Её разобрал нешуточный азарт: после длительного пребывания в Городе Богов она была рада хоть оборотню, хоть вампиру. А то даже подраться не с кем. «Упс!» Как всегда, не рассчитала. Таня, сделав неестественный для человека прыжок к прозрачному коридору (около трех этажей в высоту), пролетела через стекло, машинально используя неосязаемость, так что само стекло не пострадало. Шлёпнувшись на пол, она тут же подскочила, завертелась волчком и снова отсекла источник опасной силы. На всём этаже было мало людей, и она, не беспокоясь о мнении и безопасности окружающих смертных, набросилась на длинного, немного кудрявого парня в очках, который мирно потягивал колу. Но ещё в полёте Таня удивилась его реакции: за считанные секунды до столкновения парень вздрогнул, отставил банку на подоконник и повернулся навстречу летящей в него девушке. Через мгновение Таня одной рукой прижимала его к полу, в другой неловко держа нож, а неудавшийся вурдалак спокойно моргал, сжимая крепкими пальцами её горло.  — Ты не такой страшный для оборотня, — обиженно просипела Таня. — Отпусти, чувак, я обозналась.  — Не сильно обозналась, — он бросил взгляд на два серых браслета с огненно-красными буквами, обвивающие её запястья. — Я не человек. А оборотни, насколько я знаю, в человеческом облике должны быть неописуемо красивы.  — Если ты нечисть, почему ты не до сих пор не слопал вон ту мамашу с коляской? — Девушка хлопнула себя по лбу и буркнула: — А, блин, вас же теперь не различишь. Одна нечисть плохая, другая хорошая, которая спасает мир.  — Действительно, разобраться трудно, — хмыкнул собеседник. — Ты, значит, та неведомая богиня, которую Энджел ждала ещё в прошлом году? Таня насупилась и слезла с него, сделала театрально-пафосный жест, и нож исчез. Раз атака провалилась, можно было и повыпендриваться.  — Хам, — брякнула она, обиженно встряхнув головой. — Я, вообще-то, и убить тебя могу.  — Тогда тебе будут не очень рады в нашей маленькой психушке. Надеюсь, их расстроит моя преждевременная кончина. Настало время неуютной паузы. По-хорошему, следовало познакомиться. С этим у Тани всегда были проблемы. Либо она терялась и бормотала не пойми что, да так, что из этого потока речи было трудно выловить её имя, либо… ещё хуже. В этом случае она постоянно забывала о своём божественном происхождении. Младшая богиня, вообще-то, могла без особого труда узнать всё, что нужно, о жителе её мира. А раз житель не коренной, но живёт здесь довольно давно, нужно было всего лишь притушить Силу подопытного кролика, чтобы исключить энергетическое препятствие. Прикоснувшись к татуировке, прятавшейся под светлым рукавом его рубашки, Таня на некоторое время перекрыла постоянный поток Силы. Вместе с канувшей в вечность секундой проскочила мысль — «стою неизвестно где и трогаю незнакомого парня». Затем она удовлетворённо улыбнулась и убрала руки.  — Отлично. Будь добр, Картер, отвези меня к Эндж.  — Раскомандовалась тут, — пробормотал Эйден, возвращаясь к газировке, успевшей за это время немного согреться. — Я только что с практики из больницы неподалёку. Устал зверски и, пока не допью эту вредную для организма дрянь, с места не сдвинусь. Флегматично усевшись на подоконник, он замолчал и отключился от окружающего мира. Таня внутренне взорвалась и покусала наглеца, а внешне раскрыла рот и развела руками в сдержанном негодовании.  — Ты чего со мной так разговариваешь? — грозно вопросила она, хотя через этот тон пробивались нотки азарта и детской обиды. — Ну-у… Ну Картер… — Эйден был непреклонен: он всё так же не произнёс ни слова, через равные промежутки времени прикладываясь к банке. — Дай хотя бы позвонить, что ли… Получив телефон, к которому был прикреплен брелок (скелет в костюме врача), она быстро нашла нужный контакт с принялась слушать ряд низких размеренных гудков.  — Ну как, ты сдал? — послышался голос Энджел, с трудом пробивающийся через фоновый шум. Там, где она находилась, кого-то как минимум пытали, судя по крикам.  — Видимо, сдал, раз бездельничает в общественном парке, — вежливо ответила Таня и пригнулась, потому что оскорблённый бездельник чуть не швырнул в неё банкой. Живо представив удивление на лице сестры, она услышала возглас радости и изумления:  — Таня! Ты, что ли? Да ладно… Верни Эйдену телефон.  — Верну, когда приедем, — безапелляционно ответила похитительница. — Приготовишь чего-нибудь пожрать?..  — Не надо, растолстеешь ещё, — отомстил Эйден, в последний момент отодвинув ноги — к его коленке приближалась приведённая в боевую позицию пятка Тани.  — У нас вроде есть лапша. Много лапши, и ничего, кроме лапши… А почему ты так долго? Я уже забыла, как ты выглядишь.  — Красивая шатенка с третьим размером груди, — съязвила Таня, пытаясь спародировать газетные объявления. Услышав недоверчивое «Где там третий?» со стороны Картера, она гордо проигнорировала подколку, собираясь запомнить, но забыла через минуту. — По дороге в мир смертных ужасные пробки… Забей, при встрече оправдаюсь. В общем, я приехала, ура.  — Скажи ещё, что вы на метро собрались! Неужели тебе лень сотворить портал? Давно была бы здесь. Всего лишь в пределах одного мира…  — Мир-то один, да только самый большой, — заворчала Таня, параллельно пытаясь наступить на ногу Эйдену. — Даже чтобы попасть через портал на соседнюю улицу, нужно учитывать все энергетические прослойки, легче пешком дойти…  — Ой, всё, разбубнилась, — весело сказала Энджел. — Дуйте сюда, мы вас ждём. Кстати, там… Её слова прервались из-за громкого взрыва, зубодробительного треска и не очень изысканной, зато искренней и долгой руганью, судя по голосам — издаваемой в унисон какими-то парнями. Слышимость была такая, что люди на другом конце стеклянного коридора в панике завертели головами, пытаясь найти источник шума.  — Это нормально, — проинформировал её Эйден, кидая пустую банку в урну. Специально он кинул так далеко или нет, неизвестно, но мусор попал точно в цель. — Психушка же.

