Зависимость

===> Будь Эриданом. Осознать, что где-то ты совершил огромную ошибку. Наступило Рождество. Это можно было определить, даже не сверяясь с часами на телефоне. Я слышал, как на улице шумели люди, как взрывали петарды, а где-то в парке запускали фейерверк. За окном царило веселье, да и за стенкой тоже явно развлекались, судя по раздающимся оттуда звукам. Конечно, это было совсем не моё дело… Но, чёрт возьми, мне было завидно! Почему кому-то доставалось всё, а кому-то — ничего?! И я даже не про деньги — этого добра у меня имелось предостаточно. А точнее у моего папаши, от которого даже звонка на праздник не дождёшься. Да, на карте меня уже ждала очередная подачка в виде кругленькой суммы… Но, наверное, доброе слово в мой адрес стало бы гораздо лучшим подарком! И не только от него. Складывалось впечатление, что меня все разом решили забыть. Это касалось всего моего окружения: от родных до коллег по работе. Я несколько раз проверял социальные сети, но там стояла мёртвая тишина. На кучу моих сообщений не отвечали, хотя и было видно, что их читали. Ну и пусть в них в основном преобладали грустные смайлики! Можно же было кинуть хоть стикер ёлочки? Я вытер слезившиеся глаза ребром ладони. Как-то не так представлялся мне праздник в компании почти-что-официального-парня. Соллукс спал зубами к стенке. Или старательно притворялся, что спит. Я попытался его растолкать, чтобы он обратил на меня внимание, но тот только лениво отмахивался и рычал что-то неразборчивое сквозь зубы, отпихивая то локтем, то ногой. Конечно, мы вечером знатно покуролесили — и подрались, и помирились, попутно разломав на кухне стол. Даже недавняя выходка Терези не сбила мой боевой настрой. Но потом похотливое настроение закончилось, а вместе с ним ушло и удовольствие: в момент страсти не было больно, но после — ушибы и царапины стали саднить. Наверняка утром ещё и синяки придётся замазывать тональным кремом. Об этом я, конечно же, сообщил Соллуксу крайне недовольным тоном. Но он меня не услышал или не захотел слышать. Лишь сказал, что я могу уходить, если хочу. Что дверь осталась открыта. Что развлечения на сегодня подошли к концу. Не знаю даже, на что я вообще надеялся. Может быть, мне действительно стоило гордо уйти, хлопнув дверью, показав характер? Но я почему-то не смог. Мне не хотелось проводить Рождество в одиночестве. Снова. Уж лучше под боком у похрапывающего придурка, чем в компании собственных мыслей, что с маниакальным упорством напоминали о моих косяках. Мне до сих пор было стыдно из-за того, что произошло на глазах у Терези. Похоже, вся их семейка оказалась больной на голову: один садист, какого ещё поискать надо, а другая — вуйеристка. Как-то всё это было… грустно. Даже не так. Это было разочаровывающе. Складывалось впечатление, что я годен лишь на то, чтобы меня снова и снова использовали в крайне отвратительных целях. Тут бы стоило закатить масштабную истерику, но, к сожалению, мой единственный зритель притворялся бревном и не реагировал на любые попытки его реанимировать. Было холодно. Но не только потому, что Соллукс, как последняя тварь заграбастал себе большую часть пледа. Мне казалось, что каждый раз, когда я пытался завести разговор, между нами возникал невидимый барьер. А то покувыркались и всё: заткнись и отъебись. Не хватало хоть какой-то эмоциональности и отклика. Выглядело так, будто мной попользовались и выкинули, как презерватив. Моя жизнь в принципе свернула куда-то не туда, раз я оказался здесь — на чужой кровати, где даже места особо не было. Приходилось изворачиваться, чтобы не грохнуться на пол и при этом случайно не прижаться к Соллуксу, изображавшему камень. У него даже ноги ощущались двумя ледышками. А он ещё смел меня сушеной воблой называть, сволочь бескультурная! Впрочем, после внутреннего монолога тишина мне показалась какой-то подозрительной. Я прислушался. Соллукс перестал похрапывать. Да и довольно долго лежал в одном положении, не переворачиваясь с боку на бок, будто действительно превратился в статую. Как бы ещё случайно не помер от счастья, что ночь провёл со мной. Я осторожно приподнялся на локтях и заглянул ему прямо в лицо. Он спокойно и размеренно дышал, явно не собираясь помирать по собственной инициативе. Глаза у него оказались открытыми. Смотрел он строго в потолок, будто именно