Биение (18+)

Сеть телепортов появилась около двадцати лет назад и постепенно связала собой все относительно крупные города. Никто не знал точно, кто ее построил, но слухи ходили разные. В основном, конечно, наговаривали на магистров и магов правителей разных стран, но точно выяснить ничего не удавалось просто потому, что телепортации тогда не было. Уже потом, после появления сети ее начали изучать, открыли закономерности и особенности. Но личности первых создателей так и остались покрыты мраком. Интерфейс панели управления был прост: приложить руку и объявить название одной из точек, указанных на плите. Существовали целые службы, ориентированные на помощь путешественникам в их пространственных прыжках и помогающие выбирать наиболее короткий маршрут. Переходы, связывающие границы между городами и стоящие возле границ, охраняли и контролировали. — Так что ты собираешься делать? — не унимался Шеллинэль, гарцуя на своем коне около арки. ОРАИ находилась в центре эльфийских земель. И ближайший телепорт был в соседнем городе – Страксе. Он находился в полудне пути от Академии. Так что путники были у заветного перехода лишь к вечеру. На город уже опустилась ночь. И хотя в тропиках ночи теплые, всем пришлось запастись теплыми вещами: Мертвые земли находились на севере континента, где шла долгая и холодная зима. Во всяком случае так утверждал с мерзкой улыбочкой Кельеон. Хотя все граждане Союза знали, что самая южная точка оккупированных земель приходится на драконий разлом, что не так уж и далеко от экватора. Но пульсару виднее, и все решили не спорить. Сам Кель взял только теплую кофту и волшебную стрелку. Коня ему выделил директор из конюшен Академии. Впрочем, Алсинейль был вынужден выдать коней всем остальным, кроме Шии, который был сам на четырех ногах. — Ты как маленький ребенок, — проворчал пульсар, сползая с лошади и стараясь не уронить бесчувственное тело Инмаш. — От того, что ты спрашиваешь, ничего не изменится, есть там у меня план или нет. В любом случае, смотри и учись! С этими словами Кель вжал радужный булыжник в панель перехода. Город уже уснул, вокруг арки не было никого постороннего. Так что никто и не увидел, как перламутр между столбами арки замерцал и добавил яркости. — Это было восхитительно, — сардонически воскликнул эльф. Но внезапно его поддержали магистры. Они спешились и как завороженные подошли к арке. Маги точно видели, что произошло, и сейчас жаждали пощупать новинку. — За последний день я узнал больше за последний век! — покачал головой Алсинейль. — Ответь, зачем создавать подобную систему и отдавать ее нам? Кель пожал плечами. Директор верно догадался: именно пульсары, дети Хаоса, научились безопасно дырявить пространство первыми. — Ну, многие уходят слишком далеко от дома, чтобы в случае нужды быстро прийти на помощь. Так что было решено расставить систему переходов. Но сами врата слишком большие, чтобы прятать их где-нибудь в подвале или складе, причем в каждом маломальском городе. Рано или поздно их бы нашли, но какое впечатление они бы произвели? Опасная штукенция, позволяющая перебрасывать армии незаметно с одного края планеты на другой. Их бы просто разрушили! А так! Дар богов! — Кель явно гордился творением предков и смеялся над другими волшебниками. — Ведь именно к этому пришли маги. — Пойдем, хвастун, — Шии обнял пульсара, сломав весь пафос ситуации. — Вряд ли эта штука долго работает. — Лошадей лучше вести на поводу, — как заправский телепортер-гид вещал Кельеон, только крепче перехватывая коня за поводья. — И помните, куда мы вообще идем! Остальные тоже вдруг заторопились. Шии стянул с седла пульсара и закинул на себе плечо. Кель фыркнул и отнял от панели бывший радужным камень. Кажется, дед подобрал просто что на дороге лежало. Покрутив булыжник в пальцах, пульсар его просто выкинул. Теперь просто каменюка без следа волшебства. У магистров подобное движение вдруг вызвало коллективный приступ икоты и кашля одновременно. Не став заморачиваться приступом необоснованной жадности у некоторых разумных, Кель шагнул в