Биение (18+)

Уже через десять метров своего побега Кель осознал всю свою тупость. Академия – ограниченная территория, полностью или в большой степени подчиненная директору. И куда тут бежать?! Да еще и наручами, ограничивающими магическую силу! Затея быстро передать послание с вестником в Школу не глупа, но осуществить ее надо в самые кротчайшие сроки, иначе поймают, и не видать даже солнечного света одному несчастному пульсарику. И не посмотрят, что невиновен. И хотя амулетом воспользоваться можно и без малейших способностей к волшебству, магия значительно ускорит процесс, как и позволит четче и полнее передать все, что уже успел узнать Кель. «Какого черта я вообще в это ввязался?» — в очередной раз спросил себя пульсар, прячась за углом от проходящих мимо академиков. Но ответ был удушающе быстр и слишком аргументирован: «Если этого не сделаешь ты, то не сделает никто. А сдохнут все без исключения.» В очередной раз поблагодарив Хаос за то, что никакие следящие чары на пульсаров не цепляются, Кель вырулил из-за угла на встречу двум идущим разумным. Облик маленькой эльфиечки должен был поспособствовать положительному впечатлению. Увы, лимит удачи был превышен — Кель налетел на своих хороших знакомых: лисичек Этну и Энту и полупульсара Фарина. И как назло они заметили малышку. — Ты потерялась, девочка? Чья будешь? — дружелюбно поинтересовались близнецы. Фарин отвернулся, как обычно смущаясь своего черного глаза. Полуэльф никогда не стремился первым заводить знакомство и был очень ненавязчив, даже слишком. — Ой, помогите! Помогите, пожалуйста! — взмолился тут же пульсар, заглядывая в глаза девушке. Если играешь роль, то делай это качественно и до самого конца. Сейчас они не знакомы, за ним нет погони, а они должны тут находиться. — С чем, детка? Кель с жалостливым взглядом показал свои руки. Наручи нельзя снять самостоятельно, но со стороны любой маг одним щелчком сможет открыть их, зная ключевое слово. У каждой модели наручей – свое. — Ух, как же тебя угораздило?! — воскликнули близняшки в один голос, даже Фарин забыл смотреть в окно. — Я к дяде приехала сегодня, он обещал Академию показать. Рассказывал, что у вас тут тайны всякие происходят, преступников ловят, дал вот, подержать… А я и примерить решила! Дядя меня убье-е-ет! — под конец Кель сам не выдержал и почти разревелся. — Ну-ну, я думаю, он поймет, — попробовала улыбнуться Этна, но не выдержала и поинтересовалась. — А кто твой дядя? — Алсинейль из рода Серебряных, — плаксиво сдал директора Кель. Ребята побледнели. Еще бы, ребенок под защитой директора. Если с таким что-то случится, то по гриве прилетит всем… — И он меня уже, должно быть, ищет. Пожалуйста, снимите! От этого известия прогуливающие студиозусы едва в обморок не хлопнулись. Директор, он хоть и безопасный, не внушает желания с ним лишний раз встречаться. Тем более в таком контексте. Но их реакция была даже слишком очевидна. Даже для ребенка. — А я не скажу, что вас видела, — решил надавить еще сильнее Кель. Каждая секунда на счету, а он тут топчется уже третью минуту! Близнецы быстро сдались и еще быстрее произнесли указанное ключ-слово. Наручи распались, и Кель не сдержал улыбки. Все, теперь точно не найдут. Магия вокруг довольно расправилась в привычную уже сферу ауры. — Спасибо! — девочка быстро подхватила широкие браслеты из коричневого металла , испещренные рунами, и унеслась дальше, только ее и видели. — Жутковатая, какая-то, — донесся до Кельеона голос полуэльфа. — Ага, — уже совсем тихое от кицунэ. Кинув наручи буквально в ближайшую клумбу, пульсар зачаровал одежду: а то мешком висит — так юные леди не ходят! Еще сменил цвет волос со светлого на рыжий, наставил себе веснушек. И поспешил к лазарету, где прикопал большую часть своих компроматных сокровищ. По пути старательно делал вид, что никуда не торопится и, вообще, играет. Ведь если маленькая эльфийка будет бежать из административного корпуса как от орды орков, это навлечет нездоровые подозрения… А так мир-дружба-пирожки почти. Нужная клумба нашлась быстро. Кель быстро сжал в чумазых от земли пальцах небольшой полудрагоценный камушек не слишком понятного серого цвета. Особенность вестников такова, что они одноразовые: после