***

Кайлу не улыбалось проводить похмелье после выпускного в подобной обстановке, но, к большому сожалению, встать и выйти он не мог. Во-первых, тело протестовало, где упал — там и сиди, подвигаешься послезавтра. Во-вторых, лучше лишний раз не шевелиться, если рядом женщина с гранатой и мелкий. Тоже с гранатой.  — Таня — дочь Даждьбога, — объясняла Энджел, отвлекаясь от разминки. Собрав волосы в конский хвост и одевшись поудобнее, она помогала Шону, вернее — скрашивала его одиночество в постижении боевых искусств. Поскольку Ламберт одинаково любил женский пол и боевые искусства, его просто разрывало. — Это славянская… ну, для вас пока мифология, а для меня скорее начальство. Поэтому в миру она считается славянкой, но на самом деле может быть кем угодно, если захочет. И если сил хватит.  — А ты? — буркнул Шон. Кайл не мог не злорадствовать, глядя, как мелкого раздирает между серьёзной тренировкой и говорящей Энджел. Наверное, ещё поэтому он здесь сидел.  — Мне выдумывать не надо: папа был из твоих любимых Штатов, а мама, как можешь догадаться, китаянка…  — Китайцы мне тоже нравятся, — успокоил её Ламберт.  — Правда?  — Конечно. Мао Цзедун, Джеки Чан и ты. Где-то здесь Фабиан не выдержал и заржал, грохнувшись на маты — в спортзале было мягче, чем на собственной постели. Через минуту над ним грозно навис Шон.  — Я понимаю, что тебе вчера было весело, но, может…  — Не может, — простонал выпускник. — Ты… господи…  — Не поминай мне тут.  — Откуда у тебя вообще столько девушек набралось?! — сформулировал Кайл. — Или раньше ты умел отвешивать нормальные комплименты?  — Сразись со мной, вражеская рожа, — вежливо, насколько он мог, предложил Шон. Это было зря: единожды шлёпнувшись на мягкие маты, ты с них уже не встанешь. — Э-эх… Вали к своим, ты… Вяло отбрыкнувшись от него ногой, Фабиан повернулся спиной к происходящему и уткнулся в телефон. К своим… из двух зол выбирают меньшее. С Кендаллом они две недели назад поругались из-за какой-то ерунды и так и не пришли к компромиссу. Полина была в порядке, поскольку она давно не использовала Силу, но это — физически: с девушкой становилось невыносимо разговаривать, она всё, абсолютно всё сводила к своей проблеме, даже если не хотела этого. Из-за того, что Кайлу надоело это слушать, кажется, на него ополчились остальные. В кои-то веки мелкий выиграл в его глазах: мелкому просто было похрен.  — Я же говорил, не звони мне на работу, — буркнул он на входящий вызов.  — Я же говорил, не ври мне про работу, — передразнил Хоук. Его голос звучал неприлично бодро. — Не сдох ещё?  — Нет…  — Значит, скоро, — довольно отметил друг. — Пить меньше надо, вот что.  — Ладно, я в… общаге, — практически не соврал Кайл. — Насчёт остального ты, конечно, прав…  — Поздравляю с открытием. Америки. — Иногда он скучал по тем временам, когда у Хоука отшибло чувство юмора, потому что оно вернулось и было отвратительным. — Есть минутка? У меня тут, э, новости.  — Давай я лучше приеду через… — Кайл немного сполз с мата и поймал проходящую мимо Энджел: — Сколько твоя подружайка будет трепаться?  — От пяти минут до пяти лет, — буднично отозвалась Энджел. — Ну, со мной так было.  — Часика через два, — оптимистично подытожил Фабиан.  — Ладушки. Только, пожалуйста, выгляди прилично, шутка про котлету больше не прокатит. Кайл швырнул телефон об стену. Нет, это невозможно. С другой стороны, ему очень повезло, что у Хоука хватало то ли вежливости, то ли такта не расспрашивать о работе всерьёз. Мол, врёт и врёт, так ему и надо… Фабиан и хотел бы поделиться, но он скорее ещё раз сунется в брюхо мёртвого демона, чем подвергнет сверхъестественной опасности своего «человеческого» друга. А шуткой про котлету человеческий друг прозвал тот день, когда Кайл заявился в универ с ожогами от Кирэ. Кажется, в плюющееся масло не поверил никто… В этот момент что-то оглушительно грохнуло: влюблённая парочка развлекалась, как могла.