Естественный отбор (Natural Selection)

— Вот не надо, я ударила тебя и вполовину не так сильно, — заметила Шоу, когда Рут начала кричать. Та сжала голову руками, но совсем не в том месте, куда пришелся удар. Что-то еще было неправильно, и если Рут не замолчит, то скоро кто-нибудь их обнаружит. В этот момент лифт позади них пришел в движение и Шоу, действуя инстинктивно, зажала рот Рут рукой, подталкивая ее в темноту кабинета. — Умолкни, — прошипела Шоу. Стены кабинета до середины были стеклянными, и Шоу пришлось увлечь Рут под стол, чтобы их обеих не заметили. Глаза Рут были зажмурены от боли, одной рукой она царапала за ухом с имплантом, словно пыталась вырвать его ногтями. Шоу схватила ее за запястье и отвела руку в сторону, когда Рут расцарапала кожу до крови. Она так и не решилась убрать ладонь, зажимавшую рот Рут, слушая, как по коридору разносятся чьи-то шаги, и беззвучно ругаясь, что оставила тело Гриера на виду. Скоро их определенно начнут искать. Шоу напрягала слух, стараясь по эху шагов предугадать направление идущего. Но она ничего не услышала, поэтому переключила внимание обратно к Рут. Очевидно, что хакер испытывала сильную боль, и это явно было связано с ее слуховым аппаратом в правом ухе. Подстроил ли это Гриер каким-то образом? Или это Самаритянин вернулся онлайн, снова становясь неподвластным им? Как бы то ни было, Шоу это не нравилось. Рут прекратила попытки вырвать имплант из уха и даже слегка склонила голову, словно она что-то слушала. Ее скула покраснела от удара и, вероятней всего, к утру это место превратится в синяк. Шоу пожалела о содеянном уже в момент удара. Она понимала, что Рут выводит ее специально, чтобы получить хоть какой-то отклик, и Шоу сделала именно то, чего от нее хотели. Но это все же было лучше чем то, что она действительно хотела сделать, когда увидела Рут, еще живую и готовую получить пулю от Гриера. Шоу не хотела ее бить, она хотела схватить ее за воротник кожаной куртки, притянуть к себе и бездумно целовать, просто от облегчения, что та все еще жива. Но вместо этого она окунулась в свою злость, потому что это было привычней и понятней, с чем было ясно, как себя вести. Рут обхватила запястье Шоу и отвела ее руку от своего рта. — Одиннадцать, час и три часа, — отстранено произнесла Рут. — Что? — начала было Шоу, но тут откуда-то позади до её слуха донеслись голоса, и она переключилась на стрельбу в указанных направлениях. Стеклянные стены разлетелись на осколки, осыпавшие все вокруг, когда три пули просвистели сквозь них, каждая находя свою цель. Трое агентов Десимы были выведены из строя, но Шоу не сомневалась, что это только начало. — Нужно идти, — произнесла Рут, поднимаясь. Ее все еще слегка трясло, но уже не от боли. — Погоди, — Шоу поймала ее за локоть, когда Рут двинулась к дверям. — Мы никуда не пойдем, пока ты мне все не объяснишь, — она не знала, о чем именно спрашивала — об импланте или о том, зачем Рут, прежде всего, направилась сюда. А может о том, почему Рут сбежала той ночью, не сказав ни слова. — У нас нет на это времени, — ответила Рут, обеспокоенно оглядывая этаж. Но Шоу продолжала крепко ее удерживать и упрямо ждала объяснений, пока Рут, в конце концов, не сдалась. — Она говорит, что мы в опасности, — сказала Рут. — Она? — переспросила Шоу. — Ты имеешь в виду Машину? — Да, — с тенью улыбки ответила Рут, — Машина жива. — Как? — с легким недоверием спросила Шоу. — У нас правда нет... — Как? — требовательно повторила Шоу. Рут вздохнула и закусила губу: — Всё это было Её планом, — пояснила она, — позволить Десиме поверить, что Машина и Самаритянин уничтожены. Чтобы они попытались перезапустить Самаритянина и вместо этого запустили Машину. — Но как? — не унималась Шоу. Рут пожала плечами: — Эту часть плана я не знаю. Знаю, что Она постаралась. Все, что должна была сделать я — это отвлечь Гриера и не дать ему понять, что происходит на самом деле, чтобы он не смог вмешаться. — Какого черта ты просто не сказала нам? К чему были эти тайны и дерьмовые уловки? Мы могли бы помочь, — Я могла бы помочь. — Она хотела, чтобы я сделала все сама. — Брехня, — произнесла Шоу, внимательно наблюдая за реакцией Рут. Она избегала