использования материальный носитель разрушается. И пока аналогов не придумали. Но как срочные сообщения – они незаменимы. Волшебную пташку нельзя ни поймать, ни остановить, пока она не дойдет до адресата. Этот кулончик пульсар получил на свой выпускной, как и остальные закончившие Школу в Мертвых землях. У каждого пульсара такой был, чтобы по нужде, в крайнем случае или другой ситуации, требующей вмешательства других пульсаров, можно было это сделать. Пульсары – индивидуалисты, но не одиночки. Сжимая артефакт в руках и сосредоточено передавая все, что только удалось узнать, а так же свои подозрения и догадки, Кель не заметил, как его нашли. Как – уже не так важно. Но появились они как раз в тот момент, когда светящаяся бумажная птичка сорвалась в небо и устремилась на север. Кель открыл глаза и увидел, как на него с мечом наголо прыгает Миррис, за ним на всех четырех лапах несется тавр с таким же мечом, а следом на поляну выбегают директор и следователь. Тут даже у пульсара не выдержали нервы, и маленькая девочка, коей он был и на которую бросился полудроу, завизжала и… вдруг превратилась в «дяденьку-сыщика». Эльф затормозил буквально на секунду, увидев перед собой напуганного напарника. Тяжелый меч ушел в землю в десяти сантиметрах от головы «Шеллинэля». В следующую секунду на них навалился Шии, и началась обычная драка на кулаках. Причем, ни леотавр, ни помощник следователя не заметили, как подставной следователь покинул их приятное общество и встал в сторонке. — Позвольте поинтересоваться, что именно вы сейчас сделали? — у горла Кельеона вдруг возник кинжал настоящего следователя. — То же, что делали бы вы, — в стиле Шеллинэля выплюнул пульсар. — Сообщал тем, кто может решить эту ситуацию, о том, что узнал. От вас помощи как с козла молока! Союзу даже на пользу, если все пульсары вдруг исчезнут, а вот мне как-то еще пожить хочется. На плечо взвинченному следователю легла рука Алсинейля. Директор покачал головой. — Что?! Он обещал не сбегать! — Только до кабинета профессора. И не обещал, а говорил, что это будет трудно, — пропел пульсар, возвращаясь к своему обычному поведению и заодно облику. — Заткнись! — ткнул в его сторону ножом эльф — Лучше своего маньяка забери от Шии! — ощетинился в ответ Кель. Котавр и полудроу все еще продолжали увлеченно мутузить друг друга. Удивительно, этому хилому на вид эльфу удавалось даже давать отпор почти конским весу и силе противника… — Господа… и возможно дама, я не потерплю ссор в моем присутствии, — привлекая всеобщее внимание, хлопнул в ладоши директор. Эльф и леотавр оказались воспитанными господами и совету вышестоящего лица последовали, расцепившись и разбежавшись по углам: Миррис прибился к своему напарнику, поправляя сбившуюся одежду, а Шии прижался к пульсару, тоже поправляя рукава своей утепленной туники. (Все же не лето на дворе.) — Вот вы где! — к ним добежал куратор. Фалко Тренчант, хоть и выглядел подтянутым, спортивным не был. И бегал он соответственно… — Как вы меня нашли? — полюбопытствовал Кель, не отрываясь от разглядывания синяков на котавре. Шии послушно давал себя разглядывать, пестрея с каждой минутой все больше. И тут даже чары не могли бы помочь – от тавров все отскакивает. — Ребят встретили, — признался Шии, поскольку остальные промолчали. — Они и рассказали про «дочку директора». А еще Миррис поймал твой мыслеобраз об этом месте. Сюда бежать было дольше, чем тебя искать, — улыбнулся тавр как-то виновато. — Позор мне, раз я так предсказуем, — улыбнулся ему в ответ Кель миролюбиво, про себя костеря на все лады талантливых менталистов в общем и себя в частности. Заметив вдруг подступающего с наручниками эльфа, пульсар не выдержал: — Да отстаньте вы от меня! Я ничего не сделал. — Но ты!.. — начал было Шеллинэль, но запнулся. Если так посмотреть и даже подумать, то Кельеон действительно был виновен только в том, что он оказался пульсаром. Никаких преступлений кроме незаконного проникновения на территорию ОРАИ на его совести не было. Да и это оказалось излишней мерой, поскольку пульсары в большинстве своем разумны. — Давайте вернемся к конструктивному диалогу и не будем тыкать острыми предметами друг в друга, — поднял руки в примирительном