Тайны асгардского двора

Погода в Асгарде окончательно испортилась. Дул промозглый, сильный ветер. Небо затянуло тяжелыми тучами, которые надежно скрывали от жителей столицы яркое солнце. Тусклые лучи с трудом просачивались сквозь грязно-серую дымку и запутывались в колючих верхушках елей, маячащих на горизонте. С самого утра с небес на продрогшую землю проливались холодные капли дождя. Некогда спокойный океан, разделенный радужным мостом, накатывал высокими волнами на крутые скалы и разбивался о твердый камень, принося на берег скользкую тину. Наступила настоящая осень. Едва приоткрыв глаза, я поняла, что данный день не сулит ничего светлого и радостного. Апатия усилилась благодаря бушующей стихии за окнами. Проснувшись, я долгое время валялась в теплой постели, закутавшись в одеяло, и наблюдала, как раскачиваются деревья из стороны в сторону, проделывая опасные амплитуды, и облетает желтая листва с кустарников, прогнувшихся под тяжестью ледяной воды. Это зрелище вгоняло в еще большее уныние. Я была абсолютно не в силах встать с кровати и, наконец, начать двигаться. Казалось, лень всего мира сосредоточилась в моем теле. Руки и ноги стали тяжелыми и ватными, а в голове царил полный хаос из обрывочных воспоминаний и мыслей. Когда наступило время утренней трапезы, фрейлины сами пожаловали в покои. Они пришли узнать о моих предпочтениях касательно завтрака и наряда, которого я пожелаю сегодня надеть. Сославшись на легкое недомогание и усталость от вчерашнего торжества в поместье Форсети, я продолжила проминать под собой матрас, изредка тяжело вздыхая и переворачиваясь на другой бок. Так прошло еще несколько унылых часов. Время от времени я проваливалась в вязкую дрему, дрейфуя от одной несвязной мысли к другой. Тревога изредка сменялась спокойствием, но затем вновь подступала к самому горлу. Я никак не могла позабыть вчерашний разговоров с трикстером, да и грандиозные планы матушки тоже. Все эти заботы и переживания заставляли чувствовать себя абсолютно беспомощной. Оставалось только лежать и мучить себя бесконечными вопросами. Я бы непременно оставалась в таком неподвижном состоянии до самого заката, если бы не мои болтливые помощницы Гейра и Лив. Асиньи, подобно морскому бризу, впорхнули в комнату с небольшой коробкой в руках, перевязанной нежно-фиолетовой лентой и застыли возле дверей. Я притворилась спящей, чтобы лишний раз не выслушивать все дворцовые сплетни. Несколько минут они перешептывались меж собой. Я покорно дожидалась, пока фрейлины покинут спальню. - Ваше Высочество, - наконец осмелившись, обратилась ко мне Лив. Я с трудом сдержала недовольное бурчание, за место этого промычав что-то нечленораздельное. - Приходил посыльный и сказал, что для Вас есть небольшой подарок, - поведала девушка. - Мы оставили его на комоде. - Ага, - зевая и плотнее кутаясь в одеяло, ответила я. - Как Ваше самочувствие? Может послать за целительницей Эйр? - обеспокоено спросила Гейра. - Не стоит. Со мной все в порядке. Просто вчерашний праздник немного выбил меня из колеи. - Насколько мне помнится, Вы покинули торжество одной из первых, - сказала Лив. Сестра тут же шикнула на нее, призывая к порядку. - Я имела в виду, может Вам уже вчера нездоровилось? - быстро исправилась девушка. - Съели чего-нибудь не то или… - Все в порядке, - повторилась я, а затем, немного поразмыслив, добавила. - И что означает твое "или"? Я приподнялась на подушках и посмотрела на краснеющую асинью. Остатки сна, как рукой сняло. - Ну… - начала она, запнувшись. Сестра буравила ее испепеляющим взглядом. - Для барышень в Вашем статусе… - тщательно подбирая слова, проговорила Лив. - В каком таком статусе? - искренне недоумевала я. Щеки асиньи налились очаровательным румянцем от смущения. - Вы замужем. - Я помню, - нахмурившись, сказала я. - Моя любопытная и бестактная сестра пытается спросить у Вашего Высочества, не подарите ли Вы нам в скором времени наследника, и не вызвана ли Ваша усталость и плохое самочувствие первыми симптомами долгожданного события, - закончила за нее Гейра. Пожалуй, самая прямолинейная и честная девушка, которую мне доводилось встречать. Данное качество, безусловно, восхищало, но не в этом случае. Я издала поистине животный рык. Да они сговорились что ли? - Нет, - сухо отрезала я. - Вы уверены? - с надеждой в голосе уточнила Лив. - Прекрати, - прошелестела Гейра, тщетно пытаясь вразумить сестру. - Абсолютно. Точно. Я уверена, что не беременна, - ответила я. Девушка тяжело вздохнула. - Что-то еще? - всматриваясь в лицо Лив, спросила я. Они явно медлили, не решаясь поведать о чем-то еще важном. - Его Высочество Локи ожидает Вас на тренировочном полигоне, - сообщила девушка. Я многозначительно хмыкнула. Трикстер не отменил урок? Занятно. Даже после всего того, что я ему наговорила вчера? А он не собирался так просто сдаваться, впрочем, и я тоже. - Пожалуйста, сообщите младшему принцу, что сегодняшнее занятие не состоится, в виду моего плохого самочувствия. Лив понимающе кивнула. - Желаете чего-нибудь еще? - заботливо поинтересовалась она. - Нет. Возникла недолгая пауза. - С Вашего позволения мы пойдем? Если Вам все-таки понадобиться наша помощь, то ищите нас в саду, - произнесла Гейра, поспешив быстро ретироваться после неловкого молчания. Я промолчала. Асиньи вежливо поклонились и вышли в коридор, оставив меня в гордом одиночестве. День выдался хуже некуда, хотя я не вставала с собственной постели. Конечно, ничего из ряда вон выходящего и нового не произошло за эти сутки, но неприятное давящее состояние никак не желало покидать сознание. Причина скрывалась в нашей размолвке с Локи и очередных расточительствах матушки. Я знала, чем грозит мое промедление - очередными долгами для Ванахейма, но решение ускользало прямо из-под носа, сея панику внутри. Томительное ожидание хуже самого мрачного происшествия. Ты находишься в постоянном напряжении, замирая от каждого подозрительного шороха. Проблемы никак не хотели находить выход, накапливаясь огромным снежным комом, который вот-вот сорвется с горы и обрушится на наши головы. Я опять не знала, с чего следует начать. Какие события под силу изменить, а какие последуют неминуемо, несмотря на все старания? Если с сумасбродной мамой и Локи я могла кое-как справиться, то с камнями бесконечности и со всеми вытекающими последствиями нет. Это определенно за рамками моих возможностей, но это не отменяло моей тревоги. Пусть Всеотец и совет старейшин Асгарда казались непоколебимыми и предельно спокойными, запах пороха буквально витал в воздухе. Бравая армия готовилась к войне. Я повидала на своем веку не мало сражений, которые происходили по тем или иным причинам. Религия. Борьба за природные ресурсы и плодородные земли. Женщины. Не важен исход. Итог был один. Кровь. Миллионы прервавшихся жизней. И опустошение. Цена слишком высока, чтобы начинать любую из битв. Стало жутко не по себе. Я громко вздохнула и накрылась одеялом с головой, стараясь переключиться на что-нибудь нейтральное. Подарок! Точно. Гейра и Лив принесли какую-то посылку. Она лежит где-то на комоде, но я не хочу сейчас вставать, касаться ногами холодного пола и распаковывать ее. Позже. От угрозы войны мысли плавно перетекли к матушке и к ее грандиозным планам по реконструкции летнего дворца. Как можно быть настолько алчной? Словно все ее существование заключается лишь в деньгах и нелепом стремлении превосходить других. Почему Амора до сих пор не вразумила ее? Зачем поощряет глупые прихоти? Сестра намного выше всех этих нелепых желаний. Возможно, Чаровнице просто-напросто наплевать на будущее своей семьи и Ванахейма в целом. Она никогда не желала становиться царицей. Также мечтала о свободе и жизни за пределами высоких стен дворца. Это нас роднило, но, в отличие от меня, в Аморе не было столько глупого авантюризма. Она полагалась на здравый смысл, действуя всегда разумно и рассудительно. Сестра жила умом. Любила умом. И ненавидел им же. В этом заключалась вся сила ведьмы и смертельная опасность для врагов. Укол совести не заставил себя долго ждать. Локи стал самым бессмысленным и романтичным ее поступком. Смыслом существования. Ярким светом, который я отняла, оставив сестру во мраке серых будней. Одинокую. Преданную. Совершенно опустошенную. Всякий раз, когда размышления подводили меня к этому факту, я старалась отпустить их настолько далеко, насколько это возможно, поскольку они причиняли невыносимую боль. С самого детства наши отношения насквозь пропитаны болью и завистью друг к другу. Боюсь предположить, что же приключится с Аморой, если у нас с Локи появится наследник? Она категорически не принимает наш брак, следовательно, о ребенке и речи быть не может. Очередное предательство с моей стороны. Но есть ли у меня вообще выбор? Как долго подданные Асгарда будут терпеть бесплодную жену младшего принца? Им достаточно любви Тора к простой смертной. Время идет. Один не молодеет. Страшно представить, какие волнения начнутся, когда Всеотец покинет мир живых, а приемник так и не отыщется. Холодным расчетом я, конечно, целиком и полностью поддерживала решение Локи, но чувства твердили обратное. Это никак не связано с моей привязанностью к Бальдру. Я не верила в любовь до последнего вздоха. Она склонна заканчиваться и угасать. Этому меня научила матушка своим личным примером и бесконечными любовными связями. На смену одной симпатии приходит другая. Естественный процесс. Не стоит путать любовь со слепой страстью. Первое является целым комплексом из состояний, поступков и действий. Любовь строится на взаимном уважении, доверии, общих интересах, воспоминаниях и, конечно же, притяжении. Страсть же является желанием, построенным только на одной химии. Недолговечная и весьма губительная эмоция. Я прекрасно отдавала себе отчет, что когда-нибудь прикосновения и взгляды Бальдра перестанут вызывать во мне столько волнения. Во всяком случае, я на это искреннее надеялась. И что же тогда? Смогу ли я увидеть в Локи кого-то большего, чем далекого друга детства? Увидеть в нем настоящего мужчину? Или же мы слишком долго знакомы, чтобы желать друг друга? Готова ли я к полноценным отношениям с собственным мужем? Я прикрыла глаза и попыталась представить нас вместе. Представить его поцелуи. Прикосновения. Видения никак не хотели вырисовываться, напоминая размашистые и бессмысленные мазки на полотнах сюрреалистов, если рассматривать их вблизи. Пришлось приложить немало усилий, чтобы