смотреть ей в глаза: — Шоу... — Рут покачала головой. — Почему? — спросила Шоу. Это был сложный вопрос, они обе это понимали. — Я не хотела, чтобы ты пострадала, — еле слышно ответила Рут. Не произнесенное опять повисло между ними в воздухе, и Шоу отвела взгляд. Нужно продолжать злиться. Злиться легко. Но она не могла. Она все еще была вне себя, но больше не чувствовала слепящей ярости. Рут выглядела дерьмово — вымотанная и эмоционально истощенная, будто она отдала все, что только могла. Рут выглядела так же, как Шоу себя ощущала, и она понятия не имела, что с этим делать. Для нее это была новая территория, а может и для них обеих, но Шоу было проще делать вид, что ничего нет, чтобы игнорировать это. И потому она вела себя как разозленная, прячась за гневом. Злиться легко. — Она говорит, что мы в опасности, — произнесла Рут почти умоляюще. — Нам правда нужно идти. Шоу кивнула и позволила Рут вести себя, надеясь, что Машина знает, что делает, и что перезагрузка системы не спалила какие-нибудь проводки или что-нибудь подобное. Рут провела их через боковой коридор, выводя к лестницам, по которым можно было уйти с этажа и подняться к выходу. Рут схватила Шоу за руку, прежде чем они добрались до лестницы, увлекая назад за угол. — Еще агенты? — тихо спросила Шоу. Рут кивнула: — Могу я одолжить твой пистолет? Шоу поморщилась: — У тебя уже есть один. — Два лучше, помнишь? — отозвалась Рут со слабым подобием ее усмешки, в которой не хватало привычной легкомысленности. — Ладно, — сдалась Шоу, сдерживая приступ раздражения. Она отдала Рут пистолет Гриера и поспешила за ней назад к лестнице. Рут под руководством Машины легко расправилась с врагами. Она обернулась к Шоу, широко улыбаясь, но её улыбка быстро исчезла с лица, сменяясь беспокойством. — Что? — спросила Шоу. — В чем дело? — Рут слегка наклонила голову, и Шоу поняла, что та получает информацию от Машины. — Джон и Лайнел в беде. Идем, — торопливо произнесла Рут и схватила Шоу за руку, увлекая за собой. — Они направились к серверам Самаритянина, — объяснила Шоу. — Главная предала их, — сообщила Рут, пока они неслись по лестницам. — Сука, — прорычала Шоу. — Знаешь, этой проблемы бы не было, если бы ты позволила мне прикончить ее. — Я думала, мы больше не убийцы, — бросила Рут через плечо. — Да, ну..., — замялась Шоу, — Для Главной я бы сделала исключение. Она снова выругалась себе под нос. Проклятая Главная, проклятый доверчивый Гарольд, проклятье, что она не поехала с Ризом и Фаско. Они добрались до конца лестницы, и Рут повернулась к Шоу с таким видом, будто знала, о чем та думает. И Шоу показалось, что во взгляде Рут мелькнула тень вины. Но это было слишком мимолетно, чтобы утверждать наверняка. — С ними все будет в порядке, — успокоила ее Рут. — Но нам не мешало бы поспешить. К тому же, у них уже есть помощники. — Помощники? — спросила Шоу, гадая, кто, черт побери, еще может быть на их стороне. — Да. С ними Дайзо, Даниель и Джейсон. — Твоя шайка нердов? — с сомнением спросила Шоу. — Что они вообще собираются там делать? Замучить плохих парней разговорами о математике? Рут закатила глаза, и они вышли в холл. Он был пуст, но Рут сказала, что стоит остерегаться парадного выхода, и уверенно свернула в коридор, ведущий к пожарной лестнице. — Могла бы ты отключить сигнализацию, пожалуйста? — обратилась Рут к Машине. А через секунду, улыбнулась, — Спасибо. Они выбрались из здания через пожарный выход в переулок. К счастью, Шоу всегда была очень практичным параноиком и припарковала свою машину в трех кварталах отсюда, так что они полу бежали в ее направлении, постоянно проверяя, нет ли позади агентов Десимы. Они благополучно добрались до машины незамеченными, и Шоу, не теряя ни секунды, запрыгнула в водительское кресло, заводя двигатель. Машина с визгом тронулась с места, увозя их прочь от здания. Шоу включила наушник: — Финч, Риз в беде. — Мисс Шоу? — удивленно ответил Гарольд. — Да, знаю. Они с детективом Фаско окружены. — Мы уже едем, — бросила Шоу, надавливая сильней на педаль газа. — Мы? — облегченно произнес Финч. — Мисс Гроувс с Вами? — Я в порядке, Гарольд, — включилась Рут. — Спасибо за беспокойство. — Я беспокоился не