Осколки жизни

Проходят долгие десять лет, прежде чем он во второй раз появляется в скрытой со всех сторон лесами деревне. Все эти десять лет скитаний дают ему куда больше нужной информации, чем сам демон мог того ожидать, и если раньше война его никоим образом не интересовала, то сейчас, когда до него дошли некоторые слухи, противостояние Тьмы и Света стало связующим звеном в его планах. Он и подумать не мог, что могущественные демоны тоже в итоге заинтересуются происходящим на поверхности... Но так даже интересней. Сейчас день, солнце нещадно палит открывшуюся взору поляну, и Террор знает, что на этот раз прятаться не нужно: его примут с распростертыми объятиями. Демон щурит глаза и пытается скрыть лицо в тени ладони от слепящего солнца. Вдалеке виднеется работающий в поле народ, а совсем недалеко от деревушки, где еще издавна журчал небольшой ручей, играют человеческие отпрыски, дружно горланящие некую песню, после которой один из карапузов начинает бегать за остальными в попытках схватить наименее ловкого. Террор не хочет привлекать к себе много внимания, поэтому решает зайти в деревню именно с этой стороны, а не со стороны поля. Он не спеша спускается вниз по склону, запомнившегося до последнего камушка еще с прошлого раза. Как ни странно, но тут почти ничего не изменилось. Пальцы все так же щекочет высокая трава, а одежда, которую в этот раз Мародер не поленился на себя нацепить, каждый раз хватается за колючие растения. Дурацкое тряпье.… Подойдя к ручью достаточно близко, демон слышит громкий писклявый голос очередного мелкого существа. - Давай, не бойся! Это всего лишь вода! Немного холодная, но в такой жаркий день ты даже не почувствуешь. Небольшая компания мальчишек надвигалась на некую девчушку в грязном и местами порванном платьице, судя ко всему собираясь заставить её искупаться. Демон усмехнулся, скривив губы. Людская жестокость порой не знала себе равных. Она проявляется с самого детства и следует за смертным всю его жизнь, проявляя себя в самых, казалось бы, неожиданных моментах. Террор хочет насладиться этой жестокостью, но чуть поодаль слышатся другие вопли. - Лови этого длинноухого! Не убежишь, уродец! Что-то в этих воплях настораживает Мародера. Настолько, что он отрывается от созерцания издевательств над девочкой и даже поворачивает голову в сторону звуков, где маленькая точка, почти полностью скрытая в траве стремительно бежала на него, сминая редкие полевые цветы и неся за собой целую ораву разъяренной малышни. Длинноу… что?! Террорблейд жадно впивается взглядом в бегущий объект, слыша запыхавшийся смех наравне с рычанием. Мелкое существо оглядывается назад и вновь набирает скорость, понимая, что его преследователи не собираются отставать. - Смотрите! Там мужик какой-то! Мужик, лови его, лови! – кричит коротко подстриженный чумазый человеческий отпрыск, судя по всему под “мужиком” подразумевая Мародера. “Длинноухий” же резко останавливается, подняв голову и продемонстрировав покрытое ссадинами, пылью и несколькими неглубокими царапинами детское лицо. Губы его кривились в широкой улыбке, но эта улыбка медленно сползала по мере того, как тот внимательней вглядывался в лицо Мародера. Сам же Террор не выразил ни единой эмоции, пока гул и рев не раздался совсем близко. - Попался, гаденыш! – светлолицый и белокурый мальчишка не отводит глаз даже тогда, когда руки его скручивают за спину и с силой заваливают на землю, в попытках вырвать из худеньких пальцев кусок бумаги. Он смотрит на Террора своими зелеными глазами, а потом начинает хмуриться, все так же не реагируя на облепившую его со всех сторон малышню. Последние