воскресить в памяти недавние воспоминания. Я припомнила поцелуй перед алтарем. Амора не лукавила, когда в красках расписывала таланты Локи. Многообещающий художник и архитектор. Искусный скрипач и политический оратор. Умелый любовник. Наиболее частые эпитеты применяемые по отношению к трикстеру. Я слышала их на протяжении всей своей юности от сестры, а также в тихих переговорах фрейлин и баронесс в тени аллеей и каменных арок. Локи мог очаровывать лишь одним своим видом и медовым баритоном, если действительно стремился к этому. Нет ничего ужаснее, когда мужчина осведомлен о своей привлекательности. Настоящий изъян. Обладая опасно-притягательной внешностью, красноречием и пытливым умом, он был способен нарушить сон даже самой неприступной и холодной девушки, а я точно таковой не являлась. Бессмысленно отрицать очевидное. Локи увлекал меня. По всему телу пробежалась обжигающая волна. Я вспыхнула, ощутив знакомое напряжение внизу живота. Собственные мысли показались до того нелепыми и непристойными, что даже вызвали нервную улыбку. С губ сорвался короткий смешок. Я никогда не страдала особым жеманством, но любые эротические грезы, направленные в сторону Локи, вызывало во мне сильное смущение. Это казалось недопустимым. Несмотря на некогда теплую дружбу, он всегда находился под запретом. Я уткнулась лицом в подушку, стараясь отогнать глупые фантазии. Они никак не хотели уходить прочь, подкидывая все новые и новые сюжеты. И зачем я только этим занялась? Пришлось подняться с постели, иначе видения никак не оставляли разум. Я была слишком сердита на Локи, чтобы позволять откровенным мыслям взять надо мной вверх. Пристрастия тела могут подождать до следующей одинокой ночи. Необходимо срочно чем-то себя занять. Ах, да! Подарок. Я накинула на себя легкий халат и быстрым шагом преодолела пространство комнаты, оказавшись рядом с комодом из темного дерева. На нем лежала небольшая коробка со всевозможными сладостями, аккуратно перевязанная шелковой лентой лавандового цвета. Я уже ненавидела этот цвет. Попытка попросить прощение, Локи, и намекнуть на мой небольшой подарок, небрежно оставленный на рабочем столе? Как банально. К подарку прилагалась небольшая записка. Я осторожно выудила ее из-под аккуратного бантика и прочла несколько слов, написанных изящным витиеватым почерком. «Прости за вчерашнюю беседу» , — гласило послание. Я ухмыльнулась, перевернула ее лицевой стороной вниз и в следующее мгновение испытала разочарование, разглядев заглавную букву «Б» на задней стороне небольшой карточки. Бальдр. Это так очевидно. И с чего я вдруг решила, что именно Локи отправитель данного подарка? За какие такие заслуги мне бы удалось заслужить его? За то, что я вчера наорала на него, как последняя гарпия, а затем подбросила фиолетовый платок, о чем сильно сожалела в последствии? Импульсивность вновь сыграло со мной злую шутку. Я опасалась, что на этот раз Локи непременно воспользуется, дарованной ему привилегией. Пусть не ради утоления собственного зова плоти, так ради мести и желания проучить нерадивую ванахеймскую принцессу. Я разочаровано вздохнула и отложила сладости в сторону. Теперь посылка выглядела логичной. Это весьма в духе поэта. Правда, не думала, что он помнит, какие именно сладости я предпочитаю. Да и Локи частенько в детстве прибегал к данному методу, чтобы наладить наши отношения после ссоры. Он отдавал свой десерт или приходил в покои с тарелкой пирожных, когда дар красноречия не помогал. Или же глубоко в душе я действительно надеялась, что этот гостинец окажется именно от него? Я потянула за один конец ленты, распаковывая содержимое коробки. Рука остановилась в считанных миллиметрах от конфеты. От досады у меня пропал аппетит и всяческое желание наслаждаться вниманием, проявленным со стороны Бальдра. Почему он никак не желает оставить меня в покое? Чего добивается? Немного потоптавшись на месте, я подошла к трюмо и присела в мягкое кресло, внимательно вглядываясь в собственное отражение в зеркале. Волосы заметно отрасли. И теперь темно-русые пряди переходили в нежно-фиолетовый оттенок, выказывая истинный облик. Из-за яркого контраста лицо казалось бледным, чуть ли не болезненным. Я опять возвращалась к своему прежнему обычному виду, теряя всяческую индивидуальность. Вскоре меня будет совсем не отличить от местных девушек. Это к лучшему, наверно. Мне удалось набрать немного веса, благодаря этому я не казалось такой изможденной и несчастной. Фигура стала более женственной и пропорциональной. Я практически нравилась самой себе. Я вздрогнула, когда дверь резко распахнулась, и в комнату влетел разъяренный трикстер, облаченный в теплую кожаную куртку и болотистую рубашку с глубоким вырезом на груди. Длинные сапоги и ножны на поясе указывали на то, что он собирался провести время на военном полигоне. Гейра и Лив переступили порог несколько секундами позже. По всей видимости, они передали мои слова, чем вызывали сильное негодование у младшего принца. Цель была достигнута. Я ликовала. - Что это значит? - прошелестел Локи, буравя меня яростным взглядом через холодную гладь зеркала. - Его Высочество… - начала Гейра, но он бесцеремонно ее перебил. Трикстер жестом руки приказал девушкам замолчать. - Оставьте нас наедине, - потребовал Локи сухим тоном. Асиньи поклонились и тут же вышли в коридор. Возмущению не было предела. Он пришел в мои покои и командует моими помощницами. Что за наглость? Формально, конечно, Локи имеет на это полное право, ведь является принцем, но это не отменяет норм приличия. Все-таки, данные комнаты отведены именно мне. - Я устал переносить твои капризы, - немного помедлив, произнес он. - Хочешь выставить меня полным болваном? Я промолчала. - Почему ты не явилась на тренировку? Я продолжила изображать немую статую, изучая его гневное отражение. И почему мне захотелось разозлить его пуще прежнего? Ведь я прекрасно осознавала, что данное поведение не приведет ни к чему хорошему, а лишь усугубит положение. Настоящее ребячество. Локи начал расхаживать из стороны в сторону, меряя спальню широкими шагами. - Если таким образом, ты желаешь выказать свое мнение по вчерашнему вопросу, то учти, ничего кроме ироничной улыбки это не вызывает, - поведал он. - Ты выставляешь себя посмешищем, создавая благодатную почву для свежих сплетен во дворце. Разве не этого ты так старательно избегаешь? Я приподняла одну бровь, а затем с наигранным спокойствием принялась расчесывать волосы. Внутри все кипело и плавилось, но я старалась сдержать истинные эмоции, вдыхая воздух насыщенный цветочными ароматами маленькими порциями. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Локи молниеносно сократил между нами расстояние и положил руки на подлокотники кресла, предварительно хорошенько тряхнув его вместе со мной. Я стиснула зубы, сдерживая возглас от испуга. - Не зли меня, - обдавая раскаленным дыханием, яростно прошептал он на ухо. Мы наблюдали друг за другом исключительно при помощи зеркала. - Отвечай, - потребовал трикстер. Я нервно поерзала на месте. Близкое присутствие Локи наводило лишнее волнение. Возникла неловкая пауза. Бледно-голубой взгляд скользил по моему лицу, изучая каждую деталь в облике. - Надевай свои любимые наряды валькирии и направляйся в тренировочный зал, - более спокойным тоном сказал он. Я прикусила нижнюю губу, тщетно стараясь скрыть улыбку. Почему на него невозможно долго злиться? Одно слово, умело подобранное трикстером, и раздражение испарилось, подобно капле воды в жаркий летний день. Трикстер играл не по правилам. - Можешь со мной не разговаривать. Возможно, так тренировка пройдет более эффективно, - добавил он. Я отрицательно покачала головой. - Немедленно прекрати этот фарс, - хриплым голосом потребовал Локи, сильнее сжимая бархатную ткань на резных подлокотниках. Он достиг точки кипения. Я подводила его к опасной черте, за которой лишь злость и едкие обидные слова. - День близится к концу, - прочистив горло, наконец, ответила я. - Лучше перенести тренировку на завтра. - И упустить больше бесценного времени? Тебя ожидает испытание. И ценой неудачной попытки может стать жизнь. Кажется, ты не осознаешь всю степень ответственности. Отложи все свои обиды и поступи здраво, если желаешь, чтобы я обращался с тобой не как с ребенком, которого следует лишь поучать и направлять. - Помимо обучения военному искусству, у меня предостаточно дел. Локи расправил плечи и тихо расхохотался. - И какие же заботы и хлопоты одолевают тебя, позволь поинтересоваться? Ты с самого утра трудишься в поле, не поднимая головы? Стоишь от заката до рассвета у раскаленного очага, приготавливая пищу? Или, быть может, тебе поручено следить за дюжиной младенцев? - язвительным тоном спросил он. - Нет. Ничего из этого не делаешь. Ты просто сидишь в своей спальне и томно вздыхаешь, изображая из себя униженную и оскорбленную. Ты даже никаким рукоделием не занята. - Хочешь сказать, что я нахлебник, от которого нет никакого прока? - выпалила я. - Чего ты добиваешься? Желаешь вызвать у меня муки совести? Знай, если этого потребуют обстоятельства, я выйду вместе со всеми в поле и буду трудиться до самого последнего луча солнца, а если возникнет нужда в кухарке, то и у котла постоять смогу. Я два века прожила в Мидгарде, если ты думаешь, что я все это время спала на пуховых перинах, то ошибаешься. Я работала наравне со всеми смертными так, что не тебе меня упрекать в тунеядстве. Мне не чужда любая работа. - Да, но сейчас ты спишь на пуховых перинах и ни в чем не нуждаешься, - напомнил Локи. - Я не желала такой жизни. Мне было достаточно того, что я имела на Земле, но… - Но долги семьи и бедственное положение твоего любимого королевства вынудили тебя променять тихую мирную жизнь на золотую клетку, став вечной пленницей у Одина, - перебил он меня, сделав изящный взмах рукой. - Не стоит. Я уже слышал эту красивую легенду. - Легенду? - возмущенно переспросила я. Локи кивнул и неспешно прогулялся по комнате. - Благородная и милосердная принцесса стала разменной монетой в жестокой политической игре и теперь вынуждена томиться в высокой башне, коротая свои дни и вечера в одиночестве. Очень романтично, но весьма банально. Конечно, безусловно, трогает сердца простого народа, но не более того. - То есть, я двуличная? - уточнила я. - Я ничего не имею против романтического эпоса, умело сложенного восторженными фрейлинами. Правда, ты упускаешь один важный и