о Вас, — пробормотал Гарольд, и затем добавил. — Машина... — Да, Гарольд, — ответила Рут, и Шоу услышала улыбку в ее голосе. — Она жива. И она рада, что ты тоже в порядке. — Да, — отстранено бросил Гарольд, — Мисс Шоу, уточните время прибытия. — Пятнадцать минут. Пятнадцать превратились в десять только потому, что Рут настояла не останавливаться на светофорах, Машина страховала их от возможных столкновений и аварий. Они быстро прокладывали путь через здание вниз к серверной Машины, где, по словам Рут, были Риз и Фаско. По дороге им попалось бесчисленное множество тел, большинство из которых были с ранениями в грудь. — Эти из Десимы, — Шоу обыскала один из трупов и указала на бейдж Десима Технолоджис. Рут кивнула. — Тогда, кто черт побери, окружил Риза? — Я же уже говорила, что Главная предала вас, — ответила Рут. — Агенты секретной службы? — поняла Шоу и ускорила шаг. Если это агенты с ее бывшей работы, то и подготовка у них такая же. Силы Десимы им и в подметки не годились. Если этим ребятам нужно, чтобы Риз и Фаско были мертвы, они не остановятся, пока не выполнят свою миссию. Шоу притормозила, когда услышала выстрел и оглянулась на Рут. Та достала свой пистолет и решительно кивнула. Инстинкты Шоу взяли верх. Рут двигалась рядом, направляемая Машиной. Действуя идеально слажено, они снимали государственных агентов и прокладывали свой путь к загнанным в угол Ризу и Фаско. Шоу старалась не думать о том, как была одной из этих агентов и слепо преследовала номера, выданные Отделом Исследований, никогда не задавая вопросов, вплоть до самого убийства Коула. Действовали ли это парни также? Верили ли они, что Риз и Фаско — угроза национальной безопасности? В конце концов, Шоу решила, что это не имеет значения. Если бы они задавали вопросы, то были бы уже мертвы, как и она. Шоу укрылась за серверным шкафом, чтобы перезарядить оружие, и всё показалось до жути знакомым, разве что на этот раз она была не в пустыне на глубине тридцати метров под землей. Если бы на ее месте был кто-то другой, то явно бы застыл. Но она была Самин Шоу. Даже то, что она еще полностью не оправилась от практически смертельной раны, не могло замедлить ее. Возможно, именно поэтому Шоу повела себя немного безрассудно и вышла из-за укрытия полностью, привлекая внимание троих агентов, но не раньше, чем один из них выстрелил Фаско в грудь. Это заставило Шоу застыть. Она наблюдала, как Лайнел сползал по стене. В этот момент стена превратилась в серверный шкаф, и вот уже она падает на пол, а из живота хлещет кровь, с такой же легкостью, как дождь льет с небес. А боль сильнее, чем когда-либо. И холодно. Так холодно. Кто-то схватил ее за руку и дернул назад в укрытие, когда мимо засвистели пули. Рут. В ее глазах плескался страх, когда она посмотрела на Шоу, прижимая её к стене и укрывая своим телом, как щитом, словно боясь отпустить. — Фаско... — прошептала Шоу. Рут кивнула, слегка наклонив голову вправо, а затем медленно выглянула из-за укрытия. Она сделала всего три выстрела, но Шоу не сомневалась, что все пули нашли свои цели. Машина безупречно направляла руку Рут. — Ты в порядке? — спросила Рут, и тут Шоу поняла, что не шевелилась с того момента, как Фаско получил пулю, замерев на месте как какой-то зеленый новичок на своем первом деле. — Нормально, — бросила она и отпихнула Рут, чтобы пройти. Рут пропустила ее, но на пути к Фаско Шоу чувствовала на себе её встревоженный взгляд. Нерды Рут все еще сидели, пригнувшись, вне поля зрения. Пистолет был только у Джейсона, но его так трясло, что вряд ли в перестрелке от него был толк. Все трое взбодрились, увидев Рут, но Шоу интересовал только Фаско. Он лежал на спине и прерывисто дышал. Риз склонился над ним и бормотал что-то ободряющее. Слава Богу, на Фаско был надет бронежилет, но когда Риз помог ей снять его, на груди Лайнела предстал крупный синяк. — Сломаны ребра, — заключила Шоу. Пневмоторакс, подумала она, и в ней проснулись совсем другие инстинкты. — Дай мне свой складной нож, — скомандовала она Ризу, который отодвинулся, чтобы дать ей больший обзор. Тот молча протянул нож. — Держи его, — Шоу провела по груди Фаско двумя пальцами, нащупывая ребра, и сделала