Медальон судьбы

Как известно, закон подлости срабатывает именно тогда, когда он более всего нежелателен. Проснувшись на следующее утро, Лина блаженно улыбнулась, радуясь тому, что она выспалась, открыла глаза и... встретилась взглядом с лежащим рядом Торином. Улыбку будто стёрли с её лица. Затем она перевела взгляд на окна, за которыми уже рассвело, снова посмотрела на принца − и тогда осознание происходящего дошло до неё. Подскочив с кровати так, будто лежала не на перине, а на раскалённых углях, Лина в ужасе схватилась за голову: − О нет, я всё-таки уснула вчера! Она бросилась к двери, но буквально в метре от неё резко остановилась, словно налетела на невидимую стену. − Торин! − обернувшись назад, требовательно позвала Лина. Упомянутый гном преспокойно полулежал на кровати, опираясь на локоть, и снисходительно улыбался, наблюдая за метаниями девушки, − будто насмехался, честное слово! Но услышав возмущённый оклик, он, вздохнув, сразу поднялся. Торин вышел за дверь, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. На счастье, так оно и было: те гномы, кого ждала работа, уже разошлись по своим рабочим местам, остальные же, в числе которых были и гости, после вчерашнего праздника не торопились рано вставать. − Путь свободен, − по-прежнему улыбаясь, сообщил вернувшийся Торин. Не мешкая, Лина быстрым шагом направилась прочь, на всякий случай делая при этом вид, будто так оно и должно быть. Она шла в свою комнату, но по уже сложившейся традиции всё вышло не так, как должно было. Примерно на полпути она остановилась, заметив в стороне процессию эльфов, да не просто эльфов, а самого короля в сопровождении своей небольшой свиты. Вчера на празднике она лишь издали видела их, сидящих за главным столом. Но тогда всё её внимание занимал Торин, а сейчас просто грех было не воспользоваться такой возможностью! Эльфы куда-то шли, мягко ступая по полу, словно даже не шли, а плыли по нему. Король Трандуил, кстати сказать, выгодно отличался от своих подданных. С длинными белоснежными волосами, в серебристой одежде он был словно сотканным из лунного света. Лину это зрелище заворожило, и ей непременно захотелось взглянуть на него поближе, а может, даже заговорить. Махнув на всё остальное рукой, она последовала за эльфами, по пути перебирая приходившие на ум варианты вопросов и приветствий, с которыми не стыдно было бы обратиться к величественному королю. Но, как назло, все они казались ей глупыми и неуместными. В конечном итоге решив, будь что будет, она ускорила шаг, но тут эльфы взяли и скрылись за ближайшей дверью. Лина столбом остановилась посреди коридора. Такого облома она не ждала! Ничего не поделаешь, шанс был упущен. Досадуя на свою невезение, девушка пошла обратно, но после нескольких поворотов поняла, что совсем не туда идёт. Вернувшись к исходной точке, она выбрала другой, на этот раз, как ей казалось, правильный путь. Но в результате только ещё больше заблудилась. Что и говорить, для гостей Эребор мог быть настоящим лабиринтом! Мысленно ругая себя за неосмотрительность, Лина скрестила руки на груди и огляделась. Она готова была уже попросить первого попавшегося гнома о помощи, но тут ей на глаза попались необычные двери. Двустворчатые, гораздо выше обыкновенных, такие двери не могли служить входом в личные покои − или она ничего не знает об Эреборе! Любопытство возобладало, и Лина, предварительно прислушавшись, осторожно приоткрыла одну створку. Огромный безлюдный зал оказался библиотекой. Немного осмелев, Лина прошла внутрь, неплотно прикрыв за собою дверь. Длинные, высокие стеллажи, расположенные параллельно друг другу, утопали в полутьме. Зал освещался только одним светильником, стоявшим на столе у входа. С интересом осматриваясь, Лина не спеша прошла вдоль стеллажей. Книг здесь было столько, что глаза разбегались! Она выбрала наугад несколько, но все они оказались написанными на кхуздуле − тайном языке гномов. Но вот ей случайно попалась обычная понятная книга. Лина подошла к единственному здесь источнику света, чтобы получше рассмотреть её. В старинной книге рассказывалось о драгоценных камнях и их магических свойствах. Поначалу девушку не очень увлекло её содержание, но потом она со всё больше нарастающим интересом стала перелистывать страницы. − Сапфир... Рубин... Лунный камень... − бормотала Лина, ища нужную информацию, и вскоре победно воскликнула: − Вот и он! Красный алмаз, благодаря своей редкости и насыщенному цвету называемый также Сердцем Дракона... Но только она собралась прочитать заинтересовавшее её определение, как услышала позади себя: − Вот ты где! От неожиданности Лина громко захлопнула книгу, словно уличённая на месте преступления, и резко обернулась. Перед нею стоял Балин. Чуть склонив голову набок, он изучающе глядел на