там было что-то крайне интересное, а не прямо у него под боком. При этом выражение лица Соллукса вызывало острое желание накрыть его сверху подушкой и немного подержать, чего я почему-то сразу не сделал. — Что тебе от меня надо? — спросил он, не поворачиваясь, когда мне уже всерьёз захотелось придушить его за абсолютную безэмоциональность. — Ну, даже не знаю… Немного человечности с твоей стороны? Или хоть какой-то реакции на то, что между нами было? — вскинувшись, прошипел я, сжимая кулаки. — Тогда почему ты до сих пор здесь? Разве я не сказал тебе валить на все стороны, если что-то не нравится? — тем же невыносимо ровным тоном поинтересовался Соллукс. — Вот я тоже самое у себя спрашиваю! В который раз! — И? — Не нахожу ответа! Соллукс цыкнул и закрыл глаза. — Как всегда: сам себе что-то выдумал и совершенно нелогично обиделся. — Может и так! Но я этого, по крайней мере, не скрываю, в отличие от некоторых! А ты даже поговорить нормально не можешь — вечно всё клещами вытаскивать надо! Видимо, тебе ничего от меня кроме потрахушек и не нужно? — Возможно, — коротко резюмировал Соллукс. Тут уж я не выдержал: вскочил на ноги и начал собирать разбросанную в порыве страсти одежду, приговаривая, как можно более трагично и пафосно, чтобы его пробрало: — Сам приглашал остаться на ночь, а теперь выставляешь меня за дверь! Я тебе не игрушка, чтобы так со мной обращаться! Пошёл ты нахер со своим «возможно»! Соллукс вздохнул, но не сделал даже попытки меня остановить, а на мои вполне обоснованные вопли лишь поморщился и процедил: — Во-первых, я не выставляю, а даю выбор. Во-вторых, в моё предложение входили пицца и перепихон. И то, и другое ты уже получил. Мне больше нечего предложить. Если ты ожидал чего-то другого, то это уже твои проблемы, а не мои. Я заскрипел зубами. Как он вообще смел тут мной распоряжаться? Тоже мне — принц нашёлся! Сам факт его пренебрежения — жутко бесил. Потому в Соллукса полетела подушка, а затем и клавиатура, что валялась возле кровати. — Значит, тебе всё равно на меня и мои чувства? Да? Соллукс не сдвинулся с места, стоически перенеся бомбардировку. Только приоткрыл глаза и дёрнул уголком рта, будто скрывая тень улыбки, отпихнув от себя подушку и проигнорировав ворох проводов, прилетевших сверху. — Я тебя не держу. Ты знаешь, где находится дверь. Можешь её даже снаружи захлопнуть, если сумеешь. А то вон хныкал недавно, как маленький. Небось и силёнок не хватит, чтобы за собой закрыть. Я вспыхнул, как спичка. Щёки и уши стали гореть, будто ошпаренные. Меня переполнила ярость напополам со смущением. То есть он всё-таки слышал, как я хлюпал носом? И какие выводы сделал? Что я слабак и нюня? — Ах так? То есть ты будешь только рад, если я прямо сейчас уйду… — прошипел я, нависая над ним, как призрак возмездия. — Не дождёшься! Двигай свою тощую задницу к стенке. Я покажу, у кого тут силёнок нет! Соллукс не ответил, но и не посторонился, когда я бухнулся на кровать и начал остервенело его пинать и отпихивать, чтобы тот убрал свои конечности и переехал — желательно в другую вселенную или хотя бы в соседнюю комнату. К моему глубокому сожалению, манёвр не удался. Соллукс продолжил изображать мумию, но почему-то весом в целую тонну. Может, он просто приклеился к несвежим простыням? — Тварь очкастая! — рявкнул я, когда стало ясно, что моя гениальная идея по его скорому выселению не сработала. — Ты, как бы, тоже, — не остался в долгу Соллукс. — Идиота кусок! — Не очень оригинально, зато поговорили. Ты ведь этого добивался? Успокоился теперь? — Нет! — вскинулся я, готовясь ко второму раунду. Соллукс насмешливо хмыкнул. — Отлично. Хоть жалеть себя перестал. — Что? Не приписывай это в свои заслуги! Ты для меня ничего не сделал! Даже толком не пошевелился. — Зато ты активно передо мной попрыгал, — заметил Соллукс, вновь дёрнув уголком рта. — Аргх! На него посыпалась новая порция тычков, но на этот раз более ощутимых, чем прежде. Хотелось его хоть как-то расшевелить, чтобы он наконец воспринял меня всерьёз, а не отмахивался, как от назойливой мухи. Не помогло. Соллукс продолжал меня упорно игнорировать. И это сильно задевало. Настолько, что желание придушить перевесило всякий здравый смысл. Я слишком увлёкся и в какой-то момент обнаружил себя верхом на Соллуксе, крепко сжимающим его горло, если не в попытке