жесте Тренчант. — Предлагаю вернуться в кабинет, — поддержал его затею Алсинейль. Куратор возмущенно вскинулся: — Эй, это мой кабинет! — Тебе жалко чая для старого друга? А впрочем, можем и в моем кабинете расположиться, — примирительно рассмеялся директор. — Не понимаю, что вы еще хотите от меня услышать? Я все уже рассказал. Орки задумали использовать ваши амулеты и избавиться от нас. Что еще вы хотите от меня? — поднял брови Кельеон, всем своим видном излучая недоумение. — Ну, мне было бы интересно послушать все, — вздохнул эльф. — Но ты ведь мне и лишнего слова про пульсаров не расскажешь… — Я бы не хотел так поставлять других своих сородичей, — аккуратно подтвердил Кельеон. — Но если директор разрешит, то отвечу на некоторые вопросы. — Директор? — удивился эльф. — Я директор, и я даю тебе свое разрешение мне все рассказать. — Наш директор Школы, — засмеялся пульсар, меняя облик на привычного дроу. — Он же и правитель, и добрый дедушка в одном лице. — А не слишком ли много власти для одного разумного? — нахмурился Шеллинэль. — Когда умеешь менять облик и можешь стать, кем душа пожелает, очень быстро осознаешь, что власть – блажь и глупость, куда ценней честность и верность, — повторил Кель слова одного из воспитателей. Раньше Кельеону казалось, что имея власть, то есть имея высокий статус или много денег, можно получить все, что только можно захотеть. Поэтому и поступил в Академию с риском для жизни: те, кто смог обмануть сканирующие артефакты, могли стать учителями, представителями самой почетной и опасной профессии в обществе пульсаров. А если лучший среди лучших, то тебе открыты любые двери! Какая глупость! Что значат книги, когда есть настоящий клад чистых эмоций? Что такое потакание опасным прихотям, если все твои выкрутасы только заставляют волноваться дорогого тебе котавра? Радость за самые мелкие победы, полуночные беседы обо всем, чтобы наутро не вспомнить ничего, и просто обезоруживающая честность – ну разве не прелесть! Так и не заметив, что губы сложились в улыбку, Кель в компании эльфов, человека и леотавра дошел до кабинета директора. По пути им вроде попадались другие студенты и магистры, которые удивленно оглядывались, видя директора в компании печально известного дроу. Потом по школе гуляли слухи, что этот дроу – сын самого директора, а может даже внебрачный сын самого Императора… — Хотел спросить, — неожиданно для себя поинтересовался Кель, — что будет с Инмаш? — Она преступница и убийца, ее отдадут страже императора под суд. Хотя скорее всего ее просто казнят. — Тогда почему она еще здесь? — Раньше пульсаров еще не ловили. Тюрьму, чтобы удержать вас, трудно представить, только многоуважаемому Алсинейлю удалось создать чары, способные удержать пульсара долгое время. — Но она не виновата, — нахмурился Кель. — Она же еще ребенок, тем более она была так воспитана… — Мы поняли, что она просто орудие, но это не отменяет того факта, что она натворила! — покачал головой директор. Из шкафа тем временем выплыл чайный сервиз с вазочкой сахара и печенья. Сам собой разложился на столе, вокруг которого все и устроились. — Вы не поняли. И не могли понять, — покачал головой Кельеон, принимая чашку. — Дети – совершенно другие. Один ребенок гораздо ближе к Хаосу, чем все взрослые пульсары вместе взятые… Вдруг в распахнутое окно влетела белая птичка, не состоящая из бумаги, а вполне объемная, с клювиком и крылышками. В лапках она держала еще один амулет связи и небольшую коробочку, обитую синим бархатом. Волшебное животное приземлилось на середину стола. — Вы – Кельрис? — раздалось из недр пташки мелодичным голосом. — Я. — Вам срочное сообщение от вашего старика, желаете прослушать сейчас? — Да, им тоже можно, — прекрасно понимая, что эльфы так просто его не отпустят, процедил Кельеон. — Начало сообщения, — птичка открыла клюв и оттуда донесся женский голос: — «Кель, сопля такая, ты как посмел?! Тебе кто дал право трезвонить о своей расовой принадлежности направо и налево? Впрочем, все, что ты узнал, мы проверим. И будем молиться, чтобы это оказалось неправдой. Если что – примем меры. Насчет того благородного сброда, что ты уже успел посвятить в свою разумность. Делай, что хочешь, но обеспечь, чтобы