очевидный момент в наших отношениях - я слишком хорошо тебя знаю. Ты умеешь быть практичной и весьма предприимчивой натурой, когда желаешь добиться определенных результатов, - ответил Локи. - К чему ты клонишь? - недоумевавшим тоном спросила я и повернулась на кресле, наблюдая за его бесцельными блужданиями по спальне. - Признайся, согласится на политический брак было самым эффективным и надежным способом, чтобы решить все твои проблемы и избавиться от государственного долга. Я открыла рот изумления, издав непонятный возглас от возмущения. Локи упрекал меня в малодушии. - Ванахейм мог лишиться независимости и стать колонией Асгарда. - И что с того? Ты все равно проживала в Мидгарде. Тебе дела не было до родного царства. - Думаешь, мной двигали другие мотивы? Локи пожал плечами. - Тебе лучше известно о своих мотивах, - ответил он. Я окинула его с ног до головы. Возникла недолгая пауза. В мыслях ясно промелькнул один вполне себе очевидный факт, который до этого момента почему-то никак не хотел становиться таковым. - Какое тщеславие, - заключила я. Локи свел брови к переносице. - Серьезно, я и подумать не могла, что нанесу такой серьезный удар по твоему мужскому самолюбию. Ведь тебя злит вовсе не то, что я пошла на предательство, растоптав все детские воспоминания о былой дружбе, а как именно поступила с тобой. Я ведь действительно могла провести ночь в твоих покоях, но все это было лишь представлением в угоду публике. Ты рассчитывал, что я приду к тебе и стану умолять о браке. - Ты так и сделала, - сухо заключил он. - Да, но явно не таким образом, которого ты ожидал. Все считают, что я до беспамятства влюблена в тебя, а ты такой благородный принц, взявший в меня в жены из жалости. Женщины испытывают чувства глубокого уважения и восхищения к тебе, мужчины завидуют той страсти и пылкости, которая якобы толкает глупую провинциальную принцессу в объятья трикстера каждую ночь, и с которой он волен делать все, что пожелает. Еще одна красивая легенда, но это вовсе не так. И это тебя бесит. Правильно? Ты бы куда меньше переживал, если бы дворцовые сплетни роднились с реальностью. - Я уже говорил, что твоя любовь принесет куда больше хлопот, нежели ненависть ко мне, - быстро проговорил Локи, сжимая кулаки. Я издала короткий смешок. - Что за юношеский максимализм и желание влюбить в себя всех женщин? Неужели тебе недостаточно моей бедной сестры и фрейлин? Локи расплылся в лукавой усмешке. - Считаю, если ты, уж, взялась играть определенную роль, то играй ее до конца. Никто не просил изображать из себя лишенную рассудка принцессу от безумной любви, но ты легко приняла данный образ, так изволь выполнять определенные действия, иначе твое поведение идет в разрез со всеобщими заблуждениями. - Только не говори, что желание завести наследника связано с тем, чтобы окончательно упрочить представления о наших отношениях? Мотивы касательно защиты Фенрира более благородны и высоки, нежели попытка потешить самолюбие, - язвительным тоном подметила я. - Опять же. Одно другому не мешает, - прошелестел он. - Не собираюсь ложиться с тобой в постель, только ради удовлетворения твоего раздутого эго, - поморщив нос, проговорила я. Локи окинул меня хитрым взглядом, облокотившись на комод и скрестив руки на груди. - И собственного желания? - словно прочитав мои мысли, добавил он и соблазнительно облизал губы. Я вспыхнула от столь откровенного вопроса. Возникла напряженная пауза. Я собиралась с мыслями. - Мне вовсе не требуются помощники, дабы существовать с ним в гармонии, - в конце концов, честно призналась я. Локи изящно вскинул одной бровью. Был удивлен? - Отрицание не означает гармонию Сигюн, - словно желая убедиться в моей раскованности, уточнил он. - Существует много различных способов, чтобы унять влечение. Думаю, тебе о них прекрасно известно, - с вызовом произнесла я. - И какие же предпочитаешь ты? - лукавым тоном допытывался Локи, наблюдая за танцем оранжевого пламени в камине. - Всего понемногу, - выждав несколько мгновений, поведала я. Он прикусил нижнюю губу. - Возможно, это станет для тебя открытием, но чтобы завести ребенка вовсе не обязательно делить ложе на двоих, - поведал Локи. - Предлагаешь инновационные методы? - съязвила я. - Если столешница или же ковер возле очага кажутся тебе инновационными методами... - игриво проговорил он. - Столешница или ковер? - обдумывая каждое слово, медленно переспросила я. Его бесцеремонность в беседе и собственнический взгляд вызывали напряжение в теле. Локи одобрительно кивнул. - Это все твои фантазии касательно меня? - парировала я. Кажется, мы флиртуем. Или же вновь пытаемся обыграть друг друга в словесной дуэли? - Всего лишь несколько вариантов. Я ничего не имею против твоих предложений. Чего хочешь ты? Я возвела глаза к потолку. Пытаемся обыграть в словесной дуэли. Локи решил проверить, насколько далеко я готова зайти в данной беседе. Он слишком самоуверен в себе. - Твои варианты слишком… - начала я, но немедленно осеклась, проследив за траекторией взгляда Локи. Он упал на подарок от поэта, а затем длинные пальцы потянулись к небольшой записке, мирно покоящейся рядом. Предпринимать какие-либо действия стало поздно и бессмысленно. Локи прочитал послание и вновь посмотрел на меня. В зеленых глазах тут же погасли веселые огоньки. Озорное настроение улетучилось вмиг. Сердце пропустило удар. Я сжалась в кресле, ожидая возмездия. - Женщины... вы всегда предпочитаете настоящим поступкам сладкие речи и грезы, таким образом лишая самих себя истинного наслаждения, - разочарованно произнес Локи. - Скажи, он хотя бы хоть раз пытался перейти от лестных словечек к честным прикосновениям? От возмущения я зашвырнула к трикстера яблоком, которое лежало в деревянном блюде. Трикстер ловко схватил фрукт на лету и спрятал его в ладонях, вновь расплывшись в луковой улыбке. - Изволь выбирать выражения, - грозно произнесла я. - Не забывай о приличиях. Захотелось поведать о поцелуе, но я быстро прикусила язык, скорей опасаясь быть высмеянной, нежели уличенной в предательстве. Вряд ли Локи считает это непростительными прикосновениями. С его-то прошлым и богатой личной жизнью, полагаю. - Приличия? Мне казалось, что мы еще несколько минут назад оставили всякие приличия? - с наигранным удивлением спросил Локи и вдохнул аромат красного яблока, поднеся его к самым губам. Я развернулась обратно к зеркалу. Повисла давящая тишина. Мы несколько мгновений думали каждый о своем. - Что же за беседа такая, которая требует таких извинений? - полюбопытствовал Локи. - Хотя не отвечай. Я догадываюсь. Наш бравый воин опять предлагал тебе бежать и предупреждал, с каким тираном и негодяем ты связала свою судьбу. - Что значит "опять"? - Надо быть непроходимым тупицей, чтобы не предугадать поступки твоего горемыки-любовника. - Бальдр мне не любовник, - сердито поведала я. - Разве не о его поцелуях и ласках ты мечтаешь, когда скрываешься в своих покоях? - прошелестел Локи. - И разве не для этого оставила платок в моей спальне? Я не переменю своего решения. Я не даю свое разрешение на данную связь, - пригрозил он. Я промолчала. - К своему несчастью, наш поэт слишком труслив и слаб, чтобы пойти на какие-либо решительные меры. Все его слова остаются лишь словами. Как, впрочем, и твои. Вы схожи в этом. Ты не способна на измену. - Да, но не по этой причине, - сказала я. - Я слишком уважаю себя, чтобы опускаться до такой низости. Локи бросил на меня пристальный взгляд. - А я способен на измену? Как ты считаешь? - немного помедлив, спросил он. - Мне нет никакого до этого дела, - соврала я. - Ты волен поступать так, как заблагорассудится и в меру своих принципов. - Полагаешь, измена может быть вызвана только отсутствием духовных принципов? - Скорей нормы морали, - уточнила я. - Сразу видно, что ты никогда не была подвержена страстным чувствам. Тебе известна детская влюбленность, не более того, - заключил Локи, словно прочитав мои недавние мысли. - У страсти разные обличья, порой она граничит с безумием. Также она весьма опасная и легко воспламеняющаяся субстанция, которая склонна быстро обращаться в пепел. После нее ничего не остается, кроме горстки золы и горького послевкусия. - Цитировать заумные книги ты научилась безупречно, - язвительно подметил он. - Скажешь, что это не так? - буравя его сердитым взглядом, спросила я. Локи отложил яблоко и принял задумчивый вид. - Но это стоит того, чтобы сгореть или сойти с ума. - Любовь не приносит страдания и боль, все остальное же является зависимостью и душевной болезнью. - А как же безответная любовь? - продолжил свой философский расспрос Локи. - Это всегда зависимость одного человека от другого и не желание осознавать простую истину, что тебя не принимают таким, какой ты есть. - Почему же не последуешь этим разумным доводам и не оставишь, наконец, поэта в покое? - прошелестел он. - Я никоим образом его не тревожу. - Тогда к чему все эти подношения? - указав на коробку конфет, поинтересовался Локи. - Разве я могу запретить мужчине дарить подарки? - недоумевающе пожав плечами, ответила я вопросом на вопрос. - Кстати, о подарках, - припомнил он, достав из внутреннего кармана своей куртки скрученный листок бумаги с гербовой печатью. - Я распорядился, чтобы казначей выделил нужную сумму, которая потребуется на восстановление летней резиденции в Ванахейме. Ты можешь забрать деньги уже сегодня. - Всегда считала, что подарки не предполагают взаимовыгодной сделки, - недовольно проговорила я. - Их дарят от чистого сердца, не преследуя корыстные цели. - Ты сама обернула мой благородный порыв в корыстную сделку, - улыбаясь, припомнил Локи. - Не стоило обозначать цену. - Меня не устраивают условия. Он ухмыльнулся. - Рано или поздно подданные все равно потребуют наследника. - Никто не вправе требовать такого, - злобно произнесла я. Локи шумно выдохнул, сдерживая раздражение. - По всей видимости, воздух Мидгарда, насквозь пропитанный вседозволенностью, вскружил тебе голову, и ты, верно, позабыла о здешних порядках. Я отмахнулась от него. - Ты так об этом спокойно толкуешь, словно я отыщу тебе наследниках в саду Идун. Так, по-твоему? - спросила я, посмотрев на Локи. В небесно-голубых глазах застыл немой вопрос. - Полагаю все методы, помимо традиционного, в царстве бравых асов считаются варварскими и неверными? Конечно, у меня отсутствует какой-либо практический опыт в данном вопросе, но теоретические знания позволяют сделать один простой вывод. Появление наследника, точнее сам процесс, подразумевает под собой интимную близость, - быстро проговорила я. Лицо трикстера стало непроницаемым. Он превратился в фарфоровую статую. В таком виде сложно предугадать его мысли. - Как ты себе это представляешь? - задала я вопрос прямо в лоб. Тонкие губы расплылись в коварной улыбке. - Не нужно ничего представлять, - направляясь ко мне, ответил Локи. - Как ты правильно заметила, рождение ребенка предполагает процесс. Это действие, а не умственные изыскания. Ты вечно все усложняешь, - окончательно сократив меж нами расстояние, добавил он. Я вскочила на ноги, но отступать оказалось поздно, да и некуда. Сделав шаг назад, я уперлась спиной в столик, а прямо передо мной, преграждая путь, расположился Локи. Ловушка захлопнулась. - Что? Прямо сейчас? - глупо пошутила я, стараясь скрыть сильное смущение, но нервный смех выдал с головой. Я выгнулась немного назад, стараясь, таким образом, отстраниться от довольного трикстера. - Чего медлить? Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим. К тому же, ты практически раздета. Весьма удачный и редкий момент. - И этими словами ты очаровывал других девиц? - продолжила я сыпать колкости в его адрес. Локи пожал плечами и положил руки на мою талию, притягивая ближе к себе. В его глазах вновь вспыхнули веселые огоньки. - Я еще не давала согласие, - нервно сглотнув, сказала я. - Маленький нюанс, - прошептал он. - Думаю, он исчезнет в процессе. Я закрыла рот, не зная, что и ответить на такое. Длинные пальцы скомкали легкую ткань халата, грозясь скинуть его на пол. Мое дыхание участилось. Внутри поселилось странное чувство? Страх? Смущение? Желание? Что вообще происходит? Очередная шутка трикстера? Или Локи настроен абсолютно серьезно? К счастью, выяснить это так и не удалось, в этот самый момент дверь требовательно постучали. Сильные руки быстро исчезли, оставив после себя невидимые ожоги от прикосновений. Я резко выдохнула и успела кое-как ухватиться за край трюмо. Оказывается, я совсем не стояла на ногах, буквально обмякнув в его объятьях. Локи изящно изогнул одну бровь, осмотрев меня с ног до головы. - Войдите, - справившись с эмоциями, медленно проговорила я. В комнату порхнула златоволосая Фрейя. - Фрейя… с возвращением, - прошелестел Локи, расплывшись в лукавой улыбке. Я мрачно кивнула хранительнице покоев в знак приветствия. - Должен признаться, Ваше отсутствие в главном дворце сказывается на всех обитателях крайне негативно, - трикстер подошел ближе к асинье и запечатлел на ее руке галантный поцелуй. - Пообещайте, что больше не покинете нас. - Вижу, ты еще не успел избавиться от всей желчи этим днем, - парировала Фрейя. Локи изобразил на своем лице недоумение. - Если не верите мне, то поверите обязательно своей протеже, - кивнув в мою сторону, сказал он. - Сигюн даже нездоровится с самого утра из-за Вашего отъезда. Златоволосая асинья приняла обеспокоенный вид. Она немедленно прошла в комнату и окинула меня с ног до головы пытливым взглядом. - Это правда? Ты заболела, Сигюн? - в ее нежном голосе явно слышалось волнение. - Целительница Эйр уже осмотрела тебя? Я шумно выдохнула. - Это была просто неудачная шутка. Очередная, - поспешила пояснить я. Локи приподнял брови от удивления. - Следовательно, ты обманула меня, когда просила отложить тренировку в виду плохого самочувствия? - поинтересовался он. - Нет, - сухо ответила я. - Значит, тебя, действительно, одолела хворь? - не отступал Локи. - У меня мигрень. - Мигрень? Возможно, влияют ненастья за окном, - предположила Фрейя. - Причина кроется не в пасмурной погоде, - заверила я ее, прожигая взглядом Локи. - Тогда же чем вызваны твои головные боли? - немного помедлив, спросила она. Хранительница бережно взяла меня под руку. - Мешает один внешний раздражитель, - увернулась я от прямого ответа. Трикстер ухмыльнулся. - Если его убрать, то со мной все будет в порядке, - добавила я, не разрывая нашего зрительного контакта с Локи. - Ясно, - наконец, догадалась Фрейя. - Вы опять устроили ссору? - пожурила нас асинья. - О, так это я внешний раздражитель? - с наигранным удивлением заключил трикстер, старательно игнорируя вопрос хранительницы. Я коротко кивнула. - Возможно, мне следует оставить Вас, Ваше Высочество, чтобы более не усугублять состояние? - продолжил он сыпать колкостями. - Да, - коротко ответила я. - Буду крайне признательна. - Надолго? - Желательно. - Прекратите этот балаган, - потребовала Фрейя, встряв в наши пререкания. - Услышали бы вы себя со стороны, непременно постыдились вашего поведения. Мои четырехгодовалые сыновья и то ведут себя взрослее и умнее, чем вы оба. Я смущенно прикусила нижнюю губу. Возникла короткая пауза. - В любом случае, вынужден Вас покинуть. Меня ждут дела, которые более не требуют отлагательств. Я и так позволил себе задержаться в главном дворце из-за капризов Сигюн, - поведал Локи, первым нарушив тишину. - Какие еще дела? - недовольно спросила я. - Разве я не рассказывал о своей поездке на север Асгарда? Я отрицательно покачала головой. - Ни о чем таком ты даже словом не обмолвился со мной. - Фрейя, - трикстер галантно поклонился и направился к двери. Я немного растерялась, судорожно обдумывая новую информацию, но затем поспешила нагнать его в коридоре. - Сейчас вернусь, - сказала я хранительнице прежде, чем покинуть покои. - Подожди, - окликнула я Локи. - Зачем еще понадобилась эта поездка в горы? Он резко остановился возле лестницы и развернулся ко мне лицом. - Не вижу особых причин, чтобы отчитываться перед тобой о своих решениях, - бесцветным тоном проговорил он. - Ты два дня назад вернулся из Льесальвхейма, а теперь опять покидаешь чертоги Одина, - напомнила я. - Следовательно, это необходимо. - Это связано с твоим желанием отыскать лекарство для Фенрира? Именно из-за этого ты отравляешься на север? - подойдя ближе к Локи, поинтересовалась я. - Отчасти, - лукаво ответил он. - Что это значит? - Откуда столько интереса к моей персоне? Неужели, твои расспросы вызваны беспокойством за мою жизнь? Или быть может страхом перед предстоящей разлукой? - язвительно спросил трикстер. - Нисколько, - отрезала я. - Просто не хочу, чтобы из-за твоих личных дел пострадали другие, в том числе и твой собственный сын. Локи принял серьезный вид, стирая хитрую улыбку с фарфорового лица. - Будь спокойна за жизнь моего сына, - медленно проговорил он. Я машинально кивнула. Мы ненадолго замолчали, вглядываясь в лица друг друга. Я пыталась отгадать мысли Локи. Отыскать разумное объяснение его поступкам, но каждый раз натыкалась на ледяную завесу, которую мы так старательно выстраивали все это время. - Сколько на этот раз продлится твое странствие? - полюбопытствовала я более нейтральным тоном. - Мне неизвестно. - Фенрир очень тоскует, когда ты не рядом, - поведала я. Локи грустно улыбнулся. - Прекрати прикрываться моим ребенком, Сигюн, и перестань проецировать на него свои чувства. Я нахмурила брови. - Нет ничего зазорного, если ты признаешься, что будешь скучать по мне долгими осенними ночами, - игриво сказал Локи. - Зная твое богатое воображение, - добавил он полушепотом, намекая на мое откровенное признание касательно собственных желаний тела. Щеки загорелись от смущения. - Это настолько тебя волнует? - парировала я. Он лишь шумно выдохнул. По всей видимости, да. Это показалось соблазнительным. Я спешно отогнала данные мысли и прочистила горло. - Возможность отдохнуть от тебя - редкая привилегия, - заключила я, возвращая нас к прежней теме разговора. - Не пропускай тренировки, Сигюн, - неожиданно сказал он. - Иначе, это может обернуться для тебя крайне плачевно. - Ладно, - недовольно проговорила я. Опять Локи завел старую шарманку. - Пообещай мне, - потребовал трикстер. Я шумно выдохнула и бросила на него оценивающий взгляд. - Сигюн. - Даю слово. Это все наставления на сегодня? - Попрощаешься со мной? - Уже. Локи раздосадовано покачал головой. - Разве так жена провожает своего мужа в далекий путь? - весело спросил он. - В моей семье прощались именно так. Иногда матушка кидала что-нибудь тяжелое и безумно дорогое в папу, когда он в быстром темпе покидал дворец, а затем я не видела его несколько недель, - отшутилась я. Длинные пальцы неожиданно сомкнулись на подбородке, не давая возможности пошевелить головой. Сердце рухнуло вниз, когда наши лбы столкнулись, а горячие губы накрыли мимолетном, практически невесомом поцелуем. Они появились и исчезли настолько быстро, что я не успела осознать происходящее вокруг. Локи немного отстранился и помедлил. Я невольно закрыла глаза, изучая собственные чувства. Внутри взорвались фейерверки. Глупое сравнение, знаю, но на ум больше ничего не приходило. Я пребывала в непонятном состоянии испуга и восторга одновременно. Некоторое время я прислушивалась к раскаленному дыханию Локи, а затем сама подалась навстречу к ищущим губам, но было уже поздно. Он окончательно отошел в сторону, не давая возможности вновь прикоснуться к нему. Я не смела раскрыть глаз, словно опасаясь, что это мгновение окажется сном. Глупой фантазией и не более того. Локи осторожно заправил прядь моих волос за ухо, выбившихся из неопрятного хвоста, и сорвался с места, не проронив ни слова. Просто ушел. Холодный ветер ударил в лицо, остужая пылающую кожу и рассеивая остатки вязкой истомы. Расстояние меж нами я ощутила всем телом и весьма болезненно. Показалось, что какая-то часть меня удалялась вместе с ним. Я сделала шаг, но отыскала лишь промерзшую на осеннем воздухе пустоту. Собравшись с силами, я выдохнула и распахнула веки. Локи быстро спускался по лестнице. Мне удалось рассмотреть черные упругие локоны, покоящиеся на широких плечах. Он удалялся слишком быстро. Я ждала, что он обернется до самого последнего момента, пока его шаги не затерялись в бесконечных пролетах. Не обернулся. Он оставил меня посреди колючей тишины и непогоды. Я осторожно прикоснулась подушечками пальцев к собственным губам, на которых остывал его порывистый поцелуй. Что он значил? Настоящий ли? Или же это злая шутка? Месть? Есть ли в нем вообще хоть какой-то смысл? Возможно, таким нехитрым образом Локи давал пищу для размышлений. Попытался пробудить истинные желания. Признаться, собственное одиночество начинало утомлять. Все чаще я ловила себя на мысли, что невольно раздумываю над нашими отношениями, над нашим браком в целом. Рано или поздно нам с Локи придется стать нечто