же со всех сил пытаются разомкнуть крепко сжатые пальцы, остервенело царапая их и пыхтя. – Отдай карту! - О какой карте идет речь? – Террор склоняет голову набок, не спеша расправляться с кучкой детей, вопли которых ему уже порядком успевают надоесть. Ребятня, услышав холодный грубый голос, сразу отходят от маленького эльфа, отпустив его и попятившись, а демон успевает заметить на ладонях пухлого мальчишки с красными, как маковый цветок щеками кровь. Тот дергал Нерифа больше остальных, и кровь, по всей видимости, не его. – Я задал вопрос. Мародер смотрит на Нерифа, но дерзкий мальчишка словно воды в рот набрал, лишь смотрит исподлобья, опасно сузив зеленые глаза, словно рысь, которая готовится к прыжку на свою жертву. Их молчаливый диалог длится недолго: раздается девичий визг, и Мародер не глядя может сказать, что мальчишки добились своего, и деревенская девчонка уже валяется в холодной воде. И если такой расклад демона устраивал, то Нериф уже через мгновение вскочил на ноги, кинувшись в сторону ручья. А вот это было интересно… - У вас есть десять секунд для того, чтоб убраться с глаз моих долой. Иначе я переломаю вам кости. – Террор смотрит на ребятню, которая словно все это время ждала именно этих слов, чтоб со всех ног кинуться прочь, в сторону деревни. На десяток проблем стало сразу же меньше. - Проваливай, мелкий! Мародер скалится в улыбке, и не спеша подходит к мальчишкам, по росту которых можно было предположить, что те на пару лет старше Нерифа. Он молча наблюдает за тем, как эльф отчаянно кидается на одного из них, что-то рыча сквозь сжатые челюсти, и он огибает эту сцену стороной, склонившись над ручьем, где до сих пор валялась хрупкого телосложения девочка. Мародер протягивает ей крепкую ладонь, и девочка смотрит на него немного изумленно и со страхом в больших темных глазах. Террор почему-то сразу мысленно называет её Хасой. Хаса неуверенно принимает его ладонь и Мародеру приходится подхватить её обеими руками, опасаясь, что промокшая девчонка просто может выскользнуть и плюхнуться обратно в воду. - Эй, ты чего?! Вот ведь бесёнок. Демон отпускает дитя и оборачивается на голос, где мальчишки уже вовсю радуются своей новой жертве. Глупый, слабый эльфийский огрызок. Зачем кидаться на защиту кого-то, когда не обладаешь достаточной силой для защиты? - Слушай, так что это с твоими ушами? - Старик, небось, твой дергал за них постоянно, вот и вырос таким. – Говорит краснощекий паренек, протянув грязную ладонь к ушам Нерифа. – Да не дергайся ты так! - Вы, двое. – Мародеру очень не нравится возиться со стадом человеческих детей и он думает, что узнай об этом кто-нибудь из демонов – все круги ада растряслись бы тут же от смеха. Но ему внезапно также не нравится кровь на ладонях эльфа, которой он заляпал собственную бумажку, так яро оберегаемую всё это время. Он чувствует, как бедра касается холодная и все ещё мокрая ладонь: девчонка либо приняла демона за героя, либо просто слишком замерзла и ищет хоть какого-нибудь тепла, прижимаясь к нему своим детским тельцем. И все же… - Я с вами разговариваю, малышня. – Его никогда не игнорировали. А тот, кто смел это делать – уже мертвы. Террор сжимает ладонь в кулак, и стремительно подходит ближе, параллельно прихватив под руку Хасу, которая от неожиданности чуть не падает лицом вниз. Второй рукой он хватает того самого краснощекого за рубаху, дернув на себя и немного приподняв. – Ты глухой, мальчик? Мальчик оказался не глухим. И достаточно дерзким, чтоб попытаться вырваться. Террор улыбнулся, мысленно предвкушая то, как раздавит кругленькую черепушку, что так удобно могла бы уместиться