надрез в пару сантиметров между ними. Фаско дернулся, но Риз держал его крепко. — Мне нужна ручка или что-то подобное, — сказала Шоу, и ручка появилась перед ее глазами прежде, чем она успела закончить предложение. Рут улыбалась ей. Она уже вытащила стержень с чернилами, оставляя полую трубку, которую Шоу тут же ввела в грудь Фаско, позволив скопившемуся воздуху выйти. Шоу внимательно прислушивалась к тому, как дыхание Фаско стало выравниваться, его грудь снова ровно поднималась и опускалась. — Ленту? — попросила Шоу, и опять почти в тот же миг получила желаемое от Рут. — Кто-нибудь говорил тебе, что из тебя бы вышла отличная медсестра? — Шоу пожалела об этих словах практически сразу. Рут хищно улыбнулась: — Может быть, позже мы сыграем в доктора и медсестру. Шоу взглянула на нее с раздражением, не расположенная к привычным заигрываниям Рут и все еще слишком злясь на нее, чтобы оценить их, даже если бы захотела. Шоу оторвала кусок клейкой ленты зубами и зафиксировала трубку. — На время сойдет, но ему нужно в больницу. Риз кивнул. — Вы двое, — он указал на Джейсона и Даниэля, — Помогите мне отнести его. Даниель и Джейсон подхватили Фаско под руки и полупонесли, полуповолокли его. Рут пошла первой. За ней шел Риз, с беспокойством поглядывая то на Фаско, то на Шоу. И Шоу знала, о чем он думал, знала, что он вспоминал, как близко к смерти была она, как повезло Фаско и почему Картер не могло повезти также? Но в жизни так не бывает, и Шоу старалась не вспоминать, как она чуть не умерла, не думать о том, как это отразилось на окружающих ее людях, больше всего похожих на друзей, на семью. Она старалась не думать о том, как Рут смотрела на нее — словно на хрустальную. Словно она не могла поверить, что Шоу все еще здесь. Словно она не хотела отпускать ее. Она старалась не думать о Рут совсем, пока они уходили. Злиться легко, повторяла она себе, цепляясь за это, как за якорь. * Глупо было бы сопровождать Фаско в больницу всей толпой — слишком много неудобных вопросов могли вызвать шесть человек, предположительно находящихся в бегах. Шоу хотела стать добровольцем, в основном, чтобы похитить немного инвентаря для собственных повреждений и снять швы с плеча, которое успешно зажило. Рана на животе еще требовала нескольких дней. Но Финч своим звонком решил за всех. Машина вновь начала присылать номера. В конце концов, с Фаско на скорой отправились Даниель, Дайзо и Джейсон, а Рут перед их отъездом дала им название отеля, в котором они смогут потом затаиться на некоторое время. Машина выдавала больше номеров, чем им было под силу справиться за раз, поэтому они решили разделиться. Риз посмотрел на Шоу так, будто хотел возразить — может быть, он мыслил схоже с Финчем, и считал, что она еще не готова к полевым работам — но он все же промолчал и просто взял у Финча список своих номеров. Шоу направилась к своей машине. Она могла слышать легкие шаги позади. Рут следовала за ней, но сохраняла дистанцию. Ей Финч не дал никаких номеров. Видимо, решила Шоу, он все еще злился из-за действий Рут, и Шоу не могла винить его за это. Финчу потребовалось немало времени, чтобы поверить Рут, и теперь ей нужно будет неслабо постараться, чтобы вернуть его доверие. Рут следовала за ней до самой машины, и Шоу оглянулась, опустив руку на водительскую дверь: — Что еще? — буркнула она. — Она хочет, чтобы я пошла с тобой, — пояснила Рут. — О, Она этого хочет, да? — сказала Шоу, не сумев сдержать раздражения в голосе. — С чего бы? Рут пожала плечами. Шоу покачала головой, убедившись, что у их Машины дурное чувство юмора. — Ладно, — буркнула она, садясь в машину, и дождалась, пока Рут сделает то же самое, прежде чем завести мотор. — Шоу... — начала Рут, и по выражению ее глаз и мягкости интонаций Шоу поняла, что сейчас последуют слова, о которых они обе пожалеют. Что-то о проведенной вместе ночи и последующие оправдания того, почему Рут ушла. Слишком много извинений — больше, чем Шоу в состоянии переварить. — Не надо, — оборвала Шоу. — Окажи мне услугу и заткнись в обозримом будущем. Должно быть, Рут уловила что-то в ее интонациях (а, может, просто сдалась), потому что она замолчала и отвернулась к окну. Шоу