большим, чем политический союз. Он деликатно предупреждал об этом, сохраняя учтивую дистанцию. После моей унизительной попытки воспользоваться привилегией нерадивой жены и фиолетовым платком, Локи не затрагивал данную тему. Выжидал. А что теперь? Время пришло? Я обхватила себя за плечи, стараясь унять невесть откуда навалившуюся тоску и печаль. Размышлять здраво удавалось с трудом. Несколько минут бессмысленно потоптавшись в пустынном коридоре, я отправилась обратно в спальню, где дожидалась Фрейя. Хранительница покоев сидела в кресле, вглядываясь в хмурую даль сада. - Примерились или же окончательно разругались? - поинтересовалась она, не переводя взгляда. - Все в порядке, - прохрипела я, прикрывая за собой дверь. Дыхание было прерывистым и глубоким, словно я пробежала несколько миль без остановки. Златовласая асинья осмотрела меня с ног до головы. - Что случилось меж вами? - обеспокоено спросила она. Я пожала плечами, не решаясь сесть на диван. На место оцепенению пришло сильное волнение, которое грозило вырваться наружу. - Сигюн, чем он тебя обидел? - нахмурив брови, продолжала допытываться Фрейя. Я странно махнула рукой и начала расхаживать по комнате, бессознательно повторяя недавние маневры Локи. - Не желаешь говорить на данную тему? - догадалась она. - Это не важно. Все в порядке. Как прошла поездка домой? - перевела я разговор в другое русло. - Прекрасно. Сожалею, что пропустила торжество в поместье нашего главного судьи, конечно, но встречи с родными с лихвой скрасило разочарование по данному поводу. Кстати, тебе удалось насладиться праздником? Я скорчила непонятную гримасу, припомнив вчерашний инцидент в поместье Форсети. - Бал случился не без казусов, но в целом все восхитительно. Все было устроено с асгардской роскошью и местным колоритом. - Так-так… рассказывай, - обеспокоено сказала хранительница. - Глупости. Ничего серьезного. Просто я в очередной раз выставила себя непроходимой идиоткой и деревенщиной и чуть не испортила всем праздник. - Из-за этого Локи злится на тебя? - предположила Фрейя. Я отрицательно покачала головой. - Нет. Мой вчерашний провал скорей его позабавил. - Тогда в чем же причина вашей размолвки? Мне казалось, что вы нашли общий язык. Я молчала. Возникла томящая пауза. - Пусть так. Надеюсь, в скором времени вы опять обретете мир, - вздохнув, произнесла хранительница. Возникла недолгая пауза. - Локи хочет наследника, - не выдержав, выпалила я. Если честно, то мне не хотелось обсуждать нашу беседу с трикстером с кем-либо, но и хранить ее втайне от Фрейи было уже невыносимо. В конце концов, она могла бы дать дельный совет. - Здравая мысль, - помедлив несколько секунд, заключила хранительница. Я замерла на месте и встретилась взглядом с златоволосой асиньей. Она выглядела спокойной и непоколебимой. - Что ты так смотришь на меня, Сигюн? Надеюсь, не мне тебе объяснять, что брак предполагает наличие детей. - Да, но не в нашей ситуации, - нервно проговорила я. - Не вижу ничего особенного в вашем положении, скорей наоборот, наследник является неотъемлемой частью союза между принцем и принцессой. Это символ могущества царства и гарант безопасности. - Ты тоже обращаешь живое существо в разменную монету? - раздраженно спросила я. - Никто не запрещает тебе любить его всем сердцем. Дитя может быть желанным. - Только я его не желаю. Ни Локи, ни наследника от него, - старательно избегая слово «ребенок», ответила я. - Не достоин, да? - язвительным тоном поинтересовалась Фрейя. - Не в этом дело. - А в чем тогда, Сигюн? Я шумно выдохнула и, наконец, присела на диван, из-за сильных переживаний комкая мягкую ткань своего халата. - Все как-то не так. - Оставь сказки в детстве. Ты все мечтаешь о какой-то немыслимой любви, чувствах и радужных днях. Жизнь порой бывает жестокой с нами, но тебе грех жаловаться. Ты в тепле и достатке. Рядом с тобой настоящий мужчина, который стоит нескольких простаков, о которых ты грезишь. - Возможно, но это ничего не изменит. - А что ты так отчаянно хочешь изменить? - спросила Фрейя. - Между мной и Локи ничего нет. Мы едва ли можем назваться старыми приятелями. Я знакома с ним всю свою жизнь, но совершенно не знаю его. - Ты даже не пытаешься. Я отрицательно покачала головой. - Сомневаюсь, что он когда-нибудь дозволит мне узнать себя, - с неприкрытой грустью в голосе произнесла я. - Ты представить не можешь, насколько мы далеки друг от друга. - Это неправда. Думаю, для Локи ты самый близкий человек сейчас. - Иллюзия. Все привыкли, что мы с детства рядом, поэтому и воспринимают нас, как закадычных друзей. Ничего подобного нет. Он холоден, как никогда прежде. - Сомневаюсь, что при таких обстоятельствах Локи бы стал связывать вас общим ребенком. - Вынужденная мера. Всего лишь попытка защитить Фенрира. Локи полагает, что таким образом обезопасит его. - И он опять прав. Законный наследник действительно упрочит положение мальчика. Никто не посмеет его обидеть и будет еще лучше, если ты признаешь Фенрира сыном, а не будешь изображать абсолютно постороннюю женщину в его жизни. - У него есть мать. Она жива и здорова. Я не собираюсь отнимать у Ангрбоды ребенка. Я уже отняла у нее любимого человека. Этого более чем достаточно, чтобы возненавидеть меня, - быстро проговорила я. Фрейя издала недовольный возглас, отчаянно взмахнув руками. - Твое глупое стремлением всем угодить и казаться хорошей раздражает. - Я беспокоюсь о чувствах других людей, в первую очередь о чувствах Фенрира. Представь, что с ним случится, когда он узнает, что мы окончательно вычеркнули из его жизни мать? - Хочется напомнить, что принцесса Железных лесов сама отослала его в Асгард к отцу и таким образом отказалась от него. - Да, но Фенрир не осознает этого. Он верит и надеется, что она когда-нибудь вернется за ним. Если я приму его, как сына, а не пасынка, то Ангрбоде не дозволят даже увидеться с ним, - пояснила я. - Со временем мальчик свыкнется с положением дел, и будет благодарен. - Едва ли, - медленно произнесла я. Мы обменялись с Фрейей сердитыми взглядами и замолчали. Разговор никак не хотел складываться. - Кстати, о Фенрире, - более веселым тоном сказала я. - Тебе не кажется, что Локи слишком опекает его и ограничивает в действиях? Порой, он целыми неделями держит его взаперти в покоях. - Он его отец. Ему лучше знать, как следует поступать в данном случае. - Это не так. Я понимаю, что чрезмерная строгость вызвана опасением за здоровье сына, но Локи только усугубляет его состояние. Фенрир совсем нелюдимый, практически дикий. Так волчья натура еще больше укрепляется. - Что ты предлагаешь? - сдалась хранительница покоев. - Фенрир мечтает о поездке за пределы дворца. - Исключено. Локи не дозволит. - Знаю, но он уехал на север, а когда вернется, то все будет уже сделано. Как только распогодится, я с Тором устрою конную прогулку для мальчика, мы покажем окрестности. Ничего не случится. Он будет под чутким контролем. Асинья покачала головой, приняв задумчивый вид. - Это пойдет только на пользу, - взмолилась я. Фрейя шумно выдохнула. - Пожалуйста, - не сдавалась я. - Он уже скоро выть начнет у вас. - Прогулка должна продлиться не больше трех часов. - Да! - радостно воскликнула я. - Поняла. То есть ты одобряешь ее? Она коротко кивнула. - Только я не ручаюсь за реакцию Локи. Разбираться со своим мужем будешь сама, - заверила Фрейя. - Конечно, - я резко вскочила на ноги. - Так я могу оповестить Фенрира? - Естественно, - расплывшись в лучезарной улыбке, ответила асинья. Я захлопала в ладоши от восторга. - Но перед этим я настоятельно рекомендую привести себя в надлежащий вид, - указав на мой халат, посоветовала хранительница. Последующие две недели в отсутствии Локи выдались очень непростыми, напряженными и полными сильных переживаний. По ночам меня долго мучили кошмары, которые уходили прочь в предрассветную пору. Удавалось заснуть с первыми лучами солнца, которые проникали в комнату. Я долго крутилась в огромной постели, стараясь найти наилучшее положение в пространстве. Тщетно. Кровать казалась абсолютно холодной и пустой. В конце концов, я перебралась на диван возле камина, где до самого утра тлели сухие поленья. Треск сгорающего в желтом пламени дерева успокаивал, навевая приятные воспоминания. Правда, это не спасало от ужасных сновидений. Мне мерещились безжизненные коридоры главного дворца, окутанные густым туманом и погруженные в кромешную темноту. Чертог Одина выглядел совсем иначе, чем наяву. Обветшалый, покинутый и пугающий. Кругом произрастал пожелтевший плющ и дикая трава, которая больше не пахла мятой и корицей. Деревья в саду Идун потеряли листву. Голые ветви переплетались меж собой, рисуя в грязно-сером небе причудливые узоры. Я плутала по длинным переходам и лестницам, словно по лабиринту, силясь отыскать выход. Сбежать поскорей от гнетущего безмолвия. Наверно, это являлось отражением моей неспокойной и мятущейся души на данный период времени. Сюжет сна оставался практически неизменным. После долгой прогулки по безликим помещениям я так или иначе оказывалась в полуразрушенной тронной зале. Возле поваленных колонн мне удавалось отыскать Локи, точнее я видела его удаляющуюся спину. Он уходил прочь, оставляя меня на пустыре, где сгущаются тени. Я пыталась догнать трикстера, пыталась кричать, правда, из груди вылетал только приглушенный крик. Локи ничего не видел и не слышал. Я бежала за ним, звала, но в какой-то момент острая тугая боль сбивала с ног. Хватая ртом ледяной воздух, я падала на каменный пол, сжимая руками заметный живот, и в этот момент неожиданно для себя осознавала, что жду ребенка. Затем опять тьма. Чьи-то руки резко выхватывали меня из нее и опускали на кровать. Тронный зал сменялся лазаретом, где властвует Эйр. Помимо целительницы рядом также возникали Тор, Всеотец, Амора, мама и Локи. Он стоял намного дальше от остальных, как будто прячась за их спинами. Я с трудом двигала руками, пытаясь ухватиться за простыни. Все мысли сосредотачивались на опоясывающей боли. У меня начинались схватки, точнее некое их подобие. Время принимало странный оборот. Я не могла точно подсчитать, сколько именно длился этот кошмар. Он заканчивался самым худшим образом – у меня забирали младенца, несмотря на крики, просьбы и отчаянную мольбу. Ребенка спокойно пеленали в шелковое покрывало и уносили в другую комнату. Тогда я взывала к Локи. Он оставался безучастным, а затем сам выходил, прикрывая за собой тяжелые двери. После