неё. Впрочем, смотрел он так недолго. − Хорошо, что я тебя встретил. Король хочет видеть тебя, − сказал гном и, не желая, видимо, пускаться в дальнейшие объяснения, направился к двери. Его слова не на шутку встревожили девушку: король не стал бы просто так вызывать её к себе. И что-то подсказывало ей, что ничего хорошего от этой встречи ждать не приходится. Опомнившись, Лина быстро вернула книгу на место и побежала догонять Балина. Вопреки ожиданиям король принял её не в тронном зале, а в своём кабинете. Однако он не снял короны и тяжёлой меховой мантии, тем самым сразу задав будущему разговору тон официальности и строгости. − Итак, как ваше самочувствие? Надеюсь, рана больше не тревожит вас? − после взаимных приветствий осведомился Траин. − Благодарю, Ваше Величество. Ваш целитель очень помог мне, − вежливо отозвалась Лина, внутренне насторожившись. − Очень рад слышать, − без особой радости в голосе проговорил Траин и пристально посмотрел на девушку. − И тем не менее вы всё ещё здесь. Почему? Насколько мне известно, люди не очень хорошо себя чувствуют в Горе. − Прошу прощения, Ваше Величество, если злоупотребила вашим гостеприимством... Если прикажите, я покину Эребор, − сглотнув тугой ком в горле, пообещала Лина. − Не сомневаюсь, − чуть заметно усмехнулся король. − И всё же вы не ответили на мой вопрос. Впрочем, не утруждайтесь. Я понимаю, что вас здесь держит: не каждая девушка из простой небогатой семьи может похвастаться тем, что ей удалось втереться в доверие к наследному принцу... Лина сразу поняла, откуда ветер дует. − Уверяю, вы заблуждаетесь... − запротестовала она. − Не нужно оправданий, − повелительным жестом руки остановил её король. − Как гласит ваша же поговорка, оправдывается тот, кто виноват. Лина сдержалась и никак не отреагировала на это замечание. И так ясно, что возражать гномьему королю − себе дороже! Гном поднялся со своего массивного кресла и, не сводя с неё помрачневшего взгляда, предупредил: − Не нужно полагать, будто другие слепы и ничего не замечают. Я прекрасно вижу твои намерения. Поэтому запомни: тот, кто посмеет посягнуть на наши сокровища, будет считаться нашим врагом. Лучше тебе не видеться больше с Торином. У него есть богатая, достойная его невеста, а ты не ровня ему! Лину это глубоко возмутило. У неё и в мыслях не было претендовать на брак с Торином, да ещё и ради собственной материальной выгоды! Неужели король считает её способной на такой низкий поступок? Даже как-то обидно становилось... Или же он так трясётся за своё золото? При его последних словах создавалось впечатление, что короля не столько заботит будущая супруга сына, сколько сохранность и приумножение его богатства. Тем временем Траин громко окликнул стражника, стоявшего за дверью, и велел ему проводить девушку. Причём не нужно было обладать особой догадливостью, чтобы понять, что это "провожание" будет длиться до самых ворот Эребора. С трудом сохраняя благоразумие, Лина почтенно поклонилась королю и с гордо поднятой головой покинула его кабинет. Собрав все свои немногочисленные пожитки, она молча последовала за дожидавшимся её стражником к выходу. Естественно, предупредить Торина, Френина или Дис о своём отбытии она не смогла. Прощаться с Эребором было грустно. Что бы там ни говорили о неприспособленности людей к жизни в горах, Лине он очень понравился. Эребор красив, особенно в тёмное время суток, когда он словно озаряется изнутри своим собственным сиянием, перемежаясь со светом огней и блеском пронизывающих Гору золотых жил. Можно было невозбранно любоваться этой красотой, находясь на верхних ярусах и глядя сверху вниз с какого-нибудь оснащённого перилами перехода. Можно было гулять по широкому плато, являвшемуся городской площадью, и подмечать что-то новое и интересное: например, то, каким причудливым орнаментом украшены стены Эребора; как необычно звучит кхуздул или какие сложные причёски носят некоторые гномы и гномки, сооружая их из множества косичек. А поздним вечером перед сном можно было забраться в кресло возле жарко потрескивающего огня в камине, наслаждаясь уютом и приятным чувством надёжности и защищённости... Усилием воли отогнав воспоминания, Лина кинула осуждающий взгляд в ту сторону, где предположительно находился королевский кабинет. Ну уж нет, пусть король и вправе выгнать её из города, но решать, с кем ей видеться, а с кем − нет, он не может! За неимением выбора девушке пришлось вернуться на своё прежнее местожительство в Дейле и вновь взяться за домашнее хозяйство, чтобы хоть как-то оправдать своё проживание в чужом доме. Жизнь, казалось, вернулась на круги своя. Но однажды, не более, чем через неделю, когда Лина сидела одна в своей комнате, к ней на оконный карниз приземлилась крупная птица − ворон − и, судя по всему, улетать