Вперёд, несмотря ни на что
9 февраля 2015 г., 08:33
Интерлюдия: Джон.
* * *
Впервые, когда он занимался сексом после Шерлока, то был в стельку пьян, потому что в аэропорту оказался совсем один. Никогда раньше ничего подобного не случалось. Но теперь ведь только так и будет. Никто больше не встретит его и не поцелует, не пожалуется на идиотов в Старбаксе и не начнёт ныть из-за строгой процедуры аутопсии. Всё будет… нормальным. Обыкновенным. Скучным. Он снова стал ничем не примечательным Джоном Уотсоном. Одна только мысль заставляла его болезненно морщиться. Нет. Может, он и оказался полным неудачником в отношениях и всём прочем, но это… это он выбрал сам… В этом единственном и должен преуспеть; только на этом сосредоточиться. Остальное вторично. Ему только нужно… утешение. Да. Ощущение тела, кожи, секс.* * *
Она была красива, необычна и нетерпелива. Глаза её были слишком тёмными, тело — мягким, а ещё она неправильно целовалась. И он никак не мог найти тот ритм, который хотел… Он занимался сексом не с Шерлоком. Вышла катастрофа. Она ушла (не в лучшем настроении), а перед этим долго кричала на него на испанском, кое-что он даже понял.* * *
Не хотелось думать, лучше бы не было ни минуты, которую можно потратить на размышления о произошедшем. Поэтому он с головой погрузился в новые для себя обязанности, страстно желая отвоевать ту жизнь, которую так хотел, в которой он не был Джоном Шерлока. Ведь тот, его Джон, сломал Холмса, не пожелав оставаться таким же, борясь за то, чтобы стать кем-то другим. Кем-то надёжным и стремительным, волнующим и свободным. Не хотел бесконечно упираться в выбор, но точно знать, что делает и каким будет результат. Не хотел вариантов и хаоса. Даже приказы его устраивали, потому что у них была цель, которую он понимал, зная, зачем её необходимо достичь.* * *
Второй его секс после Шерлока вышел случайным. Она была чем-то расстроена, на кого-то зла и хотела, чтобы её жёстко оттрахали. Он подчинился. Даже не видел её лица, почему-то это казалось неправильным, хоть и верно вписывалось в рамки грубости. Они не говорили, не смеялись и не лгали друг другу после. Спустить пар, так она это назвала. Сработало, бля.* * *
Обыденный секс стал для него чем-то вроде опоры. Ведь в армии, если честно, нет никакой возможности напиться до беспамятства, как бы сильно он в этом ни нуждался, но секс? Связываться с кем-то на работе было не в его правилах, поэтому он находил людей со стороны, не из отряда, военных или нет, кому было наплевать. Он вёл себя очаровательно-честно. Его совершенно не интересовала романтика, потому что нахуй, если уж ничего не вышло с Шерлоком, то нет смысла даже пытаться с кем-то другим, не хотелось бы разбить чьё-нибудь сердце снова. Долгие месяцы он общался только с женщинами, встречи были редкими, но их хватало, чтобы привести его в чувство. Ни к чему не обязывающие связи, которые совершенно не задевали. Потом было Рождество, он кое-как справился. А потом — день рождения Шерлока. И он позволил себя оттрахать.* * *
Такое разделение казалось странным. Во всём, что касалось работы, армии, он был великолепен, превосходя ожидания. Моран, когда появлялся, очевидно, нисколько не сомневался в своих решениях. Ни в одном из них. А вне всего этого… снятие стресса. Да, это было именно так. Он избавлялся от стресса.* * *
Майк, когда у него родилась дочь, прислал открытку, Шерлока не упоминал.* * *
Несколько открыток и подарков пришли из дома и на его день рождения. Посылка Гарри оказалась самой неуместной. Джон несколько дней не знал, куда деться от смущения, после того как открыл брошюру к набору для увеличения пениса. Свою репутацию сестра создала, даже не встретившись ни с кем из отряда. Энди ничего не присылал. И семья Холмсов тоже предпочла холодное молчание. Не то чтобы он ожидал иного, но всё же после стольких лет это оказалось неожиданно больно — осознание потери не только Шерлока. Но ещё и Майкрофта с Вайолет. И Антеи. В тот день он оставался на полигоне до самого позднего вечера, а потом нашёл подходящую компанию и напился с ними. Это помогло двигаться дальше.* * *
Он любил свою работу. Ему нравилось волнение, чувство опасности и ощущение реального влияния на ситуацию. Для мальчишки, который когда-то видел, как отчим бьёт мать и сестру, жизненно необходимо было знать, что теперь ему предоставлен выбор, он может помочь кому-то, ему по силам что-то остановить. Он может быть непоколебимой опорой и спасением для нуждающихся. Способен защищать и исцелять, атаковать, если необходимо, и решать, какие действия приемлемы при обороне. И в июле, когда он услышал разговор двух новобранцев о том самом Джоне Уотсоне, всё стало правильно, как будто что-то со щелчком встало на своё место. И нечего добавить. Абсолютно самостоятельно, без посторонней помощи он отвоевал у мира то, что мог теперь назвать своим, действительно чего-то стоящим. Он был хорош в чём-то, безраздельно принадлежащем только ему. После этого по ночам легче было отталкивать прочь мысли о Шерлоке. А если иногда это не удавалось? Что ж, всегда можно найти способ снять стресс, неважно, как больно будет потом.