пробуждения я долго приходила в себя. Мелкая дрожь пробивала до костей, а на глазах стояли горькие слезы. Я силилась припомнить лицо женщины, забравшей моего ребенка. Образ стирался мгновенно. И это практически сводило с ума. Я постоянно старалась подыскать полезное занятие и переключиться на нейтральные размышления, а не тонуть в надуманных страхах и волнениях. Сумасбродное решение матушки о реконструкции летней резиденции пришлось весьма кстати. Я с головой погрузилась в эскизы и чертежи мастеров. Я часто переписывалась с ней, обсуждая материальные расходы и высказывая мнение касательно тех или иных изменений в облике дворца. К счастью, матушка мирилась с моим участием и даже иногда прислушивалась к просьбам. С Фенриром также наметились значительные перемены. Он казался абсолютно счастливым, узнав о дозволении на конную прогулку. Фрейя тут же приказала сшить для него удобный камзол и объездить лошадь, которую он сам лично выберет для скорой поездки. Теперь оставалось дождаться благоприятной погоды. Проливные дожди и промозглый ветер никак не хотел покидать столицу Асгарда. Мы замерли в ожидании теплых деньков, уповая на милость природы. Маленький волчонок нередко навещал меня, принося с собой цветные карандаши и краски. Я даже обратилась с просьбой к Фенриру, попросив нарисовать несколько мебелированных комнат для летнего дворца. Он с большим энтузиазмом принялся за данную работу. Во время творческого процесса я либо играла на фортепьяно, либо читала ему вслух сказки. Правда, моя манера преподносить информацию из книг почему-то пугала и вызывала недовольство у Фрейи. Она боялась, что мальчик не усвоит из истории мораль и не возьмет из них важные советы. Я постоянно коверкала слова, изменяла предложения и отпускала язвительные комментарии, касательно поведения персонажей. Черноволосый принц забывал о рисовании и смеялся во весь голос. Мне нравилось его смешить и видеть Фенрира веселым и беспечным. Хмурая морщинка над переносицей практически разгладилась и исчезла. Не знаю, что именно повлияло на наши отношения, возможно, обещание касательно его матери или же просто прошло должное время, но теперь он не бросал сердитые взгляды и не избегал со мной встреч. Мы прогуливались по саду, вместе обедали и ужинали, а вечером я пела колыбельные, наблюдая, как он погружается в царство Оле Лукойе Я старалась никогда не оставаться одна в комнате. До самого заката я находилась среди толпы. Меня окружали веселые фрейлины и шумные асы. Тренировки с Сиф начали приносить небольшие успехи. Я больше не выглядела столь неуклюже, обращаясь с деревянным мечом. Черноволосая красавица была преисполнена чувством гордости за самую неудачную ученицу в своей жизни. Я послушно выполняла одно единственное наставление Локи и постигала искусство воительницы, чтобы с достоинством пройти последнее испытание, до которого оставались считанные дни. Чтение и музыка служили еще одним способом для отвлечения мыслей. Я изо всех сил заставляла себя не думать, точнее просто-напросто не вспоминать. Не вспоминать о том мимолетном поцелуе, но он врывался в сознание, подобно летнему ветру в приоткрытые окна, создавая полную сумятицу вокруг. Я совсем потерялась в нем. Если бы не мой явный дефект, скрывающий меня от всех чар, то я непременно решила, что Локи наложил какую-то сильную магию, но поскольку это невозможно, то оставалось разбираться в собственных чувствах. Я постоянно сравнивала этот поцелуй с пылким поцелуем Бальдра. Сравнивала ощущения, но никак не могла отыскать ответ на один простой вопрос. Почему он вызывал во мне столько переживаний? Поскольку являлся первым? Но ведь мы уже целовались. На церемонии, когда давали брачные клятвы. Тогда все казалось ясным и само собой разумеющимся. Мы целовались, поскольку должны. А что же сейчас? Сначала я решила поговорить об этом с Локи, даже выстроила беседу в своей голове, но затем отложила эту затею. Она показалось глупой и детской. Обсуждать поцелуй с мужчиной, у которого есть ребенок. Смешно. Вряд ли это является чем-то важным для него. В итоге я пришла к выводу, что придаю слишком большое значение данному событию. В тот день трикстер много язвил, скорей всего, это стало еще одним способом выбить меня из колеи. И когда же все стало настолько запутанно и сложно? Я надеялась приписать терзающие чувства к постоянным рассуждениям о ребенке и к нашим непростым взаимоотношениям с Локи. Являлось ли это истиной причиной? Или дело во мне? Неужели, я и в правду влюбилась в собственного мужа? Это принесет столько проблем. Локи прав, я вечно все усложняю. Каждый день я надеялась, что вернусь к обычным переживаниям. Камни бесконечности, расточительство матушки, влюбленный Бальдр, но я просыпалась и засыпала с мыслью о Локи. Это стало привычкой. Постоянно думать о нем. Переживать. И даже тосковать. Я медленно и верно шла ко дну бездны. В начале третьей недели порог главного дворца переступила лучезарная Раннвейг. Оказалось, грядет еще одно грандиозное торжество в Асгарде - День Плодородия. По случаю праздника было решено устроить настоящий маскарад. Вся прелесть данного события заключалась в том, что девушки лично приглашали кавалеров, отправляя анонимные послания. И в этом же крылась главная проблема - тебе не дозволялось пригласить на бал своего мужа или жениха. В связи с этим Раннвейг слезно умоляла меня стать парой для Бальдра, опасаясь, что его могут пригласить тайные поклонницы, которые непременно попытаются вскружить поэту голову. По видимости, красавица даже не предполагала о попытках аса вновь добиться моего расположения. - Прошу, не откажи мне в данной просьбе, - не сдавалась Раннвейг, следуя за мной по пятам в библиотеке. Я отрицательно покачала головой и отошла к другой полке. Мне захотелось отыскать сборник мидгардских сказок для Фенрира. Асинья настигла со своей просьбой в самый неподходящий момент. - Боюсь, я ничем не смогу помочь. Дело в том, что мне скоро придется покинуть столицу. Матушка выстраивает летнюю резиденцию в память о нашем короле, и я хочу принять участие, поэтому некоторое время я проведу в Ванахейме, но ты можешь обратиться с этой просьбой к Гейре или Лив. Это дочери Форсети и мои верные помощницы, - ответила я. Конечно, причина скрывалась совсем в другом, но ей знать об этом совершенно необязательно. Я не желала проводить с Бальдром целый вечер. - Нет. Прости, Сигюн, но я не могу им доверять. Они слишком молоды и беспечны. Я ухмыльнулась, изучая пыльные книги, стоящие на верхней полке. - А я, следовательно, стара и разумна? Раннавейг залилась румянцем от смущения. - Прости, я не так выразилась. Просто, практически все асиньи мечтают о свадьбе, а Бальдр самый завидный жених, - пояснила она. - Как и все влюбленные девушки, ты слишком преувеличиваешь достоинства объекта воздыхания. Во дворце предостаточно свободных мужчин, на которых будут вести охоту свободные фрейлины и баронессы. Думаю, первым кандидатом станет Тор, - поспешила я успокоить ее. - К тому же, Бальдр повязан с тобой определенными обязательствами. - Это не помешает им, - пробурчала девушка, скрестив руки на груди. - Тогда обратись с просьбой к Фрейе. Раннавейг просияла, а затем приняла раздосадованный вид. - Не думаю, что она согласится. - Я могу с ней поговорить, - предложила я свою помощь, лишь бы не отправляться на бал под руку с поэтом. - Правда? Ты можешь? - с надеждой в голосе спросила Раннвейг. Я коротко кивнула. Что за детский сад? Это недоверие к собственному избраннику со стороны асиньи просто поражало? Хотя, у нее были на это все основания. - Буду крайне благодарна тебе, - выдохнув с облегчением, сказала невеста Бальдра. Я промычала что-то нечленораздельное, отгоняя воспоминания теперь уже о поцелуе с поэтом. Совесть грызла изнутри. Раннвейг слишком добра ко мне. Я этого не заслуживаю. - Ты никак не сможешь отложить поездку? - поинтересовалась она скорей из вежливости. - Нет, - сухо отрезала я. - Праздник обещает стать грандиозным и великолепным, - добавила она. - Не сомневаюсь. Раннвейг прикусила нижнюю губу, словно сомневаясь, стоит ли вообще продолжать беседу, но любопытство пересилило стеснение. - А Локи уже поступили анонимные приглашения? Я пожала плечами. - Не знаю. - Как же так? - недоумевала девушка. - Ну, я же не его советник, чтобы заниматься корреспонденцией, а… - замолчала я, не решаясь произнести слово «жена». - Неужели, ты не боишься, что его попытается очаровать какая-нибудь ветреная особа? Я отложила поиск книги и окинула Раннвейг серьезным взглядом. - Да, брось? Он уже привел внебрачного сына. Асинья коротко хохотнула, а затем прикрыла губы ладонью. - Прости. Я махнула рукой. - Все в порядке. Не думаю, что он сможет меня чем-то поразить? Хотя интрижка с каким-нибудь статным асом стала бы неожиданностью, - вновь отшутилась я. Щеки Раннвейг стали пунцовыми от стыда. - Это же Локи. Разве от него можно ожидать каких-то разумных вещей? - быстро проговорила я. - Желаю прекрасно провести время. И не переживай, я проговорю с Фрейей. Она не подведет. - Может, мне пригласить Локи? - Твое право. - Неужели тебе совсем неизвестна ревность? Девушка выглядела обескураженной. - Ревность не приносит никакого толка. Она ровным счетом ничего не изменит, - пояснила я. - Возможно, - невольно согласилась со мной Раннвейг. - Была рада с тобой увидеться, - изобразив на своем лице некое подобие дружелюбной улыбки, сказала я, тем самым пытаясь подытожить нашу беседу. - И я. Надеюсь, в скором времени, ты навестишь нас с Бальдром в поместье моего отца. - Конечно, - немного не подумав, выпалила я, но в это же мгновение поспешила добавить. - Как только закончу все свои дела. Раннвейг улыбнулась. Я кивнула на прощание, схватила нужную книгу с полки и отправилась в покои Фенрира. Погода выдалась солнечной и теплой для поздней осени. Деревья стояли в желтых нарядах, сбрасывая листву на темную землю, а на ярко-голубом небе проплывали кучевые облака, изредка заслоняя солнце. В связи с этим Тор принял решение отправиться на прогулку именно сегодня. Не стоит пренебрегать таким прекрасным днем в череде пасмурных будней. Маленький волчонок с самого утра буквально сиял, собирая походную сумку в дорогу. Посовещавшись с громовержцем, мы решили устроить пикник на той самой опушке, где открывался чудесный вид на главный дворец. Простирающийся пейзаж должен был впечатлить мальчика и унять тревоги. По дороге в покои принца пришлось зайти еще и на кухню, чтобы