в его широкой ладони. - Ты когда-нибудь думал о смерти в столь раннем возрасте? – Голос Мародера не предвещает ничего хорошего, и если жертва в его руках все еще дергается, то его приятель уже медленно отходит на безопасное расстояние, чтоб в следующий миг убежать, сломя голову. Нериф шумно дышит, глядя на свои ладони, а, когда Террор пытается что-то сделать, говорит: - Отпусти его сейчас же. Террор смотрит на Нерифа долгие несколько секунд, пытаясь понять - был ли это приказ? И что-то ему подсказывает, что да, это было не что иное, как приказ. - Ты оглох? Я сказал тебе отпустить его. Он отпускает ребенка прямо в ручей, откуда тот убегает вслед за другом, на бегу спотыкаясь и задыхаясь от холода. И он отпускает девчонку, поставив её на ноги. - Кто ты? – Нериф подходит к Хасе, чья обласканная солнцем кожа блестела от капель, а с русых волос все еще стекала вода. – Я тебя не видел в деревне. Голос эльфа не похож на детский. Он успокаивающий и тихий, словно не этот десятилетний мальчишка еще мгновение назад рычал и махал кулаками, в итоге чего на виске понемногу образовался фиолетовый синяк. - Меня сюда кинули… - девочка сглатывает, пытаясь побороть дрожь, –…еще вчера. Отец сказал, чтоб я нашла приют, пока он не вернется, но он точно не вернется. Террор хмурится и откидывает голову назад, глядя в летнее небо и стараясь как можно меньше обращать внимания на детскую болтовню. *** - Ты совсем промокла, девочка моя! Террор видел эту женщину единственный раз десять лет назад, но в его памяти отложились аккуратные черты лица, маленькие морщинки вокруг глаз, которые за эти десять лет стали куда глубже, а также красивые женские узкие ладони, нынче покрывшиеся жилками. И он почему-то не сомневался, что эта женщина даже не спросит, откуда Нериф откопал такую оборванку, а лишь подхватит её за руку и сразу же, даже не глядя в сторону демона протащит её умываться. - А ты что встал?! – Человеческая женщина строго стрельнула взглядом в сторону эльфа, отчего тот сразу же дернулся в сторону. – Ты себя-то видел? Быстро снимай одежду и мыться! - Ладно. – Равнодушно соглашается мальчик и, лениво передвигая босыми ногами, идет вслед за матерью, которая возвращается лишь через минуту, дабы удостоить своим вниманием Мародера. - Надо же, столько лет прошло, а вы решили навестить нас. – Она тепло улыбается, и Террор улыбается её в ответ, кивнув. – Ох, дети так быстро растут, но на вас, кажется, время совсем не сказывается, мальчик мой. “Мальчик…” – мысленно повторяет Террор и ухмыляется. - Отца нашего мы потеряли три года назад. Пошел на охоту в южный лес, да не вернулся. Теперь за всем старший сын мой следит. Вы, наверно, помните его. Вымахал сейчас! – Когда-то темноволосая, но сейчас почти полностью седая, она подходит к камину, в котором мерно горит небольшой огонь, и ставит кипеть чугунный чайник. – Впрочем, о чем это я. Устали, небось, с дороги? Выпьем чаю, а потом отдохнете. - Не откажусь. Террор говорит мало, изредка отвечает на вопросы, ответы на которые чаще всего придумывает на ходу, и много слушает. Слушает о том, как рос Нериф, часто в детстве заболевая из-за слабого здоровья. Слушает, как в итоге окреп, как поздно, но все же начал общаться с одногодками, как каждый раз возвращается в царапинах с высоко вздернутым носом. И о том, что с каждым годом он все больше и больше не похож на других. - Эта метка… на лбу. Раньше, то были некие руны, как сказал наш лекарь, но они незаметно превратились в зеленый кристалл. Мы поначалу так испугались, что это может как-то навредить ему, но все обошлось. Мы так и не разобрались, что это такое. Террор хочет