Глава 9. Особенности Пуэблядской экзекуции
8 ноября 2019 г., 11:00
Голова Леона кружилась. Он чувствовал лишь, что крепко связан, и его попа сидит на жестком ледяном полу, а ноги уже затекли. Последним воспоминанием было, как к нему, крепко-накрепко связанному, приближается высокий дед Бабай с огромной прозрачной клизмой, литров на шесть, в которой плавает какая-то хрень.
«Ну и приснится же всякая муть», — оптимистично подумал ментяра, который с детства не верил в Бабая.
Кто-то позади него пошевелился, и голос Луиса произнес:
— Привет, мой дорогой амиго по несчастью, похоже, мы крепко привязаны друг к другу.
— Рад тебя видеть, — фальшиво пробурчал Леон, которому сейчас хотелось лишь аспирина или пива на худой конец.
Испанец, видимо, хотел сообщить ему что-то важное:
— Ты знаешь, а ведь нас здесь казнить будут.
— ЧТО?! — Леон, не будь связан по рукам и ногам, подскочил бы до потолка.
— Я сначала думал, нас кинут под ноги Эль Гиганте, а, оказывается, они решили сделать это тихо, по-домашнему, — растроганно произнес Луис.
— А чё за Эль Гиганте? — задался вопросом Леон.
— Да когда-то здесь проходили толкинисты со своими деревянными мечами и в доспехах, и потеряли здесь после пьянки маленького гоблина. А местные откормили гоблина бананами до нереальных размеров, так что он превратился в огромного — с трехэтажку — тролля. То ли бананов было слишком много… то ли дело в том, что бананы крестьяне давали троллю немытыми руками и заразили его глистом Плага… Но эффект просто-таки поражает.
Леону поплохело. Он с детства не любил «Властелина колец», потому что боялся гоблинов и троллей, а также страдал редким и странным психическим заболеванием «эльфофобия». Из-за этого бедный Леон даже в «Варкрафт» играть не мог, и его дразнили одногруппники в академии.
— А как это — казнить по-домашнему?
— Ну, либо отравят, либо секир-башка.
Тут в хибарку вошел мужик в черном колпаке палача с бубенчиками. С самого края колпака свисала миниатюрная виселичная петелька — атрибут ремесла. В руках этот мрачный тип нес огромную кастрюлю.
— О нет!!! Только не это!!! Лучше секир-башка!!! — в панике заверещал Луис.
Леон, чтобы угомонить его и узнать больше о грядущей судьбе, саданул своего товарища по несчастью затылком по затылку.
— Что? Что он будет делать?
— Это же Пердонио Смердучилло! Нам решили устроить газовую камеру! Видишь, у него в руках кастрюлю? Так вот, это — гороховый суп!
Не успел палач затворить дверь, как с его стороны донесся неприличный звук, и оба пленника «почувствовали» по отвратительному запаху, который наполнил комнату, что казнь уже началась.
— Надеюсь, вы умрете быстро и не задержите меня надолго, а то я уже задолбался суп гороховый жрать, — вместо приветствия мрачно кинул палач пленникам, усаживаясь за стол и производя очередное «пю-ю-ю».
Смрад окутал наших героев зловонной вуалью.
— Кхе-кхе, — еле отдышался Леон. — Как он сам не задохнулся-то?
— У него, наверное, иммунитет к собственным газам, — ответил Луис.
Леон отчаянно искал способ спастись и, наконец, придумал, как можно потянуть время:
— Давай сальные анекдоты рассказывать! — предложил агент Луису и начал повествование.
Далее отозвался Луис. Палач прислушался, и на губах его заиграла лыба. А затем он рявкнул на наших героев:
— А ну прекратите, а то я не могу выполнять свою работу. Мне от смеха никак не пердится!!!
Тут же Луис подмигнул палачу:
— Да тут так напержено, что мы через час точно коньки отбросим! Дай хоть повеселимся перед смертью, — и продолжил свой анекдот: — «…А это не молоко», — сказала Красная Шапочка и густо-густо покраснела!