она не собиралась. Лина подошла к окну и открыла его. На удивление, ворон не испугался и не улетел, а наоборот, важно проковылял к подоконнику. И тут только Лина заметила, что у него к лапке был привязан небольшой, свёрнутый в трубочку кусочек бумаги. "Торин", − мелькнула догадка, пока Лина развязывала и разворачивала чьё-то послание. Её глаза забегали по написанным строчкам, а губы растянулись в улыбке. Это коротенькое письмо и вправду было от Торина! Вопреки воле отца принц не пожелал оставить ту, которой фактически признался в любви, и в своём послании договаривался о встрече. Закончив читать, Лина сразу засуетилась, ища бумагу и карандаш (потому что так и не привыкла к чернилам и перьям). Когда ответ был написан, она покосилась на своеобразного почтальона, невозмутимо ожидавшего на прежнем месте. Этот ворон не походил на обычных дрессированных птиц, вроде почтовых голубей, уж больно важно держался и смотрел так, будто всё понимал! Получив ответное послание, он нагнул голову в неком подобии поклона и, развернувшись, широко расправил крылья и взмыл вверх по направлению к Эребору. Так сложились их с Торином встречи. Они виделись втайне ото всех и редко, словно по праздникам. Да, впрочем, возможность побыть вместе и была для них праздником. И пусть маленькую, заурядного вида комнатку не назовёшь самым романтичным местом для встреч, но это было и неважно. Важно было просто сидеть рядом, тесно прижимаясь друг к дружке плечами, говорить и чём-то понятном и интересном, смеяться и изредка красть друг у друга желанные поцелуи... В глубине души Лина понимала, что рано или поздно их отношения придётся прекратить, но думать об этом совсем не хотелось, − так же, как летом не хочется думать, что за тёплыми солнечными днями последует дождливая стылая осень. Так продолжалось до тех пор, пока во время одной из таких встреч Торин не упомянул, что примерно через полмесяца он отправится с деловым визитом к королю Трандуилу. Зима к тому времени уже подходила к концу, уступая место ранней весне. Лина радостно встрепенулась. Разве не она когда-то страстно желала очутиться в Средиземье и отправиться в поход! А тут ещё выпадала возможность попутешествовать вместе с Торином. И пусть этот поход будет заведомо неопасным и недолгим, может быть, это и к лучшему: не нужно будет беспокоиться за свою жизнь. Она с надеждой посмотрела на гнома: − Торин, возьми и меня тоже! − Ты шутишь?! Зачем тебе это? − удивлённо вскинул брови принц. − Ну как же!.. Это интересно! Поход, приключения... − воодушевлённо объясняла Лина. − Никаких приключений не будет, − возразил Торин. − Это деловой визит, а не прогулка в солнечный летний день. И вообще, Лихолесье − не самое приятное место. − Но зато мы могли бы больше времени провести вместе, − выдвинула Лина самый веский аргумент. Сжав её ладонь в своей, Торин вздохнул: − Я поеду не один. Со мной будут мои советники и воины, я всё время буду на виду. И я не смогу так просто уделять тебе внимание. "Чёрт, в самом деле!" − сокрушённо подумала Лина. То, что правда может дойти до короля и тогда берегись, как-то сразу не пришло ей в голову. Настроение безнадёжно испортилось. Торин уверял её, что ничего интересного в этом путешествии не произойдёт, что оно продлится недолго и, как только он вернётся, сразу же попытается найти возможность встретиться с нею. Но его доводы слабо утешали. Через некоторое время он вынужден был уйти, и Лина, проводив его, уныло поплелась на кухню готовить себе поздний ужин. Неожиданно в дверь раздался короткий, но отчётливый стук. Поскольку Лина находилась ближе всего, то идти открывать пришлось именно ей. Что-то знакомое в облике нежданного гостя проступило сквозь пелену вечерней темноты. Высокая остроконечная шляпа, длинная борода, посох... − Гендальф! − радостно воскликнула Лина, не веря своим глазам. Волшебник добродушно засмеялся. − Рад тебя видеть, Лина! Пустишь в дом? − Конечно, входи! − девушка поспешно посторонилась. − Я и не чаяла тебя больше увидеть. Что тебя привело? − Проезжал мимо. Заодно решил принять участие в твоей судьбе, − будничным тоном рассказывал Гендальф, переступив порог. − Надеюсь, ты не против небольшого путешествия? Насколько мне известно, отряд гномов во главе с принцем Торином собирается навестить Лихолесье. − Мы поедем вместе с ними? Но... Гендальф, я уже просила об этом Торина, но он никак не согласился. − А кто сказал, что мы поедем вместе с ними? Мы сами по себе, просто разделим по-соседски с ними некоторую часть пути, а после свернём своей дорогой. Так будет удобнее, − лукаво подмигнул Гендальф. − Кстати, когда это ты успела так близко познакомиться с принцем Эребора? − Долгая история, − улыбнулась Лина, думая о том, что в скором времени Торину придётся поступиться своим упрямством.