расспросить об этом подробней, но доносится глухой стук, и дверь отворяется, впустив в дом высокого парня, который на ходу снимает с себя пропитанную потом майку и потягивается. Он не сразу замечает гостя, но когда замечает, то темные глаза еще долго изучают Мародера, словно в поисках чего-то. - Так ты пришел. – Парень криво ухмыляется. Демон улавливает себя на мысли, что губы невольно растягиваются в ответной усмешке. Он и подумать не мог, что человеческий сопляк настолько изменится за какие-то десять лет. Лишь потом вспоминает, что эти десять лет для человека столь же дороги, сколь бесконечность для каждого из демонов. Мальчишка и вправду вымахал. Работа в поле наградила его крепким, загорелым под лучами солнца телом, коротко подстриженные волосы уже не были похожи на былое гнездо, а в карих глазах читалась решимость и вызов, пришедшие на место страху и неопределенности. Террор кивает, ничего не ответив. Они еще недолго сверлят друг друга взглядом, после чего парень просто басисто смеется и отмахивается. - Мам, я тоже голодный! И пока мать отходит для того, чтоб налить сыну горячего супа, сам он садится напротив Мародера и, не переставая улыбаться, говорит: - Эллиот. - Мародёр. – Отвечает ему Террорблейд, наблюдая за тем, как на лице Эллиота проскальзывает вопрошание. – Что такое? - У вас, демонов, у всех такие имена? Или это ты такой индивидуум? - Я индивидуален во всем, а вот откуда ты – деревенский мальчишка, знаешь такие замысловатые слова, неизвестно даже такому как я. Эллиот раздраженно скалится, явно не желая принимать поражение, но вовремя приходит в себя, когда возвращается мама, неся с собой теплую еду. Лишь позже тихо шипит: - Я умею читать и писать. У стариков много книг, принесенных когда-то из крупных городов западных земель. А вот о твоей образованности я уже успел посудить. Когда Нериф возвращается вместе с девочкой, Эллиот готово обнимает братца и теребит его светлые волосы, после чего знакомится с Хасой. Та начинает сиять, видимо, придя в восторг при виде молодого, сильного парня и найдя в нем нового героя, в то время как сам Эллиот улыбается и обещает, что за ней тут присмотрят, и что теперь она в безопасности. Террор же молчит, не сводя глаз с блондинистой макушки. *** - Откуда ты пришел? – Нериф пинает камушек под ногами, когда они неторопливо обходят местность вокруг деревни. Солнце уже понемногу садится и жара чуть приубавила свой пыл, поэтому маленький эльф, почувствовав на худых плечах холодный ветер, быстро надевает теплый вязаный жакет, терпеливо выжидая ответа. Террор уже понемногу догадывается о даре Нерифа, придя к выводам после того, как его матушка рассказала о случае, когда ребенок предугадал нескончаемые дожди, грозящие испортить весь урожай. Если верить словам женщины, то Нерифу тогда мало кто поверил, но кто поверил - остался сыт. - Ты пришел с запада? - Тишина, судя по всему, эльфу не нравится, потому как он никак не желает отступать, требуя ответов на свой вопрос. - Что там творится? Расскажи мне о землях за пределами дер... - Как ты это делаешь? - Террор останавливается, скосив взгляд на Нерифа, который сразу же притихает, вернув лицу выражение абсолютного недовольства происходящим. Кажется, его интерес быстро сошел на нет. Они молчат, каждый не желая уступать, и Мародер мысленно восхищается упертости дитя, решив пойти на небольшую уступку, хотя правильней было бы переломать тому несколько пальцев, дабы в будущем подобных разногласий не возникло. - Расскажи мне о своем даре, и тогда я расскажу тебе о землях, в которых тебе посчастливится побывать еще через несколько лет. - Ты... - Нериф