выдохнула с облегчением. Злиться легко. Номера оказались заурядными, ничего сверхсложного, но Шоу окунулась в задания с головой. Было приятно снова что-то делать, помогая людям. Казалось, они восстанавливали город, который пришел в негодность, и во многом так и было. При Самаритянине дела обстояли не важно, но Шоу поняла, насколько плохо всё было, только когда начала бродить по улицам, впитывая атмосферу и загрязненность города через кожу. Большей частью номеров оказались воры и торговцы наркотиками, городская преступность вовсю пользовалась возможностью нанести как можно больше вреда, пока офицеры полиции были заняты бесконечными беспорядками. Обычно они не занимались подобными преступлениями, и Шоу восприняла это как попытку Машины наверстать упущенное, как Ее раскаяние за долгое отсутствие. Может, они все в этом раскаивались. Разве не они в действительности были в ответе за происшедшее, когда не смогли сразу остановить Самаритянина? Но они были выше этого, они сохранили жизнь конгрессмену и лишили себя последней возможности остановить Самаритянина. Она подумала, не спросить ли Рут, испытывает ли Машина чувство вины (может ли она вообще что-то чувствовать?), но между ними повисла гнетущая тишина. Рут даже не потрудилась выходить из машины, пока Шоу разбиралась с номерами, просто сидела внутри со странным выражением лица, которое Шоу не могла распознать. Она внимательно наблюдала за тем, как Шоу разбиралась с плохими парнями и оставляла их подстреленными и связанными, чтобы позднее департамент полиции прибрал за ней. Шоу вернулась в машину после того, как разобралась с очередным номером — этот придурок решил, что показывать свое достоинство проходящим мимо женщинам — отличная идея. — Тебе не кажется, что это уже был перебор? — поинтересовалась Рут, когда Шоу села за руль. Шоу пожала плечами. — Говнюк заслужил это, — ответила она, вытирая кровь с костяшек пальцев, столкнувшихся в ударе с его зубами. Они и до этого саднили после удара по стене предыдущим утром, но теперь вся ее правая рука болезненно пульсировала. — К тому же, может, Машина подозревала, что он собирается перейти на новый уровень. — И это оправдывает перелом челюсти? — не унималась Рут. — Избавь меня от советов по поимке отморозков, ага? — резко ответила Шоу. Рут отвернулась и закусила губу. — Не могу поверить, что из всех людей именно ты судишь меня за чрезмерное насилие. Фраза прозвучала жестче, чем было задумано, но в тот момент Шоу было плевать. Она заметила, как на лице Рут промелькнула боль из-за резких слов, и испытала удовлетворение от осознания, что она — причина этой боли. Да, возможно, она несколько перебарщивала, вымещая свою злость на легких целях, пока Рут наблюдала за этим. Перед глазами Шоу была картина того, как Рут гадает: представляет ли Шоу её лицо, пока бьет и пинает других людей. И, возможно, отчасти так и было. Она наказывала Рут единственным доступным ей способом. И первое время это было неплохо, примерно до третьего или четвертого номера. Потом этого стало не достаточно. И она начала играть грубее, стараясь задеть Рут, которая стоически наблюдала за ней из машины. В этот раз она преуспела, но Шоу по-прежнему тянуло сжать кулаки для того чтобы причинить больше боли, больше чем когда-либо прежде. Ни одна из них не была святой. Шоу не сомневалась, что Рут сможет испытать удовольствие от боли. Но ей хотелось причинить боль Рут по-другому. Даже если единственное, что Шоу могла сделать — это заставить Рут просто смотреть, как она медленно теряет контроль. — Больно? — отстранено спросила Рут, кивая на окровавленную руку Шоу. — Бывало и хуже, — отмахнулась Шоу, словно эти раны были просто царапиной. — Знаю, — тихо ответила Рут, мягче чем раньше, и этого хватило, чтобы слегка приглушить ярость Шоу. Она была там, когда в Шоу стреляли. Шоу вспомнила теплые руки на ее лице, когда она боролась с холодом, захватывающим все ее тело. Рут велела ей не умирать, остаться с ней. Она забыла о тех событиях до сегодняшнего дня, когда они оказались в машине вдвоем. Шоу забыла отчаянную панику на лице Рут и то, как она не отпускала Шоу. Она не помнила ничего из того, что происходило после, вплоть до момента