***
…Палач уже завалился под стол, ухохатываясь. Дикий ржач действительно мешал ему сосредоточиться на пердеже. Леон и Луис тем временем доползли до стола и, свалив с него нож, начали лихорадочно перепиливать путы. Когда палач отхохотался и принял сидячее положение, было уже слишком поздно…***
…Устав пинать сеньора Смердучилло, Леон и Луис уселись на лавку, утирая пот. Однако смертоносный анус поверженного полубессознательного противника продолжил источать зловещие клубы зловония. Что-что, а свою работу Смердучилло исполнял, как говорится с душой (или с духом. Злым). И тут Луиса осенила идея. Он с гаденькой улыбкой сорвал со стены початок кукурузы и достал из кармана армейский скотч для заклеивания лопнувших гусениц на танках. Сняв со стонущего палача штаны, исследователь с отвращением затолкал импровизированную пробку и накрепко заклеил её скотчем. «С Луисом за руку я больше не здороваюсь», — брезгливо подумал Леон. Газы начали раздувать живот несчастного Смердучилло. Он теперь напоминал надутую жабу. Глаза вылезли из орбит, и выражение лица стало, как у шакала, который неделю страдает запором. — Спорим на десять долларов, он щас лопнет! — азартно воскликнул Луис и протянул Леону руку. Тут же из грязной пасти Смердучилло изрыгнулась колоссальная громоподобная отрыжка, от которой у героев заложило уши, и чуть не полопались стекла в окнах. Вонючие газы нашли выход через смердячую пасть негодяя, и его глаза вернулись назад в свои орбиты. — Принимаю спор! — тут же пожал руку Луису Леон, забыв о брезгливости. — Кстати, ты теперь торчишь мне десять баксов! Луис был крайне ошарашен: — Пердеть ртом?! Я даже представить себе такого не мог! — в ступоре пробормотал исследователь, офигевший от экстремальных возможностей фекального организма сеньора Смердучилло. — Я подохну ща ваще! — простонал Леон от жуткого запаха пердежей. Голова агента уже шла кругом, и в глазах заплясали зайчики. Связанный Смердучилло на полу снова издал утробный квак самца жабы-рыгача в джунглях центральной Амазонки, наполняя комнату ещё большей концентрацией ужасных газов. Лампочка под потолком лопнула, и комната погрузилась в кромешную тьму. В следующий миг дверь распахнулась, и на пороге показался силуэт Ханка, освещенный лунным светом. …Дело в том, что Михаил и Николай отправились конструировать самогонный аппарат на разоренный ими военный бункер-склад, откуда они ранее спионерили всё, что только можно было вынести. Ханка они с собой не взяли, сказав, что тонкая конструкция аппарата — это их персональное ноу-хау. Поэтому безрассудно храбрый Ханк, смертельно обидевшись, по принципу: «Пусть меня съедят голодные троглодиты, и вас всех совесть замучает!» решил самостоятельно прогуляться по окрестностям и развеять тоску. «Вот гады! Как ящик со снарядами на кучу металлолома отнести, так сразу Ханк, а как самогонолоид собирать — так иди проспись, а то краник сломаешь! Я вам ещё пургена в бухло подмешаю — погодите у меня». Именно с такой кашей в голове похмельный спецназовец и набрел на одинокую хибарку, откуда доносились подозрительные звуки, как будто там у кого-то сливной бачок сломался. Когда Ханк ногой открыл дверь, в нос ему тут же ударил стойкий непереносимый сраный смрад. «Ну и напержено же!» — мысленно возмутился он и натянул противогаз. — Не видно не зги, мать вашу, скунсы долбаные! Это же надо было так хату усрать! — громко ругаясь, он полез в карман за спичками… …Леон и Луис, услышав, что вошедший зачиркал спичками, хором истошно заорали: — НЕ НАДОООООООО! Их крик сменился громким взрывом. Взрывная волна выкинула Ханка назад в дверь, а Леона и Луиса — в окно наружу. Крыша здания завалилась внутрь, а затем рухнули стены. Трое негров собрались около пепелища хибарки. — Ну и на хрена было спичками чиркать? — голосом Луиса возмутился негр №1. — Что это было? — обалдевшим голосом Ханка спросил негр №2. — Это их местный палач хотел запердеть нас до смерти, и ему это почти удалось, — пояснил негр №3 голосом Леона и тут же спохватился: — Блин, там же осталась моя куртка! — А ты её после той вонищи носить будешь? Она же пердежом должна была пропитаться! — удивился Луис (для тупых читателей поясняю: негры — это и были наши герои, только закопченные взрывом). — Да не — носить я её не буду. Но там ведь в кармане бутерброд остался, — пояснил Леон. Ханк и Луис подозрительно посмотрели на Леона. Ханк снял противогаз, на котором при взрыве лопнули стекла. Лицо его было чистым, а вот вокруг глаз остались большие черные круги копоти, и он смахивал на мишку-панду.***