забрать плетеную корзинку с припасами на день. Хоть Фрейя и взяла с нас слово, что мы вернемся не позднее обеда, никто особо не собирался выполнять данное обещание. Фенрир слишком долгое время провел взаперти, да и меня дворцовые своды начинали вгонять в тоску. Когда все формальности были исполнены, а лошадей снарядили в путь, мы втроем отправились к тенистому лесу. Признаться, я немного переживала за состояние Фенрира. Его переполняли эмоции. Как бы это пагубно не сказалось на волчьей натуре. Ведь не только страх и ярость питает волка, но вообще любые сильные чувства. Увидев испуганное лицо мальчика при виде асгардских просторов, мои опасения усилились. Перед ним открылся целый мир, наполненный звуков, запахов и неизвестных вещей, которые доселе от него скрывали. Он крутил головой в разные стороны, с восторгом разглядывая каждое дерево, каждое живое существо и растение. Я уже начинала сожалеть о содеянном, и мечтала поскорей вернуться в чертоги Одина. Возможно, я переоценила собственные силы и состояние маленького принца. Все оказалось не так страшно. Фенрир быстро адаптировался к новым условиям. Удивление сменилось интересом. Спустя несколько минут он уже не выглядел таким обескураженным и напряженным, ловко управляясь с вороным конем. В основном мы шли по проторенным тропам, где изредка попадались валуны и поваленные деревья. Да и простых жителей мы практически не повстречали. Все были заняты в деревне или городе, занимаясь поздним урожаем. Поездка заняла практически целое утро. Мы преодолели несколько миль, пересекая убранные поля пшеницы и густой лес, постоянно путешествия возле извилистой реки. Фенрир много говорил, повествуя о своем родном крае. Он подмечал различия Асгарда и Йотунхейма, а затем находил красоту в каждом из царств. Мы с Тором внимательно слушали его, изредка задавая уточняющие вопросы касательно того или иного явления. Через два часа перед нами открылся восхитительный вид на чертоги Одина. Фенрир находился в немом восторге. Он быстро спешился с лошади, и прогулялся вдоль обрыва, вглядываясь в синюю даль. Я ходила следом, подобно курице-наседке, переживая, что он может ненароком свалится вниз. Волчонок совсем позабыл о своих страхах, наслаждаясь минутами свободы и безмятежности. Я прошлась вместе с ним по ближайшим окрестностям, собирая разноцветную листву под ногами. Фенрир увлекался коллекционированием растений, высушивая различные коренья и цветы. Он тщательно осматривал их, заносил размеры и особенности в тетрадь, после складируя их в небольшом деревянном ларце. - Нам следовало взять с собой Сиф, - заключила я, когда Тор помогал мне расстилать теплое покрывало на высохшей траве. Солнце достаточно прогрело землю, и испарило напоминания о вчерашнем ливне. - И Фандрала с Вольштаггом. Думаю, они бы не отказались от такого отдыха. - Еще чего, - ревностно произнес Тор, перекидывая из руки в руку грозный Мьельнер. - Они бы создавали много шума. Я расплылась в веселой улыбке. Громовержец не желал ни с кем делить мгновения, проведенные вместе с племянником. - К тому же, потребовался целый обоз с провиантом, чтобы прокормить всю нашу компанию, - добавил белокурый воин, сняв с себя темно-синий плащ и усевшись на плед. - Еды и так не хватит. Ты же решил составить нам компанию, - язвительным тоном подметила я. Рядом послышался звонкий смех Фенрира. Он повалился рядом с Тором, придерживая в руках целую охапку красно-желтых листьев. - Здесь водятся феи? - полюбопытствовал маленький принц. - Конечно, кругом лес. Прекрасный дом для фей, - заверил его Громовержец. - Здорово! А мы отправимся искать их? - Скоро наступят заморозки, думаю, они спешно порхают по лесу в поисках пропитания на долгую зиму, не стоит их беспокоить, - подмигнув, ответил Тор. Я улыбнулась и опустилась на колени. Лучи осеннего солнца все еще ласкали теплом, а легкий ветер нежно игрался волосами, принося с собой пряные запахи ягод и поздних цветов из долины. Птицы парили высоко в небе, собираясь в строгие клинья, чтобы отправиться на юг. Природа действительно готовилась к первому снегу и холодам. - Чем же ты нас собралась поччевать? - поинтересовался белокурый воин, потянувшись к плетеной корзине. Я перехватила его огромную руку. - Мы же только приехали? - возмутилась я. - У меня желудок крутит от голода, - недовольно проговорил Громовержец. - И у меня! - громко воскликнул Фенрир. Воспользовавшись моим замешательством, Тор перехватил мое запястье и резко потянул на себя. Я упала на покрывало. - Хватай еду, пока я ее держу, - с трудом сдерживая смех, указал Громовержец волчонку. Фенрир громко расхохотался и поспешил поскорей выполнить наставления дяди. Он сбросил небольшое полотенце с красной вышивкой и с интересом изучил содержимое корзины. - Здесь есть яблочный пирог, хлеб, фрукты из сада Идун, мясо и даже конфеты, - радостно заключил принц. Я попыталась выбраться из стальных объятий, но белокурый воин держал крепко. - С чего начнем? - поинтересовался Тор. - С пирога? - неуверенно предложил волчонок. - А мне полагается хоть какая-то доля из всего перечисленного? - спросила я. - Можешь съесть мясо, - предложил Громовержец. - Но я тоже хочу пирог и конфеты, раз уж зашла о них речь, - возмутилась я. Фенрир достал из котомки два куска яблочного пирога и неспешно передал один из них Тору, вернувшись на прежнее место. Возникла недолгая пауза, я наблюдала, как мужчины расправляются с десертом, который стал основным блюдом на сегодня. - Это нечестно, - пробурчала я. - Мы же оставляем тебе мясо - самый питательный продукт. Чем ты недовольна? Я задрала голову вверх, чтобы взглянуть на улыбающееся лицо Тора, активно поглощающего сочный пирог. До носа долетел терпкий аромат корицы. От таких ароматов и свежего воздуха у меня моментально образовалась слюна во рту. Из желудка донеслось тихое урчание. - Полагаю, хорошие манеры ты оставил в Мидгарде? - съязвила я. - Конечно. Не вижу смысла каждый раз путешествовать между мирами с таким ценным грузом, ненароком потеряю еще, - парировал Громовержец. - Хочешь персик? - коротко усмехнувшись, предложил Фенрир. Волчонок явно дразнил меня. Любимое занятие его отца. - Лучше передай ей скорей конфеты, иначе беды не миновать, - сказал Тор. - Почему? - удивленно поинтересовался маленький принц. - Пожалуется еще трикстеру, а мы потом будем голову ломать, как избавиться от какого-нибудь проклятия, - поведал Громовержец. - Верно, Сигюн? - Сколько можно припоминать тот случай? Это было всего лишь один раз, - сказала я. - О чем вы? - нахмурив брови, недоумевал Фенрир. Ему поскорей хотелось разузнать все секреты взрослых. - В детстве Сигюн часто прибегала к помощи Локи, когда случалась размолвка меж нами. - Не так уж и часто, - поспешила возразить я. - Да, но я прекрасно помню каждый случай. Спасибо изобретательности моего младшего брата, - усмехнувшись, проговорил Громовержец. - Расскажи, - практически потребовал волчонок. - Прошу. Тор бросил на меня вопросительный взгляд, а затем неуверенно начал повествование: - Помню, когда мы были примерно твоего возраста, Сиф и я отказались взять Сигюн с собой на конную прогулку, поскольку считали, что она слишком маленькая, чтобы отправляться в путешествие без взрослых. Сигюн так умоляла нас переменить свое решение, что нам пришлось пойти на обман. Мы слукавили, сказав Сигюн дождаться нас возле конюшен после обеда. На самом деле мы отправились утром, когда она спала. - Очень некрасивый поступок, - качая головой, заключил мальчик. Он как никто понимал, что означает такая уловка. - Согласен, но за него мы поплатились сполна, - заверил его Тор. - Локи отыскал Сигюн на конюшне всю в слезах, а когда я и Сиф вернулись с прогулки, то обнаружили, что вся наша одежда стала походить на обноски дворфов из подземелий. Так продолжалось несколько дней. Стоило нам прикоснуться к новой ткани, она тут же обращалась в грязные лоскуты. Над нами весь двор Ванахейма потешался. Я коротко хохотнула, припомнив те времена. - Она быстро смекнула, что недостаток лет и силы может сполна компенсировать могущественным волшебником. Всех неприятелей Локи жестоко наказывал, - поведал Громовержец. - Значит, ты была ябедой в детстве? - весело спросил Фенрир. Я отрицательно покачала головой. - Вовсе нет. Я просто делилась своими неприятностями с лучшим другом, не моя вина, что Локи уже был тогда способен постоять за себя и близких людей. - Вечно ты отыщешь ему оправдание. - Он же мой друг, - заключила я. - Мама говорит, что дружбы между мужчиной и женщиной не существует, - серьезным тоном поведал маленький принц. Я пожала плечами. - Каждый верит в то, что хочет верить, - помедлив, ответила я. - Мне кажется, люди способны дружить вне зависимости от пола и расы. В первую очередь душа дружит с душой, а не тело с телом. Это всегда встреча интересов, мнений и добрых мгновений, разделенных на двоих. Фенрир принял задумчивый вид. - Наверно, ты права, - согласился он после недолгих размышлений. - Как думаешь, а папа скоро вернется? - Не знаю. - Он ничего тебе не говорил? - с надеждой спросил волчонок. - Нет, к сожалению, нет. Я бы тебе непременно передала его слова, - заверила я Фенрира. Он тяжело вздохнул. - С Локи все время так. Он вечно странствует, не задерживаясь подолгу на одном месте, - успокоил племянника Тор. - Я подрасту и буду путешествовать с ним, - с уверенностью в голосе заключил принц. - Кто же будет охранять Сигюн? - Она будет дожидаться нас в поместье на берегу моря. Встречать и провожать корабли. Помнишь, ты говорила, что отправишься в тихое место? - ответил Фенрир. Тор нахмурил брови. - Тихое место? - переспросил Громовержец. - Да, вскоре Сигюн покинет главный дворец. Белокурый воин перевел на меня сердитый взгляд. - Что это значит? - Поговорим об этом позже? Ладно? - попросила я. - Это был секрет, да? Прости, - наконец догадался о своем промахе волчонок. - Ничего, - выдохнув, сказала я. - Возможно, я останусь в летней резиденции Ванахейма, когда его приведут в надлежавший вид. Там тоже есть и лес, и горы, и даже море. - Мне бы очень хотелось побывать на твоей родине. Когда мама и папа помирятся, то мы могли навестить тебя, если, конечно, не возражаешь? - Нисколько. - Прекрасно, - похлопав в ладоши и расплывшись в лучезарной улыбке, произнес маленький принц. В голове промелькнули странные мысли, но я быстро отогнала их, не желая портить самой себе прекрасное настроение. Я украдкой посмотрела на Тора. Он