пробуждения в номере отеля с Ризом, приглядывающим за ней, и полным отсутствием Рут, пока она восстанавливалась. Шоу вспомнила все. Она вспомнила, как Риз как-то сказал: она беспокоится о тебе больше, чем ты думаешь. Вспомнила, как пыталась проигнорировать эти слова и сосредоточиться на боли. Но Она не могла игнорировать их сейчас. Не когда они сидели здесь одни, в крови и порезах, сломанные в стольких разных смыслах. Но тут позвонил Финч с очередным номером, и все что Шоу собиралась, было сказать или признать растаяло как дымка. — ... Все, что могу сказать — наш номер любит пропустить несколько рюмок в баре «У Харли». — Ага. Я знаю, где это, — отозвалась Шоу. — Как выглядит наш клиент? — У него весьма броская татуировка на лице, — сказал Финч, и Шоу готова была поспорить, что в этот момент он наклонился ближе к экрану. — Вы поймете, как только увидите. — И все? — уточнила Шоу. Не сказать, чтобы Финч был особо таинственным, но он уже отключился, без сомнения потому, что Машина прислала еще один номер. Шоу вздохнула и направилась в сторону упомянутого бара, который находился не в самой удачной части города. Городские беспорядки не обошли эти места стороной. Сожженные или просто заброшенные машины тянулись вдоль улиц, витрины магазинов были разбиты и заколочены досками, и где-то поблизости слышался звон сигнализации. Сам бар выглядел нетронутым, но судить было рано, так как темные грязные окна не давали возможности разглядеть, как обстоят дела внутри. Шоу припарковалась чуть ниже по улице и вышла из машины. Рут за ней не пошла. Бар был обшарпанней чем тот, в котором она работала под прикрытием. Казалось, прошла уже уйма времени и Шоу ни капли не скучала о тех временах. Она села за барную стойку и заказала шотландский виски. Бармен несколько секунд просто пялился на нее и лишь потом принял заказ. И только тогда Шоу ощутила, насколько она инородно выглядит для этого места. Больше женщин в баре не было, а если и были, то они бы ей тоже вряд ли обрадовались. Ее охватило плохое предчувствие, и Шоу задумалась, не было ли ошибкой зайти сюда так напролом. Может, стоило сначала последить за местом. Но номера продолжали сыпаться, а находиться с Рут в машине было настолько невыносимо, что Шоу поспешила в бар, наплевав на привычную осторожность. Бармен вернулся с выпивкой. Шоу молча опрокинула стакан, чувствуя на себе чужие взгляды. Она огляделась: за ней наблюдало четверо постояльцев, отхлебывая из собственных стаканов. Ни у одного из них не было тату на лице. И Шоу хотелось знать, придет ли сюда их номер вообще, или Финч что-то напутал. Она уже собиралась уходить, когда услышала шум из подсобки, и замерла на месте. Она снова прислушалась, но больше ничего не услышала. Но Шоу была готова поспорить, что слышала что-то похожее на всхлип или крик о помощи. — Пять баксов, — сказал бармен. Он скрестил руки на груди и холодно смотрел на нее, но Шоу смогла заметить, как капли пота медленно стекают по его лбу. — Вообще-то я ищу здесь своего приятеля, — Шоу решила потянуть время. Она даже сделала вид, что ищет в карманах наличку. — Высокий. Татуировка на лице. Бармен стиснул челюсть: — Слушай, дамочка. Просто плати и проваливай. Но тут Шоу снова что-то услышала И в этот раз она была уверена, что некто звал на помощь. — И не подумаю, — отозвалась Шоу. Взгляд бармена скользнул к двери в подсобку и обратно на Шоу. Он потянулся за чем-то под барную стойку, но Шоу была быстрей, схватив его за затылок и со всей силой приложив о столешницу головой. Бармен потерял сознание и сполз на пол. Шоу почувствовала движение сзади — четверо посетителей вскочили на ноги, каждый доставал пистолет. Шоу нырнула за стойку в укрытие, проклиная всё на свете, когда началась стрельба. Сколько раз уже в нее стреляли сегодня? Своеобразный рекорд, подумала она. Шоу играючи разобралась с четверкой парней. Вновь перемахнув через барную стойку, она откинула их оружие подальше от хозяев, растянувшихся на полу. Но все также не было никаких признаков человека с татуировкой. Она была настолько занята связыванием этих четверых и бармена, что не заметила, как кто-то подобрался к ней со спины. Шоу оглянулась как раз в тот