удивленно поднимает на него глаза. - Ты собираешься меня забрать? Демон выжидающе молчит. - Я не знаю, как это происходит. - Наконец сдается он. - Просто... просто я вижу то, что случится. Иногда вижу разные исходы одного и того же видения. Я пока не научился это контролировать. - Ты не можешь заглянуть в будущее по своему желанию? Нериф отрицательно качает головой, прикусив нижнюю губу и посмотрев в сторону деревни, которая с высоты склона казалась очень маленькой и далекой, хоть они и не ушли слишком далеко. - Нет. Но мне кажется, что позже я научусь. Я смогу предвидеть по своему желанию. - Что за бумажку ты держал у себя? Нериф скалится и смотрит в сторону, не желая говорить. На его щеке все еще алеет место удара, и демон думает, что, будь эльф чуть менее гордым, то он точно расплакался бы на месте. - Что за бумажку ты держал? - Терпеливо повторяет Мародер, и Нериф, кажется, понимает, что после ещё одной паузы вторую щеку ждет та же участь, поэтому он медленно достает из кармана смятый кусок бумаги, местами испачканный в крови, и протягивает её Террору. На ней не оказалось ничего, помимо грязи. - И что это? - Мы играли. Наверно... играли. Суть была в том, чтоб не отдавать этот клочок, что бы ни случилось. - Ты ведь знал, что это просто предлог, чтоб хорошенько тебя избить? - Я должен был отказаться? Мародер понимает, что им будет сложно. *** - Что? Уже уходишь? - Эллиот сосредоточенно сверлит его спину, когда Мародёр уже почти выбрался из деревни, дождавшись, пока все уснут. Нахальную улыбку парня демон чувствует своим затылком. - Твои привычки я запомнил еще с прошлого раза, поэтому слинять по-тихому у тебя вновь не получилось. - Ха... - Террор оборачивается, одарив человека ответной ухмылкой. - Ты просто сама дедукция, парень. Не перестаешь меня удивлять. Голос его звучит не по-человечески: демон уже собирается вернуться в свой истинный облик. Но Эллиота это ни капли не пугает, тот лишь смотрит в глаза Террора, светящиеся голубым оттенком, прислонившись к дверному проему и скрестив руки на груди. - Когда ты собираешься прийти в следующий раз? - Я не знаю. Это дитя должно научиться контролировать свои видения. Мне нужно, чтобы он предвидел все, что могло бы помешать мне на своем пути. Эллиот понимающе кивает. - Я не особо в этом разбираюсь, но, пожалуй, прослежу, чтобы он старался. Террор долго не отвечает, вспоминая слова Нерифа, которые еще недавно вогнали демона в ступор и замешательство. "Я... не вижу своего будущего, но меня посещали сотни видений твоего". Тогда этот ребенок не казался таким уж маленьким, а глаза его горели уверенностью. Он не боялся его, потому что знал давно... видел. "Сотни путей и вариантов, тысячи развязок, и ни одна не идентична другой. Единственное, что связывало их... в любом будущем ты был моим, а я твоим". Он помнит горящее от стыда и злости лицо эльфа, когда широкая ладонь Мародера с силой бьет его по щеке за утренний приказ. "Никогда больше не смей мне приказывать. Никогда не смей от меня требовать. Понял, дитя?" И он помнит, как Нериф молчал, держась за покрасневшую щеку, словно пытаясь скрыть этот позор. - Почему ты помогаешь мне? - Ты обещал, что защитишь нас. И ты сдержал свое слово. За эти десять лет к нам даже волки не сунулись, не говоря уже о том, чтоб какая-нибудь разбойническая шайка. Вот оно как... благородный человек, да? - Но это ведь тебя не расслабило, я надеюсь? - Губы Террора тянутся в гадливой улыбке, хоть и настроение его не соответствует поведению. - Нет. Мальчишкой, которым ты меня видел десять лет назад, я уже никогда не буду. - Посмотрим. - Говорит Мародер и, кивнув, уходит.