по-прежнему выглядел обеспокоенным. Наверно, стоит посвятить его в наши планы с трикстером касательно брака. Надеюсь, он поймет и не станет препятствовать им. - Приятного аппетита, - пожелала я, приняв из рук Фенрира спелый фрукт. Некоторое время мы в полной тишине наслаждались едой, умело приготовленной Фреей, и лишь изредка переговаривались короткими фразами. Солнце стояло в самом зените, разливая золотые лучи по широкой поляне. Кучевые облака, гонимые ветром, уплыли в горы, освобождая небесную синь. Я полностью опустилась на теплое покрывало и прикрыла глаза. Сытный обед наводил дрему. Тор с Фенриром поспешили скорей соорудить мечи из толстых веток, валяющихся у подножия могучего дуба, и теперь преступили к шуточному бою. Я изредка вздрагивала от их задорных криков, выбираясь из зыбкого сна. Ночные кошмары давали о себе знать. Иногда я чувствовала себя уставшей и разбитой, с трудом передвигаясь по длинным коридорам замка. В такие моменты я еще сильнее тосковала по домику в мире смертных, в котором было всего несколько небольших комнат. Маленький и уютный. Я могла остаться там навсегда. Веки налились свинцом. Дыхание замедлилось, став глубоким и тяжелым. Я засыпала. Сон больше походил на цветастый калейдоскоп из воспоминаний. Образы из памяти яркими вспышками возникали в темноте, завораживая своими сюжетами. Мне виделись богатые поля ржи, шумный город с элегантными автомобилями, песочный пляж с разноцветными зонтиками и прекрасные колыбельные смертных женщин. Они успокаивали и убаюкивали. Я чувствовала себя под самой надежной защитой, не желая возвращаться в реальность. - Сигюн, - ворвался в мое сознание тревожный, но от этого не менее прекрасный баритон. - Где ты? - спрашивал все тот же глубокий чем-то сильно обеспокоенный голос. Локи… Он казался настолько реальным среди видений, что я невольно раскрыла глаза. - Пожалуйста, - ветер подхватил слово, унося его прочь. Я шумно выдохнула и привстала на локтях, оглядываясь по сторонам. Тор с Фенриром сидели у самого обрыва. Громовержец о чем-то тихо повествовал, полностью увлеченный беседой с племянником. Я зевнула и перевела затуманенный взгляд на горизонт, где в небесную синеву разрезали угольно-черные клубы дыма. Странно. - Решили развести костры? - полюбопытствовала я, внимательно вглядываясь вдаль. Тор отвлекся от разговора и тоже посмотрел в сторону главного дворца, а затем резко вскочил на ноги. Улыбка быстро исчезла с его пухлых губ, а в васильковых глазах заблестела тревога и ярость. - Если только не его стены стали поленьями, - грозно произнес он, выставив руку. Мьельнир воспарил в небо. - О чем ты говоришь? - недоумевала я. - Во дворце пожар, - пояснил Фенрир. Раздался гулкий хлопок и в следующее мгновение еще несколько шпилей дворца охватило пламенем. - Поберегите нас норны, - выпалила я, совершенно пораженная таким зрелищем. - Нам нужно поскорей возвращаться! - закричал волчонок и поспешил к лошадям. - Нет. Стой! - попыталась остановить я его, но было слишком поздно. Фенрир ловко вскочил в седло и пустился в галоп. - Проследи за ним, - приказал Тор, взмывая высь. Мысли разметались в стороны, я с трудом цеплялась за здравый рассудок, пытаясь взять себя в руки. Что происходит? - Подожди! Фенрир! - наконец, крикнула я и тоже кинулась к своей лошади. Трясущимися руками я распутала уздечку на ветке и отправилась на лесную тропу. - Мы за тобой вернемся, - зачем-то сказала я, похлопав по темно-коричневому боку вороного коня Громовержца. Обратная дорога прошла в полнейшей панике. Сердце выпрыгивало из груди, когда я наблюдала, как Фенрир перескакивает обрывы и ухабы. Я сама с трудом находила баланс, рискуя свернуть шею. Я ничего не понимала. Абсолютно ничего. Перед глазами так и застыли ужасающие картины взрыва и чертога Одина, охваченного огнем. Неужели враги и на этот раз сумели подобраться настолько близко? Неужели, это нас ожидает череда бесконечных битв, и безмятежные деньки ушли далеко в прошлое? Остались на поляне, залитой солнцем. Не верю. Отказываюсь верить. Только не сейчас. Мы покрыли тоже самое расстояние за гораздо меньший промежуток времени и уже через час оказались на конюшне, где суетились могучие воины и простые рабочие. Фенрир ловко спешился и побежал к парадной лестнице. На сей раз мне удалось схватить его за руку. Запах гари и едкий дым витал в воздухе, затрудняя видимость и принося удушье. - Нет. Там опасно, - откашливаясь, сказала я. - Передайте Одину, что принцесса Сигюн и принц нашлись. Их не было в покоях, - крикнул ас в золотых доспехах. - Что у вас стряслось? - спросила я. - На главный дворец напали, Ваше Высочество, - поспешил поведать воин. - Кто посмел? - Это только предстоит выяснить. - Где Фандрал, Вольштагг или леди Сиф? - В тронном зале на собрании. Атаку удалось отразить, и старейшины собрали совет. - Кто-нибудь пострадал? - Пара воинов, но они отделались легкими ранениями, насколько мне известно, Ваше Высочество. Мы боялись в основном за Вас. Фенрир инстинктивно прижался ко мне, и я обняла его за плечи, переводя взгляд с аса на нескольких мужчин, которые раскладывали странное полотно на траве. - От чего же? - спросила я. - Взрыв прогремел в покоях Его Высочества Фенрира. Фрейлины предполагали, что Вы были там. Вдвоем, - мрачно ответил воин. - Нет, мы были на прогулке с Тором. - Никто не поставил в известность о Вашей прогулке. Я понимающе кивнула. - Следовательно, во дворце безопасно? - уточнил Фенрир. - Сейчас да, Ваше Высочество. - Благодарю, - кивнула я, следуя дальше. - Ваше Высочество, - окликнул меня ас. Я посмотрела на него через плечо. - Его Высочество Локи занят на завалах в царских покоях. - Локи? - удивленно переспросила я. Он кивнул. - Быстрей, пошли к папе, - Фенрир схватил меня за руку, срывая с места. - Еще раз спасибо! - крикнула я, поспевая за волчонком. Внутри царил настоящий хаос. Сотни людей старались потушить стены, охваченные пламенем. Клубы серого дыма наполняли комнаты, сжигая кислород. Громкие крики смешивались с опасным треском, доносящимся откуда-то сверху. В обеденной зале сдвинули столы к окнам и устроили пункт первой помощи. Пострадавших оказалось куда больше, чем поведал воин. Эйр с несколько помощницами едва поспевала обрабатывать раны, порхая от одного бедолаги к другому. Несколько лестничных проходов были полностью завалены, нам пришлось искать обходные пути, плутая по коридорам. Спустя бесконечность, мы с Фенриром достигли нужного крыла, где располагались спальни. Эта часть дворца пострадала значительнее всего. Здесь продолжала осыпаться штукатурка и тлеть обивка на мебели. На нас то и дело сыпались небольшие камни, всякий раз поднимая пыль и золу в воздух. Потолок приобрел угольно-черный цвет, напоминая небо в самую темную и беззвездную ночь. Ужасающая картина. - Ваше Высочество, Вам необходимо показаться целительнице, - послышались голоса возле комнаты Фенрира. - Позже, - ответил до боли знакомый баритон. - Если Его Высочество Сигюн и принц были в покоях на момент взрыва, то боюсь… - Замолчи, - прохрипел Локи. - Он здесь! Здесь! - закричал Фенрир, бросившись навстречу трикстеру. - Папа! Локи обернулся в нашу сторону и на несколько мгновений впал в ступор. Его фарфоровое лицо не выражало ничего. Прошло несколько секунд, прежде чем он медленно опустился на колени, изучая маленького принца ледяным взглядом. Фенрир широко улыбнулся. - Мы были на прогулке, - поведал волчонок. - С нами все хорошо. Локи машинально кивнул и, наконец, обнял сына. - Ваше Высочество! - воскликнула Лив, направляясь ко мне. - Вы живы! Хвала норнам! Персиковая кожа девушки пестрила синяками и ссадинами. - Лив, как ты? - изучая ее с ног и до головы, справилась я о состоянии фрейлины. Она издала непонятный возглас и расплакалась, бросившись в мои объятья. - Гейра… она…. - Что? Я ничего не понимаю, что с Гейрой? - стараясь установить зрительный контакт с асиньей. - Моя сестра, о нет… - захлебывалась девушка. - Лив! - крикнула я, но девушка не помнила себя от горя. Сердце ухнуло вниз. Гейра? Она погибла? Нет… - Ну-ну, дорогая, - рядом с нами возникла Фрейя. Хранительница буквально оторвала от меня помощницу и отвела ее немного в сторону, бережно поглаживая по спине. На мои плечах тут же появились другие руки. Мужские. Сильные. Они принесли боль. Я всхлипнула. - Где вы были? - прошелестел Локи, сжимая пальцы до белых костяшек. Я поморщилась, вглядываясь в бледно-голубые глаза, которые маячили в нескольких сантиметрах. - На конной прогулке. - Совсем обезумела? - тяжело дыша, спросил он. - Предпочитаешь, чтобы мы были мертвы и находились под завалом? - выпалила я. - Отпусти. Мне больно. Мы обменялись уничтожающими взглядами. - Папочка? - обратился к нему Фенрир. - У тебя кровь? Я забыла, как дышать, когда перевела взгляд на живот трикстера и заметила кровоточащую рану на правом боку, из которой торчал обломок стрелы. - Локи, он прав. Ты ранен, - прошептала я. В следующее мгновение он пошатнулся, перенеся вес своего тела на меня. - Скорей, приведи Эйр! - крикнула я Фенриру, которого била мелкая дрожь. Волк жаждал вырываться наружу. Он уже сверкал изумрудным взглядом, предвкушая свободу. Я упала вместе с Локи на колени, не справившись с равновесием. - Нет, Фенрир, посмотри на меня. Борись. Я верю, ты сможешь. Просто беги, что есть силы и приведи сюда целительницу. Хорошо? - попыталась я успокоить принца, перехватив за талию теряющего сознание Локи. Фенрир сжал зубы, силясь унять ярость и обуздать монстра. Он глубоко дышал, не смея разорвать нашего зрительного контакта и цепляясь за ужасающую реальность. Потребовалась целая минута, затем волчонок поспешил выполнить мою просьбу, сорвавшись с места. За ним незамедлительно последовали несколько воинов. Я могла вернуться к Локи. - Давайте перенесем его на диван, - сказала Фрейя. Несколько воинов поспешили к нам, но трикстер остановил их взмахом руки. - Нет. Я сам, - храбрился он. - Как тебе помочь? - спросила я. Локи медленно моргнул, изо всех сил стараясь держать ситуацию под контролем. Его взгляд стал мутным и пустым. Я осторожно тряхнула его, надеясь таким образом привести немного в чувства. - Локи, - прошептала я одними губами. Ледяными пальцами я прикоснулась к его идеальному лицу, позабыв обо всем и обо всех вокруг. Он прикрыл глаза и уткнулся щекой в мою ладонь. Сильные руки медленно скользнули по талии, а затем исчезли. - Локи! - более требовательно я позвала его, но он уже ничего не слышал.