момент, когда к ее голове со свистом летела бита. Ей удалось уклониться и вскочить на ноги, готовой к бою. Владелец биты был на редкость огромным: качок ростом под два метра. Его плечи были покрыты татуировками, как и шея, а завершал все — знак свастики на левой щеке. О да, это определенно был ее номер. Шоу замахнулась на него, но это было, как переть против стены. Татуированный схватил ее за руку и пихнул к стенке, выбивая из нее весь воздух. — Ебаная сука, — прошипел он, сжимая одной рукой ее горло. Шоу пыталась добраться до своего пистолета, но у нее была свободна только левая рука, а пистолет лежал в правом кармане и был недоступен. А потому она попыталась оторвать от себя его руку, сжимавшую её горло, но та была слишком мощной и Шоу сомневалась, что он заметил, что она впилась в его запястье ногтями. Мир начал расплываться, легкие горели от нехватки кислорода. Но затем Татуированный вздрогнул, и она выскользнула из его рук, пока его тело содрогалось в конвульсиях. За ним стояла Рут с мрачным взглядом и шокером в руках. Видимо, она долбанула его током сильней, чем было необходимо, но Шоу была слишком занята, кашляя и пытаясь наполнить легкие кислородом. Она прислонилось спиной к стене, тяжело дыша. — Спасибо, но все было под контролем, — между вздохами проворчала Шоу. Рут закатила глаза: — Да, так и выглядело, — протянула она с сарказмом. Шоу проигнорировала замечание и встала на ноги, стараясь не шататься. Она направилась к подсобке и не сильно удивилась тому, что обнаружила: девочка — вряд ли старше шестнадцати — связанная, полураздетая и в крови. Шоу разрезала веревки и сказала девчонке бежать. Ребенку не потребовалось повторять дважды, и она без слов промчалась мимо. — Спасибо было бы кстати, — пробормотала Шоу вслед удаляющейся фигуре. Вместо этого она встретила самодовольную ухмылку Рут. Проигнорировав это, Шоу двинулась к запасному выходу в переулок за баром, сдерживая желание потереть саднящую шею. Рут пошла следом: — Только не говори, что теперь ты злишься на меня из-за спасения твоей задницы. — Ты не спасла меня, — проворчала Шоу. — Точно, — разошлась Рут. — Ведь этот парень не собирался придушить тебя. — Слушай, — терпение Шоу лопнуло, и она резко развернулась лицом к Рут, — Чем бы ты тут ни занималась, прекрати. Мне не нужна твоя помощь, я не хочу ее. — Отлично, — ответила Рут. — Отлично,— бросила Шоу. Но ни одна из них не двинулась с места. Шоу почувствовала, как злость вновь закипает внутри. Злиться легко, подумала она, пока Рут смотрела на нее со смесью вины, сожаления и чего-то еще. Шоу предпочла бы самодовольный взгляд. А этот взгляд она выдержать не могла. Ей хотелось стереть его. Она хотела, чтобы он исчез. И в этот раз Рут даже не потребовалось принуждать ее, Шоу ударила ее, снова и снова, пока Рут не прижалась к стене и не опустилась на колени. — Дерись! — выкрикнула Шоу. Когда ее кулак достиг цели, она уже не знала, за что она дралась. Она больше ничего не знала. Но Рут не сопротивлялась, она даже не пыталась остановить Шоу, просто сидела и принимала удары, позволяя синякам наливаться кровью. А потом ярость ушла из Шоу также быстро, как и вспыхнула. И она схватила Рут за лацканы куртки и подняла на ноги, толкая к стене. Тогда она поцеловала ее. Шоу чувствовала вкус крови из разбитой губы, чувствовала вкус Рут и хотела большего. Ее руки скользнули по телу к поясу джинсов, рука отчаянно стремилась пробраться внутрь, и Шоу укусила итак разбитую губу Рут. Но Рут схватила ее за запястья и оттолкнула. — Стой. — Какого черта ты хочешь? — выдохнула Шоу, тяжело дыша и глядя прямо на Рут, кажется, впервые за вечность.