ситуация в мире осталась неизменной! Зная этого могущественного миротворца, можно предположить, что Академию откроют для нас… Так вот, сопля, так ему и передай, мне не нужно так много выпускников егоной гребаной Академии! Слово в слово передай, а если слушает, то пусть слушает. Что там еще? Короче, тут сопли опять перекусалась, надо разнимать. Коробочку без надобности не открывай, там яд, если вдруг тебе понадобится героическая или трагическая смерть. Кровотечение из глазниц и все такое… Все, если что, связывайся или мы свяжемся. Да иду я! Только не давайте им грызть друг другу спины! Вот и славно, что не дотягиваются! Все, пока, сопля.» Конец сообщения, — птичка закрыла клювик. — Желаете прослушать еще раз? Кель посмотрел на немного деморализованных слушателей. По началу слышать ругань директора всем странно. Тем более таким голосом. А потом уже привычка вырабатывается. Интересно, что произошло? — Нет, спасибо. Я все слышал. Птичка тут же рассыпалась на куски белого света, оставив на столе бархатную коробочку и серый камушек амулета. Кель уже хотел забрать вещицы, как Шии выхватил коробочку и спрятал за спиной. — Шии… — Я не дам тебе ею воспользоваться! — Шии, вспомни, с кем имеешь дело. Директор все-таки заботится о своих учениках, разумеется, там ничего нет. Отдай. Котавр подозрительно посмотрел на пульсара, но послушно протянул коробочку. Кель тут же ее безбоязненно открыл, хотя у всех остальных несмотря на его слова екнуло сердце. Внутри оказался переливающийся радугой камень, словно покрытый перламутровой пленкой. — Что это? Никогда такого не видел, — Тренчант чуть со стула не упал, желая рассмотреть поближе неизвестного назначения предмет. — И не должны были, — возвращая камень в коробку, отрезал Кель. Не успел пульсар моргнуть, как коробочка перекочевала из его цепких пальцев в руки Шеллинэля. — Я не могу позволить тебе его хранить. Кто знает, что эта штука делает! Так что конфискую до конца расследования. Кель подавился подобной наглостью. Но отбирать сокровище не решился – вдруг разобьется… — А по какому праву? — вместо этого решил надавить он. — Подозрительный предмет, который можно использовать для совершения или сокрытия преступления! — Это не повод. Я так могу каждый нож подозревать! — праведно возмутился уже Шии. — Ага, — авторитетно поддакнул пульсар, потому что больше добавить было нечего. Эльф смутился, не зная, как логически обосновать свои нехорошие подозрения по поводу неизвестной пульсарской пакости. Вдруг в окно влетела еще одна птичка-сообщение. Она опустилась на то же место, что и прошлая и склонила голову. — Вы – Кельрис? — Я — Вам срочное сообщение от Анахеймдаля. Желаете прослушать сейчас? — Да! Что они нашли так быстро? Да за это время можно было только до первого становища добраться! Видимо, директор действительно сильно заволновался, раз раздал радужники… — Начало сообщения, — птичка точно так же открыла ротик, но вместо женского, пусть и хамоватого голоса, раздался твердый мужской: — «Кель, жду тебя на чай. Хватит на всех.» Конец сообщения. Внутри что-то оборвалось. Директор мог орать, придуриваться и даже танцевать самбу, пока отчитывал своих учеников, и все знали, что да, провинились, но ничего страшного не произошло… Ноги в руки стоило собирать, когда он начинал говорить нормально. — Директор, вы хотели узнать тайны пульсаров. Вот вам и повод. — Но путь, даже с порталами, до Мертвых земель займет минимум три дня! — Если вы согласитесь отдать мне мою племянницу, то мы будем в Школе уже к вечеру, — усмехнулся Кель. — И как это ты это провернешь? — прищурился следователь. — Секрет, — хлопнул ресницами пульсар и обворожительно улыбнулся. А когда эльф совсем окосел (исключительно от удивления или ужаса!) от строящего ему глазки дроу, тот быстро метнулся и выхватил из рук коробочку с радужником. — Сначала, племянницу. Если хотите пойти, то сообщите, что вас не будет пару дней или около того. И не забудьте оружие. — Мы же в школу собрались! — возмутился Миррис. — Вот именно! — всплеснул руками Кель. — Я не хочу, чтобы у вас после нашей Школы вдруг поменялись характеры… — Все так серьезно? — нахмурился Алсинейль. — Более чем. А теперь, пожалуйста, побыстрее! Шанс выжить - 13%