Крис с Немезисом вернулись в пустующий лагерь. Крис, как экс-полицейский, сразу заметил на земле следы борьбы. Посреди этих следов валялся портативный монитор с отпечатками помады мисс Вонг. — Надо спасать барышню! — вслух воскликнул Крис и отправился по следам в лес. За ним вразвалочку плелся Немезис, периодически постреливая от скуки по воронам из ракетницы. Ракеты были типа стингер, и, куда бы не шмальнул монстр, ракета, описав красивую петлю или восьмерку, непременно попадала в раскормленных, жирных черных птиц.***
Ада без сознания валялась на каменном алтаре. — Надругайтесь над ней по очереди, а потом избавьтесь от тела! — приказал староста деревни своим ганадосам. Тут же вокруг несчастной женщины началась драка за первенство, и, увидев, что скоро все подчиненные просто-напросто перебьют друг друга, Мендез рявкнул: — Надругайтесь над ней по очереди! Ганадосы выстроились у алтаря в очередь. — Вот и ладушки, — умилился Мендез и вышел из пещеры. Сам он имел немного ДРУГИЕ сексуальные наклонности, поэтому в надругательстве участвовать не стал и пошел по делам. А в пещере Ада открыла глаза и увидела перед собой вожделеющую морду замызганного ганадоса, который тянул к ней грязные волосатые ручищи. — А-а-а-а-а-а! — пронзительно завизжала она от безысходности, паническим взглядом оглядывая всё вокруг. И тут она заметила, что на её новых колготках возле коленки зацепка. — Кто поставил зацепку? — уже грозно спросила она, оглядывая выстроившихся в очередь ганадосов. Мужики переглянулись. А вы, дорогие читатели, знаете, на что способна женщина, если ей поставить зацепку на колготках? И тут Ада почувствовала, что каблук на одной туфельке сломан. — КТО СЛОМАЛ МНЕ КАБЛУК??? — заорала она, вскакивая на алтаре. Ганадосы совершенно растерялись и начали тыкать друг в друга пальцами. А вы, дорогие читатели, знаете, на что способна женщина, если ей сломать каблук на туфельке? — Сейчас я вам всем поотрываю КОЕ-ЧЕГО! — сквозь зубы прошипела Ада, и нехороший огонек зажегся в её глазах. В следующий миг по пещере пронесся ураган. Сверкала молния, и бил гром. Ада устроила настоящий Ад. А через минуту усталая женщина разглядывала у выхода из пещеры дело рук своих. В общем можно сказать, что она выполнила свое обещание. И даже перевыполнила. Местами. Гордо отвернувшись, дама в красном отломала для симметричности второй каблук и, вздернув подбородок, пошагала прочь от поля боя с поверженными несостоявшимися насильниками.Дополнительные материалы
Уже темнело, когда к жилищу старосты подбежал запыхавшийся ганадос с заплывшим глазом и перекошенной челюстью. Несмотря на висевшую на дверях табличку «Просьба не беспокоить», инкрустированную черепами, ганадос перекрестился и юркнул внутрь. Мендез резко обернулся на шум входной двери с затравленно-испуганным выражением на морде лица. Параллельно с этим он одним доведенным до автоматизма движением застегнул ширинку, а другой рукой смахнул со стола лубриканты, ароматические свечи и журнал «ПлэйЭнималс» с постером ослика Яши. Затем после секундной заминки к старосте вернулась его былая уверенность. — Я же говорил — не сметь беспокоить меня в период личной медитации!!! — заревел Мендез с наливающимися кровью глазами. — Да за такое святотатство, батенька, и партбилет на стол можешь положить!!! — Лорт Ментеш, — запричитал побитый ганадос, одним доведенным до автоматизма движением бухаясь на грязный, чем-то заляпанный пол, — у наш ЩП! Эта шука в крашном платье шпешала! Штоооо телащщщщщ?! — Ну-ну, — успокоил его разом подобревший (как только понял, что его не спалили) староста, — ситуация, конечно, сложная, но не безвыходная. Значит так, для начала всех виновных в побеге — на кол! Затем организовать план «перехват». Далеко она в рваных колготках и сломанных шлепанцах не убежит. Далее всё как обычно — схватить и надругаться. Только, чтоб, бл*, по очереди! Ну всё, иди, выполняй. И да пребудет с тобою Сила! — с этими словами Мендез вытолкал очумевшего гандоноса за дверь кельи, втайне рассчитывая продолжить очищение своей кармы…