по-настоящему навредить, то хотя бы напугать. — Тебе совсем не больно? — спросил я, стискивая пальцы у него на кадыке. — Нет, — выдавил из себя Соллукс. Было видно, что он нагло врал, но при этом не делал ничего, чтобы меня остановить. Даже наоборот — с натугой выдохнул и почти неслышно процедил: — Действуй. Доводи до конца, что начал. Чего ждёшь? Соллукс посмотрел на меня снизу вверх, даже не пробуя освободиться. И это пугало. В основном он всегда давал сдачи, когда завязывалась драка. Но сейчас Соллукс не сопротивлялся, словно ему действительно было абсолютно всё равно, что с ним произойдёт. Даже взгляд казался пустым и каким-то отстранённым, будто безжизненным. — Странные у тебя предпочтения, — проронил я, убрав пальцы с его горла. — Кто бы говорил… — отдышавшись, едко заметил Соллукс. Но у меня не было настроения продолжать бессмысленную баталию. Я с него слез и лёг, демонстративно отвернувшись. Пусть любуется моей пятой точкой, раз уж не научился нормально общаться. Конечно, было не совсем безопасно показывать ему беззащитную спину, но что-то подсказывало мне, что Соллукс не воспользуется моментом, чтобы отомстить. И действительно: он не пошевелился даже спустя пару минут — лишь стал более размеренно дышать, а затем и похрапывать. К тому времени я успел много раз пожалеть, что не ушёл. Следовало сразу же бежать, как только выяснилось его отношение ко мне. Но теперь это было делом принципа. И я не уходил уже из чистой вредности. Мне, в отличие от Соллукса, совсем не спалось. Кровать была жёсткой и неудобной, а компания — крайне неприятной. В итоге мои мысли вновь вернулись к беспросветному одиночеству. В груди словно разрасталась дыра. Я ощущал себя бумажным корабликом, к которому приложили зажжённую сигарету. Дыра не горела. Она потихоньку тлела, становясь всё больше и отравляя дымом. Если у Соллукса болели рёбра от вполне заслуженных пинков, то у меня ныло сердце от его слов и действий. Разве я многого просил? Или не заслуживал хоть каплю уважения? Может быть, наша связь была для него лишь ошибкой? Глаза защипало от обиды и жалости к себе. Сдерживаться уже не получалось: губы кривились в скорбной гримасе, а к горлу подступил горький комок. Неужели именно этого я добивался? Или был достоин только такого отношения? Что со мной не так? Я какой-то дефектный? Или дело было вовсе не во мне? Увлёкшись этой идеей, я не услышал, как Соллукс перевернулся на бок. Зато почувствовал, что он прижался сзади, а потом и вовсе закинул на меня руку, будто на подушку, подарив подобие объятия, которое лишь в воображении казалось полноценным. Я был практически уверен в том, что Соллукс спит, но на душе стало легче.

***

Утром меня разбудил настойчивый звонок в дверь. Незваный гость трезвонил так долго, будто приклеился пальцем к кнопке. Я встал почти на автомате, не совсем понимая, что происходит. Глаза слипались, а голова отказывалась нормально работать, будто после жёсткой попойки. Я побрёл в коридор и по дороге чуть не наступил на собственные же очки, что почему-то валялись прямо под ногами. Пришлось нагибаться и поднимать. Тем временем человек за дверью не унимался и продолжал жать на звонок, вызывая у меня новые приступы мигрени и злости. Кому это приспичило явиться в такую рань? В любом случае я уже готов был убивать, даже не приведя себя в порядок. Мои сборы ограничились лишь штанами и первой попавшейся футболкой, найденной на полу. Я кое-как пригладил волосы и распахнул входную дверь, уже собираясь изрыгать тонну ругательств, но осёкся. — Приветик! На пороге стояла девушка в дутом пуховике и широко улыбалась, сверкая красными линзами очков. Лицо её показалось мне смутно знакомым. Я завис на пару секунд, лихорадочно вспоминая, где её видел. Сквозняк из подъезда слегка охладил мой пыл и прочистил голову. События прошедшего дня и ночи пронеслись перед глазами, как страшный сон. Нет, не может быть, чтобы Терези Пайроп заявилась по мою душу так быстро! — Что на… — начал было я, но не успел закончить фразу — меня уронили на пол. Крупный золотистый ретривер навис надо мной, упираясь лапами в грудь, а потом и вовсе радостно облизал лицо, обдав запахом собачьего корма. — Ого… Обычно он не очень любит незнакомцев. Но, похоже, ты ему очень понравился. Даже удивительно, что он не отгрыз тебе нос… считай это за комплимент! Так