радужный портал, ведя на коротком поводу коня. Животное привычно нервничало и норовило повернуть назад. Переход сквозь пространство на секунду ослепил чувствительного к магии пульсара, заставив затормозить на секунду и столкнуться спиной с грудью Шии. Вместе они вывалились из арки. Кель сразу же кивнул Шии, чтобы тот положил девчонку назад, сам достал из седельных сумок покрывало и завернул ребенка словно гусеницу в кокон. Новая погода оказалась прохладной и светлой. И не понятно, была ли то ночь такая или все же день. Не успел леотавр основательно навертеться головой, как Кельеон отвел его в сторону от выхода. В тот же момент из арки вышли эльфы и человек. Все послушно вели своих зверей на поводу. — Пешком дальше пойдем, тут не далеко, — Кель хмуро посмотрел в сторону родного дома. — Я бы вообще не советовал туда соваться. — Что, дома не признают? — засмеялся следователь. — Если бы… — пульсар тяжело вздохнул и активировал стрелку. Стрелками называли оружие магов – короткое, не больше локтя, тонкое заостренное металлическое копье, подчиняющееся командам владельца. Каждая делалась индивидуально под ауру мага и при должном умении могла стать грозным оружием, но пользоваться ею могли немногие: надо иметь развитую фантазию, чтобы управлять артефактом. Обычно это занимало все мысли мага, и он становился недееспособен. Однако пульсаров всегда с воображением было хорошо. И не понятно, хорошо это или все же плохо… — Так, если вы вдруг увидите, услышите или что-то почувствуете, скажите мне. Если видите девочку, что делаете? — Сообщаем тебе? — криво улыбнулся Алсинейль. — Верно, — не принял его шутливого тона пульсар. — А если увидите умирающую старушку? — Мы не тупые! — взвился Миррис. — Вы идете в детский сад пульсаров! — гаркнул на него Кель так, что на ближайших деревьях разлетелись птицы, а Инмаш под чарами заворочалась. — Забудьте все, что знаете об окружающей реальности, и не верьте никому. И да поможет нам Хаос-Отец выжить! С этими словами пульсар сделал пару шагов и вдруг исчез в покрывшемся рябью воздухе. Осмотревшись на предмет других пульсаров в округе, за ним последовали и остальные. Тут же со всех сторон мир накрыла тишина. Эльфы недоуменно огляделись: не было никого ни видно, ни слышно. В пяти метрах от барьера замер, вслушиваясь, Кельеон. Стрелка рядом с ним болезненно дрожала, но не двигалась с места. Для Школы было слишком тихо. Продолжая настороженно оглядываться, Кель затряс Инмаш, стряхивая чары. Та со стоном села и скатилась с лошади. Едва взгляд ее стал более осмысленным, Кельеон быстро отошел от нее и не дал подойти Шии. Пульсарка дезориентировано сделала пару шагом и уселась на землю, продолжая разглядывать что-то, доступное только ей. — Что с ней? — одними губами прошептал куратор. Пульсар в ответ только пожал плечами. Молодые пульсары, когда впервые попадали в общество себе подобных, начинали беспричинно радоваться, бояться и даже плакать. У всех реакция была индивидуальна и непредсказуема. Оставалось надеяться, что директор не изменит своей привычке встречать новичков лично. Между тем девушка растеряно обернулась на своего "дядю". Кель ей только ободряюще улыбнулся и тихо прошептал. Его слова привели других в ужас: — Делай, что хочешь, ты здесь свободна. И словно это сорвало все тормоза у молодой пульсарки: она хихикнула, а потом и вовсе рассмеялась, окутываясь красноватой дымкой. Магия подняла ее в воздух и закрутила волчком. Дымка слилась в единый красный кокон, смех слился в странный гул. Эта юла сделала небольшой круг метром в диаметре и с резким свистом ушла в сторону и пропала. — Нам туда, — авторитетно заявил пульсар шокированной публике и показал, словно специально выбирал, в самый темный участок местного леса. — Даже не хочу спрашивать, как ты это понял, — сдавленно ответил Шии. — Я просто ткнул пальцем, — чтобы услышал только леотавр, процедил пульсар, давя улыбку. Котавр только тяжко вздохнул и поплелся в ту сторону. Двуногие тоже уже приняли соответствующие позы, чтобы залезть на лошадей. — Пешком пойдем, сказал