Пытаясь понять, как, черт возьми, эта женщина смогла так легко вывести ее из себя. — Тебя, — едва слышно прошептала Рут, — Я просто хочу тебя. Шоу вздрогнула от этих слов. Честность в голосе Рут ударила ее больнее, чем мог бы кулак. Шоу помотала головой. — Я не могу. Она пыталась вновь разозлиться, но не смогла, и все с чем она оставалась — это пустота внутри, такая острая, что Шоу казалось, она задыхается от нее. Шоу направилась к машине, зная, что Рут пойдет следом. — Сюда, — сказала Шоу, открывая дверь машины, чтобы Рут села на заднее сиденье. Выглядела она, по мнению Шоу, весьма жалко: стараясь не морщиться от каждого шага, с кровью, заливающей лицо и... ну ладно, может Шоу и чувствовала капельку вины за это. Рут опустилась на заднее сиденье, и Шоу, достав из багажника дорожную аптечку, села рядом. Большая часть крови на лице Рут была из разбитой губы и небольшого рассечения на ее левой скуле. Шоу приложила к ранам кусочек бинта и старалась быть нежнее, чем обычно. — Швы не потребуются, но стоит приложить лед, чтобы снять отек, — сказала Шоу, и хотела было отстраниться, но Рут поймала ее за запястье, удерживая на месте: — Все хорошо, ты не должна. Они оставались в таком положении некоторое время, глядя друг на друга, находясь невозможно близко, настолько, что Шоу могла чувствовать запах крови и шампуня Рут. В какой-то момент Шоу отстранилась и почувствовала укол чего-то, увидев разочарование на лице Рут. — Я не могу, — сказала Шоу, глядя прямо перед собой, потому что так было проще, чем смотреть на Рут. — Я не могу дать тебе то, что ты хочешь. А что еще она могла сказать? Что еще она могла сделать? Она не была создана для такого. Рут коснулась ее подбородка, поворачивая лицо Шоу к себе. Шоу встретила ее взгляд. — Ты не сломана, Самин, — сказала Рут. Шоу открыла была рот, чтобы возразить, но Рут опустила палец ей на губы. — Я просто хочу тебя и приму всё, что ты можешь дать мне. Рут опустила руку, когда Шоу ничего не ответила, и вернулась на свое место. В воздухе повисло разочарование. Шоу не знала сколько они просидели в тишине. Рут больше ничего не сказала, да и не нужно было. Она выложила все карты на стол, и теперь чтобы ни случилось дальше — это зависело от Шоу. — Что обо всем этом думает Машина? — спросила Шоу, выигрывая время. Рут бросила на нее недовольный взгляд: — Ты, правда, хочешь знать? Шоу пожала плечами, гадая, и почему она решила, что спросить мнение компьютера о ее любовных отношениях, могло быть хорошей идеей. И с каких это пор она решила, что их отношения с Рут можно назвать любовными? — Честно? — сказала Рут. — Она считает, что мы обе идиотки. Шоу хмыкнула: — Что же, Она права. — Ага, — Рут улыбнулась, но улыбка не коснулась ее глаз. — Прости меня, — Шоу указала на побои Рут, и ей правда было жаль. Жаль за то, что она избила ее, жаль, что она не могла быть тем человеком, которого хотела видеть в ней Рут. — Не надо, — Рут покачала головой. — Все нормально. — Нет, не нормально, — ответила Шоу и наклонилась вперед, целуя Рут. Не было нормально. И она не знала, будет ли когда-нибудь, но пока она целовала Рут, она думала, что, может, это все же возможно. Рут зашипела, когда Шоу задела зубами ее разбитую губу и отстранилась. — Извини, — сказала Шоу. — Нет, — сказала Рут. Ее пальцы все еще были запутаны в волосах Шоу, и Шоу задрожала, когда они коснулись ее кожи. — Я хотела сказать, Гарольд вот-вот позвонит с новым номером. — Оу, — отозвалась Шоу, и, разумеется, тут же услышала голос Финча, сообщающего сведения о месте расположения очередного номера. Шоу подумала, не специально ли он подгадал такой момент, но вскоре забыла обо всем, потому что Рут поцеловала ее вновь. Сначала медленно, но потом поцелуй начал разгораться, и Шоу понимала, что им стоит остановиться до того, как все выйдет из-под контроля. Шоу нехотя отстранилась: — Работа, — недовольно пробормотала она. Рут кивнула, и они синхронно вышли из машины. Шоу шагнула к водительской двери, но остановилась, когда увидела, что Рут уходит. — Эй, куда ты? — Пока не знаю, — улыбнулась Рут. — Я нужна Ей где-то. — Рут... — начала Шоу. — Не волнуйся. Со мной все будет в порядке, — ответила Рут, будто Шоу могло что-то волновать сильней. Видимо выражение ее лица выдало ее мысли, потому что улыбка Рут стала только шире. — Береги себя, Шоу, — бросила она через плечо. Шоу провожала ее взглядом, пока Рут не скрылась в конце улицы. А потом она посмотрела наверх. Найти ближайшую камеру по мигающей красной лампочке не составило труда, и она знала, что Машина смотрит на нее. — Тебе лучше держать её в безопасности, — обратилась она к камере и почувствовала себя несколько глупо. Она разговаривала с камерой. Я превращаюсь в Риза, подумала она и села в машину.