где там мой несравненный кузен? Случаем ты его не прибил? Терези наклонила голову набок и прислушалась, а потом с интересом заглянула вглубь квартиры, уже не притворяясь слепой. Вид у неё при этом был крайне довольный, словно она уже составила для себя какой-то коварный план. — Убери от меня свою псину! — придушенно запротестовал я, побаиваясь самостоятельно отпихивать зубастую морду чужой собаки. Вдруг она действительно могла покусать? — Ой, прости, — без капли смущения проговорила Терези и мягко потянула за поводок. Пёс послушно отступил в сторону и сел рядом с хозяйкой, дружелюбно завиляв хвостом. Я с опаской поднялся на ноги, уже окончательно придя в себя и восстановив в голове цепочку событий прошедшего вечера. Ситуация в итоге складывалась не особо радужно: нас с Соллуксом взяла на крючок его двоюродная сестрица, и было совершенно непонятно, чего именно она хотела. В данный момент Терези улыбалась так широко, что казалось, будто кончики её губ были накрепко пришиты к скулам. По её виду и не скажешь, что она замыслила что-то хорошее. — Что тебе надо? — напрямик спросил я, демонстративно отряхнувшись. Тут уж было не до вежливости. Ещё совсем недавно она грозилась меня с Соллуксом сдать с поличным. — Фу, как грубо! — нарочито громко воскликнула Терези, вздёрнув острый нос. — Я же говорила, что вы мне должны за свою выходку? Так вот — пришло время расплаты! Из комнаты высунулся хмурый заспанный Соллукс. Он выглядел помятым и, судя по всему, одевался также как и я, подобрав свой утренний образ буквально с пола. — Привет, Тез. Чего шумишь? — хрипло поинтересовался он, вызвав у кузины бурю восторга, которую она тут же выразила в многочисленных восклицаниях. — О, Сол, ты как раз вовремя! У меня для вас небольшой сюрприз! Мы вместе отправляемся отдыхать в горы! Я уже подготовилась и всё как следует распланировала! Терези махнула себе за спину, показывая туго набитый рюкзак, который я сначала даже не заметил. Она на полном серьёзе собиралась куда-то ехать, зачем-то прихватив нас. Я посмотрел на Соллукса. Соллукс посмотрел на меня и многозначительно возвёл глаза к потолку. Хоть в чём-то мы оказались с ним солидарны даже без слов. — Тез, я понимаю, что тебе не сидится в городе. Но при чём тут я? Ты же знаешь моё отношение к подобным «развлечениям». Да ещё и с ним… — заметил Соллукс. — Всё достаточно просто, — объяснила она деловитым тоном, даже не дав возможности возмутиться. — С меня — место, а с вас — машина и личный водитель. Правда круто? От подобной наглости я даже задохнулся. Да, у меня имелся Мерседес, купленный на деньги отца. Но вот в таксисты я точно не нанимался. А потому перешёл в наступление: — С чего ты вообще решила, что я дам машину или сяду за руль? Может, мне не хочется что-то делать для человека, которого почти не знаю, даже если он чей-то родственник! — О! Что и следовало доказать: машина всё же есть! — обрадовалась Терези, пропустив мимо ушей мои вполне резонные доводы. — Едем? — Тебе не кажется, что ты слишком забегаешь вперёд? –подал голос Соллукс, явно недовольный ситуацией. — Да ещё в праздники, когда обычно планируют свой досуг заранее. — Ой, сейчас всё быстро решается: один звонок туда, один звонок сюда. У меня же куча нужных связей! Я даже договорилась насчёт аренды дома. Будет весело! — Я не про то. С чего ты вообще решила, что мы так легко согласимся на твою авантюру? А про то, что у других людей могут быть планы, вообще не думала? — фыркнул Соллукс. Терези хитро улыбнулась. На лице девушки отразилось неприкрытое коварство и торжество. Алые стёкла её очков сверкнули, будто у злодея из фильма. — Я могу легко подпортить вам репутацию, если откажетесь от моего предложения. Не забывай, сколько интересного можно рассказать в блоге о тебе и твоём дружке. — Шантаж и провокация! — выкрикнул я и повернулся к окаменевшему Соллуксу. — Она же не посмеет этого сделать? Верно? У тебя же должен быть какой-то козырь! Соллукс лишь покачал головой и пожал плечами. Было похоже, что он просто сдался, даже не попытавшись спорить со своей поехавшей кузиной. Видимо, имелись прецеденты. — Э-ри-дан… — по слогам почти пропела Терези, поворачиваясь ко мне. — Лучше не теряй времени. У нас где-то час на сборы, а ты до сих пор в футболке, что я дарила Соллуксу. ===> Продолжай быть Эриданом. Настало время выбора.