же, — Кель даже не старался скрыть паскудной улыбки, но настроение изрядно портил риск просто прогулки тут, так что голос скатился до раздраженного шипения. — Раскомандовался, — фыркнули следователи. — Я предупредил, — пожал плечами пульсар. — Если украдут вас вместе с лошадью – не моя проблема. Директор тут же наложил на транспорт плетение, отвлекающее внимание воров, потом совместил это с чарами «непривлекательности», чтобы ворам просто не хотелось его красть. — Не поможет, — покачал головой Кель. — Дети в сотни крат сильнее взрослых. Такие интересные чары только привлекут их внимание. — В чем причина подобного явления? — нахмурился Алсинейль, все же выбирая пешую прогулку. — Разница между твоим поведением и тем, что ты описываешь, едва ли не разительна. — Вы видели, у детей нет тормозов. Нет морали, нет целей, нет связей. — Куда родители смотрят? — недовольно поинтересовался Шии. — В абсолютно противоположную сторону, когда убегают от своих чад, — меланхолично отмахнулся Кельеон, наблюдая, как из воздуха появляется рука и тянется к репице хвоста коня Шеллинэля. Тот так увлекся разглядыванием готичного пейзажа, что совершенно забыл о безопасности. Эльф – и этим все сказано. Вечно их влечет к растениям странной конфигурации. И этот лес не стал исключением. Тем более, что местные растения из-за длительного соседства с изменчивыми существами сами стали как-то мутировать и теперь радовали глаз самыми разными цветами, плодами и вообще образом роста: некоторые спокойно росли сверху вниз... В общем, для всех пейзаж был нов и захватывающ, но только эльфы позволили незнакомым конечностям непонятного происхождения и намерений протянуться к чужим хвостам. А ручонка уже схватилась, смутив изрядно животное, и дернула. Эльф слетел с коня, как с горки. Стоило ему оглянуться, как лошади след простыл. Та же история произошла и с Миррисом. Оба эльфа округлили глаза, но натренированно выхватили оружие и направили на пустое место. Пустое место вскрикнуло и уронило гигантскую клубнику вверх. Все дружно вздрогнули. — Кто еще кататься хочет? — следователь сразу не понравился пульсару, так что все неудачи были просто как бальзам на душу. — А почему наших не тронули? — поднял брови Тренчант. — Вы не едете, поэтому они могут думать, что на них ездить нельзя, — предельно честно высказал предположение пульсар, не моргнув и глазом. — А можно? — вдруг раздался голос из пустоты, и в воздухе объявился пульсар. Внешность его постоянно менялась, оставляя неизменными только глаза – бирюзовые драгоценные, но холодные камни. — А тебе зачем? Мы просто так не отдадим. — Ум? — с этим звуком незнакомое существо растворилось в воздухе обратно. В лесу послышался визг женщины. Спустя мгновение из-за деревьев выбежала женщина и вцепилась в мага. Мужчина опешил и не сразу среагировал. Окрыленная успехом, она схватила магистра и смачно к нему присосалась. На секунду Кель даже подумал, что сейчас лишится куратора. Но она оторвалась и, сверкнув красивыми голубыми глазами, прошептала: — Мужчина, за мной гонятся! Не могли бы вы отдать мне своего скакуна. Я вижу, он вам ни к чему… — Кто гонится? — резко спросил ее Кель. Женщина замялась. После чего обиженно фыркнула и растворилась в воздухе. — В следующий раз лучше продумывай ложь! — крикнул ей вслед и рассмеялся такому детскому разводу пульсар. Все продолжили путь. Фалко все еще был под впечатлением от недавней попытки его ненавязчиво съесть и шел на автомате. Дальше по дороге они встретили девочку, обнимающую бабушку и плачущую у дороги. Старуха тяжело кряхтела и держалась за ногу. Они сидели около пенька, оперевшись на него. — О, путники! — выкрикнула девочка, едва увидев их. — Моя бабушка сломала ногу! Помогите, молю! Кель закатил глаза и даже думал не останавливаться перед препятствием. Но совесть следователей родилась вперед них – оба кинулись старухе помогать Человеческая девочка в самом сердце территории пульсаров – ничего подозрительного! Они тут вообще поколениями живут, эти люди! Заметив отблеск кинжала за пазухой у девочки, пульсар быстро вскинул руку и остановил эльфов. — Вам что сказано? — надеясь образумить их быстро, прошипел Кельеон. — Никому не верить. А вы что? — Но!.. — Ладно, хотя вы и идиоты. Детка, — обратился Кель уже к парочке, — расскажи, что произошло. — Мы шли к Школе, бабушке надо было купить лекарство, которое делают пульсары. Они часто помогают нашей семье. Вот шли мы, как вдруг бабушке стало плохо! Она споткнулась, и я услышала треск. Она упала. Я помогла ей отойти в сторонку, привалиться тут, чтобы ей не было так тяжело… Так страшно! Помогите, что вы медлите?! Это было почти два часа назад. Тут никого нет. Пожалуйста! — А теперь расскажи все наоборот, — не обращая на ее мольбы ровным счетом никакого внимания, приказал Кельеон. — Что? Но ба… — Живо! Что рассказала, только наоборот! И мы ее хоть к императору во дворец доставим! — Мне только в Шк… — Живо! — пульсар был неумолим. — Она сломала ногу, потому что она упала. Она оступилась о корень. А сами мы шли за лекарством, оно в Школе, его нам пульсары делают, — выпалила девчонка без запинки. — Спалилась, — расплылся в улыбке Кельеон. — Но она ведь все рассказала, — встал на дыбы Миррис. — Вот именно. Не так ли? — И где же мы прокололись? — парочка тут же прекратила притворяться умирающими. — Вот сейчас, — все так же невозмутимо пожал плечами пульсар. — Я же должен был симулировать видимость проверки. Так просто вы бы не сдались. А теперь валите, не задерживайте нас. — Мы хотели по-хорошему, — прошипела старушка, и они обе исчезли в голубоватой дымке. — Почему бы нам не… Кель метнулся и зажал руками рот директору, пока тот не обозначил свой альтруизм. После чего осторожно огляделся, вглядываясь магическим зрением в окружающий мир, но ничего и никого не нашел. — Стоит им это узнать, и до Школы дойдем не мы, а наши органы. Ведь «почему бы нет»… Эльф даже не отреагировал на фамильярность и откровенную грубость. В тот же момент из воздуха появились руки, и директор и куратор лишились лошадей. Что за поколение конокрадов воспитал дед?! Тут Кельеон увидел, как аналогичная рука тянется к хвосту Шии. Стрелка тут же проткнула грабителю кисть, а Кель выкинул пульсара почти пинком из облака чужой магии. Золотоглазый сородич с постоянно меняющейся внешностью, чередующей все пола и возраста, закричал дурным голосом и схватился за руку. — Еще раз руку протянешь, я детство вспомню. Пульсар быстро притих и оценивающе посмотрел на Кельеона. Разглядев что-то в его глазах, он вскрикнул, сам тяпнул себя за руку и отгрыз ее по самое запястье. Мальчишка-пульсар сиганул к ближайшему дереву и, схватившись за нижнюю ветку уже снова здоровой рукой, исчез в листве. О его присутствии говорила только лужа крови с мерцающими искрами, вспыхивающими в ней. — Знаешь, из тебя вышел бы отличный воспитатель, сопля! — раздалось из-за деревьев. К ним шел, постукивая палочкой по земле, слепой мальчик и ехидно улыбался. — Здравствуйте, директор, — все еще свирепо после такой наглости взрыкнул Кельеон. — Ты был таким прекрасным ребенком, сопля,— настальгично улыбнулся ему мальчик. — Не чета нынешним. Недаром же тебе удалось поступить в Академию! Все учителя плакали, когда ты наконец-то свалил... Все это время директор продолжал подходить к гостям. Кель благоразумно не становился ему на пути. И Шии отодвинул. Следователи тоже сообразили сами. А вот магистры замерли, таращась на самое могущественное существо среди пульсаров. Тут мальчишка наткнулся на ногу Алсинейля. Тонкая тросточка пощупала носок его сапога, немного запуталась в подоле мантии. Эльф понимающе не стал обращать на это внимание, как и не убрал ноги, давая слепцу узнать свое местоположение. — Дайте угадаю, тот самый директор, Академия которого из года в год гробит мои сопли? — все-таки же убийственно ехидно спросил мальчик. — Алсинейль из рода Серебряных, — опасливо согласился с ним директор. Трость тут же превратилась в дубину и с размаху упала на ногу эльфу. Пульсар пакостно захихикал и проронил, меняя облик: — Добро пожаловать, господа, мы всегда рады видеть новые лица. Шанс выжить - 11%